Граница Света

Глава 1. Темнота отступила резко. Мужчина открыл глаза. Он стоял посреди своего кабинета. — Что случилось? — растерянно пробормотал он, осматриваясь. Последнее, что он помнил — ощущение сдавливающей верёвки на шее. Он инстинктивно схватился за место, где чувствовал давление жгута несколько секунд назад. Руки нащупали лишь кожу на шее — больше ничего. Хозяин кабинета поднял взгляд к потолку. Крюк от светильника был на месте — верёвки не было. Кожаный табурет стоял в дальнем углу. Он по-настоящему растерялся. — Моя память меня подводит? — недоумевал он. Мужчина подошёл к двери и попытался покинуть кабинет. Безуспешно. Дверь была заперта, даже не шелохнулась под требовательным натиском, словно её намертво вмонтировали в стену. Он бросился к окну — тоже заперто. За стеклом висела светло-серая непроглядная дымка, лишая возможности разглядеть улицу. Мужчина снова начал осматриваться. И чем больше он пытался понять, что происходит, тем больше вопросов возникало. — Это не мой кабинет, — бормотал он, озираясь по сторонам. Очень скоро у него возникло ощущение, что он находится внутри какой-то декорации. При беглом осмотре казалось, что всё как обычно, но стоило сфокусировать взгляд, как детали словно замыливались. Корешки книг, слова на сертификатах и дипломах — ничего невозможно было прочесть. Мужчина потёр глаза и снова попытался рассмотреть комнату — безрезультатно. — Что за чертовщина, — пробормотал он, устало усаживаясь в своё кресло. На столе по-прежнему лежала пачка документов в однотипных конвертах. Желая подтвердить свои подозрения, он вынул бумагу из верхнего конверта — буквы пустились в пляс, а затем слились в одну серую массу. — Похоже, у меня повреждение мозга, — заключил мужчина, откидываясь на спинку кресла. — Нужно звонить в скорую. Он протянул руку к телефону, стоящему на столе, поднёс трубку к уху — тишина. Несколько раз понажимал на рычаг — всё ещё тихо. Окончательно сбитый с толку, он пытался успокоиться и обдумать ситуацию. Всему должно быть логическое объяснение. Мужчина закрыл глаза и начал привычным жестом теребить поля любимой шляпы, пытаясь привести мысли в порядок. Двери и окна заперты, телефон не работает. Да и его ли это вообще кабинет? Возможно, он всё-таки скончался, а это всё — последняя яркая иллюзия умирающего мозга. Если его тело находится сейчас в состоянии гипоксии из-за удушения, тормозные механизмы психики отключаются, открывая доступ ко всем воспоминаниям. Да, но в таком случае происходит то, что называется «жизнь проносится перед глазами»! Он же просто заперт в своём кабинете. Хотя он и провёл тут много времени, но и за пределами этих стен в его жизни было много событий. Нет, это было что-то другое. Громко выдохнув, он открыл глаза и потрясенно уставился перед собой: в углу кабинета стоял человек. Девушка. Она огромными заплаканными глазами смотрела на мужчину перед собой. — Вы кто? — дрожащим голосом спросила она, пятясь назад. — Где я? Когда её спина коснулась книжного стеллажа, она вздрогнула, опасливо озираясь по сторонам. Мужчина в чёрной шляпе быстро поднялся с кресла и вышел из-за стола. — Как вы тут оказались? — его голос был полон тревоги. — Я... — всё ещё озиралась девушка, роняя слёзы. — Я... не знаю... Мужчина подошёл к двери кабинета и снова подёргал — закрыто. Значит, через дверь она проникнуть не могла. Девушка забилась в угол, со страхом глядя на мужчину, передвигающегося по комнате. — Как вас зовут? — спросил он, инстинктивно отходя назад, не желая пугать незнакомку. — Я... — запнулась девушка, — не знаю... — Как это? — вскинул брови пожилой человек. Она закрыла лицо руками и снова заплакала. Мужчина окинул взглядом неожиданную гостью. На ней было жёлтое летнее платье с большими белыми розами. Пояс подчёркивал тонкую талию, а пышная юбка должна была сделать образ романтичным и воздушным. Так бы оно и было, если бы не взлохмаченные волосы, лицо с красными пятнами после пролитых слёз и босые ноги. Поверх платья был накинут короткий белый кардиган. Казалось, незнакомка одета с чужого плеча — платье было слишком свободным. Или же она была чересчур худой. Мужчина кашлянул, привлекая внимание незваной гостьи, и заговорил: — Позвольте тогда мне представиться. Меня зовут… — и замер. — Меня зовут... — снова начал он и снова запнулся. Девушка отняла руки от лица и посмотрела на пожилого мужчину. — Как же так... — начал бормотать он, вышагивая по комнате. — Как меня зовут? Почему я не помню, как меня зовут? — Что вообще происходит? — громко сказал он, обращаясь как к себе, так и к девушке. — Я не знаю, — снова проговорила она, замерев в углу между стеллажами. Она перестала плакать, лишь молча наблюдала за невольным спутником. Он не казался опасным. Просто озадаченный пожилой человек в старомодном костюме. Мужчина продолжал ходить взад-вперёд по комнате. Некоторое время спустя он заговорил снова. — Что последнее вы помните? Где вы были до того, как оказались тут? — обратился он к ней. Голос был взволнованным. — Я... — тихо заговорила девушка слегка охрипшим голосом, — я была на крыше... — Где на крыше? Что вы делали? — внимательно расспрашивал мужчина, стараясь не подходить близко к напуганной фигурке. Девушка смотрела на него большими блестящими глазами, не решаясь ответить. — Вы были на крыше, так? — снова спросил он, стараясь сделать голос спокойнее. Собеседница кивнула. — Вы там просто стояли? — Я... — попробовала объяснить девушка, но произнести вслух «я спрыгнула с крыши» так и не смогла. — Вы прыгнули вниз? — прямо спросил мужчина. Она едва заметно кивнула. — А потом сразу оказались тут? — задал он очередной вопрос. Снова кивок. — Я умерла? — шёпотом спросила она. — Похоже на то, — пробормотал мужчина, погружённый в свои размышления. — Ох... — выдохнула она. Ноги ослабели, и хрупкая фигурка сползла на пол. — Но я не знаю точно, — спохватился мужчина, понимая, что мог в очередной раз испугать её. Он сделал несколько шагов к стеллажам, но остановил себя — слишком уж растерянной выглядела незнакомка. — Это что-то вроде чистилища? — спросила вдруг незваная гостья. — Э-м-м-м... — растерялся пожилой мужчина. — Не думаю. — А вы... — начала она, но снова запнулась. Когда первое оцепенение схлынуло и к ней вернулась способность хоть сколько-нибудь мыслить здраво, девушка отметила, что мужчина находится в таком же замешательстве, как и она. — Боюсь, мы с вами в одинаковом положении, — произнёс человек в шляпе, отходя к своему столу и усаживаясь, наконец, в кресло. Они замолчали. Казалось, молчание длилось и длилось. Мужчина не мог отчётливо понять, вызывало ли присутствие другого человека в комнате облегчение (ведь быть запертым совсем одному в этом кабинете, который его кабинетом вовсе и не являлся, было бы жутковато) или же, наоборот, дрожащая фигурка, всё ещё роняющая слёзы с едва слышными всхлипываниями, возложила бремя излишней ответственности, раз ей случилось стать его невольной гостьей. Мужчина вынырнул из размышлений и зашевелился в кресле — ему стоило проявить больше внимания к гостье. Он достал из верхнего ящика стола один из чистых носовых платков, старое карманное зеркальце и небольшую плоскую расчёску с широкими зубцами. Аккуратно положил вещицы на твёрдую папку и встал из-за стола. Оставив папку на кожаном табурете в другом углу кабинета, пожилой человек вернулся за стол. — Вы можете привести себя в порядок, если хотите, — тактично сказал он и ненавязчиво развернулся на кресле. Девушка какое-то время продолжала сидеть, глядя на кожаный табурет в противоположном углу, а затем медленно поднялась, опираясь на книжный шкаф за спиной — ноги её плохо слушались — и подошла к вещам. — Спасибо, — едва слышно отозвалась она. Глядя в небольшое зеркальце, она не смогла сдержать громкий вздох. Глаза опухшие, на лице красные пятна, губы покусаны — её вид оставлял желать лучшего. «Хотя какая разница, — подумала она, — если всё равно уже мертва». Тем не менее, гостья тщательно промокнула уголки глаз носовым платком и взялась за расчёску. Волосы были спутаны, приведение их в порядок заняло какое-то время. Благодаря такому простому механическому действию ей удалось немного отрешиться от своих эмоций и мыслей. — Спасибо, — ещё раз тихо проговорила она, пристраивая вещи на стол пожилого мужчины.— Нет-нет, — поспешил он ответить. — Оставьте себе. Может, ещё пригодятся. Девушка в нерешительности замерла, а затем осторожно сложила платок в один боковой карман платья, а зеркало и расчёску — в другой. — Садитесь, пожалуйста, — мужчина указал на стул по другую сторону стола. Она покорно села. — Стало быть, мы с вами находимся в затруднительном положении, как считаете? — проговорил он. Ответом был слабый кивок. В комнате снова повисла тишина. Мужчина невольно изучал спутницу. С лица девушки постепенно сходила краснота. С расчёсанными волосами она выглядела куда лучше, даже вполне симпатично, если б не её чрезмерная, на грани болезненности худоба и тени, залегающие под глазами. Тоненькая фигурка повернулась к окну, пытаясь разглядеть хоть что-то — безрезультатно. Девушка снова села прямо, лицом к двери. — Часы стоят, — тихо сказала она. — Прошу прощения? — переспросил мужчина, не совсем расслышав. — Часы стоят, — чуть громче повторила она, указывая на большие настенные часы справа от двери. Мужчина машинально взглянул в ту сторону. Он только сейчас обратил внимание, что не слышит привычного тиканья. Маятник часов замер в неестественном положении — отклонившись в одну сторону. Стрелки не двигались. — Действительно, — подтвердил мужчина, но уже без особого удивления. Всё в этом месте было ненормально. Он приблизился к часам и потрогал пальцами маятник. Тот словно прирос к стене. — Н-да, — выдохнул он, качая головой. Рядом с часами висел сертификат в рамке. Стоило мужчине обратить на него свой взор, как буквы подёрнулись серой дымкой. Пожилой человек обратился к девушке: — Можете прочитать, что тут написано? Она встала и подошла к рамке. Покачала головой. — Не могу. Что-то странное, — с тревогой сказала она. — Буквы словно разбегаются. А что тут написано? — Не знаю, я тоже не могу понять, — обречённо выговорил он. Настроение моментально передалось хрупкой фигурке. Она слегка задрожала, глаза снова наполнились влагой. — Мне страшно, — прошептала она. — Всё нормально, не надо плакать, пожалуйста, — обратился к ней мужчина, легонько касаясь её локтя в утешительном жесте. И в эту секунду вдруг всё погасло. Больше не стало часов, сертификатов, стеллажа с книгами. Не стало письменного стола, стульев и табурета в углу. Не стало самого кабинета.