Каблуки против клавиатуры. Будни подружки невесты.

      В тренировочном зале ZGDX стоял привычный шум: мерный стрекот механических клавиатур, щелчки мышек и резкие, как удары хлыста, команды Лу Сычена. Команда была в самом разгаре важного тренировочного матча против топовых корейцев. На кону стояла отработка тактики захвата Ороти для предстоящего финала.       – Смайлинг, смещайся к Ороти! – голос Лу Сычена был ледяным, его взгляд не отрывался от монитора. – Тамамо-но-Маэ должен выдать максимальный урон по области, как только они инициируют файт.       – Поняла! – Тун Яо прикусила губу, её пальцы молниеносно летали по клавишам, готовя ульту.       В этот момент тишину базы разорвал настоящий грохот. Входная дверь распахнулась с такой силой, будто её выбили тараном. По залу разнесся уверенный стук каблуков, от которого Толстяк и Лао Мао синхронно втянули головы в плечи. Они знали этот звук. Это был звук надвигающегося апокалипсиса.       – ТАК, ВСЕМ ВНИМАНИЕ! – голос Чэнь Цзиньян прозвучал как системное оповещение о критической ошибке.       – Цзиньян?! – Тун Яо на мгновение отвлеклась, и в ту же секунду её экран посерел. Шикигами погиб под фокусом вражеского лесника. – Черт! Цзиньян, у нас важный тренировочный матч!       Подруга даже не взглянула на мониторы. Она выглядела так, будто сошла с обложки Vogue, но с настроем командира спецназа: в руках – пухлая папка с образцами ткани, на лице – выражение «возражения не принимаются». Она подошла к столу Тун Яо и с силой захлопнула крышку её игрового ноутбука.       – Свадьба через месяц! – отрезала Цзиньян. – Вставай.       – Эй! – Лу Сычен резко снял наушники, отбросив их на стол. Его глаза опасно блеснули, а на экране его Хакуро застыла под вражеским контролем. – Ты что творишь? У нас международные через два месяца, каждая минута на счету!       Она даже не вздрогнула под его ледяным взглядом, который обычно заставлял новичков лиги забывать свои имена.       – Мне плевать, если вы проиграете даже финал Вселенной, – отрезала она, поправляя сумочку на плече. – Восемнадцатое число следующего месяца. Моя свадьба. Ай Цзя наконец-то купил кольцо, которое мне не противно носить, так что шоу начинается.       Она перевела взгляд на ошарашенную Тун Яо, чьи пальцы всё еще машинально покоились на клавишах Q-W-E-R. Цзиньян ткнула в неё пальцем с идеальным, вызывающе алым маникюром.       – Ты – главная подружка невесты. Это не обсуждается. Ты будешь выбирать со мной всё: от цвета салфеток до породы лошадей для кареты.       – Но... Цзиньян... – Тун Яо беспомощно посмотрела на Лу Сычена, ища в нём защиты или хотя бы веского повода остаться. – У нас график... тренировочный лагерь перед Осенним сплитом... Нам нужно отработать синергию с нижней линией...       – График подождет, – Цзиньян решительно шагнула вперед и подхватила Тун Яо под локоть, буквально выдергивая её из геймерского кресла. Короткий вскрик Тун Яо утонул в шорохе её худи. – Я не собираюсь обсуждать детали в этом вонючем зале, полном потных парней и энергетиков. Мы идем наверх.       – Погоди, куда?! – воскликнул Лу Сычен, резко вставая. Его высокий рост обычно подавлял любого, но Цзиньян лишь холодно усмехнулась.       – В её комнату! – бросила она через плечо, уже таща упирающуюся, как котенок, Тун Яо к лестнице. – Нам нужно выбрать фасоны платьев.       Тун Яо оглянулась, одними губами шепча: «Спасёшь меня?», но Цзиньян уже нанесла финальный удар. Остановившись на первой ступеньке, она обернулась к капитану:       – И не вздумай подниматься, Лу Сычэн, если не хочешь, чтобы я рассказала твоей матери, как ты «забываешь» вовремя обедать и заставляешь Тун Яо тренироваться до рассвета!       Парень замер. Его челюсть едва заметно сжалась. Он знал, что звонок матери – это единственный «ганк», от которого у него нет защиты. Он проводил их взглядом, тяжело вздохнул и посмотрел на экран, где высветилась надпись «Defeat».       – Капитан? – робко спросил Лао Мао из угла. – Мы продолжаем?       – Какое «продолжаем»... – прошипел Лу Сычен, с силой потирая виски. – Зовите Лу Юэ на замену для следующей катки. Нашу «Королеву мида» только что забрали в плен, против которого мои стрелы бессильны.       В тренировочном зале воцарилась тяжелая тишина, нарушаемая только гулом системных блоков. Лу Сычэн стоял у своего стола, скрестив руки на груди, и смотрел вслед удаляющемуся «урагану» по имени Чэнь Цзиньян. Его лицо выражало крайнюю степень раздражения, смешанную с редким для капитана чувством бессилия.       – Яо-Яо! – крикнул он вслед, и его голос эхом разнесся по всей базе ZGDX. – Если ты не спустишься через час и мы не доиграем, я аннулирую твой пропуск на базу! И вычту стоимость проигранного матча из твоей зарплаты!       – Ты ничего не сделаешь, Чессман, смирись! Твои угрозы на меня не действуют! – донесся победный и абсолютно невозмутимый голос Цзиньян уже с верхней площадки. – И не забудь заказать ей нормальный обед, а не эту химическую лапшу, иначе твоя мама узнает о твоем «меню» уже через пять минут!       Тун Яо только и успела бросить на парня жалобный, полный отчаяния взгляд, прежде чем дверь её собственной комнаты захлопнулась. Она чувствовала себя так, будто её выкинули из безопасного «купола» Сэймэя прямо под ульту всей вражеской команды. Начинался самый сложный «квест» в её жизни, где финальным боссом был не топовый корейский мидлейнер, а Чэнь Цзиньян в предсвадебном гневе.       Звук закрывшейся двери отрезал Тун Яо от мира Onmyoji Arena, привычных кликов мышки и запаха кофе. Цзиньян по-хозяйски бросила свою дизайнерскую сумку на кровать, едва не придавив спящего кота. СяоЦун недовольно мяукнул и поспешил ретироваться на подоконник, подальше от этой опасной женщины.       Цзиньян окинула комнату критическим взглядом. Она поморщилась, глядя на стопки игровых журналов, фигурки шикигами на полках и разбросанные по столу девайсы.       – Яо-Яо, – начала она трагическим тоном, который не предвещал ничего хорошего, – мы должны признать очевидное: ты живешь в пещере. И если ты думаешь, что я позволю главной подружке невесты выйти в свет в виде «заспанного геймера», то ты сильно ошибаешься. Моя свадьба – это не финал Осеннего сплита, здесь нельзя просто нажать «Сдаться».       Она решительно подошла к шкафу Тун Яо и распахнула дверцы так, будто собиралась провести зачистку вражеского леса. Послышался агрессивный шорох вешалок. Цзиньян начала перебирать вещи с такой скоростью, будто искала улики преступления против моды.       – Худи... футболка... мерч ZGDX... опять худи... – Цзиньян выкидывала вещи на кровать одну за другой. — Тун Яо, ты вообще в курсе, что ты девушка, а не запасной игрок Лу Сычена? Где платья? Где хоть что-то, что не кричит «я не спала двое суток, пытаясь апнуть ранг Оммёджи»?       – Но Цзиньян! – Тун Яо предприняла слабую попытку защититься, прижимая к себе подушку. – Это удобно! И вообще, Чен говорит, что в киберспорте важны навыки, а не фасоны юбок...       – Чен может говорить что угодно, пока он в игре, – Цзиньян резко обернулась, держа в руках какую-то несчастную вещь. – Но на моей свадьбе «навыком» будет твое умение ходить на каблуках и не уснуть в карете. Так что забудь про свои комбо на Тамамо-но-Маэ.       – Эй! Положи на место! – Тун Яо подскочила с кровати, едва не запутавшись в собственных ногах, и попыталась вырвать вещь из рук подруги. – Это мое любимое платье от известного корейского дизайнера! Оно в стиле оверсайз, между прочим!       Цзиньян замерла, держа вещь двумя пальцами на вытянутых руках, как нечто биологически опасное. Она медленно, с достоинством истинной королевы шанхайского шопинга, перевела взгляд с этого бесформенного куска ткани на Тун Яо.       – Платье? – переспросила она с таким ледяным спокойствием, что в комнате, казалось, упала температура. – Ты называешь ЭТО платьем? Яо-Яо, в этой тряпке можно похоронить всю вашу команду вместе с запасными игроками и персоналом базы, и еще останется место для Ороти! Оно такое огромное, что у него, наверное, есть собственный часовой пояс и отдельный индекс в реестре недвижимости.       – Это модно! – Тун Яо, надувшись, всё-таки сумела отобрать «платье» и прижала его к груди, как ценный артефакт. – Лу Сычен говорит, что мне идет! И в нём удобно сидеть за компьютером по десять часов!       – О, я не сомневаюсь, что Лу Сычен в восторге, – Цзиньян язвительно усмехнулась, скрестив руки на груди. – Он одобряет этот «мешок» только потому, что в нём тебя сложнее заметить другим парням. Это не одежда, это встроенный «бафф невидимости», который он на тебя наложил! Но послушай меня внимательно: на моей свадьбе будут лучшие фотографы Шанхая. Там будет пресса, там будут спонсоры Ай Цзя, которые смотрят на нас под микроскопом. Ты не можешь появиться там как подросток, который только что сбежал с урока информатики.       Цзиньян снова резко развернулась к шкафу, игнорируя протестующий писк подруги, и брезгливо вытащила розовую футболку с каким-то аниме-принтом, изображающим кавайного кота.       – Твой гардероб – это не просто катастрофа, это крик о помощи в глобальный чат, – отрезала она, швыряя футболку в общую кучу «на выброс». – Мы едем в торговый центр. Прямо сейчас. Это приказ капитана, а в данном случае капитан – я.       – Цзиньян, пощади! – взмолилась Тун Яо, в изнеможении падая обратно на кровать и закрывая лицо подушкой. – У меня завтра важный матч, мне нужно сделать разбор реплеев и проанализировать ошибки сегодняшнего скрима! Мы слили катку на пятнадцатой минуте из-за того, что я не вовремя прожала ульту Тамамо-но-Маэ. Мне нужно тренироваться, а не тратить пять часов на примерку шелка и кружев! Шопинг – это самый сложный данж, который я когда-либо видела, и у меня на него нет маны!       – У тебя нет маны? – Цзиньян подошла к кровати и решительно стянула подушку с лица Тун Яо. – Дорогая, я только что купила тебе «эликсир восстановления» в виде лимитированной коллекции туфель. Вставай. Твой анализ ошибок подождет. Если ты не выберешь платье подружки невесты сегодня, я заставлю тебя стоять у алтаря в костюме Ибараки-додзи, и поверь, Лу Сычен этого не переживет. Ошибки скрима подождут, а вот твоя репутация как женщины – нет, – Цзиньян с грацией опытного ассасина выудила из сумки сверкающую сантиметровую ленту и угрожающе прищурилась, словно прицеливаясь для решающего выстрела. – Вставай. Если я сейчас же не сниму мерки, я выберу тебе платье на свой вкус. И поверь мне, это будет что-то очень узкое, очень короткое и с таким количеством пайеток, что тебя будет видно из космоса даже без бинокля.       Тун Яо замерла. В её воображении на мгновение вспыхнула картинка: она, затянутая в розовое нечто, переливающееся всеми цветами радуги, пытается пробраться к своему игровому креслу, задевая пайетками клавиатуру. Это было страшнее, чем оказаться в кольце врагов без единого заклинания. Она медленно, с видом обреченного на казнь, поднялась с кровати.       – Ты тиран, Цзиньян. Чистой воды диктатор, – пробормотала она, покорно выпрямляя спину. – В тебе погиб великий инквизитор.       – Я невеста, дорогая, – ослепительно улыбнулась та, ловко набрасывая ленту на плечи подруги. – Это уровень повыше. В этой игре у меня бесконечные жизни и право вето на всё, что касается эстетики. А теперь – руки в стороны, и не вздумай втягивать живот, я всё равно замечу. Дыши ровно, Яо-Яо, шопинг – это тоже стратегия.       В этот момент в дверь негромко, но настойчиво постучали. Знакомый ритм заставил сердце Тун Яо предательски екнуть, а Цзиньян – недовольно закатить глаза.       – Эй, коротышка, – раздался за дверью низкий, слегка приглушенный голос Лу Сычена. В нём отчетливо слышались насмешливые нотки. – Ты там еще жива? Или мне пора вызывать службу спасения от невест и подразделение по защите прав геймеров?       Тун Яо открыла было рот, чтобы позвать на помощь своего капитана, но Цзиньян оказалась быстрее. Она метнула в сторону двери взгляд, способный испепелить целую линию обороны.       – УХОДИ, Лу Сычен! – крикнула она, даже не оборачиваясь. – Мы создаем из твоей девушки человека! Зайди через три года, когда она научится отличать атлас от шифона!       За дверью повисла короткая пауза. Тун Яо почти видела, как Лу Сычен, прислонившись плечом к косяку, кривит губы в своей фирменной ухмылке.       – Три года? – донесся его голос. – Боюсь, к тому времени она окончательно срастется со своим игровым креслом. Яо-Яо, если она начнет заставлять тебя мерить что-то с перьями – подай сигнал, я выбью дверь.       Тун Яо только страдальчески застонала, опуская голову на плечо подруги. Один издевается, другая превращает её в куклу – этот вечер явно обещал быть гораздо длиннее и тяжелее, чем самый затяжной финал лиги с пятью переигровками.       – Меньше разговоров, больше дела, – отрезала Цзиньян, туго затягивая ленту на талии Тун Яо. – Поворачивайся, мы еще не закончили с обхватом груди. И не смотри на дверь, твой «спаситель» сейчас сам занят – я слышу, как Кей и Толстяк зовут его доедать лапшу. Ты здесь одна, и ты в моих руках.       Тун Яо пришлось пустить в ход все свои навыки ведения переговоров, которым она научилась, часами торгуясь за объекты на карте и выманивая противников из-под башни. Это был её последний шанс на спасение.       – Цзиньян, стой! – Тун Яо перехватила руку подруги с лентой, словно блокировала решающий вражеский выпад на миду. – Послушай меня как профессионала. Если мы поедем сегодня, мы совершим фатальную тактическую ошибку. Мы просто сольем этот раунд!       Цзиньян замерла, одна бровь скептически взлетела вверх. Она явно не привыкла, чтобы её «союзники» сопротивлялись.       – Поясни, – сухо бросила она.       – Смотри, – Тун Яо заговорила быстро, подбирая самые убедительные аргументы. – У нас интенсивный цикл тренировок. Это настоящий марафон. От дикого стресса, недосыпа и литров энергетиков я превращаюсь в нестабильный игровой объект: то худею на два килограмма за ночь, то отекаю. Если мы купим платье сейчас, его придется перешивать минимум трижды! Это неэффективно. А если подождем хотя бы до четверга, мои параметры стабилизируются, как пинг в хорошую погоду. Меньше работы швеям, идеальная посадка с первой примерки. Разве ты, как истинный перфекционист, не хочешь, чтобы всё было безупречно?       Цзиньян замерла. Аргумент про «безупречность» и «оптимизацию ресурсов» попал точно в цель. Она на мгновение прищурилась, её взгляд стал холодным и расчетливым – она словно просчитывала в уме вероятность критического промаха.       – Хм, логика в этом есть, – наконец выдохнула она, медленно и аккуратно складывая ленту. – Ладно. Четверг. Десять утра. И учти, Тун Яо, если ты попробуешь сбежать на тренировку или «забудешь» поставить будильник, я исполню свою давнюю мечту: выкуплю твой контракт у ZGDX и заставлю тебя работать моим личным ассистентом по флористике. Будешь весь день перебирать лепестки роз вместо того, чтобы кликать по мышке. Ты меня поняла?       Тун Яо активно закивала, пятясь к двери с такой скоростью, будто на неё наложили заклинание ускорения.       – Поняла! Четверг, десять утра, цветы вместо башен, всё поняла!       Как только за Цзиньян закрылась дверь комнаты (подруга решила остаться там, чтобы «проинспектировать освещение для макияжа» и, видимо, составить список магазинов), Тун Яо буквально скатилась по лестнице вниз, в игровой зал, чувствуя, как адреналин от успешного «побега» всё еще бурлит в крови.       Внизу, в привычном полумраке, мигали мониторы. Лу Сычен, не оборачиваясь, сидел в своем кресле, расслабленно откинувшись на спинку.       – О, выжившая вернулась, – лениво протянул он, краем глаза наблюдая, как Тун Яо тяжело дышит, прислонившись к стене. – Ну что, тебя уже записали в ряды любительниц пайеток и страз, или ты выкинула белый флаг?       – Я договорилась о перемирии, – выдохнула Тун Яо, пробираясь к своему месту. – Но цена была высока. Лу Сычен, если я когда-нибудь пропаду, ищи меня в цветочном магазине, обложенную розами. Это будет значить, что я проиграла эту войну.       Тун Яо подлетела к огромному настенному календарю, висящему в общей зоне, где красным маркером были агрессивно обведены даты турниров и время тренировок. Она водила пальцем по сетке, словно пыталась найти лазейку в программном коде реальности.       – Так, четверг... в четверг у нас утренний разбор игры с Ю Мином, потом днём индивидуальные тренировки, а вечером...! – Тун Яо в панике зарылась пальцами в волосы, окончательно превращая свою прическу в птичье гнездо. – Я не успею! Если я поеду с ней, я пропущу всю теорию! Мы же только начали разбирать контрпики к новым корейским стратегиям!       Лу Сычен, который в это время невозмутимо потягивал черный кофе, откинувшись на спинку своего игрового кресла, наблюдал за этой сценой с плохо скрываемой ухмылкой. Его взгляд лениво скользил по мечущейся фигурке мидлейнера, находя в её панике некое эстетическое удовольствие.       – Ну что, боец? – подал он голос, и его низкий баритон заставил Тун Яо вздрогнуть. – Тебя уже официально назначили ответственной за выбор правильного оттенка слоновой кости для салфеток? Или ты пока на этапе согласования кружев для чехлов на стулья?       – Не смешно, Чэн! – Тун Яо резко обернулась к нему, её глаза округлились от искреннего ужаса. – Она серьезно настроена! Ты же знаешь Цзиньян, она в режиме «невесты» страшнее, чем ты, когда мы сливаем первую кровь! Она сказала, что моё любимое платье-худи – это «мешок для картошки», в котором стыдно даже за хлебом выйти! Она собирается таскать меня по бутикам весь день! Она хочет сделать из меня «приличную подружку невесты»!       Лу Сычен поставил чашку на стол с едва слышным стуком и медленно, с кошачьей грацией, поднялся. Он подошел к ней почти вплотную, заставляя её задрать голову. Он возвышался над ней, глядя сверху вниз с тем самым фирменным выражением лица: прищуренные глаза, легкая тень снисхождения и нескрываемая ирония.       – Моего мидлейнера официально крадут ради выбора кружев и салфеток, – проворчал он, хотя в уголках его губ всё же затаилась едва заметная улыбка. – Как я должен объяснять менеджерам и тренеру, что наш основной игрок отсутствует на базе не из-за травмы руки, а потому что помогает подруге решить, насколько пышной должна быть фата, чтобы не затмить алтарь? Это подрыв боеспособности всей команды ZGDX.       – Помоги мне! – прошептала Тун Яо, в порыве отчаяния хватая его за край черной форменной футболки и слегка встряхивая. – Ты же капитан! Твоё слово – закон! Скажи ей, что у нас... не знаю... экстренный патч! Срочно выкатили обновление, и без меня всё рухнет! Или скажи, что к нам едет внеплановая проверка на допинг, и каждый игрок должен быть на месте под присмотром камер! Ну пожалуйста, Чэн!       Лу Сычен посмотрел на её маленькие руки, вцепившиеся в его футболку, потом снова в её умоляющие глаза.       – Проверка на допинг? – переспросил он, приподняв бровь. – Ты думаешь, Цзиньян поверит, что ты принимаешь что-то мощнее леденцов для горла и энергетиков? Твоя фантазия дает сбои под давлением, коротышка.       Лу Сычен медленно сократил расстояние между ними, вынуждая Тун Яо невольно вжаться спиной в календарь. Он наклонился к её самому уху, так низко, что она почувствовала кожей тепло его дыхания и едва уловимый аромат кофе и дорогого парфюма. Его голос, обычно холодный и властный, сейчас звучал вкрадчиво, почти интимно.       – Прости, коротышка, но против Цзиньян даже я бессилен, – прошептал он, и Тун Яо почувствовала, как по спине пробежали мурашки. – Это стихийное бедствие. Шторм в десять баллов. Пытаться остановить её сейчас – всё равно что лезть под фонтан вражеского нексуса на первом уровне. Чистое самоубийство.       Он чуть отстранился, но не ушел, а медленно окинул её оценивающим взглядом, на секунду задержавшись на её лице. Его глаза, обычно прикованные к монитору, сейчас изучали её с каким-то странным ей интересом.       – Но знаешь... – Лу Сычен чуть склонил голову набок, и его губы тронула тень усмешки. – Может, она права насчет твоего худи? Я бы посмотрел на тебя в чем-то, что не скрывает тот факт, что ты всё-таки девушка, а не просто очень злой гном с мышкой в руках.       Тун Яо замерла, пораженная его прямотой. На мгновение ей показалось, что в игровой базе ZGDX внезапно отключили кондиционеры – лицо обдало жаром, и она вспыхнула до самых кончиков ушей. Сердце предательски пропустило удар, а потом зачастило, как при решающем тимфайте.       – Ты... ты на её стороне! – выпалила она, наконец обретя дар речи. Чтобы скрыть смущение, она легонько – насколько позволяли её силы – ударила его кулаком в плечо. – Предатель! Капитан должен защищать своих игроков от нападок извне, а ты просто сливаешь меня в руки модной инквизиции!       – Я на стороне эстетики, – хмыкнул Лу Сычен, ни капли не задетый её «атакой». Он выпрямился, возвращаясь к своему привычному образу невозмутимого «Шахматиста», и неспешно зашагал обратно к игровому столу. – Иди изучай расписание, коротышка. Имей в виду: если из-за выбора правильного оттенка помады ты пропустишь разбор игры с YQCB, будешь отрабатывать дополнительные часы ночью. Вместе со мной. Лично.       Он сел в кресло и одним плавным движением надел наушники, отсекая все возражения и давая понять, что разговор окончен. Тун Яо осталась стоять у календаря, всё еще ощущая на щеках жар. Она уже собиралась что-то сердито буркнуть ему в спину, но вдруг заметила: Лу Сычен не сразу открыл клиент игры. На долю секунды он замер, глядя на её отражение в темном экране выключенного второго монитора.       И эта ироничная, едва заметная улыбка, которую он так старательно скрывал от остального мира, так и не сошла с его лица.