Мое заветное желание. Черные сказки белой зимы.

Pov. Николаус. Снеж опять подпрыгнул на стуле и с нетерпением схватил пряник. Ох, и дитя он ещё, всё ему так интересно, надо было ему ещё с детства начать семейные легенды рассказывать. -- И что же дальше произошло, что рассказал Эрик? -- В тот раз услышать рассказ Эрика мне так и не удалось, -- тяжело вздохнул я, --потому как домой вернулась твоя мама и, как только она вошла в зал, я сразу понял -- что-то не так. -- Что ты имеешь в виду? -- удивлённо вскинул голову Снеж. -- Сейчас попытаюсь объяснить, -- кивнул я, -- понимаешь она всегда была дерзкая и резкая, и за это я, наверное, её и полюбил; у неё всегда был такой вайб, абсолютно особенный, несвойственный никому другому: от неё прямой веяло свободой и жаждой жизни, что ли? Да, скорее всего так. А вот, когда она вошла, блин, от нее сразу чем-то другим повеяло, хладнокровием каким-то, жестокостью. И глаза... Они изменили цвет. Там не только я, Эрик даже насторожился, можешь себе такое представить? Судя по всему, Снеж мог: Эрика он знал с самого своего рождения, да скажем прямо, в детстве, пока я карьеру делал и строил Империю, Эрик ему, порой, гораздо больше отцом был, чем я. Пока Снежу не исполнилось 14, я скорее выполнял роль воскресного папы, а вот Эрик на связи был двадцать четыре на семь. Потом, когда Империя наконец встала на ноги и больше никто и ничто не могло ей угрожать, я, естественно, мигом начал наверстывать упущенное, но факт остаётся фактом. И да, у Эрика всегда было поразительное чутье, воистину вампирское, он даже проказы Снежа маленького чувствовал за километр. Ясное дело, то, что в Марту что-то вселилось, он тоже мигом понял. Так вот, Марта вошла и посмотрела на нас огненным абсолютно жутким взглядом. Впрочем, огонь в глазах тут же потух. То, что забрало ее тело, не хотело нарываться и усиленно делало вид, что все в порядке. "Марта" мило улыбнулась мне и неожиданно села на колени к Эрику. Ой, какой косяк.. тут, даже будь мы тупыми, и то поняли бы, что всё совсем не в порядке. При живом муже лезть, знаете ли, на колени соседа -- это уж слишком при любом раскладе. Я почему-то оставался спокоен, а вот Эрик был в ужасе, представил, наверное, что я с ним сделаю. Только мне злиться не хотелось, гораздо страшнее было, что моя жена под властью какого-то чудовища. Ладно, по- любому, надо выкручиваться, мелькнуло у меня в голове и я рявкнул: -- Ты совсем выжила из ума? Смею напомнить, что твой муж я, а не этот поганый кровосос! Я тебе не позволю у меня на глазах развратничать! В глазах " Марты" заметался страх. Скандал ему не нужен, понял я, и это меня вдохновило. -- Прочь ступай по-хорошему, -- рявкнул я, -- мне проблем не надо. Иди в свою спальню, а я с твоим любовником поговорю. И не обещаю, кстати, что после этого он останется живым. Да уж, желание остаться незамеченным было в подселенце слишком сильным. Я вдруг понял, что ему нужно: тело, но не Марты. То, что сейчас было в ней, хотело мужское тело, и Эрик ему показался более подходящим, поэтому он и начал его обхаживать; вот только о том, что Марта -- моя жена, чудовище не знало, а потому и возникла путаница. И несётся нечто сейчас прочь, повинуясь моему приказу, лишь с одной целью: не хочет, чтоб я сильно повредил выбранное тело. Думает, что если сейчас уйдет, мы пообщаемся и решим все миром, а ночью оно придёт к Эрику, и вот тогда... Не знаю, кто посвятил меня в планы чудища, я как в мозгу его очутился, да и все. Но мне это было только на руку, теперь, по крайней мере, понятно, чего от него ждать. Как только "Марта" скрылась за дверью я резко повернулся к Эрику. Он вскинул руки: -- Блин, я не знаю что это было, честно. Не люблю флирт с замужними, никогда таких развлечений не понимал. Знаешь, на мой век свободных и молодых хватит. --- Успокойся, -- хмыкнул я, -- я далеко не идиот и хорошо понимаю, что это не Марта. Вернее тело-то ее, а вот что в него вселилось, абсолютно непонятно. Поэтому, ругаться с тобой я не собираюсь, наоборот, хочу попросить помощи. Ты явно больше понимаешь в здешних реалиях, но если откажешься, я пойму. Не каждому хочется лезть в чужие неприятности. -- Ну, мне так кажется, что я уже не чужой, после такого то, -- хмыкнул Эрик. -- Я примерно понимаю, что произошло, и с удовольствием тебе помогу, хоть и будет это очень не просто. Мне о таком рассказывали в детстве. Скорее всего, в нее вселился блуждающий дух. Такое периодически случается: дядюшка ваш, для того чтобы вернуться, через межмирье прошел, и, скорее всего, прихватил за собой парочку. Теперь духи эти летают по округе и ищут тело, в которое можно вселиться. Им-то все равно в кого, лишь бы закрепиться в Реале, без тела срок их пребывания здесь недолог совсем, пару месяцев и все. -- Нет, -- покачал я головой, -- что-то не складывается. Ты ж видел, то что в Марте хочет переселиться в тебя. -- С чего ты так решил? -- вытаращил глаза Эрик. -- Оно действительно хочет, но не переселиться, а просто переспать. Блуждающие духи могут по долине туманов блуждать веками, а теперь представь его чувства, когда он вернулся. Естественно ему хочется всего и сразу, в том числе и секса. -- Может, и так... Кто их знает, этих духов... Ладно, и как с такими бороться? Я ему, конечно, очень-очень сочувствую, но знаешь, мне жена дорога, и я не готов отдать ее даже при всём к этому духу сочувствии. -- Ну, в теории, -- вздохнул Эрик, -- достаточно провести один несложный обряд, а вот на практике... Дракула его знает. Мне, честно сказать, не приходилось иметь с таким дело никогда, только сказки слышал в изобилии. -- Ага, и что делать станем? Как он проводится, тот обряд? Нам придется действовать наобум, мне плевать на последствия, Марта сейчас важнее. Кстати... Если в ее теле сейчас дух, то где сама Марта? Только не говори мне, что в Межмирье по пустоши бродит! -- Ну... На этот вопрос сказки моей бабушки однозначного ответа дать не могут, --признал Эрик. -- Какие-то говорят, что да, так и есть, подселенец отправляет хозяина тела туда, откуда пришел сам; другие, что душа по-прежнему находится в теле и все видит и слышит, но ничего не может сделать, потому что её воля подавлена... Теорий на сей счёт полно, и какая является истинной даже представить себе не могу. Так, вставай, нам на болото надо, причем срочно. И... У вас есть кстати мыло хозяйственное? От резкой смены темы разговора я аж на месте подскочил. Что за... Какое мыло и зачем нам на болото, мы там что ли будем проводить ритуал? Как по мне, не слишком-то там удобно, холодно там и мрачно, а ещё этот долбаный олень, вдруг он бродит где-то поблизости. Пойми меня правильно, сынок, я совсем не боялся, просто мне было неуютно от мысли о блуждающие во тьме зле. Мне и оборотнюги, торчащей в кустах, хватило. Ну, не люблю я нечисть подобного толка, у них же мозгов нет, ярость одна, желание убивать все перевешивает, с ними не договоришься, как вот с Эриком, например. Ладно, хватит стонать, если для спасения Марты нужно сожрать вагон того мыла и станцевать танго с оленем-убийцей, что ж, я готов. Кстати, а как у духа получилось подловить Марту? Она ж девушка с образованием, магически одаренная, не простой обыватель. Я задал вопрос Эрику, и то, что услышал в ответ, мне совсем не понравилось. -- Тут, знаешь, -- спокойно ответил он, -- дело совсем не в одаренности и уж точно не в образовании. У людей поговорка есть: от сумы да от тюрьмы не зарекайся, вот тут принцип тот же. Дух очень хитёр и может поджидать тебя везде. Ты элементарно можешь посмотреть в лужу, чисто машинально, ну, привлекла тебя рябь воды или случайное отражение -- и все... -- Ох ты ж... Даже так? Запомнил. Дух от может быть не один, прикиньте что будет, если а меня такое вот вселится. Стану потом тоже на коленки к Эрику пристраиваться... Больше не тратя времени на глупые вопросы, я рысью сбегал в ванную и, задыхаясь от вони, принес пару брусков хозяйственного мыла. Вот, кстати парадокс. Черные склизлые куски всегда лежали в ванной на самом видном месте, но я ни разу не видел, чтоб хоть кто-нибудь ими пользовался. Ох, ты ж и запашок... Эрика аж передёрнуло. Он взял мыло в руки и довольно улыбнулся. -- Правильная у тебя жена, Ник, ничего не скажешь. Бесогон всегда в доме иметь надо. Как представлю, если б его в наличии не оказалось... И что б мы тогда делали? Я, к сожалению, не такой запасливый хозяин и у меня мыла нет, хотя после сегодняшнего случая я его непременно куплю Мы быстро, спаси меня, Господи, натерли лицо и руки отчаянно воняющими кусками мыла, затем Эрик осыпал нас какой-то столь же резко пахнущей травой из своего кольца, и лишь после этого мы вышли из дому. Сразу же за порогом меня ожидал весьма неприятный сюрприз в виде образины, которая оттаяла совершенно не во время. Оборотень бесновался под деревом и скалил немаленькие такие зубы, но подойти не решался, видно, запашок, исходящий от нас, его не устраивал. -- О, -- возрадовался Эрик, увидев зверюгу, -- Бенджамин вернулся. Его не было видно последние несколько дней, и я уже начал волноваться. Он у нас тут своего рода достопримечательность, и мне очень не хотелось бы, чтобы его поймали безжалостные охотники. Да, есть здесь несколько несознательных типчиков, которым наш очаровашка чем-то сильно мешает. Я аж подавился от таких рассуждений: это вот очаровательная достопримечательность? Спасибо, обойдёмся, мне лично не надо такого счастья возле моего дома; в конце концов, Марта скоро детей родит, с ними гулять надо и все такое, мне лично кросс по кустам с коляской не по силам точно. Хотя, если каждый раз обмазываться мылом, может, и удастся его отвадить. -- Да ладно тебе, -- рассмеялся Эрик, будто услышав мои мысли, -- Бенджи очаровательная зверушка и очень музыкальная, в полнолуние такие серенады поет под окнами -- заслушаешься. И ещё он очень ласковый, с тонкой душевной организацией, отродясь никого не обидел, в отличие от отродий Олафа. Он был здесь всегда и, поверь, я его отлично знаю, он мою мать с коляской на прогулку сопровождал. Да уж, может, и зря я наехал на зверушку: он, наверное, ко мне познакомиться подошёл, а я от него бегал, матеря на чем свет стоит, а потом и вовсе заморозил, ой, как неудобно-то получилась. Ладно о том, как помириться с оборотнем, я подумаю позже, сейчас у нас что там по плану -- болото? Интересно, зачем мы туда идём. На этот вопрос Эрик сначала отвечать не хотел, юлил вокруг да около, ну, а когда ему все же пришлось ответить, мне аж плохо стало -- такого я себе и представить не мог. -- Мы сейчас с девами-болотницами флиртовать будем, -- на полном серьёзе заявил Эрик, -- понимаешь, нам правдивые сведения нужны о том, кто или что в Марту вселилось, и узнать это мы можем только от местных сплетниц. Болотницы, они всё всегда знают: ну, скучно им трясине своей сидеть, вот и шастают они по округе, новости собирают. -- Мда уж... То, что девы все знают, это, конечно, хорошо, -- прямо заявил я, -- но флиртовать с кем-то, знаешь, не самая лучшее идея. А если об этом узнает Марта? Ты даже не представляешь, что она со мной сделает. -- Пока вместо Марты у тебя какое-то сексуально озабоченное чудовище в её теле дома поселилось, -- весьма разумно возразил Эрик, -- хочешь, чтобы оно там и осталось? Знаешь, лучше от Марты получить, когда мы её вернём, чем всю жизнь опасаться, что "жёнушка" тебе ночью горло перережет. Ты не думай, что блуждающие духи такие уж безобидные, они, порой, одержимы жаждой крови, и никто не может сказать, когда фаза агрессии наступит. Лучше тебе вернуть Марту любыми способами, а уж потом начать беспокоиться о последствиях. Так-то я с этим был конечно согласен, блуждающий дух вместо жены то ещё удовольствие, но чёрт возьми, флиртовать с болотницами... А как они хоть выглядят, надеюсь, не как куча тины. -- О, чувство прекрасного включилось, -- Эрик похоже в лёгкую читал мои мысли, --значит уже не плохо. Да не переживай ты, красивые они, болотницы, только несчастные: как правило, это девушки, которые бросались в трясину из-за того, что их оставили возлюбленные, как понимаешь, беременными. И да, они, несмотря на то, что о них говорят, вовсе не агрессивные и не заманивают парней в свои сети, за это можешь не волноваться. -- Ну, уже хорошо. И где оно, то болото? Что-то слишком долго мы идём. В соседней области что ли болотницы проживают? Внезапно в тумане, окружающем нас что-то изменилось, он как будто стал плотнее и темнее, знаете, было такое ощущение, что в нём появилось нечто злое и оно смотрело на нас. -- О чёрт, -- Эрик мгновенно просёк перемену и выглядел откровенно встревоженным, это Олаф, он близко, плюс его олень, чёрт возьми. -- Слушай, -- вырвалось у меня, -- как ты думаешь, чего они хотят, зачем вернулись? -- Не самое удачное время для дискуссии, -- рявкнул Эрик, -- бежииим! И мы понеслись сквозь туман, так быстро кажется я никогда не бегал, у меня аж лёгкие горели и в глазах потемнело.Остановились мы, лишь когда пронеслись без остановки километра полтора, не меньше. Мы подбежали к болоту, классическому такому, с трясиной и кочками. Даже сейчас, в конце марта, когда снег ещё толком не растаял, выглядело оно прямо как на картинке в старой книге, и звуки здесь были слышны такие же классические, даже лягушки уже кое-где квакали, а в глубине сипло кричала выпь. -- Повернись, -- сказал Эрик, снимая с руки очередное кольцо, -- нам нужно запах мыла и пажитника нейтрализовать, сейчас мы воняем так, что с нами ни одна дева-болотница даже не заговорит. Я повернулся спиной и почувствовал, что меня будто душем обдало: упругие такие, слегка колючие струи. -- Ну всё, -- довольно констатировал Эрик, -- теперь можем призывать красоток. -- Так их ещё и призывать надо, а говорил они всё время по окрестностям шляются, -- недовольно протянул я, -- ладно, давай уже покончим с этим. Эрик картинно замер на краю топи и произнес несколько слов на языке, который был мне непонятен, скорее всего это была латынь. В воздухе что-то дрогнуло, а потом раздался женский смех, звонкий, настолько искренний и чистый, что захотелось мгновенно следовать за его обладательницей, куда она позовёт. -- Ты это, держись, -- тихо прошептал Эрик, -- не поддавайся их чарам, девы наши на многое способны, голову задурить так точно. Рядом со мной, на кочке, неожиданно обнаружилась красотка: яркая блондинка с прекрасной фигурой, одетая в прозрачное длинное платье наподобие ночной рубашки, но украшенное затейливой тонкой вышивкой. А Эрика сзади уже обнимала за шею другая: черноволосая малышка, тоненькая, юркая, но, по ощущениям, очень опасная. -- Ну, привет, мальчики, -- сказала блондинка, поднимаясь и отряхивая подол платья, -- давненько вас здесь не было. Ты, Эрик, опять с новым приятелем, ну, никак не угомонишься, я смотрю. -- А вы между собой неплохо ладите, -- демонстративно втянув воздух ноздрями, неожиданно заявила брюнетка. -- А к нам тогда вы зачем, если у вас в любви всё хорошо? Я аж подавился, ну и экземпляр! Мало того, что ведёт себя как собака, так ещё и с нюхом беда: это у кого тут всё хорошо в любви? Мне и в голову не пришло бы с мужиком спать, тем более с вампиром. Но раз уж девице так хочется, придётся сделать вид, что она всё поняла правильно. На что только не пойдешь, ради спасения любимой. -- Ох, девчонки, проницательные вы какие! -- совершенно по-ублюдски хохотнул я и, не стесняясь, хватанул Эрика за филей. Будет знать, как меня к каким-то неадекватным мадам на болото заманивать. Эрик подскочил, сердито засопел, но комментировать ситуацию не стал, понимал что не место и не время.Мы прошли чуть дальше, там под чахлыми берёзками обнаружились стол и скамейки. Непонятно, зачем они были нужны здесь, но нам очень пригодились, всё-таки удобнее сидеть за столом, пусть даже и таким странным, чем на кочке покрытой снегом.Мы тщательно отряхнули скамейки и присели. Эрик у нас точно волшебник: конфеты откуда-то достал, вино дорогое, которое тут же разлил по бокалам. -- О, мальчики, так мы с размахом гуляем, -- возрадовалась брюнетка, -- вот спасибо. И чем же мы обязаны будем вам за такое угощение? И не надо говорить, что вы пришли просто так, нас проведать, не правда это, нас давно никто не навещает просто так! Если кто и приходит, то только с какой-то конкретной целью. Поэтому давайте, рассказывайте, что случилось? Впрочем, я и так подозреваю. Что,Олаф достал? Он в последнее время совсем с ума сошёл со своим выродком ходят по округе, людей убивают, несколько девушек даже утопились здесь из-за него, так бежали, что не заметили, как попали в трясину. Мы им теперь оказываем психологическую помощь, объясняя, что не все такие ублюдки как Олаф. Ну ни фига себе, у них тут даже психологическая помощь имеется! Ладно, сейчас не время, подумаю об этом позже. -- Не, ну это тоже, Олаф, конечно персонаж очень мало приятный, -- кивнул Эрик, -- но пришли мы сюда за другим. У Николауса, -- он кивком указал на меня, -- есть жена красавица, Марта. Ну, да, девочки, чего вы так удивляетесь, втроём жить тоже сладко; и Марта, кстати, совсем не против, ей нравится быть рядом с двумя такими горячими мужчинами. Болотницы, к моему удивлению, оказались совсем не ханжами, и их наша ситуация не слишком-то взволновала, ну, или они сделали вид, что всё в порядке. - И что же с Мартой случилось? -- ъмгновенно спросила брюнетка, видно было что она действительно обеспокоена, женская солидарность взыграла что ли. -- В неё вселилось что-то с красными глазами и сексуально озабоченное, -- мрачно пояснил я. -- Она уехала к парикмахеру сегодня утром, а вернулась... Ну это уже была не она, тело её, а вот то, что внутри... -- Да вы что? Ужас какой! То есть дева под мостом, скорее всего, ваша Марта, --констатировала брюнетка. -- Дева под мостом? Вы о чём говорите? -- Ну, сегодня Офелия, -- указала она на блондинку, -- рассказала, что под мостом дух девушки сидит и рыдает. С ней общаться не пожелала, новенькая, не из наших, с красивой грудью и острым язычком, обматерила её так знатно. Брюнетка с красивой грудью и острым язычком? Это точно наша, но какого чёрта она сидит под мостом, могла хотя бы догадаться домой прийти. -- Спасибо, девочки, что сказали, -- серьёзно кивнул я, -- мы вам должны будем, если что обращайтесь, поможем, чем сможем. А сейчас, простите, нам нужно под мост, жену мою непутёвую забирать. Это же надо было, окончить два высших учебных магических заведения и так глупо попасться! -- Погоди, -- остановила меня Офелия, -- девушки той под мостом больше нет! -- В смысле нет, а куда же она подевалась? -- Олаф её забрал, понравилась она ему. Я лично видела, как усаживал он её на оленя своего. А уж куда Олаф её отвёз, понятия не имею, есть у него где-то логово секретное, но вот где, мы пока понять не можем. Некоторые даже пари заключают, кто быстрее то логово вычислит, но пока никому не удалось. О боги, в тот момент я испытал настоящее отчаяние. Марта, моя Марта! Мало того, что её выжили из собственного тела, безжалостно оставив под мостом, так теперь ещё её душа в плену этого старого ублюдка. Вот ведь скотина этот Олаф, письма, значит, писал любимой жене, о том что любит её больше жизни, а не успел умереть и тут же переметнулся к молоденьким! Ненавижу таких лицемеров. -- И вот что мне теперь делать? -- Так, парни, вы сидите здесь, -- сказала Офелия, - а мы сейчас старшого нашего позовём, вам с ним переговорить надо будет. Он точно знает что-то про Олафа и очень сильно его не любит. Ну, а после, как поговорите, мы вас проводим к месту, где в последний раз видели Марту. Возможно ты, Николаус, по следам каким-то сумеешь найти её. Говорят, Любовь истинная и не на такие чудеса способна. Она схватила подругу за руку, они нырнули в трясину, а мы остались ждать. Выхода другого у нас всё равно не было.