Восьмой день
12 марта 2026 г., 06:28
Поспасть этой ночью не удалось. Ночь для Каспера превратилась в пытку. Каждый раз, когда он закрывал глаза, он чувствовал вкус соли на губах и слышал хриплое «сучонок», вибрирующее в ушах.
Вспышки прошлого вечера мелькали перед глазами, заставляя дергаться, иногда и вовсе соскакивать с кровати и ходить кругами, лишь бы вытрясти из головы.
Стоило коснуться щек – те горели в перманентном состоянии. Каспер то раскрывался от жара тела, то замерзал и ненадолго накрывался одеялом вновь. Силуэт мужчины, его потемневшие глаза, тихие стоны, похожие на рычание. Взгляд, когда юноша облизывал палец, смотря в глаза главарю.
Сдавшись в пять утра, он побрел на кухню, надеясь, что кофе вытравит из него это наваждение.
***
Кухня встретила его стерильным блеском нержавейки. Каспер возился с навороченной кофемашиной, тыкая в сенсорную панель. Вдобавок ужасающее разнообразие сортов кофе, первые две полки холодильника забиты молоком и сливками. Капсулы для кофемашины найдены, осталось с этой махиной разобраться. Каспер наклонился перед ней, словно старался разглядеть внутренности, а ведь именно она объясняет ее работу, да? — Не по силам? – За спиной раздался тихий, всё еще немного измотанный голос. Низкий баритон заставил спину мгновенно выпрямиться, глазам интуитивно метнуться к источнику звука, а щекам вернуть нездоровый красный оттенок. Каспер подпрыгнул на месте. Обернувшись, он увидел Максима. Босс стоял в дверном проеме, босой и полуголый, лишь в низко сидящих домашних штанах. Лихорадка отступила, оставив после себя влажный блеск на коже и опасную бодрость. Студент вспыхнул так, что, казалось, в кухне стало светлее, и резко отвернулся к раковине. Когда-то идеально уложенные волосы сейчас в полном беспорядке. Прикрыв рукой зевок, он прошелся шершавой (а юноша знает уже их на ощупь) ладонью по напряженному торсу. Выглядел так скучающе, словно перед ним не стоит студент на ватных ногах. Босс начал сокращать расстояние между ними. В помещении стало катастрофически мало места, а малец начинает опираться на гранитную столешницу, лишь бы не рухнуть вниз. Затылок чувствует опасное тепло рядом, Каспер почувствовал исходящий от него жар — уже не болезненный, а живой, мужской. Босс протянул руку к панели управления, намеренно ведя плечом по спине юноши. Прикосновение горячей кожи к тонкой футболке Каспера подействовало как разряд тока. Пару нажатий, поставленная кружка, и та начала заполняться ароматным напитком. Показав пальцем на тот же сорт кофе, что сейчас проливался в аппарате, небрежно кинул, сев на стул: — Сделай мне кофе. – Каспер хотел что-то сказать, но у того уже был телефон у уха. Кто звонит в пять утра?! – Слушаю. «Если не ошибаюсь, у тебя для этого повара и подчиненные». Юноша, злобно пыхтя, разворачивается к кофемашине, но все же наполняет вторую кружку. Через пару минут они сидели за кухонным островом. Мимолетный жест «спасибо» и тот вновь полностью вовлечен в разговор. Если бы не некоторые члены банды, Каспер и не обратил на это внимание, но за время нахождения в чужом логове, он стал чутко относиться к здесь живущим и освоил базовые фразы. Потому, когда на кухню шали двое амбалов, кивнув боссу, в ту же сторону показали «доброе утро». Взгляд Максима метнулся на Кураре, тот с легкой улыбкой ответил «доброе». После этого Каспер старательно изучал дно своей чашки, боясь поднять глаза. Тишина была густой, почти осязаемой. Вызвало ли это отклик внутри главаря – сказать сложно, тронула ли мнимая близость с его подчиненными – скорее нет, а вот вопросы к Артуру, как он это допустил – имелись. Их язык был значительно изменен, они владели, как и общепринятым, так и своим. Хватило ли громилам ума не растрепать секретные жесты – Максим, спустя столько проплешин в последних днях, был уверен, что нет. Кружка студента опустела, в то время как у главы она скорее просто остывала, чем употреблялась. Взяв свою кружку, он попытался встать, но тяжелая ладонь легла сверху бедра, заставив опуститься назад. Каспер смотрит недоумевающим взглядом на Воронцова, но тот продолжил смотреть перед собой и сухо отвечать собеседнику по телефону. Студент сел назад и, вернув кружку на стол, скучающе стал ждать окончание звонка. Через минуты две начало смущать, что рука босса так и не убралась с бедра, от чего-то место, в какой-то части от накручивания самого себя, начало обжигающе гореть. Настолько, что в какой-то момент ногу хотелось одернуть. И, когда Кураре почти решился на это, звонок был сброшен. Повернуться на главу вновь смелости не хватило, потому юноша разглядывал рисунки на чашке, оставленные кофейным напитком. — У меня… - Каспер первый не выдерживает тишины и, перекатывая чашку между ладонями, пытается заполнить словесную пропасть. – Завтра утром важный тест. Рано утром. – Голова по привычке оборачивается к собеседнику, тот поднимает глаза со своей ладони и, не сводя и, будто не моргая, смотрит в карие юноши напротив. Этот холодный голубой цвет заставляет толпу мурашек пробежать по позвоночнику, но взгляд «прилип» к серьезному лицу мужчины, иногда опасно опускаясь на губы. — После него будет последняя инъекция. — Я отвезу тебя. — Вам... – Небольшое замешательство в глазах студента. «Можно ли перейти на «ты» после вчерашнего вечера? Или для главы группировки это ничего не значило. В целом, то, что он не убил меня после этого – уже жест доброй воли». – Еще нельзя за руль. – Максим медленно поставил чашку на стол. Его взгляд стал ледяным, давящим — так он смотрел на подчиненных перед тем, как вынести приговор. Каспер замер, его сердце зашлось в бешеном ритме, но он не отвел глаз. Он смотрел прямо в зрачки мафиози — открыто, почти умоляюще, без тени того бесстыдства, что было вечером, только с искренней тревогой. – Максим, я вас прошу, хоть в последний день курса не делайте глупостей! — Я уже ее сделал, раз ты тут. – Горящему недавно бедру резко стало холодно, ладонь соскользнула и босс, забрав холодный кофе, покинул кухню, оставив смущенного студента наедине с уже полезшими в голову фантазиями. Бугаи обернулись на громкий удар о что-то твердое, но сзади лишь юнец, приложившийся лбом о столешницу.***
В спальне босса не оказалось, так что, проследовав по коридору дальше, Каспер занес кулак над дверью кабинета, но тяжелая рука на плече остановила его. Обернувшись, тот увидел одного из «псов» и вопросительно уставился, особенно, когда тот показал что-то руками. Кроме «он» парень ничего не понял. Бугай закатил глаза, словно это очевидно каждому ребенку, махнул рукой, указывая следовать за ним. Вечернее эхо разносится по коридорам особняка. Каспер, сжимая в руке медицинскую сумку, следует за немым подчиненным. Тот, не произнося ни слова, делает резкий жест рукой в сторону открытых дверей спортзала: «Он там». В зале пахнет железом и потом. Воронцов, тяжело дыша, работает на тренажере, игнорируя рекомендации врачей о покое. Его окружают приближенные молча наблюдают за тренировкой босса. Юноша сам не заметил, как начал стремительно сокращать расстояние, таким яростным ходом привлекая внимание. В близи стало слышно тяжелое, свистящее дыхание. Грозный босс вновь без футболки с открытой, еще бледной после лечения спиной, по которой крупными каплями стекал пот. Мужчина замечает вставшего перед ним мальца, но, с рывком, продолжает подниматься подбородком до перекладины. Вены на шее раздуваются, от их вида парень не сразу сообразил, что говорить. — Вы что творите? Максим, я же просил вас без глупостей! – Воронцов опустился вниз, прессом чуть не задев юношу, просверлил того холодным, полным адреналина взглядом и начал новый подход. – Дурак. – Студент сказал это куда-то в сторону, немного надув губы и сложив руки накрест. — Смело. – Тяжелая рука легла на затылок, только увидев лучезарно улыбающегося Артура, медик опустил напряженные плечи. Каспер надеялся, что его шепот услышал только близко подошедший зам. — Или очень глупо. – Но холодный, с ноткой раздражения тон говорил об обратном. Только вот в этот раз это не вызвало в студенте смущения, лишь раскатывающуюся изнутри злость. Максим с негромким стуком спрыгнул на мат, потирая ладони между собой. – Уже десять? — Пол десятого, Максим Викторович. – Да, его отчество Касперу рассказал Артур, но тому знать это необязательно. Взгляд с вызовом встретился с голубыми напротив. Разряжал атмосферу лишь смех помощника. — Ого, призрачный мальчик умеет злиться. – Босс вытер лицо и шею полотенцем, что кинул ему один из «псов». — Не называйте меня так. – Юноша повторяет холодный тон главаря, все еще не раскрепляя рук. Показалось юноше или нет, но Максим усмехнулся, провел взглядом по залу, с минуту посмотрел на Артура, и, наконец, вернулся к своему «отравителю». — Пойдем. Все еще дуясь, парень послушно побрел следом.***
Воронцов тяжело опускается в кожаное кресло и расстегивает ворот, открывая плечо для инъекции. Каспер, не дожидаясь приглашения, начинает раскладывать инструменты на столе. В этот раз укол затянулся. Пальцы студента непривычно подрагивали, от чего подготовиться к проколу пришлось дольше обычного. Максим наблюдал, как тот от усердия закусил нижнюю губу, стараясь успокоиться и убрать дрожь. — Лопнешь от усердия, Кас. – Студент еще не мог привыкнуть к звучанию своего имени конкретно от этого человека. Это было непривычно, словно мысли о сближении подтвердились, и босс добровольно сделал шаг на встречу. Или это больные фантазии Кураре. Легкий смешок и расслабленное лицо, с прикрытыми глазами, почему-то вызывало еще большую дрожь, чем до этого. — Долго еще б… - Этот укол был болезненнее предыдущих, босс замолк, хотя хотел одновременно шипеть и вдавить этого мелкого засранца лицом в пол. — Вам вредно разговаривать, когда в моих руках шприц. – Для главы мафии угроза должна звучать смехотворно, но тот Максим, что понемногу открывался студенту с более мягкой стороны, воспринял это как попытку напомнить, что перед ним все еще сидит сын одного из самых профессиональных киллеров, специализирующихся на ядах. Вещи были уже собраны, а руку, что должна была лечь на ручку двери, опередила чужая. — Завтра будут выдвинуты требования. – Юноша не понял вопрос это или утверждение, горячие дыхание опалило ухо, запустив толпы мурашек по позвоночнику и вернув неестественно яркую краску на лицо. Не оборачиваясь, Каспер поднял голову, встречаясь взглядом с мафиози. Сил у него хватило лишь на короткий кивок. Дверь открылась, и босс вышел вслед за студентом, поворачивая в сторону своей комнаты.***
— Почему ты здесь? – Вернувшись, Максим застал студента, лежащего на его диване, обложенного книгами и тетрадками с какой-то писаниной. — Слежу, чтобы грозный шеф не пошел вновь гробить свое здоровье. – Юноша обернулся на дверной проем. На удивление, пусть Воронцов и почти выписанный пациент, он еще не вернулся к дорогим костюмам. Теперь на нем темно синяя футболка и черные спортивные штаны. От мужчины пахло гелем для душа, чистотой и дорогим одеколоном. В такие моменты Максим казался юноше идеальным. Пока не заговорит. Босс не стал комментировать эту своевольность и вернулся к бумагам на столе, параллельно записывая что-то в телефоне. Лишь когда глаза начади ныть, кофе перестало помогать, а спина просила о разминке или удобной кровати, мужчина поднял взгляд на подозрительно тихо лежавшего студента. Поднявшись с дорогого кресла, Максим медленным шагом направился к не менее дорого обитому дивану. Устроив голову на одном из учебников и закинув одну руку так, чтобы закрывать глаза от света лампы, сопел опасный «отравитель», прижимая второй рукой подушку к себе так, что будь там человек, юноша стал бы еще и душителем. — Каспер. – Ответ не последовал. Несильный толчок в плечо так же не дал результата. Тяжелый вздох мужчины стал капитуляцией.
