В чужой шкуре

      Когда дуэт болванов появился в гильдии, что-то внутри Люси умерло.       Заклинательнице и иксиду так и не удалось узнать от Эльзы слишком много. По её словам, она просто «сердцем чувствовала», что между Нацу и Греем что-то не так, но они не сознавались, и в итоге она приказала им сходить на миссию и поговорить. Вот они и поговорили.       Хэппи и Люси гадали, были ли в действительности не слишком внимательны к друзьям. В конце концов, у кота и девушки тоже были сердца, но они не чувствовали ничего из того, о чём говорила Титания. Казалось, созидатель и убийца драконов разобрались во всём, в чём могли. Эти двое вели себя вполне нормально последние полгода, привычно сцепились на вручении Люси награды. Всё же было отлично!       Наверное, какой-то свет хотя бы на поведение Грея могла пролить Джувия, но, когда Локсар пришла в гильдию, удивительно — без своего возлюбленного, стало понятно, что ответа она не даст. Водная волшебница выглядела потерянной, пялилась в пустоту, и единственное, что она сказала, когда её спросили, всё ли в порядке: «Джувии это кажется неправильным». После этого девушка то ли поморщилась, то ли попыталась сдержать чих.       Хэппи предложил вариант на случай безвыходного положения — призвать Близнецов! Те могли бы скопировать Нацу или Грея, или их обоих, и друзьям не пришлось бы строить из себя детективов. Люси и Эльза сочли это вторжением, хотя Хартфилия не совсем понимала, почему Скарлет не находит таковым свои приказы или допросы, и имела глупость уточнить. Титания искренне считала — если кто-то не выдаст свою тайну под пытками, он заслужил, чтобы его оставили в покое. Заклинательнице не очень понравилось слово «пытки», и ей оставалось только надеяться, что в планы Эльзы это не входит, потому что, пусть Нацу и Грей в последнее время бесили до невозможности, Люси всё же не хотелось опробовать на них все интересности из комнаты Лаки. Может, только половину или около того.       Немного сильнее ей, конечно, хотелось подоставать Драгнила. В гильдии раздражал и он, и Фуллбастер, но вне этого Грея приходилось терпеть Джувии, что логично — они, вроде как, пытались встречаться. Хотя Люси была в этом не совсем уверена. В любом случае, не созидатель уничтожал всю еду заклинательницы, после чего заваливался в её кровать и использовал подругу как подушку для объятий, заставляя задыхаться от жары, так ещё и храпя ей прямо в ухо. Если подумать, именно убийца драконов был последним, кто залез в её холодильник, прежде чем тот приказал долго жить! Всё это не было такой проблемой, пока что-нибудь не напоминало Нацу о его сопернике. В такие моменты Люси чувствовала себя не подругой, а бывшей, которой её бывший жалуется на своего бывшего! Как-то Хартфилия сказала об этом вслух, и Драгнил посмотрел на заклинательницу так, словно у неё было две головы. Хотя, вероятнее всего, Нацу бы понравилось, будь у кого-то две головы… Значит, он посмотрел на Люси так, будто головы у неё не было вовсе!        Девушке хотелось продолжить удивившую собеседника шутку, но тогда она, получается, сама в своём же сценарии была той ещё дурой, раз спала в одной кровати с бывшим! Лучше спать в одной кровати со своим придурком-другом, это не так глупо. Странно, но не глупо — все в Хвосте Феи так делали.       К этому дню большинство согильдийцев либо утомили невесёлые стычки Грея и Нацу, либо, что очевидно, людям нужны были деньги, и ради этого можно было пропустить почти ежедневное шоу. В здании было на удивление мало народа. Кана, сидевшая за баром прямо напротив главных дверей, быстро поняла — все особо занятые даже не могли представить, что потеряли. Эльза, случайно поймавшая её взгляд, повернула голову и почувствовала, как от увиденного задёргался глаз. Джувия закрыла лицо руками. Хэппи вздохнул так громко, что заклинательница духов вздрогнула, огляделась и нервно сглотнула. Она ожидала чего угодно, и всё же, когда дуэт болванов появился в гильдии, что-то внутри Люси умерло.       Эти двое явно не собирались прийти вместе, но судьба распорядилась иначе, и им пришлось сцепиться за право первым перешагнуть порог, что, впрочем, тоже привело к ничьей. Эльза рыкнула, надеясь заставить друзей успокоиться, и те, оттолкнув друг друга, действительно прекратили драку.       — Эльза, давай смахнёмся!       Люси до последнего надеялась, что поняла всё неправильно, но, нет, разумеется, если что-то выглядит как Нацу, ведёт себя как Нацу и почему-то даже говорит как Нацу, значит — теперь это Нацу. Даже если это Грей, непривычно долгое время остающийся в наборе чёрно-оранжевых шмоток. Волосы он красить не стал, — они оба не стали, — но, вместо того, чтобы просто зачесать вверх чёлку, куда более длинную, чем у Драгнила, Фуллбастер заколол её самыми кошмарными розовыми заколками с бантиками, которые Хартфилия только видела в жизни. С этой причёской и плотно прилегающей тёмной курткой без одного рукава он бы отлично вписался в музыкальный дуэт к Гажилу в смокинге. Эдакие панки, если бы в них играли девочки лет семи.       Настоящий убийца драконов выглядел не лучше. Честно говоря, Люси не думала, что он пытался быть нелепым, но стоило признать — только Грей умел быть Греем и не казаться странным, ровно как и только Нацу умел быть Нацу. Тем не менее, зачем-то, они оба попытались изобразить друг друга, и Кана от этого покатилась со смеху, буквально грохнувшись на пол.       Чёлка Драгнила была опущена вниз и даже как-то расчёсана. Она и без того никогда не была такой же длинной, как у Фуллбастера, но недавно убийца драконов снова подстриг её, как в далёком восемьдесят четвёртом, и теперь, почти уложенной, она выглядела чертовски забавно. В чёрной водолазке и белом плаще, больше похожем на халат, Нацу с такой причёской напоминал то ли ученика школы при церкви, — особенно с учётом, что, по всей видимости, не смог найти кулон в форме меча и напялил крестик, — то ли прихвостня безумного учёного. Он бы отлично разбавил музыкальный дуэт Гажила и Грея.       — Люси, давай смахнёмся! — предложил не дождавшийся ответа от Эльзы созидатель, и тут же получил от убийцы драконов подзатыльник.       — Ты тако-о-ой грубиян, — протянул Нацу, закатывая глаза. — Предлагая своим товарищам смахнуться, ты признаёшь их силу, а это же та-а-ак неправильно. Тебе нужен план получше.       Грей пощурился и вдруг расплылся в злобной улыбке, осознав, что его образу не хватает детали. Он изобразил приветливость и кивнул: «Ты прав! Ты такой умный, Грей, куда мне до тебя, да? — созидатель опёрся локтем о плечо убийцы драконов. — А ещё ты настоящий друг. Спасибо, что принёс мой шарф! Опять я где-то его просрал, да? Ну, со мной такое бывает!». Фуллбастер протянул Драгнилу руку, требуя памятную вещицу, и Нацу вытаращился на соперника, словно тот признался в массовом убийстве.       В гильдии повисла мёртвая тишина, даже Кана прекратила смеяться. Не то, чтобы это было слишком грубо, но это определённо близко к черте — подлый ход, проверка, пойдёт ли убийца драконов до конца. Если Драгнил не отдаст подарок отца, он проиграет!       Прошло несколько отвратительно долгих секунд, прежде чем Нацу стянул шарф и преподнёс его Грею. Люси хотелось верить, что это хороший знак — если друг всё ещё может доверить своему сопернику такую ценность, значит, ещё не всё потеряно.       Фуллбастер замешкался, явно удивлённый, прежде чем медленно забрать чужой шарф из чужих рук и повязать на свою шею. Хартфилии хотелось верить, что несколько секунд без шуток и вообще каких-либо слов после, были молчаливым обещанием, что эта черта перейдена не будет. Заклинательница духов и так знала, что созидатель не позволил бы чему-то случиться с шарфом своего друга, сколько бы эти двое не ссорились, но подтверждения очевидного никогда не казались ей лишними.       Люси знала Нацу достаточно, чтобы быть уверенной, что тишина не продлится долго. Драгнил был готов доверить другу свой шарф и свою жизнь, но он никогда не признает, что какой-то момент между ними может быть особенным. Дурацкая детская привычка, оставшаяся с тех пор, как эти двое притворялись перед Эльзой, что они друзья, а друг перед другом — что они не друзья. Хартфилию это бесило, но она понимала, что такие привычки не исчезают за ночь, так что оставалось только ждать, что же убийца драконов выкинет. И вот, он действительно выкинул — свой плащ, прямо Эльзе в лицо, видимо негласно ознаменуя продолжение циркового номера с перевоплощениями.       — Ну вот он и доигрался, — вздохнув, невероятно спокойно сообщила Скарлет. — Я его убью.       — А на надгробие какое имя впишем? — Хэппи почесал затылок, а Люси вскинула бровь.       — Для верности, можно обоих прикончить и похоронить в одной могилке, — хмыкнула она.       Джувия пискнула и потрясла заклинательницу за плечи, бурча: «Никто не убьёт Грея-сама! И никто кроме Джувии не будет похоронен с ним в одной могиле! — она замерла, — Ну, через много-много лет, разумеется!». Люси вскинула бровь, бросив на созидателя многозначительный взгляд, а парень только закатил глаза, изо всех сил сдерживая улыбку. Наверняка он пытался понять, когда в своей жизни свернул на путь, который привёл к этому моменту — моменту, когда женщина, говорящая подобные вещи, казалась ему до невероятия романтичной. Может, однажды все они — и Люси, и Хэппи, вообще все, доживут до того дня, когда Грей скажет об этом Джувии, а не всем, кроме Джувии.       Он, вроде бы, пытался поговорить с водной волшебницей, но выбрал для этого день, когда заклинательница получила свою награду. Бесплатный алкоголь и волшебники Хвоста Феи никогда не были хорошим сочетанием, а потому Локсар не запомнила ничего из сказанного Фуллбастером, о чём сокрушалась всю следующую неделю. Грей же был этому только рад — он отлично помнил, что ляпнул, и, хотя текстом своей речи он с Люси не поделился, Хартфилия верила, когда друг говорил, что сморозил глупость с налётом, а может даже здоровенным таким слоем неуважения к женщинам, что было, в общем-то, не в его духе, и он определённо хотел подобрать слова получше. Хэппи считал, что они все состарятся и умрут, пока ледяной волшебник поймет, что угодить Джувии не так уж и сложно. Для начала, можно было проводить время в гильдии за беседой с Локсар, а не дурацкими играми с Драгнилом. Это Грей наверняка понимал и сам — Джувия заслуживала мужчину, которые не ввязывается в подобные авантюры и не оказывается в настолько глупых ситуациях. Тем не менее, раз уж созидатель в такой всё же оказался, он должен был хотя бы выйти победителем, иначе как ему вообще смотреть Локсар в глаза?       — Передумала убивать этого придурка? — Фуллбастер пощурился, глядя на Скарлет, и та фыркнула.       — Понравился мне план Люси. Подожду, пока вы оба этого заслужите, — пожала плечами Эльза.       — Да ладно тебе, — наигранно жалобно протянул Нацу, решая, пришло ли время стянуть водолазку. — Я, Грей, только и могу, что привлекать внимание, светя хером на людях. Ты не можешь осуждать меня за единственное, что я умею!       — Ты хоть это умеешь! Мой хер не привлечёт внимание, даже если я очень постараюсь, — Фуллбастер попытался изобразить интонации Драгнила, и, всем пришлось признать — вышло чертовски похоже.       — Ты замечал, что у них не только мозг, но и голос один на двоих? — уточнила Люси у Хэппи.       Она спросила достаточно тихо, чтобы Грей не услышал, но Нацу, обладающий слухом убийцы драконов, конечно же, не пропустил комментарий мимо ушей, и чуть не задохнулся от возмущения. Звук собственного голоса он любил, так что был чертовски не согласен с тем, что звуки, которые издаёт созидатель, хоть немного похожи на его собственные!       — Я вот привлекаю внимание, задалбывая всех окружающих, — продолжил Фуллбастер, бросив взгляд на Альберону. — Эй, Кана, не хочешь смахнуться? Мир не вертелся вокруг моей персоны целых десять секунд, нужно срочно это исправить!       — Мальчики, так не интересно, — хихикнула она. — Я в вас верю, вы можете быть смешнее!       — Что может быть смешнее моей самодовольной рожи? — ледяной волшебник не просто спародировал интонации убийцы драконов — он изобразил задумчивость, почёсывая затылок и замычав, как это обычно делает Драгнил.       Карточная волшебница рассчитывала, что эти двое начнут спорить так же весело, как раньше, или хотя бы сцепятся, и думала, что простое притворство не будет таким уж забавным. Она ошибалась — это оказалось ещё смешнее, чем самый первый момент появления друзей в таком виде, а уж лицо настоящего Нацу и вовсе сейчас было самой уморительной вещью на свете. Драгнил был в шаге от того, чтобы завопить и наброситься на Фуллбастера с кулаками, полностью выйдя из своего нового образа. Этот шаг парень всё же не сделал, и, возможно за сохранённое спокойствие, получил одобрительный кивок от Скарлет, а затем даже удостоился от неё сердитого взгляда и требования: «Грей, оденься!».       — Да что ж ты делаешь такое! — Люси вскинула руки. — Не подыгрывай им!       — А если они сцепятся, кому победу засчитывать? — задумчиво протянул Хэппи.       — Мне, — фыркнула заклинательница. — За все страдания…       — Джувии это всё не нравится, — вздохнула водная волшебница. — Она хочет поддерживать Грея-сама во всём, но как поддерживать его в этом? В смысле… Кого из них поддерживать Джувии?       Локсар не могла влюблённо смотреть на своего недопарня, ведь это разрушило бы его маскировку, но ей совершенно не хотелось отыгрывать влюблённость в того, кто сегодня звался созидателем. Это было просто смешно! Нацу совсем не был похож на Грея! Казалось, все могли увидеть, как Джувия закипает от тяжести морального выбора, и это заставило Люси оглядеть двух своих пока ещё друзей и хмыкнуть: «Гордитесь собой, да?».       — Я сделаю вид, что соверше-е-енно ничего не замечаю, — безразлично отозвался Драгнил, усевшись за общий стол и вместе с тем снимая только-только вновь надетый плащ. — Потому что мне, Грею, нравится говорить всякие тупые романтичные вещи о Джувии только в её отсутствии!       — О, а не расскажешь, почему? — Кана попыталась встать с барного стула, чтобы быть поближе к представлению, и чуть не приземлилась носом в доски.       Грей перехватил её в полёте и усадил обратно, хотя часть его наверняка хотела позволить карме сделать своё дело за то, как карточная волшебница веселится над его непростой ситуацией в отношениях. Люси не могла решить, помог ли он потому, что сам он был выше этого, или потому, что отыгрывал сейчас роль Нацу, которого комментарии Каны пока не касались. В конце концов, в моральных принципах этих двоих после нескольких недель безумия у согильдийцев вполне справедливо появлялись сомнения.       — Конечно расскажу! — усмехнулся убийца драконов.       — Да всем насрать, — усевшись рядом, созидатель отвесил сопернику подзатыльник.       — О, я бы хотел, чтобы так было! — Драгнил драматично коснулся лба внешней стороной кисти. — Но это не так, и поэтому я не могу нормально отношаться с женщиной, которая мне нравится, ведь если я не буду игнорировать чужое внимание, у меня отвалится жопа!       Фуллбастер задавил своё возмущение с неожиданным трудом. Хартфилия могла только тяжело вздохнуть, осознавая, что, хотя это и не было преднамеренной местью за шарф, Грей воспринял это так же остро и лично. Тем не менее, он вдруг, с улыбкой достойной злодея, шутливо пихнул товарища локтем. Вызов был принят.       — Ну ты хотя бы осознанно это делаешь, а я вот — потому что у меня уголь вместо мозгов, — протянул парень и снова изобразил чужое задумчивое мычание, — И я вот даже сам не могу допереть, что женщина, которая мне нравится, мне нравится!       — Чего? — Нацу возмутился, первым делом бросив взгляд на Люси, но только потому, что она умная и точно могла понять, о чём вообще говорит их общий друг-придурок.       — Ну смотри! — Грей выпрямился и принялся загибать пальцы, — Я тусуюсь у неё так часто, что зову её дом своим. На заданиях без неё я вечно думаю, как бы она вопила в одной ситуации, как бы смеялась в другой и всё такое. Я сплю в её кровати!       — Мы постоянно спим с друзьями! — возразил убийца драконов. — В смысле… В смысле, в одной кровати. Ну или просто рядом. В этом нет ничего такого.       — Ну да, я вот так и думаю! — закивал созидатель. — Потому что, говорю же, я тупица. То есть, конечно же, нет ничего странного в том, чтобы просто спать рядом, но я же ещё и ною вечно, что без Люси плохо спится, что она такая мягкая и тёплая, и-       — А ну хорош меня в это впутывать! — завопила заклинательница, покрасневшая до кончиков ушей.       — И ещё я так и не вернул ей резинку для волос, потому что её запах меня успокаивает, — вопреки требованию закончил Грей.       Нацу фыркнул один раз, затем второй, а после скрестил руки и довольно уверенно ответил: «Это всё звучит очень даже по-дружески! Понятия не имею, какой придурок, помешанный на романтике, тебя накрутил. Или ты у меня научился? Хотя я, конечно, не так быстро делаю выводы, потому что это бы значительно упростило жизнь, а я не хочу, чтобы всё было просто, мне нравится страдать!». Он сощурился, смотря в глаза собеседника, и тот сощурился в ответ.       — Айя! — Хэппи посмеялся. — Мне кажется, или они сами забыли из-за чего поругались, и теперь все огребут?       У Джувии задёргался глаз. Разумеется, она знала, что Грей невероятный актёр, в данный момент исполняющий роль другого человека, но это всё равно не мешало ей сейчас косо смотреть на «мягкую и тёплую Люси с успокаивающим запахом». Ещё одна проблема в длинный список проблем Хартфилии, в которых виноват этот обжигающе-ледяной дуэт. Подумать только, она же только вчера снова поверила в то, что хотя бы в Фуллбастере есть немного человеческого, и вот, он так её подставил? Ещё и говорил о чём-то совершенно глупом! Шутки шутками, но заклинательница уже устала от того, как все веселятся, делая вид, что она правда может нравиться убийце драконов в романтическом смысле. А уж со стороны Грея отпускать такие шутки было ещё более неправильно!       Возможно, Люси ляпнула кое-что, когда они вдвоём были на задании. Возможно. Возможно, она просто была опьянена победой без единого снесённого здания, наградой, полученной в полной мере, и виски, которым любезно угостил заказчик. Она даже не сказала ничего серьёзного, но созидатель, будучи умником, к тому же немного более трезвым умником, обо всём догадался. И всё же, заклинательница думала, что она может спокойно пить и нести всякую чушь при своём близком друге, и тот никогда не будет припоминать ей это. По крайней мере, таким образом!       Хартфилия недолго сверлила Фуллбастера взглядом, но, вместо того, чтобы расстроиться, решила — это не камень в её огород. Вероятно, Грей просто хотел побесить Нацу, и в этой игре совсем забылся. Может, он даже и не помнил того разговора и не представлял, как всё это может быть неприятно. С этой мыслью Люси сделала глубокий вдох и решила задуматься о чём-нибудь ещё. К примеру, о словах Хэппи!       — Да вы правда забыли, из-за чего поссорились! — резюмировала заклинательница, стукнув ладонями по столу.       — Не забыли мы ничего, — фыркнул Нацу, и тут же поспешил поправить себя: — Потому что мы не ссорились. Всё нормально.       — Ага, — вскинув бровь подтвердил Грей, — Всё нормально.       — Когда Эва так говорит, — вмешался Эльфман, — Значит, точно ничего не нормально, и надо по струнке ходить.       — Разве ж это по-мужски? — прыснула Лаки.       — Нет ничего более мужицкого, чем знать, что за «всё нормально» или «ничего не случилось» не следует ничего хорошего, — Штраусс пожал плечами, и Олиетта, хмыкнув, кивнула.       — Серьёзно они, видимо, посрались, — заметила она, а Нацу и Грей синхронно закатили глаза, чем повеселили всех, кто сидел напротив.       — У нас всё совершенно нормально, — заверил Фуллбастер. — Разве мы ведём себя как-то странно? Мне кажется, всё как обычно.       Он скрестил руки на груди и, немного тише, буркнул: «Нам же по тринадцать лет».       — Тебя что-то не устраивает? — Драгнил изобразил саркастичный тон, присущий сопернику, и бросил на того недоверчивый взгляд.       — Меня? Меня всё устраивает! — созидатель усмехнулся и уселся поудобнее, расставив колени и скрестив голени, как всегда делал убийца драконов. — А тебя нет?       — Меня тоже.       — Ну вот и супер.       Люси недолго смотрела на них, пытаясь сдержать поток шуток о том, как эти двое похожи на старых супругов. Сейчас это могло разозлить и Нацу с Греем, и выбитую из колеи Джувию. Ни одна шутка того не стоила. Когда порыв угас, Хартфилия задумчиво хмыкнула, решив — возможно, подыграть всему этому не такая уж и плохая идея! В конце концов, раз оригинальные Фуллбастер и Драгнил вовсе не хотели ничего обсуждать, а в новых ролях уже дали всем повод сравнить их с сердитыми барышнями, вполне вероятно, что их можно было разговорить.       — Грей, — Люси повернулась к Нацу и нахмурила брови, — Ну ты же, в конце концов, адекватный человек, в отличие от этого вон…       Она кивнула в сторону созидателя, и убийца драконов шумно выдохнул носом, игнорируя все пришедшие на ум комментарии. Заклинательница, тем временем, продолжила: «Расскажи уже, что произошло на том дурацком задании!».       — Ничего, — скрывая раздражение, процедил Драгнил.       — Ладно, — Хартфилия покачала головой и уставилась на Фуллбастера. — Нацу, с этим всё понятно — он у нас тот ещё актёришка. Ты мне можешь правду сказать?       — Да ничего не случилось! — фыркнул ледяной волшебник.       — А ну рассказывай давай! — Люси стукнула кулаком по столу. — Что вы делали и как всё прошло. А я уже сама решу, случилось что или нет.             Грей неприлично долго пародировал мычание, которое Нацу издавал, когда думал, и пожал плечами: «Мы шли, я говорил о том, как Эльза достала со своим контролем и какая она дура, если думает, что у нас что-то не так». Он замолчал, наблюдая за тем, как Скарлет поднимает убийственный взгляд на оригинального убийцу драконов. Драгнил только качнул головой в сторону Фуллбастера, решив — пусть тот и получает тумаки, раз так прекрасно вжился в роль. Хартфилия немного успокоила подругу, положив руку на её не скрытое доспехом плечо и кивнув, давая понять, что всё схвачено.       — А дальше что было? — Хэппи посмеялся, прикрыв рот лапками и предвещая, как же этим двоим влетит за все их злодеяния в последние недели.       — А я с этим согласился, — Нацу закатил глаза. — Эльза дура.       — О, я думаю, ты согласился с тем, что всё в порядке, а не с тем, что Эльза дура, — заметил Грей. — А вот я был в этом совершенно уверен.       — Это очень мило, Нацу, — сощурился Драгнил, — Что ты хочешь прикрыть мою задницу, но не стоит, я точно был согласен с тем, что Эльза дура.       — Если кто-нибудь из вас повторит это ещё раз, я её не удержу, — предупредила Хартфилия.       Эльза явно тратила все усилия, чтобы не сорваться и заодно не сорвать план Люси — Скарлет разгадала его и подумала, что это правда может сработать. Только по этой причине она медленно вдохнула и так же медленно выдохнула, успокаиваясь. Заклинательница приобняла подругу и осторожно сдвинула Хэппи, чтобы образовать своего рода кружок, в котором можно было обсудить дальнейшие действия, и в этом кружке даже нашлось место сидящей чуть поодаль Джувии. Вряд ли Локсар была в настроении строить планы, но Хартфилия не собиралась её исключать.       — Предлагаю бросить все силы на Грея — у него совесть есть, его и дожмём! — заключила Люси.       Фуллбастер, от которого компанию отделяло чуть больше метра стола, недовольно сощурился и хмыкнул, указывая взглядом на Драгнила: «Вы бы ещё на голову ему сели и там это обсуждали».       — Ой, ну у тебя же слух убийцы драконов, Нацу — обращаясь к созидателю, посмеялся Хэппи. — А он нас не слышит.       — Это ж где ты там совесть разглядела в последние недели? — как ни в чём не бывало, продолжила разговор Эльза.       — Ну дак… Он мне вчера лакриму в холодильнике зарядил! И починил ножку стола. Маловато за весь нанесённый нам ущерб, но это хотя бы что-то, — Люси вздохнула. — Этот хотя бы осознаёт, как нас всё достало.       — Г-Грей-сама… Был дома у Люси? И ремонтировал её вещи? — Джувия ахнула, прижав ладони к груди. — Красивый полуголый молодой человек приходит к одинокой девушке, чтобы помочь ей по дому? Как это… Люси, как тебе не стыдно чужих парней уводить!       — Так, так, нет! Это не я тут проблемная, а эти двое, вдохни и выдохни! — Хартфилия надулась. — Начитаются всякой бульварщины, а потом думают, что оно и в жизни так происходит…       — О, я тоже такое читала, — Скарлет щёлкнула пальцами, на секунду задумалась и, смутившись, покачала головой. — Люси, нельзя так, ты же знаешь, что Грей нравится Джувии!       — Опять она основную мысль мимо ушей пропустила, — пожаловалась заклинательница, устало хныкнув от тяжести дня и осознания, что её единственным адекватным другом в этой гильдии остался синий летающий и говорящий кот.       — Айя, дак Эльза же! — Хэппи пожал плечами и вдруг отскочил в сторону, испугавшись внезапно ударившейся о стол кружки, брошенной откуда-то сзади.       — Да как это вообще возможно?! — Люси не могла поверить своим глазам, хотя ей и стоило привыкнуть за все эти годы — она отвлеклась всего на секунду, а убийственный дуэт уже нашёл причину для драки. — Из-за чего на этот раз-то?       Ответа девушка не получила. Не то, чтобы она думала, что этим двоим обязательно нужна причина, чтобы сцепиться, но заклинательнице всё же было любопытно, что вообще могло привести к драке в такой короткий срок. Кто начал? Обычно к размахиванию кулаками первым приходил Нацу, но теперь Нацу играл роль Грея, и наоборот. Значило ли это, что Грей устроил заварушку, чтобы соответствовать новой роли? Пришлось отвлечься от раздумий, когда вместо кружки взлетел стол.       — Вот вернётся Мастер с собрания, задаст вам по самое не хочу! — завопила Хартфилия, но оказалась грубо проигнорирована — две половинки одной большой проблемы были слишком заняты, собственно, дракой, а остальные пытались не попасть под горячую, ну или ледяную, руку, либо же имели наглость подбадривать и подначивать.       — И это всё, что ты можешь? — Драгнил усмехнулся, удивительно похоже на то, как это делает Фуллбастер, и спокойно выпрямился, будто до этого не получил ни одного удара.       — Размечтался, — фыркнул созидатель. — Я, в конце концов, огненный волшебник.       Убийца драконов вопросительно наклонил голову, точно щенок, гадая, что придумал соперник, но тот оказался прост как три драгоценных — всего-то достал зажигалку. Нацу вряд ли ожидал, что Грей выучится ради роли огненной магии, но это было просто оскорбительно! Хотя и смешно. Люси прыснула, а затем заметила, что и у Саламандра от попыток сдержаться подёргивались плечи.       Драгнил рванул вперёд, собираясь продолжить драку, а не подыгрывать Фуллбастеру с его нелепыми трюками, но вслед за зажигалкой созидатель достал из кармана кое-что ещё — странный баллончик, и, после внезапно полыхнувшего пламени, огненный волшебник, закашлявшись, отступил. Есть огонь он не мог по правилам шоу перевоплощений, но Люси быстро поняла — Нацу и не стал бы. Потребовалась всего пара секунд, чтобы до девушки добрался омерзительный запах спрея от насекомых, и она задумалась о том, насколько хуже было убийце драконов с его поразительным нюхом. Впрочем, такой ли он поразительный, если Драгнил не учуял эту штуку раньше, без колпачка-то? Хартфилия решила, что Фуллбастер проявил сообразительность и спрятал эту гадость в своём льду или вроде того, за что теперь был вынужден проявлять чудеса изворотливости — Саламандр намеревался выбить из чужой головы все подлые планы. Для начала, конечно, он выбил из рук ледяного волшебника баллончик.       Люси гадала, думал ли Нацу о том, чтобы открыть морозилку за баром и закидать Грея кубиками льда просто из принципа. Обнаружив себя, представляющей, что бы делала на их месте, заклинательница фыркнула на собственные мысли. И всё же, даже так было лучше — ей стоило просто продолжить думать о морозилках, спрее и том, как хорошо, что эти двое не решили буквально поменяться телами. Теперь, когда она осознанно сошла с пути одобрения этой нелепой авантюры, в голову лезли совсем другие вещи. К примеру, что на руке убийцы драконов, помимо чёрного браслета-напульсника, красовалась её, Люси, тонкая розовая резинка. Хартфилия собиралась позже отвесить Фуллбастеру штук десять подзатыльников, чтобы он больше никогда не ставил её в такое положение!       — А ну давай без магии! — возмутился Нацу, пнув злосчастный баллончик как можно дальше, и изобразил невероятное спокойствие: — Тебе, может, нравится всё крушить, но так мы камня на камне от гильдии не оставим, Нацу!       Убийца драконов наверняка рассчитывал, что, играя так, выставит соперника страшным занудой, а потому чуть не вспыхнул, когда Эльза одобрительно кивнула.       — Ну давай, — усмехнулся Грей, — Всё равно я сегодня чувствую себя в лучшей форме, чем когда-либо, не так уж и нужна мне магия.       — В луч… В лучшей форме? — Драгнил едва мог стерпеть такую наглость. — Да у тебя бред, похоже. Может, к Полюшке сгоняешь? Ты и бледноват, если подумать.       — Умоляю, — Альберона вновь подала голос, оперевшись на барную стойку, — Вы можете поменяться навсегда?       Прежде, чем кто-то из дуэта успел ответить, Эльза отрезала: «Я запрещаю вам делать что-либо навсегда!».       — А Люси на Нацу пялится! — Хэппи сообщил это так, словно случайно подумал вслух, но, когда понял, что его комментарий был громче некуда, только и сделал, что поправил себя: — В смысле, на Грея. Сегодня это Грей.       — Ты рот свой плюшевый держи закрытым! — Хартфилия стукнула кулаком по кошачьей голове. — Я сто лет ищу эту резинку!       — Ну да, она же такая особенная, — фыркнул иксид, потирая ушибленную голову и явно не веря в оправдание подруги.       Больше у Люси адекватных друзей не осталось.             Никакого веселья в том, чтобы наблюдать за дракой, не было — Грей и Нацу отказывались уступать друг другу, а выносливости у них было хоть отбавляй, так что вскоре не прекращающийся бой наскучил. Иногда Фуллбастер вырывался вперёд словесно, упражняясь в остроумии, но на такой случай у Драгнила были особенные удары в челюсть, волшебным образом сравнивающие счёт. Иногда убийца драконов находил в себе силы для шквала атак, но созидатель, в свою очередь, находил терпение и выжидал момент, чтобы свалить соперника с ног.       Наверное, раз уж им так хотелось примерить чужую роль, чтобы покрыть её позором, стоило убежать от драки или поддаться. По крайней мере, много кто сделал бы именно так. Тем не менее, сейчас победа значила бы, что один не просто сильнее, но ещё и лучше справляется с ролью второго! Во всяком случае, Люси объясняла это для себя именно так. Возможно, на самом деле во всём этом вообще не было никакого смысла, и оба её друга просто вышли из себя — невесёлая версия стала куда больше походить на правду, когда подколки с обеих сторон прекратились, и остались только взмахи кулаков. Тишина заставила Эльзу хмуриться и следить так внимательно, что она шикала на каждого, кто пытался её отвлечь.       Скарлет терпеливо наблюдала, пока Драгнил не попытался проломить стол, толкнув на него Фуллбастера. Вышло не слишком удачно: Грей потянул Нацу за собой, и каждый из них приложился о дерево плечом, а затем и виском. Это, впрочем, парней не остановило. Остановила их Титания! Она схватила друзей за воротники и приказала: «Хватит! А ну оба марш на улицу, нечего гильдию громить!».       — Правильно, — закатив глаза, вздохнула Люси, — Пусть сразу за город примутся, чего ж мелочиться…       Эльза смерила заклинательницу суровым взглядом и одним кивком головы указала на дверь, намекая, что им всем стоит пойти прочь от любопытных глаз. Для разговора ли, или же Скарлет решила всё же прибегнуть к пыткам, Хартфилия не знала, но у неё в любом случае не осталось сил на споры, так что пришлось смиренно идти вслед за железной леди, грубо пихающей к двери двух непривычно молчаливых оболтусов. Хэппи было слишком любопытно, чем всё кончится, так что и он поспешил прочь из гильдии. Как и Джувия, всерьёз беспокоящаяся о том, как бы Эльза не решила в воспитательных целях пустить Грея на фарш. За Нацу водная волшебница, конечно, тоже беспокоилась, но, в самом деле — им же не детей вместе растить! А вот с созидателем ещё как. Люси помнила мечтательные разговоры подруги о троих или пятерых! Грей, как-то услышав один такой, округлил глаза, но не возмущался, а довольно мягко отметил, что для начала не помешало бы купить цветок и посмотреть, не подохнет ли он в первые три недели, а потом уже думать о настолько серьёзных вещах. Кажется, Джувия после того разговора притащила своему возлюбленному штук десять цветков в горшках, а свою комнату в общежитии и вовсе превратила в оранжерею. Наверняка Фуллбастер был невероятно рад, что привёл в пример растение, а не кошечку или собачку — он и так являлся частью одного большого зоопарка, и второй ему точно был не нужен.       Из квартета оставшихся желающих и дальше наблюдать раздражающую реальность последних недель в виде тщетных попыток Эльзы вразумить слетевших с катушек друзей, в гильдии осталась только Кана, не рискнувшая снова вставать со стула, и ей пришлось лишь грустно проводить друзей взглядом. Люси была поражена тем, что подруга вообще способна делать хоть что-то, притом, что не просыхала аж с прошлой среды! Впрочем, возможно только так и можно было выносить обжигающе-ледяной дуэт. Хартфилия подумала, что, если не получится помирить этих двоих, ей и самой стоит попробовать тактику карточной волшебницы — хуже уже точно не будет.