Мое заветное желание. Черные сказки белой зимы.

Pov. Николаус. Да он что, серьёзно? Я насмешливо посмотрел на сына и уселся в кресло, попутно обдумывая стратегию поведения. Нет, я, конечно, приглашал его вечером на чашечку кофе, но не думал, что он действительно придет. Дело в том, что сынулю моего пробило на сказки, хотя не понятно почему. Раньше Снеж нашей с Мартой жизнью никогда не интересовался, а тут поглядите-ка! Летописцем нашей юности решил заделаться что ли, не пойму? Утром я ему историю нашего знакомства рассказал, честную, между прочим, все как есть выложил, так он за продолжением явился. И теперь эта зараза мечтает узнать, как я, брутальный до кончиков ногтей парень, умудрился ужиться с женщиной, которая обожает доминировать во всех жизненных сферах, да ещё и увлекается БДСМ! Вроде, меня Тема вообще интересовать не должна: подчинение -- это вообще не мое ни разу, но любовь моя к Марте перевесила все, хоть и далеко не сразу. Сначала мне с ней ой, тяжело было, многое в сознании сломать пришлось, прежде я Марту целиком принял, со всеми ее тараканами. Но как, блин, рассказать об этом сыну? Нет, я явно поторопился, на такой уровень откровенности я пока не готов. -- Знаешь, -- проникновенно сказал я, -- рассказать то, о чем ты спрашивал сегодня утром, я пока не смогу, скажу прямо. Когда-нибудь я, может быть, и решусь на такое откровения, но не сегодня. Но чтобы ты не ушел отсюда совсем уж разочарованным, у меня есть другая история, которая поможет тебе многое понять о наших с твоей мамой отношения. Ты узнаешь, как начиналась наша семейная жизнь, и что нам пришлось пройти по пути к нашему счастью. Если тебе это интересно, я начну. Удивительно, но Снеж даже не расстроился и во всем меня поддержал. -- Конечно, мне интересно будет узнать всю вашу историю, -- широко улыбнулся сын, -- начнем с нее, а дальше ты, может, раскрепостишься и про БДСМ тоже расскажешь, ну, или мама добавит красок в историю. -- Ой, не не, уж лучше я сам все расскажу, -- быстро сказал я; думать о том, какие краски в историю нашей жизни может внести несдержанная на язык Марта мне не хотелось. -- Ну, садись, солнце мое полярное, -- улыбнулся я, -- сейчас ты услышишь историю нашей с Мартой юности, и начать ее позволь с небольшого совета. Если какие- нибудь старшие родственники, например, эксцентричная двоюродная бабушка Галь решит сделать вам с Игнатом отличный подарок на свадьбу, например, старинную резиденцию, для устройства вашей семейной жизни, не вздумай соглашаться и принимать подарок: он совсем не то, чем кажется. Мне, к сожалению, такого совета в свое время никто не дал, что и привело к полнейшему кошмару. Поженились мы с Мартой под Новый год, сразу после того, как она вышла из больницы, где оказалась после довольно-таки серьезной аварии. Разбилась наша мама, не сумела во время гонки с санями совладать, и поверь, травмы были довольно тяжелыми. К счастью, восстановилась она быстро и была так тронута моей искренней поддержкой и любовью, что сразу согласилась выйти за меня замуж. Свадьбу играли с размахом, хотя родственников с моей стороны почти никого не было, так как родители избранницу мою категорически не одобрили, а вот родственники Марты явились в полном составе и было их совсем не мало. Выделялась среди толпы красивых, элегантных представителей фей воздуха тетя Галь, она вообще непонятно как в их клан затесалась. Я когда это чудо увидел, глазам своим не поверил, подумал ещё тогда, че за красотка с обочины к нам заявилась? Дело-то происходило более трехсот лет назад, сам знаешь какая тогда была мода, а тут усохшая старушонка в кожаных трусах и блузе на просвет, тогда такое точно не одобряли. Подошла она ко мне, шатаясь на здоровущих каблуках, и давай с поцелуями приставать, я аж не знал что делать, стыдно было до жути. Ну, поприставала она ко мне и говорит: -- А я, детки мои, вам подарочек приготовила, уютное семейное гнёздышко, чтоб было вам, где свою семейную жизнь начинать. Детям нужно жить отдельно от родителей, только так они сумеют стать взрослыми. Я так-то всегда был согласен с этим постулатом, вот только было одно мааааленькое но. Жить отдельно нам предстояло на съемных хатах, а практика съема была триста лет назад совсем уж ужасающей. И тут вдруг такое! Это же просто роскошно, получить в свое распоряжение жилье, свое, отдельное, пусть и резиденции, которую нам дарили, лет было больше чем мне, Марте и оленям моим вместе взятым, это ведь совсем неважно! Главное, чтобы стены были, а остальное приложится. Вот только мне, наивному колокольчику, не пришла в голову мысль, что стены-то тоже могут оказаться с сюрпризом... Началось все сразу, прямо в день переезда. Я, значит, оставил Марту осматриваться, а сам в магазинчик местный, его уж нет давно, потопал, хотел прикупить чего-нибудь вкусненького, отметить, так сказать, обретение хором. Я тогда, конечно, молодой был, горячий и девчонки при виде меня прямо-таки в штабеля складывались. Так было и в тот раз, вот только восхищение щебечущих красавиц мигом сменилось ужасом, лишь до них дошло, по какому Адресу я переехал. -- Вы должно быть с ума сошли, -- прямо сказала блондиночка с пышными бедрами, стоящая за прилавком, и в ужасе прикрыла рот маленькой ручкой, -- это же не дом, а настоящий склеп! В нем смерть поселилась давным-давно, и никто не может уйти живым, соприкоснувшись с аурой дома... Ты останешься в нем навсегда. Я, естественно,р в такое по молодости лет не верил. Ну, в соприкосновение с аурой дома то есть. В призраков я как раз очень даже верил: мне в свое время пошататься пришлось по разным нехорошим местам, и видел я там много всякого. Но выходцы из преисподней меня никогда особо не пугали: я -- брат Крампуса так-то, после общения с дражайшим родственником чего-то бояться уже просто глупо, а потому я особо не встревожился. Как выяснилось позже, зря. Но в тот момент я просто улыбнулся красотке, прикупил все, что нужно, и отправился домой. И уже на подходе к резиденции меня попытались сожрать. Да- да, вот так, просто. Если честно, для меня это был настоящий нонсенс. Меня, пусть и юного, но достаточно сильного снежного духа загнала в кусты какая-то тварь, похожая одновременно и на свинью и на волка, и протяжно завыла. Чего монстрюга от меня хотела, непонятно, про сожрать я явно погорячился, потому как убить меня можно было и на открытой местности, не было необходимости минут сорок по кустам гонять. Ну, да, я убегал, но только потому, что не захотел отдать свои продукты. Меня Марта не поняла бы, приди я домой с пустыми руками, и реакция ее на это событие была бы, увы, однозначна, а мне под плеть не хотелось, нет уж, лучше по кустам побегать. В конце концов мне это надоело, и я просто превратил пугалище в ледяную статую, наплевав на запреты гильдии по охране нечисти. В конце концов, успокаивал я бунтующую совесть по дороге домой, он сам виноват, первый на меня полез, да и ничего с ним, в конце концов, не сделается, подумаешь, постоит в кустах зиму. Ничего, весной оттает и будет ещё краше прежнего. Казалось бы, неприятности позади, домой я всё-таки пришел, но возвращение меня не порадовало. Это был настоящий, если честно, трындец. Когда я вернулся, то обнаружил Марту в компании роскошного Вампира, который даже особо не скрывал свою сущность. Кровосос представился Эриком и заявил, что просто пришел в гости, по-соседски, не более того. Он даже пирог яблочный с собой приволок, вроде это называется шарлотка. Ох, и взбесил же он меня! Да какого черта, не надо мне вампиров в доме, и пирогов его тоже не надо! Сам, в конце концов, с руками, захочется Марте шарлотку -- испеку без проблем! Но Марта на мои бешеные взгляды внимания не обратила и с "приветливым соседом" продолжала мило флиртовать. -- Серьезно? -- у Снежа в глазах засверкали насмешливые искорки, -- дядя Эрик? Ты ведь по моего крестного говоришь? -- Ну да, -- кивнул я, -- про него. Только знаешь, твоим крёстным и моим другом он стал гораздо позже, а в тот момент мне хотелось его разорвать. Сидел хмырь такой нога на ногу и делал красавице моей неоднозначные намеки, еле-еле выпроводил его. Ну, а когда мы остались одни, я рассказал Марте все, что узнал от лавочницы, ну и про оборотня, конечно. Марта только отмахнулась, она у меня девчонка не из робких и похрен ей на всех призраков этого мира. А потом, уже через пару дней я разбирал в кабинете бумаги супруга Галь и нашел кое-что интересное. Старикан почил прошлым летом и оставил женушке письмо, на которое я и наткнулся. В нем написано было такое, что к меня волосы дыбом встали. "Дорогая моя супруга, -- написано было на плотном листе пергамента витиеватым каллиграфическим почерком, -- молю тебя, забудь навсегда об этом доме. Я никогда не был ангелом и, чтобы обеспечить тебе достойный уровень жизни, творил здесь дела, после которых мне дорога лишь в Ад. Нет мне прощения ни на земле, ни на небесах, я это понимаю и принимаю, то что заслужил, с достоинством. А касательно дома... Жить здесь все равно не сможет никто, слишком сильно земля слезами и горем пропитана, да и Зло, что я своими действиями пробудил, не дремлет и собирает свою кровавую жатву. Заколоти резиденцию досками и больше никогда здесь не появляйся, а ещё лучше -- предай здесь все огню. Только он, пожалуй, и сможет очистить все грехи, таящиеся в земле. Прощай, малышка, увидимся в Аду. Знаю, что ты практически бессмертна, но все имеет свой конец, так что когда-нибудь точно встретимся". Я держал свиток в руке и реально не понимал, что мне делать. Почему Галь не забрала письмо, я не знаю, скорее всего, просто не заходила в дом. Да уж, прочитать такое было не слишком приятно. И кстати, к свитку был прикреплен амулет, который позже сыграет в этой истории немаловажную роль. Странноватый черно-фиолетовый кристалл диковинной формы, напоминающий птицу, раскрывшую крылья, оправленный в серебро, на длинной витой цепочке. Его я взял себе, ощутил, что вещичка пригодится. Чувствовал ли я себя виноватым в том, что прочитал письмо, адресованное не мне? Нет. Дом подарили со всеми потрохами, и я имел право просмотреть документы, лежащие в ящиках стола и старом громоздском сейфе. Если бумаги нужны были Галь, она забрала бы их с собой. Ну, а про письмо она либо не знала, что скорее всего, либо просто подумала, что я не любопытен и весь хлам, оставшийся от прежнего владельца, вынесу на помойку. Ошиблась, мне история тем более более или менее знакомых людей всегда была интересна. Вот только, как рассказать обо всем Марте? И стоит ли уезжать из резиденции? Да, творится здесь черт и что, но жить-то нам по-любому больше негде, а значит, надо бороться. Я ведь не один: со мной Марта и мои олени. Ну да, они со мной с тех ещё незапамятных времён: каждому, уважающему себя снежному духу, упряжка необходима, вот я и подобрал несколько юных беспризорников, оставшихся без родителей. Я молодой, они молодые -- решил я, будем вместе всего достигать с нуля. По-моему, отличный план. Собрал я их незадолго до свадьбы, вот теперь сюда с собой привел и ответственен за них, мне трупы не нужны. Малыши такие юные и трогательные, их обидеть я не позволю. Подумав немного, я все же решил пока домочадцам ничего не говорить. Ну, а толку их пугать-то? Старик, может, из ума выжил под старость лет, а я тут его бредням верить буду. В конце концов, для обычного человека жить рядом с такой, как Галь, тяжёлое испытание, а потому безумие для него -- исход ожидаемый. Буду держать ухо востро, а там поглядим. Первое время ничего особенного не происходило. Оленята, лидером которых как- то сразу стал Руди, с восторгом обживали личное пространство (я им западное крыло выделил) , Марта с не меньшим восторгом украшала дом, а я продолжал копаться в документах дядюшки Олафа. Да уж, непростой старичок оказался, ох, и непростой... Оказалось, что он у нас был основоположником культуры скотомогильников. Да-да, без всякого сарказма, он действительно первым в Европе создал скотный ров, куда со всей округи везли трупы животных. Его местные жители почти канонизировали, потому что благодаря этой инновации было предотвращено несколько эпидемий. Вроде, человек благое дело делал, вот только выяснилось, что не только этим занимался прогрессивный дядя Олаф. Он и какое-то темное дельце проворачивал, в частности, хотел создать что-то типа Франкенштейна из частей мертвых животных. У него в столе разные чертежи были, списки того, что нужно собрать, отчёты о том, что получилось и что нет. Ну, а потом я наткнулся на подшивки газет, и стало ещё интереснее. Оказалось, что в последнее время в округе стали пропадать люди. Как правило, жертвами становились женщины и дети, мужчин неведомый преступник почему-то не трогал. Пропавших искали очень долго всем миром и однажды нашли. Точнее их кости нашли на болоте, в огромной яме. Да-да, от пропавших только кости и остались, их растерзал, а потом обглодал какой-то громадный зверь. По телу моему пробежал холодок. Почему дядюшку так интересовала эта история? Ведь здесь не только подшивки газет, которые освещали расследование, я вижу копии документов из полиции. Похоже, Олаф подкупил кого-то из полицейских и внимательно следил за ходом следствия. А теперь догадайтесь, почему он так поступал? Навряд ли мечтал о лаврах великого детектива. Похоже, у дядюшки все же получилось создать свое богомерзкие создание и... Может быть, чудовище сбежало, а может, дядюшка выпустил его на волю сам, желая наказать за что-то соседей. Ну, а потом испугался разоблачения, вот и следил за расследованием. Через пару недель ко мне пришел Эрик и сразу сказал, что нам надо поговорить. Он выглядел бледным и перепуганным, да-да, вампир, черт возьми, явно чего-то боялся. Я естественно, отвёл его в кабинет, искренне радуясь, что Марты сейчас дома нет, она в поселок уехала к мастерицам, хотела заказать себе несколько платьев. -- Слушай, -- выпалил Эрик, оказавшись в кабинете, -- как вы здесь живёте? Особенно сейчас, когда Олаф вернулся. Моя челюсть плавно поехала вниз. -- Олаф вернулся? Это как? Он же, простите, был просто человеком и вернуться после смерти никак не мог. -- Да да, Олаф вернулся, я не сошел с ума, -- горячо заявил Эрик. -- Я видел его, он снова здесь и не один, а со своим проклятым питомцем. И знаешь, питомец опять принялся за старое. Вчера я возвращался из города и увидел, как его... гхм... олень убивал Хельгу. К сожалению, я не смог ей помочь. -- Что?! Хельга?! О нет! Не помню, говорил я или нет, но Хельга, это та самая красотка-лавочница, которая обслуживала меня в первый день. Значит, бедная девочка мертва, и убил ее питомец Олафа. Превосходно. Если уже начались жертвы, то следующими, скорее всего, будем мы с Мартой. Да, снежного духа и фею воздуха убить гораздо сложнее, чем обычного человека, но и Хельга не была обычной девушкой. Она вроде полукровка была, упоминала в беседе, что ее мать была потомком эльфов. Не знаю кто как, но я свою жену терять точно не собираюсь. И потом что это за олень? Ну, Эрик всегда был не промах, и мне вопрос даже вслух задавать не пришлось, сразу ответил. -- Олаф у нас ветеринаром был, -- спокойно пояснил он. -- Настоящим, с дипломом, учился в Праге. И самое интересное, что университет, в котором он учился, был с магическим уклоном. Да, Олаф был просто человеком, но кое-какие способности у него имелись, так бывает, иногда и у обычных родителей могут рождаться магически одаренные дети. В универе он, кстати, с с Галь и познакомился. И в универе он стал одержим идеей возвращать жизнь животным. В детстве у него был травмирующий опыт, он потерял любимого пса и страстно мечтал вернуть его. Он начал работать в этом направлении и скоро достиг немалых результатов. Мертвая плоть под его руками оживала, вот только учителям это совсем не нравилось. Они были адекватны и придерживались принципа: мертвое должно быть мертво. Олафу откровенно намекнули, что лучше бы ему свои эксперименты оставить. И ему пришлось послушаться, не хотелось терять Галь, с которой роман уже горел вовсю. Ну, а после окончания универа он и развернулся. Первые деньги как раз на этом и заработал: очень многие ведь хотят вернуть своего умершего питомца. Время шло, Олаф женился на Галь, работал ветеринаром, экспериментировал с воскрешениями -- и вроде все было хорошо, но детей у них не было. Олаф же страстно мечтал о ребенке, но никак не получалось. И он ушел в работу целиком и полностью. Открыл тот пресловутый скотомогильник и... Начал собирать своего Франкенштейна. То, что у него получилось... Это действительно создание из ночных кошмаров -- нечто вроде огромного оленя, созданного из кусков мертвой плоти. Олаф назвал его Зэнди и был воистину счастлив где-то месяц. Вот только тварь оказалась дьявольски умной, хитрой и агрессивной. Я видел её вблизи, мы одно вреяя неплохо общались с Олафом по-соседски, и он даже доверял мне. Так вот Зэнди... Это было нечто иное. Все кошечки-собачки, которых воскресил Олаф, это были зомби -- тупые послушные куклы, которые просто сидели возле хозяев, как мягкие игрушки, да и все. Никакой души, привязанности, весёлых проделок -- просто тело, дышащее, живущее, но не более того. А вот Зэнди... Тварь оказалась не только злобной, но ещё и очень-очень умной. Ее интеллект был безупречен, и отчего-то главной своей задачей милый оленёнок считал уничтожение человечества.Точнее части человечества: его ненависть вызывали женщины и девочки. Олафу ещё тогда надо было избавится от твари, поверь, у него были для этого возможности, но нет, он от результата своей многолетней работы был просто в восторге. И даже, когда милый оленёнок стал исчезать из резиденции, а по округе прокатилась волна смертей, он защищал свое творение. Впрочем, потом прозрел даже он, потому что Зэнди попытался убить Галь. Без всяких причин, она просто шла мимо. А тот просто вырвался из загона и... Будь она человеком, от нее не осталось бы ни рожек ни ножек. Этого Олаф уже не стерпел, и Зэнди отправился назад, в ров. Вот только Олаф ещё до конца не понимал, с чем имеет дело, что он своими экспериментами разбудил, потому что Зэнди вернулся, причем довольно скоро, и начал убивать. Вот только в этот раз он вернулся за хозяином, и у него получилось отомстить, а остальные смерти нужны ему были, чтобы оставаться в Реале. Я сидел и не знал, как вообще реагировать на услышанное. Сука, и после всего этого Галь подарила адский домишко со всеми его секретами нам? Кажется, стоит задуматься о том, как именно она к нам относится. Ладно, надо брать себя в руки и начинать мыслить логически. Хорошо, примем все рассказанное за правду: сейчас в округе бродит мертвый олень, преданный своим хозяином, и убивает, но зачем он вернулся? Месть совершена, хозяин мертв, можно уже и успокоиться. Стоп, но Эрик же сказал, что Олаф тоже здесь. О боже, у меня сейчас голова взорвется... -- Не понимаешь, что происходит? -- грубовато, но с явным сочувствием поинтересовался Эрик. -- Ну, так я тебе скажу. Олаф вернулся, чтобы забрать с собой в посмертие свою дочь и не успокоится до тех пор, пока не доведет дело до конца. А уж зачем здесь Зэнди, понятия не имею. Может, они в Аду помирились, а может, и нет. Он продолжал ещё что-то говорить, но я его уже не слышал. В ушах билось одно: Олаф вернулся, чтобы забрать свою дочь... О ком идёт речь я понял сразу. Марта... Неееееееттттт!!!