Немые Костоправы

            Утром Максим убедился в правдивости слов медика, он правда вновь прикован к кровати нестерпимым жаром и свинцовой тяжестью в конечностях.             Первый укол немного ослабил припадки и тому удалось уснуть. Когда босс начал вздрагивать и просыпаться каждые десять минут, на свой страх, юноша взял его ладонь, соединив со своей. В одном из припадков ладонь студента сжали почти до хруста, но тот молчал.             «Похоже этот верзила даже во снах кого-то душит».             Стоило этой мысли пролететь у головы у Каспера, хватка ослабла, но ладонь парня не выпустила. Так прошло около часа. Медику просто не хотелось уходить. Что-то в этом моменте словно было правильное. Однако всплывающие картинки отвращения в глазах Максима на прикосновения студента, напоминали об обратном.             Помогло разжать руку мафиози только дверь, громко хлопнувшая о стену. Главарь проснулся, сам не замечая, сразу отпуская руку юноши. Руке определенно стало не хватать тепла.             Отвернувшись на бок от своих незваных гостей, Максим вновь погрузился в беспокойный сон.             — Поехали? – Все идет своим чередом. Улыбчивый Артур, раздраженный босс и уставший студент. Каспер кивает.

***

      Черный внедорожник мягко выехал за ворота особняка. Артур вел машину одной рукой, расслабленно откинувшись на сиденье, в то время как Каспер нервно сжимал в руках пустой рюкзак. Городские пейзажи за окном казались декорациями из другой, прошлой жизни.             — Ты чего такой дерганый? — Артур покосился на студента, выкручивая руль. — Боишься, что я тебя в лесу прикопаю? Расслабься, я обещал шефу вернуть тебя в целости. Он сейчас злой как черт из-за этой лихорадки, не хочу под горячую руку попадать.             — Я просто... думаю о лекарствах, — соврал Каспер, глядя в окно. — Максим вчера был очень резким. Я думал, он меня придушит за ту выходку утром.             Артур вдруг коротко и хрипло рассмеялся, перестраиваясь в левый ряд.             — Придушит? Парень, если бы он хотел тебя придушить, ты бы уже кормил рыб в заливе. Макс просто не привык, что кто-то нарушает его личное пространство так... бесцеремонно. Особенно кто-то твоего типажа.             Каспер замер, медленно поворачивая голову к водителю.             — Моего типажа? Что это значит? Я думал, он гомофоб. Он так взбесился, когда я спросил про вас с Нэвилом...             Артур хмыкнул, и в его глазах блеснула лукавая искра.             — Гомофоб? Макс? — Он покачал головой. — Нет, малыш, он просто скрытный ублюдок. Его бесит не то, что мы с Нэвилом вместе, а то, что ты суешь нос в дела, которые его заставляют нервничать. На самом деле... — Артур понизил голос, словно выдавая великую государственную тайну. — Нашему грозному боссу всегда нравились парни. Особенно такие, как ты: колючие, с мозгами и этим взглядом «я тебя не боюсь, но хочу коснуться». Ты его типаж на все сто, просто он слишком гордый, чтобы признать, что его заводит сын врага.             Каспер почувствовал, как к лицу прилила кровь. Сердце пропустило удар.             — Ты... ты серьезно?— Серьезнее некуда, — Артур подмигнул ему. — Так что не парься из-за его «свободен». Это его способ не наброситься на тебя прямо там, на кровати. Но если ты ему об этом скажешь — я тебя сам застрелю, понял?             Машина притормозила у входа в центральную аптеку. Каспер сидел неподвижно, переваривая услышанное, пока Артур не похлопал его по плечу.             — Иди давай, фармацевт. У нас мало времени, пока шеф окончательно не впал в бред.             Зам посмотрел на удаляющуюся спину студента в стекло заднего вида.             — Максим когда-то убьет меня, за слишком длинный язык.

***

            Вечер принес с собой предсказанный Каспером хаос: температура Максима перевалила за сорок, и тяжелый бред начал путать его сознание. Студент вошел в спальню с новой порцией лекарства, когда босс уже едва мог сфокусировать взгляд.             Инъекция прошла в полной тишине, нарушаемой лишь прерывистым дыханием мужчины.             Максим чувствует себя лучше, потому юноша может оставить его и наконец выспаться в своей временной спальне и подумать над терзающими вопросами.             Забрал вещи с собой студент быстро, наклонился и губами потрогал лоб больного, быстрый, старинный и приятный способ вычислить жар. Только после такого интуитивного действия, малец отскочил от мужчины как ошпаренный, задумавшись, как это могло выглядеть со стороны.             — Ты чего, сопляк? - Максим постарался поднять свою руку, но получилось лишь выдавить приглушенный стон. Что-то было не так. Босс чувствовал, как становится жарче.             — Ничего. Вам нужно отдохнуть. - Юноша на пятках развернулся к выходу и практически коснулся ручки двери.             — Каспер. - сухой, надтреснутый голос Максима заставил его замереть. Впервые главарь назвал его по имени. Оборачиваться не хотелось, откуда в нем эта трусость?             — Ч- что? - Он все еще разглядывал ручку двери, проводя по ней указательным пальцем, словно проверяя, настоящая ли она.             — Объяснишь? - Любопытство пересилило страх, и малец обернулся. Сначала он не понял, про что говорил босс, оставил сумку у двери и вернулся к больному. Он приоткрыл его глаза чуть шире, потрогал пульс, пальпировал живот и хотел спуститься по ногам к ступням, на что получил громкий, полуболезненный, полусладкий хриплый стон.             Одеяло сползло, и под тонкой тканью спортивных брюк была отчетливо видна яркая эрекция. Организм Максима, отравленный ядом и изнуренный лихорадкой, выдал странную, пугающую реакцию на фоне общей беспомощности. Мышцы босса были словно парализованы — он едва мог пошевелить пальцами рук, но тело жило своей, не подконтрольной разуму жизнью.             Рука резко отдернулась. Как он не заметит такой размер сразу? Парень перевел взгляд на лицо Максима.             — Не трогай меня больше. - Тон четко угрожающий, такой, что, если его не послушать, он забудет о собственной жизни и убьет тебя.             В голове эхом отозвались слова Артура: «Ты его типаж». Сердце колотилось так, что ребрам было больно. Каспер боролся с собой ровно минуту — минуту, которая казалась вечностью. Страх смешивался с безумным азартом. Он медленно подошел к кровати.             — Такое бывает… побочный эффект. Так будет еще пару раз, он будет подниматься… - юноша громко сглатывает, - и вновь падать.             Ему всего двадцать три года, первый парень был в лет семнадцать, но… Таких размеров у него не было точно, это даже как-то противоестественно. Словно он сбежал из гейской манги, где всегда воображаемые агрегаты. Оказывается, такие и правда бывают. Внутри включился исследователь, что обычно проявлялся только во время работы со склянками и формулами. Это странно. Каспер указательным пальцем провел по штанам примерно от яичек до головки, даже так чувствуя вздувшиеся венки. Максим вздрогнул. Его глаза, подернутые туманом жара, сверкнули прежней яростью, права нога попробовала подтянуться, чтобы помешать парню, но ту хватило лишь на небольшое чертыхание.             — Убери. Руки. - говорить Максиму стало явно труднее. Слова вылетали с придыханием. История повторяется как с противоядием, едой, уходом за ним, тот никогда не соглашается сразу, особенно на то, где он в слабой позиции. Нужно просто немного… надавить.             Студент уже не мог остановиться. Он действовал мягко, но настойчиво, отдавая всю ту нерастраченную нежность и подавленное желание, что копились в нем с первого дня.             И вот глава преступной группировки шипит под его ладонью, а член начал выразительно дергаться, словно прося снять лишнюю ткань.             — Максим… - Голос студента стал тверже, но взволнованность никуда не делась. Он уверенно начал водить по стволу рукой.             — Черт. Да? - На удивление угрозы закончились, похоже хрупкому юноше удалось пошатнуть стальную выдержку мафиози?             — Ты же убьешь меня за это да?             — Не представляешь, сколько раз в своей голове я уже сделал это самыми изощренными способами. - Максим опустил взгляд вниз. - Что ты хочешь сде…- но парень уже стягивал с мужчины штаны вместе с боксерами.             — Каспер, остановись. - Босс еле сдержал скулеж удовольствия, когда орган наконец почувствовал свободу, но разум все еще был сильнее. - Сучонок.             Юноша долго не рассматривал открывшийся вид, хотелось попробовать. Язык аккуратно прошелся по головке, очерчивая ее по диаметру, отодвигая крайнюю плоть ладонью. Ходил мягкой мышцей по пульсирующему члену, каждый раз возвращаясь к уретре, немного входя в неё кончиком языка.             Он чувствовал, как под его губами пульсирует кровь самого опасного человека в городе.             Максим продолжал сыпать глухими проклятиями, его голос срывался на хрип. Но постепенно сопротивление сменилось тяжелыми, рваными вздохами.             Без толики внимания не остались и яички. Но стоило пару раз глотке парня соприкоснуться с головкой, еще немного и он разразился бы кашлем, но Максим закончил раньше, босс откинул голову на подушки, тяжело хватая ртом воздух.             Малец чувствует разливающееся тепло во рту. Похоже, босс долго воздерживался или противоядие с ядом дали о себе знать. Парень решил проглотить, смотря в глаза главарю, аккуратно пальцем поймал вытекшую по краю губ каплю и вернул её в рот. Шеф на вкус был… странным, столько времени на кашах, супах и противоядии, вкусно явно не было, но и не плохо. Юноша вернул нижнее белье и штаны назад.             На губах Максима вдруг заиграла слабая, едва заметная усмешка. Он посмотрел на замершего Каспера сверху вниз, и в этом взгляде уже не было убийственного холода.             — Каспер. - прохрипел Максим, облизнув пересохшие губы. Мужчина лежит с закрытыми глазами, головой смотря в потолок. — Похоже, ты всё-таки нашел способ... окончательно сбить мне температуру. Врач из тебя... специфический. - Каспер молча вытирал лицо, чувствуя, как внутри всё дрожит от пережитого. — Думаю повторять угрозы уже бессмысленно, ты абсолютно бесстрашен. - Парню показалось или босс улыбнулся? Да быть такого не может.             Юноша помог главарю лечь на спину, после десяти минут тот уснул, послышалось мирное сопение. Выключив свет, он ушел к себе.             Брел в свою комнату, еле переставляя ноги от напряжения в штанах.