Новый учебный год или конец?

— Белла, какого черта ты не погладила мою мантию? Я же просила! — блондинка опустилась в кресло и, подперев рукой подбородок, с ужасом в глазах смотрела на свою помятую мантию. — Я попросила об этом Меду, — брюнетка закатила глаза, наливая себе кофе и опираясь бедрами о подоконник. Сожалея, что это не огневиски. — Ничего ты меня не просила! — третья женщина стояла около своего стола, готовясь к первому уроку своего предмета — Заклинаний. — О Мерлин, как мы могли родиться в одной семье? Вы слишком тупые для Блэков. — Не обзывайся, Цисса, сама не лучше. Могла бы и сама себе погладить, раз уж такая правильная. Тебе, как никак, тридцать три года. — Ну уж извини, Беллатрикс Друэлла Блэк, у меня есть дела. Знаешь ли, сын, недавно с бывшим мужем развелась! Ты меня старше на четыре года, а будто это я старшая сестра. — Нарцисса Мал... Блэк грозно посмотрела на сестру, а та тем временем мирно попивала чашку горячего капучино. — Замолчите уже, как две курицы. — Меда, заткнись! — Андромеда, закрой рот! — в один голос произнесли две ведьмы. — Идиотки две, как дети малые. — Ты не лучше, — пропела Беллатрикс. Андромеда, закатив глаза, закрыла учебник по заклинаниям и посмотрела на Нарциссу: — Цисса, у тебя деменция? — Извини? — ведьма приподняла свою идеальную бровь. — Ты волшебница. У тебя палочка для чего? Заклинанием разгладь мантию — и всё. Голубые глаза пересеклись с темным взглядом Андромеды. — Моя палочка на данный момент у Вол... сами знаете кого. Беллатрикс и Андромеда от этого комментария напряглись. Старшая Блэк поставила чашку на стол и подошла к средней; обе посмотрели на младшую сестру. — Зачем твоя палочка Темному Лорду? — Беллатрикс сжала край стола, отчего побелели костяшки пальцев. — У него нет палочки, и он приказал мне отдать свою. Не буду же я ему отказывать. — Голубые глаза лишились прежнего озорства, снова став холодными. Атмосфера сменилась с теплой и веселой на темную, мрачную и холодную — какой она и являлась всегда. — Не нравится мне это. Вдруг он прикажет, не знаю, убить кого-то? — глаза средней сестры забегали. Беллатрикс опустила руку на плечо сестры и сжала: — Если прикажет, нужно будет накладывать «Империо», как всегда. В это же время Гермиона Грейнджер попрощалась с родителями и вошла в поезд. Она пошла по коридору, ища купе с Гарри, Джинни и Роном, хотя лучше бы Рона там не было... Спустя три минуты она наконец увидела две рыжие макушки и одну черную. — Гермиона! — Джинни пересеклась взглядом с подругой, открывая дверь в купе. — И тебе привет. — Девушки прижались друг к другу, обнимаясь. Гарри улыбнулся, Рон взглянул на шатенку и сжал губы. Двумя неделями ранее — Прости, Рон, но мои чувства к тебе остыли... Парень и девушка стояли во дворе Норы. — Не неси чушь, Гермиона...! — парень отступил на шаг назад, не веря своим ушам. — Прости... Давай расстанемся. Просто останемся друзьями! — девушка шагнула к парню, чувствуя исходящий от него лишь холод. — И в кого же ты влюбилась? Неужели в Малфоя?.. Или нет, в Гарри? Да, точно, он же у нас Избранный! — рыжеволосый парень злобно свернул глазами, голубые глаза наполнились ненавистью. — Что?! Не неси чушь! Причем тут Малфой? А с Гарри мы только друзья! Парень, не выдержав, подошел к девушке вплотную, прижимая её к стене. — Тогда в кого? Мерлин, я же тебя так любил... Может, ты чертова лесбиянка? — Прекрати! Рон... прости, я понимаю, что тебе больно, но... — Что «но»? — вскрикнул парень. — Ты сучка, Гермиона! Поганая грязнокровка! Лицо девушки потемнело, губы сомкнулись в тонкую линию, а после она оттолкнула парня и быстро забежала в дом. Рон Уизли остался во дворе, тяжело дыша. Постепенно злоба уходила, но ненависть — нет. Наше время Карие глаза посмотрели на рыжеволосого, а после остекленели. — У вас всё в порядке? — Гарри привстал с дивана. — Да. — только и ответила гриффиндорка. Она еще никому ничего не рассказала. Джинни, вздохнув, решила перевести тему: — Ты знала, что мамка Малфоя и тетки будут преподавать в этом году? — Плохая шутка. — Я не шучу. Мне мама рассказала, а ей — папа. — Приплыли. В Хогвартсе четверо Блэков. — А кто четвертый? — наконец заговорил Рональд Уизли, и трое гриффиндорцев косо на него посмотрели. — Драко Малфой, если что, — подметила Джинни, удивляясь тупости брата. Гарри на это лишь хихикнул, но получил злобный взгляд своей девушки. — А что они хоть будут преподавать? — шатенка взглянула в окно: поезд проезжал красивое озеро, на которое она любила смотреть. — Ну, наша «любимая» Беллатрикс будет преподавать ЗОТИ... — А как же Снейп? Я думала, он в этом году займет этот пост. — Не перебивай. Андромеда будет вести заклинания, а Нарцисса — зельеварение. Девушка уставилась на подругу: — А Снейп? — Историю магии. Его почему-то на другой предмет поставили. — Ну и слава богу, в этом году Истории магии будет меньше, — сказал брюнет. — Конечно, еще лучше, что Блэки будут преподавать, да, Гарри? — Это еще хуже. Три дьявола. Все трое рассмеялись, а Рон лишь потускнел еще больше. После этого разговора прошел час. За это время ничего интересного не случилось, всё как обычно — дорога, купе, ученики. Спустя два часа студенты подъехали к Хогвартсу и начали выходить из купе. — Ребят, вы идите без меня, мне нужно кое-что проверить... — Что проверить, Гарри? — покосился на друга Рон. — Да так, я забыл мантию. Идите, идите, я вас догоню. — Как знаешь, — произнесла шатенка. И вот четверка разделилась. Но ни к чему хорошему это не привело. Когда они отошли от поезда, Рон произнес: — Гермиона, а ты ничего не хочешь рассказать Джинни? — Смотря что. — Ну, как ты меня бросила, сменив, оказывается, ориентацию. — Боже, что ты несешь? — девушка остановилась перед парнем, её руки сжались в кулаки. — Ребят, о чем вы? — Джинни попыталась их разнять, но у нее не вышло. — Да так, твой брат просто идиот. — Я хотя бы не помойная шлюха, кото... Не успев дать парню договорить, девушка со всей силы ударила его кулаком по носу, отчего парень схватился за лицо. Гриффиндорка вспомнила третий курс, когда также врезала хорьку Малфою. Сейчас они ничем не отличались, разве что волосами. — Ты грязный идиот, Рональд Уизли! Я рада, что мы с тобой расстались. И да, я хочу рассказать. Джинни, твой брат изменил мне с Лавандой, помнишь её? Думаю, да. Так что, Рональд, если тебе нравится вытирать слюни о чистокровную сучку, все двери для тебя открыты. Ариведерчи! — Ты со мной? — девушка взглянула теперь уже на подругу, которая, вздохнув, покачала головой. — Прости, но он мой брат... Шатенка лишь махнула на нее рукой, а после развернулась и направилась к Хогвартсу. По ее лицу потекли легкие слезы. Та, кого она считала другом(парнем)взял и предал ее. Девушке пришлось идти пешком, так как кареты уже уехали, пока она решали этот идиотский конфликт. Через десять минут девушка оказалась в теплом Хогвартсе. Таким спокойным она запомнила его с одиннадцати лет, когда только вошла в него. Атмосфера помогла ей успокоиться, и она быстро вытерла слезы. Гермиона пошла по лестнице наверх, направляясь к Большому залу. Она увидела однокурсников, которые заходили в зал, добежала до них и вошла вместе с ними. В Большом зале были слышны разговоры и сплетни. Гермиона взглянула на стол профессоров и увидела ИХ. Беллатрикс Блэк одета в черную дорогую мантию, которая скрывает изгибы; темные глаза полны харизмы, на ногтях — дорогой алый маникюр. Рядом с ней Андромеда Блэк, одетая не в менее дорогую мантию; карие глаза наполнены легкой теплотой, но также в них есть и загадка, властность. И Нарцисса Блэк. Ее белая мантия делает ее похожей на темного ангела, восставшего с небес. Холодные голубые глаза с отстраненностью смотрят на слизеринский стол. «Почему они такие красивые?» — пронеслось в мыслях у девушки, но тут же она отогнала от себя эти мысли. Взгляд Нарциссы тут же переместился на нее, на её губах появилась слабая ухмылка. «Пиздец, надо щит поставить. Срочно». Девушка, вздохнув, поставила ментальный щит и села за стол. Через пару минут в Большой зал вошли Джинни и Рон. А после них вошел хорек Малфой, выглядящий довольным. Она холодно взглянула на них, а после отвернулась, ища глазами Гарри. Друга она так и не нашла. Пир начался. — Дорогие ученики, преподаватели! Я рад приветствовать вас в этом учебном году в Хогвартсе. Школа чародейства и волшебства вновь открывает свои двери для новых и старых друзей. Этот год принесет нам множество удивительных открытий и незабываемых приключений. Помните, что магия окружает нас повсюду, и каждый из вас способен творить чудеса. В этом году у нас три новых профессора, которые, надеюсь, останутся с нами на долгое время! Беллатрикс Блэк! — женщина слабо кивнула, не обращая внимания на речь старикашки. Андромеда Блэк! — средняя Блэк последовала примеру старшей сестры. И Нарцисса Блэк! — Нарцисса отстраненно кивнула, всё еще глядя на Гермиону Грейнджер. Старшая Блэк заметила взгляд блондинки и тоже посмотрела на студентку. Выражение ее глаз тут же изменилось. Андромеда мельком взглянула на девушку. Гермиона за лето очень изменилась: её фигура и лицо стали выглядеть старше, приобрели нотки женственности. Даже сама девушка замечала, что меняется, но не придавала этому значения. Но сейчас она была красива. Уже не заносчивая заучка, а красивая молодая ведьма. Девушка почувствовала на себе взгляды и повернула голову в сторону сестер Блэк. Сначала она пересеклась взглядом с Беллатрикс, который стал чуть темнее, потом с Андромедой, которая зачем-то неосознанно облизнула губы, а с Нарциссой она вообще провалилась в какой-то отдельный мир... Девушка уже не слышала, что говорит Дамблдор, забыв про Рона, Джинни и Гарри — её интересовали только три сестры Блэк. «Неужели Рон прав?.. Нет, нет, они просто красивые... и... мм... ну... МЕРЛИН, ЧТО Я НЕСУ!» Девушка быстро отвернулась от старших ведьм, краснея. Она начала молиться всем богам, чтобы этот вечер закончился быстрее. — Добро пожаловать в новый учебный год! Пусть он будет полон радости и волшебства! — наконец закончил старик, и студенты с профессорами захлопали, кроме четверых в этом зале. Разговоры наконец стихли, тарелки опустели, и ученики потянулись в свои гостиные. Гермиона шла в общей массе, но чувствовала себя отделенной от всех невидимой стеной. Слишком много всего свалилось за один день: предательство Рона, равнодушие Джинни, куда пропал Гарри, либо он в гостиной? и... они. Три пары глаз, которые, кажется, до сих пор прожигают спину. Поднимаясь по мраморной лестнице, она поймала себя на мысли, что впервые за шесть лет учебы не думает о библиотеки или начале учебного года. Она думает о том, почему Беллатрикс Блэк смотрела на нее так, будто уже знает все её секреты, почему Андромеда облизнулась, словно перед ней не студентка, а запретный плод, и почему от взгляда холодных глаз Нарциссы у неё до сих пор бегут мурашки по коже. Гермиона Грейнджер встряхнула головой, прогоняя наваждение. «Это всего лишь первый день», — сказала она себе, входя в гостиную Гриффиндора. Она ещё не знала, что этот год изменит не только её представление о магии, но и её саму. И три ведьмы в черном сыграют в этом не последнюю роль. Сестры Блэк в то же время: Большой зал опустел. Студенты разошлись, оставив после себя лишь эхо смеха и аромат тыквенного сока. Все профессора тоже ушли по своим комнатам, готовясь к занятиям. Три ведьмы всё ещё сидели за профессорским столом, не спеша покидать его. — Ну и как тебе наши новые «подопечные»? — нарушила тишину Андромеда, покручивая в пальцах бокал с тыквенным соком, который явно хотелось заменить на что-то покрепче. — Скучно, — зевнула Беллатрикс, рассматривая свой идеальный маникюр. — Одни лица. Хотя... — она хищно улыбнулась, бросив взгляд на дверь, за которой скрылась гриффиндорка. — В этом году будет хоть что-то интересное. Нарцисса промолчала. Она поправила белоснежную мантию и поднялась, но перед тем как уйти, её взгляд снова метнулся туда, где ещё недавно сидела Гермиона Грейнджер. — Тёмный Лорд будет ждать наши первые доклады как и Дамблодор. — холодно напомнила она, поправляя идеальную прическу. — Но мне почему-то кажется, что самой интересной информацией в этом году мы разживемся не в нашей спальне.  Андромеда усмехнулась. Беллатрикс хищно прищурилась. Сестры Блэк покинули зал, оставив после себя лишь шлейф дорогих духов и невысказанных тайн. Игра началась.)