Глава 16. Очень холодное рождество
13 марта 2026 г., 15:32
Гарри с силой швырнул кочерыжку в миску, едва не промахнувшись. В кухне «Норы» было тепло и пахло пекущимся пирогом, но этот уют казался ему сейчас чем-то хрупким, почти фальшивым.
— Знаешь, что самое противное, Рон? — тихо сказал он, глядя на то, как за окном сгущаются сумерки. — Если я буду ждать «доказательств», которые устроят Гермиону или Дамблдора, может стать слишком поздно. Снегг уже дал этот Обет. Это магия, которую нельзя «разъяснить» или «перепроверить». Это контракт, скрепленный кровью и жизнью.
Рон перестал чистить капусту и посмотрел на Гарри с редкой для него серьезностью. В его глазах отражался огонь из очага.
— А что, если он не «притворяется»? Что, если он правда за него? — Рон понизил голос. — Гарри, если ты заявишься к папе или Дамблдору и скажешь, что Снегг — двойной агент, работающий против нас… а они ему верят больше, чем нам… ты же сам понимаешь, что будет.
Гарри понимал. Его снова назовут сумасшедшим, «Мальчиком, Который Лжет», или, что ещё хуже, решат, что его «подозрительность» — это признак того, что он сам теряет связь с реальностью.
Амулет на его груди отозвался резким, вибрирующим теплом. Джинни, которая до этого помогала матери в кладовой, стояла в дверях и внимательно наблюдала за ними. Она явно слышала последние слова Рона. Она подошла, вытирая руки полотенцем, и встала рядом с Гарри, положив руку ему на плечо. Её присутствие — такое реальное и спокойное — было единственным, что удерживало его от того, чтобы просто сорваться с места и побежать прямо к Дамблдору, не дожидаясь приглашения.
«Ты не обязан идти в одиночку, — прошептала она через Узы. — Но Рон прав в одном: сейчас у тебя против Снегга только твоё слово. Дамблдор верит ему больше, чем здравому смыслу. Тебе нужно не обвинение, а доказательство, которое невозможно опровергнуть».
— Доказательство... — повторил Гарри вслух. — Только как его достать, если даже Дамблдор не хочет видеть правду?
— Может, спросить у самого Слизнорта? — неожиданно предложила Джинни, подходя к столу. — Ты же его «любимчик». Вдруг он знает что-то, чего не знает директор? Ведь Малфой явно не просто так старается.
Рон скептически хмыкнул, но нож в его руке замер.
— Или нам нужно подождать, пока Малфой сделает ошибку. Но в «Норе» Гарри, у нас есть хоть немного спокойствия. Давай хоть Рождество отметим без мыслей о Пожирателях, а?
Гарри хотел согласиться, хотел просто расслабиться, но холод внутри не уходил. Он знал: это затишье перед бурей.
Рождественский вечер обещает быть напряженным.
В «Нору» вот-вот прибудут Римус Люпин и, возможно, другие члены Ордена. Это отличный шанс поговорить с кем-то из них без лишних свидетелей, но миссис Уизли следит за тем, чтобы все «отдыхали».Гарри шел к дверям «Норы», чувствуя, как внутри него пульсирует остаточный жар от недавнего разговора. Скримджер ушел, но оставил после себя неприятный осадок — ощущение, что Министерство готово на всё, лишь бы создать видимость контроля, даже ценой правды.
Когда Гарри вошел в дом, его встретила тишина, прерываемая лишь приглушенными голосами из кухни. Он остановился в прихожей, чтобы перевести дыхание. Амулет на груди на мгновение потеплел, и через секунду из гостиной бесшумно вышла Джинни. Она видела всё происходящее через окно — их разговор со Скримджером, холодную отчужденность и финальный уход Министра.
— Ты был... невероятно резок, — негромко сказала она, внимательно глядя на него. В её голосе не было осуждения, только легкое удивление. — Ты только что открыто бросил вызов человеку, в чьих руках сосредоточена вся власть в магической Британии.
— Мне надоело, Джинни, — Гарри расстегнул верхнюю пуговицу мантии, чувствуя, как отпускает напряжение. — Им не нужна помощь. Им нужна картинка. А Стэн Шанпайк... он просто невинный человек, которого они бросили за решетку, чтобы отчитаться перед публикой.
Джинни подошла ближе, её рука привычно легла на его предплечье, успокаивая.
— Ты прав. Но Скримджер опасен именно своей расчетливостью. Он не Фадж. Он понимает, что ты — символ, и он не оставит попыток прибрать этот символ к рукам. Ты понимаешь, что теперь за каждым твоим шагом будут следить не только Пожиратели смерти, но и его люди?
Гарри горько усмехнулся.
— Пусть следят. Может быть, так они наконец увидят, что Малфой делает в Хогвартсе, а не будут искать призраков в лице Стэна.
Из кухни послышался голос миссис Уизли, зовущей всех к столу. Атмосфера праздника, который она так старательно пыталась создать, сейчас казалась Гарри чем-то из другого мира. Он знал, что этот ужин будет последней передышкой перед тем, как ему придется вернуться в школу и столкнуться с тем, что Малфой скрывает в Выручай-комнате.
— Пойдем, — сказала Джинни, мягко подталкивая его в сторону кухни. — Постарайся хотя бы сейчас забыть о нем. Хотя бы на пару часов.
Гарри кивнул, хотя внутри у него всё ещё горел немой вопрос: понимает ли Дамблдор, что Министерство теперь открыто идет против него? И если понимает, то почему до сих пор не делает решающего хода?
Рождественский ужин в «Норе».
Римус Люпин уже там, и он выглядит еще более изможденным, чем обычно. Тонкс сидит в углу, пытаясь выглядеть беззаботной, но её взгляд постоянно возвращается к Люпину.
