По следу Тьмы.

Алек сидел в аудитории, но мир вокруг будто потерял чёткость. Лекция профессора о когнитивных искажениях расплывалась, превращаясь в монотонный гул. Перед внутренним взором снова и снова вставала одна и та же картина: брат на мокром асфальте, тёмный силуэт с пистолетом, алая полоса на сером бетоне. Он сжал ручку так, что костяшки побелели. Внутри разрасталась ледяная пустота — не страх, а знание. То самое, знакомое с детства: когда мир шептал ему сквозь сны. Бен. Имя брата звучало в голове как молитва, как заклинание. Они были близнецами — не просто по крови, а по сути. Два сердца, бьющиеся в одном ритме. Два дыхания, сплетающиеся в единое целое. Даже на расстоянии в сотни миль Алек чувствовал: что‑то сломалось в этой связи. Что‑то надломилось. Бен как и обещал, написал ему с утра, как приехал на работу, и пообещал ночью, что не поедет на старые склады, но Алека не отпускало чувство неизбежного. — Алек? — тихий голос прорвался сквозь пелену тревоги. Он поднял глаза. Рядом сидела Эйприл, подруга детства, с которой они учились в школе, и после нее поступили в колледж, а после в университет. Её каштановые локоны падали на плечи, а в глазах читалась тревога. Она знала его лучше всех, помимо брата. Знала, что его «сны» и другие способности связанные с потусторонним — не фантазии. — Ты всю лекцию смотришь в одну точку, — прошептала она, наклоняясь ближе. — Снова… это? Алек сглотнул. Он не хотел пугать её, но скрывать было бессмысленно. — Да. Предчувствие. О Бене. В памяти вспыхнули обрывки детства: Бен закрывает его собой, когда на них лает соседская собака; Маленького, плачущего Алека успокаивает мама, потому что тот видит во сне, как брат падает с дерева, а на следующий день Бен действительно ломает руку падая с дерева — но жив, жив, жив… Каждый раз, когда Бен оказывался в опасности, дар пробуждался. И каждый раз Алек успевал его предупредить. — Ты говорил с ним? — тихо спросила Эйприл. — Говорил. Он говорит, всё нормально. Но я… — Алек запнулся. — Я не могу перестать думать о том, что видел. Это не просто страх. Я знаю, что так будет. Он опустил взгляд на свои руки. Они слегка дрожали. — Я боюсь, что опоздаю, — прошептал он. — Что если я не успею? Что если это… последний раз? Голос надломился. Внутри будто что‑то трескалось, словно стекло под ударом. Бен. Его брат. Его жизнь и опора. Сколько раз Бен вытаскивал его из кошмаров? Сколько раз он говорил брату, когда будучи подростками Алек считал себя ненормальным, и тот успокаивающе гладил его по голове : «Ты не сумасшедший. Ты просто видишь больше других». Сколько раз прикрывал, когда Алек пропадал в видениях на уроках, когда его взгляд становился пустым, а тело холодело? А защищал брата сколько раз, когда школьные хулиганы пытались задеть тихого и нелюдимого мальчика, что был всегда с братом и только с ним? Они были разными — Бен, рациональный, твёрдый, уверенный в каждом шаге. Алек, хрупкий, чувствительный, живущий на грани двух миров. Но вместе они составляли целое. И сейчас это целое будто рвалось на части. — Тебе нужно поехать к нему, — сказала Эйприл тихо но твёрдо. — У меня экзамены через две недели. Я не могу просто… — Можешь. — Она сжала его пальцы. — Если бы с тобой было что‑то не так, Бен не раздумывая примчался бы к тебе. Так почему ты не можешь сделать тоже самое? Алек закрыл глаза. В голове крутилось: «Мне нужно к нему. Но что если мои видения ошибаются?" Но он знал правду. Его дар никогда не ошибался. Его видения всегда касались либо него, либо Бена. В остальных же случаях, Алек видел мертвых людей, разговаривал с ними, помогал уйти в лучший мир. Выйдя из аудитории с Эйприл, и переходя в другой кабинет, на Алека накатила волна предчувствия, и он застыл, выронив учебники с тетрадями на пол. Его пальцы начало покалывать, а в ушах стоял гул, который слышал только он один, и он схватился за голову. Его затрясло, дыхание участилось. -Алек? - позвала Эйприл, но Алек ее не слышал. Перед ним снова пронеслось то, что он видел. Снова это ощущение холода и сырости. Выстрел. Бэн на мокром асфальте с безжизненными глазами смотрящие на него. Из рта течет тонкая струйка крови, а алая лужа растекается по земле под его телом, и Алек чувствует железистый запах. Холодный, как лезвие ножа. Алек стоял и с ужасом смотрел в неживые глаза брата. А потом — увидел пистолет в своих руках. Его глаза испуганно расширились. Он выронил оружие, как будто держал нечто оскверняющее саму суть его души. Не выдержав этого жуткого зрелища, Алек схватился за голову и зажмурил глаза, шепча себе как мантру: — Этого не существует! Не существует! Не существует! Видение закончилось также резко, как и началось. МакДауэлл отмер и тяжело задышав, рухнул на колени. -Алек, - рядом с ним на колени опустилась Эйприл, беря друга за лицо. - Что... что случилось? Ты что-то видел? Алек все также тяжело дышал. Вокруг него и Эйприл собрались другие студенты кампуса. Все были напуганы. -Бен... Застрелен... Мертвый... Эйприл видела, что это видение шокировало и напугало Алека не на шутку. -Все хорошо, Алек. С Беном все в порядке. -Мне нужно домой, срочно! Нужно вылететь сегодня, - на грани истерики сказал Алек. -Хорошо, мы пойдем в администрацию и ты напишешь заявление, но сначала тебе нужно успокоиться, отдышаться и попить воды. К ним подошел их однокурсник Скотт. Славный парень, добрый, слегка наивный, красотой не обижен, и помешанный на спорте. Даже состоит в футбольной команде университета. Девушки за ним увиваются толпами, но ему они не интересны. Он лучше проведет время на тренировке, чем пойдет на свидание с девушкой. -Что с ним? - спросил обеспокоенно у девушки Скотт. -Голова закружилась, - ответила Эйприл. - Давление упало. Помоги мне поднять его, дотащим его до питьевого фонтанчика. Скотт и Эйприл помогли дрожащему Алеку дойти до скамьи у питьевого фонтанчика. Скотт набрал воды в свою бутылку и дал Алеку. Тот за несколько глотков осушил ее. Удостоверившись лично от Алека что больше ему не нужна помощь и Эйприл заверив его, что присмотрит за ним, Скотт ушел. -Ну, ты как? - спросила девушка. -Нормально. Если видение посещает меня несколько раз, значит оно сбудется. -Расскажи, что ты видел? Алек рассказал. Эйприл слушала его внимательно, и понимала как Алеку тяжело это видеть. -Все будет хорошо, Алек, - сказала Эйприл, погладив друга по щеке. -Бен тебя послушает и опасность его минует. Как и всегда. -Надеюсь, что так. - Глухо ответил Алек. - Но сегодня я полечу в Сиэтл. Мне нужно убедится, что с Беном все в порядке. Алека осенило: обычно такие видения с ним случались только ночами, во сне. И это первый раз в жизни, когда видения к нему приходили средь бела дня. Через час Алек стоял у стола администратора университета. — Я хочу оформить академический отпуск, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Женщина за стойкой подняла брови: — Причина? — Семейные обстоятельства. Чрезвычайные. Она поколебалась, но кивнула: — Заполните форму. Срок отпуска — до шести месяцев. Вам нужно будет предоставить подтверждающие документы в течение двух недель после его окончания. Алек поставил подпись, не глядя на строки. Всё, что имело значение, — билет на самолёт, и как можно быстрее увидеть Бена. В аэропорту было шумно. Люди спешили, катили чемоданы, кричали дети, гудели объявления. Алек стоял у стойки регистрации, сжимая в руке посадочный талон. Рейс до Сиэтла — через час. Он достал телефон. На экране — последнее сообщение от Бена: «Хей. Еду в участок. Не волнуйся, на склады не поеду, опрашивал родных погибшего. Только сперва заеду в "Coffen's" . Кофе тут отвратный, конечно, но помогает работать. Ты как? Как учеба? Готовишься к экзаменам? Алек набрал ответ: "В 19:30 я буду в Сиэтле" Секунду поколебался и добавил: "Заберешь меня с аэропорта? Просто… хочу увидеть тебя." Нажал «отправить» и убрал телефон. — Ваш билет, сэр? — улыбнулась сотрудница аэропорта. Алек протянул талон. Руки чуть дрожали. Вот, он уже на полпути к дому, но чувство тревоги после уведенного ночью и днем все еще не отпускало Алека. Внутри него билось одно‑единственное чувство — привязанность. Страх потерять того, кто всегда был рядом. Благодарность за то, что Бен никогда не смеялся над его даром, не называл его сумасшедшим. Надежду, что он сможет предотвратить опасность для брата. Он сделал шаг вперёд по рукаву. К дому. К брату.