Thrust

«Чемпионки штата, чемпионки штата, чемпионки штата!» Скандирование, доносившееся из какой-то невидимой комнаты, вело её вглубь огромного дома. Раньше она здесь никогда не бывала. Честно говоря, она даже не совсем понимала, где это - «здесь». Увидев адрес в групповом чате, она просто передала его таксисту, но кто именно из подруг по команде живет в этом помпезном курятнике*, Джесс не знала. Впрочем, дом был тот самый: кричалка становилась всё громче и быстрее, нарастая до крещендо. - Чемпионки штата, чемпионки штата, чемпионки штата! - темп ускорился настолько, что слова слились в одно целое. Она прошла через парадную гостиную с белым ковролином, белой мебелью и белыми стенами, увешанными черно-белыми фотографиями. Мелькнула мысль, что завтра утром хозяева могут горько пожалеть о таком дизайне, но, с другой стороны - вряд ли. У этих людей явно хватало денег на капитальный ремонт, даже если вечеринка разгуляется до разрушительных масштабов. Но станет ли она настолько дикой? Она понятия не имела, как «отрываются» школьные команды по фехтованию среди девушек и как это выглядит на фоне обычных подростковых вписок - если не считать молодежных комедий, которые она запоем смотрела последние несколько месяцев, как только перешагнула порог возрастного рейтинга «12+». - Чемпионки штата! - финальный аккорд взорвался первобытным воплем. Джесс даже немного расстроилась, что пропустила эту волну, но знала, что за вечер их будет еще немало. За углом обнаружилась комната попроще, набитая девчонками - человек двадцать стояли прямо на диванах и кофейных столиках, сжимая в руках рапиры и красные пластиковые стаканчики. Джесс улыбнулась. Большинство людей, скорее всего, сочли бы вид холодного оружия пугающим, но именно стаканчики заставили её сердце тревожно сжаться. Фехтование привело её сюда. Стаканчики же намекали на то, что она ввязалась в игру не по зубам. - Пей! - скомандовал кто-то, и все, будто подтверждая её опасения, подчинились. Она скользила взглядом по знакомым лицам, подсознательно ища ту самую пару глаз, которую ловила на каждой тренировке, в каждой поездке на автобусе, на каждых соревнованиях весь этот год. Их цвет редко был одинаковым: то синий, переходящий в зеленый, то с золотистыми искрами, как небо или морской прилив, но они всегда притягивали её и не отпускали, какой бы оттенок ни принимали. Среди мелькающих красок она поймала знакомый всполох синевы, и сердце гулко ударило в ребра - так оно реагировало только на Лорен. - Тебе стоит либо надеть обувь, либо снять носки. - Лорен протянула руку, помогая Вал спуститься с большого деревянного стола перед телевизором. - Если собираешься танцевать на мебели с рапирой в руках, лучше не поскальзываться. Вал посмотрела на стаканчик в одной руке и на рапиру в другой, словно взвешивая варианты, а затем, пожав плечами, отдала рапиру. - Справедливо. Но скажи мне кое-что, о капитан, мой капитан. - Что именно? - Это не утомительно? Лорен улыбнулась ей: - Что? Весь день прокручивать все в своей голове? Девчонки прыснули, но Вал покачала головой: - Нет. Постоянно быть здесь самой ответственной. - Всегда. - А ты просто забей! - крикнул кто-то с другого конца комнаты, но Джесс (в тексте книги упоминается - Джесс, хотя ранее упоминалась Вал) не могла оторвать глаз от Лорен, чтобы посмотреть, кто это был. - Могла бы, но это была бы уже не я, - призналась Лорен и с ухмылкой добавила: - И вы бы не стали чемпионками штата. - Чемпионки штата! - выкрикнул кто-кто, и толпа снова подхватила ритм. Грудь Джесс распирало от смеси гордости и чего-то еще. Она почти готова была присоединиться, но её голос всё ещё не слушался. Не так, как у Лорен, которая ухитрялась быть частью компании и в то же время возвышаться над ней. Она поняла, что Лорен особенная, в самый первый день в зале, когда та сняла фехтовальную маску после поединка, открыв раскрасневшееся, благородное лицо. В тот миг внутри Джесс что-то ожило - словно началось землетрясение, призванное разрушить её привычный мир до основания. К тому времени она уже около года замечала, что засматривается на девочек, но сердце едва не остановилось именно тогда, когда Лорен тряхнула своими длинными каштановыми волосами, тяжело дыша и улыбаясь. Когда их взгляды встретились, Джесс осознала две вещи с предельной ясностью. Первое: она определенно лесбиянка. Второе: она по уши влюблена в Лорен Стэндиш. Она не знала, что делать с этим знанием, но оно наполнило её силой и энергией, балансирующей на тонком канате между восторгом и ужасом. Она направила всю свою новую уверенность - и всю неуверенность, которую та порождала - в фехтовальный сезон, ставший в итоге рекордно успешным. Она вообще не должна была попасть в команду. Потребовалось специальное разрешение и от школы, и от Ассоциации фехтования штата Нью-Йорк, чтобы кто-то настолько юный мог соревноваться на уровне сборной. Но она бросилась в бой с такой серьезностью, какой не испытывала ни к чему в жизни, лишь бы получить шанс сражаться бок о бок с Лорен. Присутствие Лорен усиливало каждую эмоцию Джесс, превращая обычный спорт в нечто доблестное - казалось, она была готова подставиться под удар, лишь бы доказать, что достойна стоять рядом. Но теперь сезон закончился. У них был блестящий трофей, но для неё он имел значение лишь потому, что их имена будут выгравированы на бронзе вместе - до того, как Лорен уедет в колледж. Джесс не была настолько наивной, чтобы верить, будто они сохранят связь. Кто-то вроде Лорен никогда не вернется в Буффало. Она сияла слишком ярко для этого «ржавого пояса»**. От этой мысли на языке возник горький привкус. Она обогнула комнату, направляясь к открытой кухне, не сводя глаз с Лорен до тех пор, пока не пришлось изучать ассортимент напитков. Банки и бутылки плавали в огромной мойке из нержавейки, наполненной ледяной водой. На столешнице в большой серебряной чаше мерцал темно-красный пунш. Она и представить не могла, что там намешано, но пахло сладко и прохладно, поэтому она взяла стакан и зачерпнула половником порцию «жидкой храбрости». Она уже заносила половник для второй порции, когда внезапно почувствовала - в комнате стало тихо. У неё всё сжалось внутри. Она замерла, боясь поднять глаза. К лицу прилила краска, она отчаянно пыталась избежать подтверждения своих страхов, но прежде чем румянец успел разлиться, на её руку легла нежная ладонь. - Привет, Джесс. - Голос Лорен, низкий и прозвучавший совсем рядом, заставил волоски на её затылке встать дыбом. Джесс позволила забрать у неё стакан и вернула половник в чашу. - Привет. - Кто позвал Мелкую? — выкрикнул кто-то. Она стиснула зубы от этого прозвища - наполовину клички, наполовину констатации факта. - Я позвала! - подала голос Вал. - Она в команде. Она чемпионка штата! Раздались одобрительные возгласы, но скандирование не возобновилось. Джесс подняла взгляд, наконец встретившись с глазами Лорен, втайне молясь, чтобы не увидеть в них жалости. И едва не рухнула от облегчения, встретив лишь теплоту. - Я рада, что ты пришла, - сказала Лорен. - Да? Лорен обняла её за плечи. - Конечно. Никого из нас здесь не было бы без тебя. - Черт возьми, - засмеялась Вал. - Я сейчас расплачусь, как вспомню, как ты уложила ту корову в третьем раунде. Вокруг снова закипело возбуждение. - Ты такая: атака, контратака, парад-рипост!*** А мы такие: «Всё, ей конец!», а ты как рванешь обратно - шаг, скачок, выпад! - Вал изобразила атаку Джесс голой рукой, так как оружие Лорен уже конфисковала. - Бум! - выкрикнул кто-то. - Бум! - эхом отозвались другие. - Дайте Мелкой выпить! - крикнула Вал. Лорен выудила из раковины банку «Черри Колы». - Фу-у, - протянула Вал. - Кончай включать мамочку. Она заслужила настоящее пойло. - Она заслужила гораздо больше, чем своё первое похмелье, - Лорен притянула Джесс поближе. - Пойдем. - Куда? - глупый вопрос. Ей было всё равно, куда Лорен её поведет. Она хотела только быть рядом. - Подальше от этих диких банши, чтобы мы могли поговорить как цивилизованные взрослые. - Не давай ей нянчиться с собой, Мелкая! - предупредила Вал, пока Лорен вела Джесс к большой раздвижной стеклянной двери. - Я нянчусь с тобой только потому, что ты к лотку не приучена, - парировала Лорен, отодвигая дверь. В грудь им ударил прохладный ветерок. - Я правда хочу нормально поговорить с Джесс. Не сожгите тут всё, пока нас нет. Она закрыла дверь прежде, чем Вал успела вставить какую-нибудь колкость. - Уф. - Лорен привалилась к её плечу. - А ведь они правы, знаешь? Они меня выматывают. Джесс стояла не шевелясь, в тихом восторге от того, что её плечи могут вынести тяжесть ноши Лорен, словно Атлант, держащий небо. - Зачем ты это делаешь? - Не знаю, как по-другому. Или, может, не хочу знать. - Лорен повернула голову, и её волосы коснулись щеки Джесс, пахнущие маслом ши. - Наверное, я просто их люблю. Приятно заботиться о тех, кто тебе дорог. Джесс не могла спорить - то, что Лорен опиралась на неё, было лучшим, что она когда-либо чувствовала. - Хочешь помочить ноги в бассейне? - Э-э... - она глянула на патио, удивившись, что в конце апреля в Буффало в бассейне вообще есть вода. - Да, давай. Лорен высвободилась, скинула кеды Converse и сняла носки. Джесс последовала её примеру, балансируя то на одной ноге, то на другой, пока обе они не оказались босиком на прохладном бетоне. Лорен закатала джинсы до середины голеней и, присев на край, опустила ноги в воду. Джесс готова была нырнуть туда целиком следом за ней, но как только её пальцы коснулись поверхности, она резко втянула воздух. - Слишком холодная? - Лорен вскинула брови. - Нет. - Зубы Джесс мелко застучали. Лорен положила руку ей на колено. - Джесс, ты паршивая лгунья. - Нет, я привыкаю. - Видимо, работал какой-то подогрев, потому что вода была теплее воздуха, но они не зря были в джинсах и толстовках. - Либо привыкаю, либо у меня просто отнимаются ноги. Лорен улыбнулась, качая головой. - Я обожаю холод. Забываю, что другие - нет. - Я тоже обожаю. - Нет, не обожаешь, - мягко сказала Лорен. - И тебе не нужно притворяться. Ни с водой, ни с холодом, ни с алкоголем. Минуту они сидели в тишине. Подсветка бассейна окрашивала всё вокруг в прозрачно-голубой цвет. Рябь на воде отбрасывала мерцающие тени на их тела. - Я не пыталась ни на кого произвести впечатление, - наконец выдавила Джесс. - И хорошо. Тебе это не нужно, ты уже всех впечатлила. - Лорен выдержала паузу, пока их взгляды не встретились. - Поверить не могу, что тебе всего тринадцать, а ты уже выступила на уровне штата. Это серьезное достижение. Джесс пожала плечами. - Ну, чемпионат - это было весело, но... - Но? - Но так же весело было на каждом матче, на каждой тренировке и вообще во всём, что я делала вместе с тобой. Лорен протянула руку и взъерошила её кудри. - Это взаимно. Эта команда - лучшая из всех, за которые я выступала. - Я не про команду, - поправила Джесс, и голос её стал тише, чем когда-либо. - Я про тебя. - Про меня? - Ты заставила меня полюбить фехтование. Я просто дурака валяла в клубе, пока не встретила тебя. Лорен усмехнулась. - Твоё «валяние дурака» привело тебя в сборную школы еще в средних классах. - Да, но благодаря тебе я в это влюбилась. Сражаться с тобой, тренироваться, эти двойные тренировки в зале, даже самые адские... Ты потрясающий капитан. С тобой хотелось выкладываться на полную, даже когда я лажала или выдыхалась. Я бы хотела всегда фехтовать только с тобой. Слова вырвались сплошным потоком искренности, который даже ей самой казался детским, но Лорен не выглядела смущенной. - Пожалуй, это самое приятное, что мне когда-либо говорили. - Лорен глубоко вздохнула, уголок её рта приподнялся. - Я очень люблю этот спорт и хочу вдохновлять других брать в руки рапиру, но не думаю, что могу приписывать себе заслуги за то, какая ты на дорожке. - Можешь. Ты отличный учитель. Ты лучше любого из наших тренеров. - Может, я помогла тебе подправить хват или выпад, но тот огонь, который вспыхивает в тебе, когда ты встаешь в позицию «ан гард» - к этому я не имею отношения. С этим либо рождаются, либо нет. Сердце Джесс снова глухо ударило. - Примерно как с тем, что ты «не такая»? Лорен посмотрела на неё внимательнее, чем когда-либо: взгляд скользнул от ног в воде к рукам и вернулся к лицу. - Значит, у нас есть еще кое-что общее? Джесс кивнула. Горло перехватило, она не могла вымолвить ни слова. Оказалось, что знать что-то про себя и произнести это вслух - две разные вещи. Если первое давало силы, то второе делало её беззащитной и уязвимой. - Ого, - в голосе Лорен восхищение смешалось с нежностью. - Ого? - Тебе тринадцать, и ты только что совершила каминг-аут передо мной, так спокойно и буднично. Ты впечатляешь. - Да не особо. Лорен слегка сжала её колено. - Нет, правда. Ты во всём идешь на опережение. - Я еще ничего с этим не «делала». Просто знаю, и всё. - Знание - это самое трудное. Я сама не понимала до шестнадцати лет. - А это было два года назад. Лорен вскинула брови и поджала губы, будто решая сложную задачку. - Не кажется, что это было так давно. - А что в этом самое лучшее? - В том, чтобы быть квиром? Джесс кивнула и пододвинулась ближе, надеясь, что не слишком похожа на ребенка, приготовившегося слушать сказку. Лорен прикусила нижнюю губу, раздумывая пару секунд, а затем её лицо посветлело. - Думаю, это как быть членом закрытого клуба. Какая-то внутренняя, бессловесная связь. Помнишь, как ты попала в команду? В один день ты была чужой, а в следующий - уже своя. Внезапно у тебя появляется «стая», что-то большее, чем ты сама. Ты принадлежишь им, они - тебе. Джесс нахмурилась. - А, понятно. - Что значит «понятно»? По-моему, отличная была речь. - Да, отличная, - согласилась она, переваривая мысль. - Тогда почему у тебя такой разочарованный голос? - Вовсе нет. - Она надеялась, что свет бассейна не слишком ярко выдает её румянец. - Наверное, я просто надеялась, что самое лучшее - это целоваться с девчонками. Лорен запрокинула голову и расхохоталась - открыто и искренне. Кожа Джесс стала горячее, чем могли бы сделать воздух или вода. В тот миг она поняла, как люди становятся зависимыми: от чего угодно, лишь бы снова услышать этот звук. - Ну, не скажу, что я перецеловала столько девчонок, чтобы составить полную статистику, но судя по моему опыту - тут ты тоже не будешь разочарована. У Джесс перехватило дыхание. - Да? - Да. Но не обязательно верить мне на слово. Уверена, скоро у тебя очередь будет стоять на целый квартал. Джесс тихо фыркнула. - Эй, - голос Лорен стал мягким и серьезным. - Я не шучу. Ты уже далеко впереди сверстников. Ты уже приковываешь взгляды, и не только с саблей в руке. Эти рыжие кудри, синие глаза, ямочка на подбородке... ты разобьешь столько сердец. - Не разобью, - искренне ответила Джесс. Было лишь одно сердце, которое ей нужно, и его она бы никогда не разбила. Желание объяснить это Лорен, сделать это чувство таким же осязаемым для неё, каким оно было внутри, вспыхнуло в груди. Она не могла говорить, думать или дышать. Она просто подалась вперед и, обхватив лицо Лорен ладонями, прижалась своими губами к её губам. Губы Лорен были невероятно мягкими, но вдох, который она сделала, был резким. От неё пахло вишневой колой и шоколадом. Джесс хотела раствориться в ней, но, несмотря на отсутствие опыта, её тело сразу поняло: приглашения не последовало. Лорен не отстранилась грубо, но и не ответила на поцелуй. Отсутствие ответного сигнала было ясным сообщением, но Джесс отчаянно не хотела, чтобы этот момент заканчивался. Может, еще не всё потеряно? В голове вихрем неслись мысли, нервы искрили. Может, она может сделать что-то еще, что-то лучше? Она еще докажет... Рука Лорен скользнула по её предплечью и легла на плечо. Мягко, но уверенно она сжала мышцу и осторожно отстранила её. Джесс держала глаза закрытыми так долго, как могла, стараясь навечно впечатать в память мягкий оттиск этих губ, прикосновение сильных пальцев, запах шампуня. Когда она наконец решилась поднять веки, Лорен улыбнулась так красиво, что сердце Джесс одновременно взлетело и разлетелось вдребезги. В этих глазах-калейдоскопах было столько эмоций: веселье, восхищение, привязанность... и всё же одного, самого важного, не хватало. Влечения. Лорен смотрела на неё так, как смотрят на очень милого щенка. - Видишь, что я говорю? Идешь на опережение и разбиваешь сердца. В тринадцать лет мне бы и в голову не пришло поцеловать выпускницу. Ты бесстрашная, но при этом слишком умная для такого. Ты ведь понимаешь математику, закон и мораль - почему восемнадцатилетняя девушка не может целоваться с тринадцатилетней? Удар пришелся прямо по самолюбию, но рана не была смертельной. - В августе мне будет четырнадцать. - А мне девятнадцать, - терпеливо и по-доброму сказала Лорен. - Ты можешь преодолевать жизненные этапы быстрее меня, но математика останется прежней. В Джесс закипело раздражение. - Я умею считать. - Эй, - прошептала Лорен, - я не это имела в виду. Но ты должна видеть проблему. - Не вижу. Я не глупый ребенок. Нет. - Она сжала кулаки, пытаясь успокоиться, но получалось плохо. Она вообще не понимала, почему люди так ценят спокойствие и терпение. - Ты сама сказала: я развита не по годам. Я добьюсь великих целей. Я знаю. Я окажусь в местах и сделаю вещи, которые гораздо больше, чем какая-то дурацкая задачка по математике. Эти пять лет в итоге не будут ничего значить. Лорен снова сжала её ногу. - Я верю тебе. Я не спорю и не недооцениваю тебя. - Ты просто не видишь ничего за моим возрастом. - Думаю, я вижу всё гораздо яснее, чем ты. Потому что я понимаю: к тому времени, когда математика перестанет иметь значение, значение приобретут достижения. Ты перерастешь меня, Джесси. - Нет. Я никогда тебя не оставлю. - Оставишь. Ты еще не понимаешь, насколько ты удивительная, и не только в фехтовании. Твой ум работает быстрее твоих рук. А это о многом говорит, потому что руки у тебя безумно быстрые. - Она легонько толкнула её плечом. - Ты будешь лидером команды несколько лет, а потом уйдешь к таким вершинам, на фоне которых всё это покажется мелким. - Только не ты. - От мысли, что Лорен может стать «мелкой», в груди заболело сильнее, чем от прерванного поцелуя. - Ты никогда не будешь для меня мелкой. Что бы я ни делала, я вернусь, найду тебя и приглашу на свидание. Лорен рассмеялась, но не так, чтобы Джесс почувствовала себя дурой. - К тому времени ты уже и смотреть в мою сторону не захочешь. - Это когда? - в груди вспыхнула надежда. - Когда я закончу школу? - Когда ты закончишь школу, я уже закончу колледж. Джесс нахмурилась. - Тогда когда я закончу колледж? - Не волнуйся. К тому времени, как ты станешь достаточно взрослой, чтобы встречаться со мной, ты сама этого не захочешь. - Лорен снова потянулась, чтобы взъерошить её волосы, но на этот раз Джесс уклонилась. - Я не тупая, - повторила она, и её разочарование начало перерастать в гнев. - Я знаю, что шансы против меня, но мне плевать. Я их побью. Все до единого. Я докажу, что все ошибаются. Даже ты, если придется. - Хорошо, хорошо. - Лорен подняла руки, заговорив успокаивающе. - Прости. Я не хотела сказать, что твои чувства не настоящие. Я знаю, что ты - силища. Дело не в том, что я в тебя не верю. Наоборот, я верю в тебя слишком сильно. - Тогда скажи, когда. - В её голосе прорезалось отчаяние. - Если ты серьезно, то скажи, когда ты пойдешь со мной на свидание. Лорен вздохнула, обдумывая вопрос. Джесс затаила дыхание, пока в легких не закололо. Но когда Лорен искренне улыбнулась, напряжение спало. - Знаешь что? Найди меня, когда будешь готовиться к своей первой Олимпиаде. Думаю, на это я бы хотела посмотреть. Джесс решительно кивнула. Новая мечта вспыхнула внутри неё, как пожар. Она понимала, что Лорен, скорее всего, просто выбрала «безопасную ставку», но это знание не могло погасить надежду и решимость, завязавшиеся узлом у неё в животе. Она протянула руку. - Заключим пакт. - Джесс... - Нет, - отрезала она, но тут же взяла себя в руки. - Не надо со мной сюсюкать. Если ты серьезно - пообещай. Лорен накрыла её ладонь своей: мягкой, сильной, теплой. Затем она вложила всё то же самое в свой взгляд. - Ладно. Если ты всё еще захочешь пойти со мной на свидание, когда станешь олимпийкой чемпионкой - найди меня. Договорились? Грудь Джесс расправилась, челюсти сжались. Желание превратилось в сталь и камень в самой её сути. - Договорились. *McMansio – в пригородных сообщества это является уничижительным термином для таунхаусов, расположенных близко друг другу. Разг: курятник ** Ржавый пояс — регион США, где с 1970-х годов наблюдался кризис сталелитейной промышленности. В результате сотни тысяч людей потеряли работу, в том числе в таких городах, как Буффало. ***Парад-рипост — приём в фехтовании, при котором после атаки противника фехтовальщик парирует удар (берёт парад) и незамедлительно наносит ответный удар (рипост).