Солнце в кармане.

Румянцев вымыл руки семь раз. Мыло уже разъело кожу до розовых пятен, но он всё ещё чувствовал на ладонях липкость крови. В зеркале над раковиной его лицо было пустым. Где-то за дверью плакала медсестра, но хирург не обращал на это никакого внимания. Он хотел закричать, но вместо этого лишь разжал кулак и опустил взгляд. На ладони лежал осколок ярко оранжевого стекла. Последнее, что выпало из руки того мальчика…

Первое сентября. 1936 год. Утро.

Семилетний Елисей Солнцев сидел за столом и с аппетитом уплетал манную кашу с малиновым варением. Сегодня его первый учебный день, теперь он больше не маленький мальчик, он уже первоклассник. По другую сторону стола сидели его старший брат – Лёша Солнцев и их папа – Николай Семёнович. Где-то в гостиной хлопотала мама – Мирослава Викторовна, она как всегда хотела, чтобы её любимые сынишки выглядели на все сто. «Солнце, сбавь обороты, ты скоро дырку в ковре протопчешь. С утра как белка в колесе.» Папа как обычно сохранял оптимизм, даже в такой важный день. «Ты, зато я смотрю слишком расслабленный. Так дети, бегом собираться, папа вас отведет в школу, а я на работу, у меня сегодня совещание. Пока, солнышки.» Мама накинула на плечи пальто, поцеловала папу в щёку и взъерошив сыновьям волосы, вышла из дома. Через пару минут Елисей и Лёша уже шли по разную сторону от папы, по направлению к яркому трёхэтажному зданию школы № 10. От их маленькой компании буквально исходили радость и предвкушение, но каждый из них думал о своем. Елисей о том, какой у него будет класс и учитель, Лёша - как встретиться со своими друзьями, которых не видел целое лето, а папа предвкушал грядущий отдых, дома на диване, так как был в отпуске. Никто из них не представлял... День, особенный для всех, который так весело начался, также весело не закончиться... На классном часу, который по старой школьной традиции проводился у всех начальных классов в одно время, в актовом зале, ребят попросили на маленьких бумажках написать, что для них самое дорогое, затем бумажку сложить, подписать и положить в стеклянную банку, на память, чтобы, когда дети выпустились из младшего звена, они бы достали каждый свою бумажку и вспомнили про их первые учебные года. Оба Солнцевы написали только одно слово. Елисей написал «Семья», а Лёша «Брат». После школы, они как обычно вместе шли домой, и вдруг Лёша повернулся к брату, сунув ему в руку стеклянный шарик ярко оранжевого цвета с белыми прожилками, со словами «Держи, Елисей, это тебе от мамы, забыл утром отдать.» Малыш улыбнулся и кивнул. Старший брат не стал ему говорить, что это не от мамы, а от Лешиного друга, который привез этот шарик из Анапы, потому что, когда Лёша его увидел, то сразу вспомнил о брате и решил, что отдаст шарик ему. Как только они вернулись домой они увидели страшную картину. Папа сидел на диване в гостиной, его остекленевший взгляд прикован к телевизору, где на экране прокручивались новости. «СРОЧНЫЕ НОВОСТИ!!! В центре города сгорел офис компании «Горизонт». Причина пока что неизвестна, но мы предполагаем, что дело в коротком замыкании. Все работники оказались заперты внутри. На данный момент пожарные сообщают о четырех трупах, а именно Лариса Махаонова, Евгений Кошкин, Ольга Самойлова и Мирослава Солнцева. Об состоянии остальных работниках сообщим позже. Приносим соболезнования родственникам погибших.» Пока дети молча смотрели на экран, не в состоянии проронить хоть слово, хриплый голос папы прорезал тишину «Мамы…больше нет...» Шарик был тёплым. Елисей сжимал его в кулаке так сильно, что стекло оставляло на ладони красные звёздочки. Брат говорил — это солнце на чёрный день. Но сегодня было Первое сентября, и солнце светило так ярко, что слепило глаза. Оно светило, когда учительница сказала: «Нарисуйте свою семью». Оно светило, когда брат вёл его домой. И оно всё ещё светило, когда в телевизоре сказали, что мамы больше нет… Просто «нет». Как будто её стёрли ластиком. Красным ластиком, в виде машинки, который мама принесла сыну с работы, на прошлой неделе.