Глава 18. Сюрпризы на день рождения
16 марта 2026 г., 13:31
Гарри почувствовал, как внутри закипает привычное раздражение. Гермиона торжествовала, и ее уверенность в том, что «Принц» больше не поможет, была почти осязаемой. Рон рядом с ним выглядел совершенно потерянным, то и дело поглядывая в учебник в поисках хоть какой-то подсказки, которой там, конечно, не было.
Гарри открыл свой учебник Принца-полукровки. Страницы были испещрены заметками, но на этот раз они касались совсем других зелий. Он лихорадочно перелистывал страницы, пока Гермиона с методичностью автомата добавляла ингредиенты в котел.
— Слушай, Рон, — прошептал Гарри, — давай попробуем действовать логически. Если Слизнорт сказал, что это третий закон Голпалотта, значит…
Но договорить он не успел. Из котла Гермионы повалил чистейший серебристый пар — признак того, что противоядие начало работать. Она работала безупречно.
Гарри перевел взгляд на учителя. Слизнорт прохаживался между рядами, довольно потирая руки. Он остановился возле Гермионы, просиял и что-то одобрительно прошептал. Гарри почувствовал укол зависти, но тут же одернул себя. Не сейчас. Сегодня его цель — не оценки. Его цель — воспоминание.
Весь урок Гарри провел в напряжении, краем глаза следя за Слизнортом. Тот был в прекрасном настроении, предвкушая предстоящую вечеринку. Когда прозвенел колокол, Гарри нарочно начал медленнее всех собирать свои принадлежности.
— Иди, — прошептал он Рону, который уже был готов сорваться с места, чтобы сбежать к Лаванде. — Я догоню.
Рон кивнул и быстро вышел, бросив на Гермиону еще один тоскливый, но гордый взгляд. Гермиона же, демонстративно не глядя на Гарри, собрала книги и, чеканя шаг, покинула класс.
В кабинете остались только Гарри и Слизнорт, который увлеченно чистил свой котел.
— Профессор? — Гарри подошел ближе, стараясь придать лицу максимально заинтересованное выражение. — Профессор Слизнорт, я… я хотел спросить у вас кое-что. Насчет того урока… ну, про который Дамблдор рассказывал. Про Тома Реддла.
Слизнорт замер. Его рука с губкой застыла над котлом, а жизнерадостное лицо на секунду стало серым и закрытым.
— О, Гарри, мальчик мой… — голос Слизнорта стал вкрадчивым, но в нем проскользнула нотка настороженности. — Ты ведь знаешь, у меня полно дел перед вечеринкой… Да и что такого может быть в старых воспоминаниях? Том был просто блестящим учеником, вот и всё.
Гарри почувствовал, как амулет на груди завибрировал, подсказывая: Слизнорт напуган. Сейчас нельзя давить, нужно погладить его тщеславие.
— Я просто подумал… — Гарри опустил глаза, стараясь выглядеть скромно, — я ведь тоже не из семьи чистокровных волшебников, как и он. И мне… мне очень важно знать, как он стал таким великим. Вы были его учителем, вы понимали его лучше всех. Разве это плохо — хотеть быть похожим на лучших?
Слизнорт медленно повернулся. Его глаза за стеклами очков блеснули. В его взгляде отразилась борьба между страхом и тем самым желанием обладать «редким экспонатом», о котором говорила Джинни.
— Ты хочешь быть похожим на него, Гарри? — тихо спросил Слизнорт. — Ты уверен, что это то, чего ты действительно хочешь?
Слизнорт колеблется. Он видит в тебе не просто ученика, а очередной «трофей» для своей коллекции. Он явно взвешивает риски, связанные с этим воспоминанием.В комнате воцарилась тяжелая, липкая тишина, нарушаемая лишь хриплым, прерывистым дыханием Рона. Гарри, все еще стоя на коленях рядом с другом, тяжело дышал, его руки дрожали. Слизнорт застыл, глядя на Рона с выражением полного оцепенения, словно не веря в то, что его собственный подарок — медовуха — чуть не стал орудием убийства.
— Гарри... — голос Слизнорта прозвучал сипло. — Что... это было?
Гарри медленно поднялся, не сводя глаз с лица Рона, которое постепенно теряло мертвенно-синий оттенок, возвращая себе естественный цвет. Это был яд. Настоящий, смертельный яд, предназначенный вовсе не Рону.
— Кто-то хотел отравить вас, профессор, — холодно сказал Гарри, глядя на пустые бокалы. — Медовуха была отравлена. Рон просто выпил ее первым.
В голове Гарри лихорадочно крутилась одна мысль: Малфой. Это был единственный, кто мог так нагло и безрассудно попытаться добраться до Дамблдора через Слизнорта, человека, который сам того не ведая, хранил «безопасный» напиток для директора.
Слизнорт в ужасе опустился в кресло, его руки начали ходить ходуном.
— Но... это невозможно... Она была предназначена для Альбуса! Я берег ее на Рождество... как подарок...
— Хорошо, что вы ее не открыли, — отрезал Гарри, чувствуя, как внутри закипает ярость, смешанная с невыносимым облегчением от того, что Рон дышит.
Сейчас не время для допросов Слизнорта. Сейчас время спасать Рона. Гарри понимал, что нужно немедленно звать на помощь, но любое лишнее слово могло спугнуть профессора или привлечь внимание тех, кто стоял за этим покушением.
Рон жив, но он все еще без сознания, а Слизнорт явно находится в состоянии шока.
Гарри нужно действовать быстро.
