Когда луна плачет

-Он пожалеет, что не сделал харакири раньше, чем мы его нашли. Невермор глаза прикрыл рукой от солнца. Ему наоборот нравилось, что они выбрались куда то из своего Царства. В мире людей было столько интересных вещей. Даже простое время ощущалось совсем иначе. Да и новых знакомых можно было завести. -Не сердись так на него. Может, у Иаткьара была причина уйти. -Знаю я его причины. Увидел очередную юбку и забыл обо всем на свете! Младший хмыкнул. Иаткьар редко так делал, но когда заводил романы, то пропадал на пару лет. И они каждый раз его искали. -Ты всегда так сердишься, будто в первый раз. -Я не сержусь. Просто устал от такого. Мы не должны уподобляться людям. -Ты потому никогда никого не любил? -Нет. Просто не испытываю потребности в романтических отношениях. -Кааак скажешь. Телега остановилась. Они приехали к очередному городу, где собирались искать блудного брата. Невермор лениво потянулся, поднимаясь. За протянутую руку взялся, из повозки выбираясь. -Сразу пойдем по борделям? -Туда, где шумнее. -Там, скорее всего, будут самые интересные люди! -Или самые скучные... Надо же, какой ты оптимист. Найдет Иаткьара и голову ему оторвет. И любовнице его тоже. Невермор с любопытством разглядывал прохожих. Их одежду, их лица. В них было что то притягательное, чего не хватало в их однообразном Царстве. -Кажется, будет какой-то праздник. -Ханами. Невермор в ладоши хлопнул. -Точно! Купим моти? Старший вздохнул, но возражать не стал. Слишком любил младшего брата. Противостоять его обаянию было невозможно. Они шли вперед, наблюдая за происходящим. Толпа была шумной, но приятной. Люди смеялись, пели, танцевали. Невермор чувствовал себя так, словно попал в сказку. У людей жизнь короткая, но такая яркая! Мнемозис купил чая и моти, пока брат младший уличных артистов разглядывал. -Почему мы не уродились людьми? Тот замер от такого вопроса. Опять хандрит? -Мы — Вечные, брат. Наше предназначение — помнить, наблюдать, хранить. А люди... они живут, любят, страдают. Они создают истории, которые потом становятся частью тебя. -Но я устал быть простым наблюдателем. -Усталость — это тоже часть жизни. Мы должны вмещать в себя все ее грани. Ты слишком сосредоточился на мимолетных моментах, упуская вечность, которая в них заключена. -Легко говорить... вы с братом старые! Мнем смех не сдержал. Вручил ему чай и сладости. -Ешь давай. А то отправлю к Страсти. Невермор возмущенно брови вскинул. -Даже не думай! Я больше ни в жизни к ней... нему не пойду! Противно было... Не знал как со Страстью и Страданием общаться. Они были такие... отталкивающие. Другие родственники такого ощущения не вызывали. Больше всего любил тетушку Смерть. Она всегда была добра. И тетушка Сумасшествие очень мила. Пока брат пребывал в смятение, Мнемозис высматривал их потерянного родича. Казалось бы у Старых воспоминаний должно быть больше ответственности, но на деле тот был просто дедом, который вечно ворчит. Брату вообще мало чего нравилось в жизни. Но даже не смотря на все его недостатки оставить не мог. В конце концов, семью не выбирают. Они продолжали свой путь. Невермор рассматривал людей, с аппетитом жуя сладости. Вскоре оказались у одного из чайных домов. -Кажется, нам сюда. -Ох! Я не пойду! Тут атмосфера плохая... -Почему? -Екаев много. Мнемозис плечами пожал. -Жди тогда здесь. И постарайся никуда не уходить. Даже если бабочку красивую увидишь. -Ну братец! Тот улыбнулся и скрылся внутри заведения. Полумрак чайного дома был пропитан ароматами чая и дыма. Владелец заведения, человек средних лет, встретил его с услужливостью. Мнемозис попросил уединения за столом у окна. Он заказал чай и несколько изысканных сладостей, позволяя себе ненадолго раствориться в атмосфере места, изучая лица посетителей. Их жесты и обрывки разговоров, надеясь уловить хоть малейший намек на присутствие старшего брата. Прошло некоторое время, прежде чем услышал то, что искал. В дальнем углу, за драпированной ширмой, двое вели тихий, но оживленный разговор. Иаткьар пил сакэ и как бы невзначай касался руки Рюу. Самурай смеялся над его странными речами. -Ты счастливый человек. У тебя есть цель. -Цель – лишь мираж. Истинная сила – в принятии. Принятии того, что есть, и того, что будет. -Хмм... -И все же... ты Екай? -О! Я древнее чем все эти существа вместе взятые. Мужчина бровь изогнул. -Значит, Бог? -Ха! Что-то в этом роде. Я — наблюдатель, хранитель, а иногда и творец. -Выходит на Небесах настолько скучно? -О, ты себе не представляешь насколько. В этот момент он почувствовал прикосновение к своему плечу. Мнемозис. -Черт... -Брат. Иаткьар поднял голову, удивленный появлением Мнемозиса. Рюу, же, почувствовал, как холодный взгляд Мнемозиса остановился на нем, и напрягся. Брат? -Давай не будем разводить споры. Возвращаемся. -Вернусь я. Вернусь! Сегодня же. Не гони меня сейчас. -Ты пропал на пять лет. Совесть в тебе хоть когда-то проснется? -О! Сомневаюсь. Мнемозис глаза сузил. -Я отцу скажу однажды. Старший отмахнулся, ухмыльнувшись. -Жалуйся сколько влезет. Ему все равно на всех нас. Ты до сих этого не заметил? Только и знает, что обжиматься со своей книгой. -Некоторые вещи никогда не меняются. - Усмехнулся, глядя на возлюбленного. - Даже если это вредит всем нам. -Прошу прощения. Мой брат иногда теряет голову. Его слова не стоит воспринимать всерьез. Рюу, почувствовав, как напряжение спадает, слегка улыбнулся. -Я понимаю. Он иногда бывает... импульсивным. К тому же, я уже привык к его странностям. -Хорошо. -Младшенький тоже здесь? -Снаружи ждет. -Зачем ты его каждый раз с собой таскаешь? -Сам соглашается. Ему хочется видеть мир. -Вот именно! Из нас троих только тебе и надо работать без продыху. -Мы для этого и были созданы. -Не-а. Мы были созданы из прихоти. Отец нас подрядил на работу. У нас не было выбора. -Иаткьар... -Все. Разговор окончен. Я приду после заката. Младший шумно вздохнул, но спорить не стал. Надеяться оставалось на благоразумие брата. Он на ноги поднялся и вышел на улицу. Невермор на него посмотрел, отвлекаясь от того, что воробушков кормил. -Ну что? -Вернется сегодня. -Кого он на этот раз нашел? -Самурая. Тот его даже терпит как-то. -Чудно! Иаткьар иногда невозможно было переносить. Тот любил наседать на других своими претензиями. -Давай еще погуляем? Когда еще так выберемся в мир людей? -Хорошо. Пошли посмотрим на сакуру. Младший радостные звуки издал. Обнял его крепко. -Ты самый лучший брат! -Хах. Мнемозис его по волосам погладил. Ладно. Иногда и развеяться можно. -Вот как. -А я своих слов обратно не заберу! - Фыркнув. - Отцу на нас плевать... Знаешь когда в последний раз мы с ним разговаривали? Морфей плечами пожал. -Когда? -Лет сто назад. И то только потому, что Невермор ошибку сделал в одной из книг. Может ты дашь ему пару уроков как быть отцом? -Я... не самый лучший пример. -Но ты хотябы не забываешь о том, что у тебя есть дети. Тот глаза прикрыл. С этим было сложно. С Орфеем. С близнецами дела обстояли чуть лучше. Да и те сами о себе напоминали. Особенно Лале. Невольно улыбнулся, вспоминая младшего сына. Да. Не всегда был должным отцом. Но старался как мог. Лучше, чем ничего. Иаткьар голову опустил. Темно-зеленые волосы его растрепались и упали на лицо. -Я иногда задумывался на кой черт он нас создавал если сам мог справится спокойно. Но ответа так и не нашел. Сон рукой потянулся и убрал пряди волос с лица племянника. Фиолетовые глаза блестели от слез. -Иногда, Иаткьар, причина не имеет значения. Важен результат. -Пххх... какой-то бред. Вы же Вечные! А с таким будто людям уподобились! Морфей молча смотрел на него. Его племянник впервые за долгое время казался не всезнающим хранителем, а потерянным ребенком, запертым в теле старца. Его вечность, казалось, давила на него, как гранитная плита. -Я бы хотел выбирать, кого запоминать, а кого – забывать. Хотел бы решать, какие истории сохранять, а какие – сжигать в пепел. Но я ничего из этого не могу! -Даже в рамках предназначения есть свой выбор, племянник. Выбор того, как ты несешь свою ношу. -Тц... Мнемозис молча наблюдал за буйством брата. За тем как тот в итоге развернулся и ушел быстрым шагом к винтовой лестнице, что была по середине библиотеки. Стук каблуков казался оглушительным в тишине библиотеки. -Он не злится. -Думаешь? Мнемозис кивнул. -На самом деле он в печали. Просто ему легче кого-то вывести из себя другого, чтобы хоть немного притупить это чувство... -А тебя все устраивает? -Мне все равно. Я никогда не нуждался в отце. Хватало и заботы о братьях. -Хм... И с таким Мнемозис средний. -Понимаю. -На самом деле... мне жаль, что так получилось. Было тяжело наблюдать за тем, как в нем угасала надежда. Первые их столетия Иаткьар еще надеялся на то, что получит хоть немного отцовской любви и внимания, но время шло. Они ничего из этого не увидели. Брат по началу пытался отца оправдывать, но потом озлобился. -Что ж... этого уже не исправить. -А хотелось бы. Но даже те, кто стоят выше Богов, не властны над этим. - Он отвернулся, вздыхая. - Но брат тоже от части виноват. Он выбрал утонуть в своей боли, вместо того, чтобы найти иной выход. -Только в слух ему не говори такое. Иначе, боюсь, станет Каином. -Мне все равно. От правды не уйти. Морфей руки на груди сложил. -Я возвращаюсь в Царство снов. Спасибо за то, что показали. -Не за что. Если что, всегда рады помочь. Тот кивнул, растворяясь в воздухе.