Мой нежный сталкер

Может ли случиться что-то такое, что за одну ночь перевернёт жизнь с ног на голову? Бывает ли так, что один человек решает твою судьбу и играет тобой как куклой, при этом не причиняя боли? Вид ночного города всегда завораживал, особенно часа в два ночи, когда подъезд очень тих, а надоедливый гул из машинных сигналок и тормозов стихал и на его место приходил громкий стук колёс поезда. Жить возле вокзала — это не самое лучшее, что могло случиться с ней. Слышать каждый день надоедливый голос в громкоговорителе и ужасно бьющие по ушам скрипы тормозов было не то чтобы утомительно, это просто сводит с ума и лишает нормального сна. Эта ночь ничем не отличалась от десятков предыдущих, которые она провела, сидя в подъезде, ожидая целое ничего. Из развлечений было разве что полюбоваться из окна на изредка проходящих мимо пятиэтажки людей или компании парней, громко сидящих на площадке под домом. Каждый день в душе было горькое ожидание чего-то интересного, хотелось изменить жизнь, но сил её было мало. Хотелось занять себя чем-то, но на что способен одинокий человек, живущий в самой глуши своей прогнивающей страны? Это была уже третья сигарета, которая по большей части медленно тлела в руках, едва ли касаясь губ. Уставшее тело сидело на подоконнике, вжавшись лицом в колени. В её наушниках играли какие-то грустные песни, наводящие ещё больше тоски, но как же они были необходимы, чёрт. Диана, которая так любила мечтать о чём-то и придумывать кучу разных сюжетов в голове, лишь бы избежать пустой и серой реальности, гладила себя по голове свободной рукой, отчаянно молясь, чтобы на Яву её гладил кто-то другой. Девушка каждую ночь сидела в своём грязном подъезде, надеясь встретить кого-нибудь интересного случайным образом и скрасить свои дни приятным знакомством, но каждая ночь проходила одинаково тихо, и никого, кроме курящего соседа этажом ниже, она не встречала. Было до ужаса скучно и одиноко, а одиночество рвало душу изнутри, заставляя страдать и плакать от одной лишь нехватки касаний. Внезапно раздался громкий пронзительный треск стекла, и в это время Диана подняла голову. Прямо возле того места, где только что на коленях лежала её голова, пролетела пуля, врезавшись в дальнюю стену, прямо возле двери её квартиры. Диана ужасно испугалась и от неожиданности спрыгнула с подоконника, садясь спиной к стене. Она хотела подорваться с места и побежать в квартиру, но боялась, что пока бежит, поймает спиной пулю. Спустя мучительные минут десять, она всё же осмелилась встать и рывком побежать в свою квартиру, и ей удалось сделать это, не став подстреленной тушкой. Внезапно её рот зажала чья-то рука в чёрной массивной перчатке, от чего она вновь почувствовала, как сердце начинает судорожно стучать, а паника подкрадывается ещё ближе. — Ни звука, — шепнул на ухо какой-то грубый голос. Диана быстрыми рваными движениями покивала головой, и её рот разжали. Она не осмеливалась повернуться и лишь молча стояла спиной к мужчине, который как-то оказался в её квартире. Тело безвольно тряслось и не хотело успокаиваться, как бы Диана не пыталась обнять себя руками. Слёзы катились по щекам от того, что она была до безумия напугана и боялась за свою жизнь. — Повернись, — приказал незнакомец. Девочка повиновалась и медленно повернулась на ватных ногах, не находя в себе сил поднять голову. — Слушай всё, что я буду говорить, и не вздумай кричать. Диана вновь кивнула, так и не подняв головы. — За тобой охота, малышка. Если будешь слушать меня, выживешь, а если будешь своевольной — умрёшь. — Охота? — испуганно спросила Диана. — Именно так. Ты своего отца знаешь? — Не знаю, он же уехал, когда я была маленькой. Мужчина взял Диану за руку и отвёл в ванную, где не было окон. Он ходил по квартире, будто бы уже знал тут каждый угол, но это лишь потому, что он быстро успел осмотреться, пока она не зашла. Незнакомец посадил Диану на край ванны и принялся тихим басом говорить о том, что происходит. — Твой отец — основатель одной из преступных группировок. Его люди залезли туда, куда им лезть не стоило, поэтому теперь, когда он скрылся, люди, которым он насолил, собрались устранить всю его семью и выслать добытые головы в почтовой коробке. — У меня в семье только я осталась. Что же со мной будет? — дрожащим голосом спрашивала малышка, не веря в происходящее. — Я один из людей твоего отца и стану в будущем возглавлять его группировку, но пока что я буду защищать тебя, так как был его правой рукой и обещал защитить его дочь, если вдруг случится беда. — Папа обо мне помнит? — чуть улыбнувшись, спросила Диана, утирая слёзы. — Он и не забывал. Ему нужно было уехать, чтобы не подвергать тебя и твою маму ещё большей опасности. Малышка снова расплакалась, услышав слова о маме, которая умерла год назад, так и не увидев вновь своего мужа, по которому до ужаса скучала. Незнакомец сел на край ванны рядом с Дианой и слегка приобнял девочку, пытаясь утешить. — Я защищу тебя, я давал слово и даже ценой жизни защищу тебя. Со мной ты в безопасности. — А если не получится? — Эти люди никогда не нападают лицом к лицу, их максимум — стрелять из-подтишка да и всё. Они снайперы, а не силовики. Не выходи из дома, пока я со всеми не разделаюсь, и всегда жди меня здесь каждый день. Диана не могла поверить в то, что это всё происходит с ней на Яву, ведь она до последнего не верила в то, что подобное может существовать в жизни. Это было странно и чуждо, но реальность стоило принять и бороться за жизнь. — Никогда не подходи к окнам близко и держи шторы закрытыми. Не включай свет и лучше всего я сейчас что-нибудь придвинy к окнам, чтобы они не попытались выстрелить вслепую. Шторы я уже закрыл, поэтому сейчас более безопасно. — А если пока ты будешь двигать мебель у окна, тебя подстрелят? Что мне делать? — Не подстрелят. Я в бронежилете. Мужчина был полностью оснащён защитным костюмом. Его грудь была закрыта бронежилетом, а на лице был тёмный закрытый шлем, который, кажется, мог защитить от пули. Диана всё ещё дрожала от страха и паники. Было похоже, будто у малышки начинается паническая атака, ведь за свои восемнадцать лет она никогда не встречала подобного и не сталкивалась с опасностями такого характера. Когда незнакомец закончил небольшую перестановку, он вернулся к девочке, чтобы отвести её в кровать и успокоить. — Пойдём в твою комнату. Тебе нужно лечь спать и успокоиться. — Как я могу спать, зная, что на меня охотятся? — Всё хорошо, я ведь с тобой. Ты можешь спокойно спать, пока я охраняю тебя. Мужчина положил ладонь на макушку девочки и пошёл в комнату, зная, что девчонка пойдёт за ним. Он сразу же нашёл её кровать, расстелил одеяло и поправил подушку. — Иди сюда, — похлопал по мягкому одеялу мужчина. — Ложись скорее. Диана робко шагнула вперёд, снимая верхнюю одежду. — Могу я одеть другую одежду для сна? — Конечно, я отвернусь. Диана открыла небольшой шкаф и достала недлинную белую сорочку для сна в маленький голубой цветочек. Как только она переоделась, мужчина повернулся, но вновь спрятав глаза и опустив их вниз. Диана залезла в кровать, которая была прикрыта белой кружевной шторой, похожей на тюль. — Засыпай скорее, я буду охранять тебя. — Как тебя зовут? — спросила малышка. — Владимир. А ты — Диана. Признаться, я о тебе довольно много знаю. — Откуда? Ты за мной следил? Диана удивилась, ведь она никогда не подозревала, что за ней кто-то мог наблюдать. — Было и такое. Я знаю, что ты часто сидишь на окне и много куришь. Знаю, в каком колледже учишься и во сколько просыпаешься по утрам. И это всё лишь малая часть того, что я знаю. — Что? Как же так? Я никогда не видела тебя раньше, как ты мог наблюдать за мной? — Тут ничего сложного, главное — иметь машину с тонировкой и профессионализм, наработанный годами. Владимир придвинулся ближе к Диане, приняв положение полулёжа, так как он довольно устал. — Ты можешь снять это всё, сейчас же мы в безопасности? — Ах да, точно. Подожди минутку. Мужчина принялся расстёгивать бронежилет и прочую экипировку, наконец, позволяя телу дышать. — Сколько тебе лет? Выглядишь очень взросло. — Тридцать восемь. Диана снова удивилась, ведь ожидала что мужчине около тридцати, но никак не под сорок. — Ничего себе, ты совсем взрослый. — Все, все, хватит разговоров, тебе нужно засыпать. Ты не против, если я тут рядом размещусь? Диана немного засмущалась, ведь она еще никогда в жизни не была с мужчинами в одной кровати или даже просто рядом, так как она всегда сидела дома и после учебы шла домой, изредка выходя в магазин. — Ну хорошо. — Тебе неловко? — задал ещё больше смущающий вопрос мужчина. — Немножко. Я просто никогда особо не общалась с мужчинами и не была так близко. Мне немного не привычно. — Обещаю не трогать тебя лишний раз. Владимир осторожно принял положение полулежа рядом с Дианой, которая зарылась в одеяло. Малышка допустила очень глупую мысль, но ей показалось, что это отличный момент, который помог бы ей закрыть внутри дыру одиночества хотя бы на ночь и попросить Владимира прикоснуться к ней, попросить его обнять или погладить, ведь ей так хотелось человеческого тепла, но была ли эта ситуация действительно подходящей? — Владимир. — взволнованно шепнула Диана. — Обними меня. Мужчина и сам растерялся, ведь он не ожидал ничего подобного, но признаться честно, за все время, пока он наблюдал за девочкой, она начала ему симпатизировать, по этому он был вовсе не против. Владимир без лишних слов позволил Диане лечь ему на грудь и обнял малышку, которая сжалась как бедный котенок. — А у меня завтра день рождения. — внезапно сказала Диана. — Я знаю. Хочешь чего-нибудь? — Я не знаю. — ответила честно Диана. — У тебя даже нет мечты? — Впоследнее время единственное о чем я думала и мечтала, это о нежности и ласке, так как я устала быть одна и это одиночество уже сжирает меня. Все вокруг получают цветы, ходят радостные, обнимаются и целуются, а я всегда лишь смотрю со стороны и это заставляет завидовать. Владимир немного помолчал, но он уже знал что хочет сказать. — Я могу помочь тебе с этим. Диана в который раз удивилась и подняла глаза на мужчину. — Правда? — Улыбнувшись спросила малышка. — Да, но нам бы ещё выжить. Будь послушной и я смогу помочь тебе с твоей проблемой. Владимир позволил себе смелое касание и положил ладонь на лицо малышки. Он слегка погладил ее, замечая как она смущена и как краснеет от его действий. Диана была очень рада, что ее кто то касается и гладит, но ей было так мало. Как же ей хотелось сейчас тереться лицом о Владимира и ластиться об его руки, лишь бы чувствовать чужое тепло. Ее даже не смущало то, что Владимир был фактически ее сталкером, который длительное время следил за ней и знает очень много. Малышка была просто одержима нежностью и лаской, от чего была рада делать это даже с тем, кого видит впервые, тем более, Владимир не вызвал у нее подозрений и она решила довериться ему. — Можешь погладить ещё? Владимир большим пальцем гладил ее щеку, второй рукой поглаживая плечо. Его большие ладони были ужасно горячими, что позволяло девочке согреться и насладиться чувственной близостью. — Засыпай скорее. Я буду тебя охранять. Диана сильнее вжалась в шею мужчины. Стараясь найти больше тепла. Она терлась щекой об его подбородок, который немного кололся от щетины. Малышка гладила его ключицы ладонью, иногда перемещаясь на лицо, которое она тоже слегка поглаживала. Так же она не упускала его руки, которые прислоняла к себе и в том числе к своим губам, иногда цепяя пальцы зубами. — Тебе так не хватает тепла, маленькая? — Очень не хватает. Мне так одиноко. Я так хотела простой нежности. — быстро шептала Диана, продолжая наслаждаться чужими руками, касающимися ее лица, плеч и других частей тела. — Проси все что хочешь, я сделаю как ты скажешь. — Научи меня целоваться. Владимир ожидал чего угодно, только не этого. Он думал малышка попросит обнимать сильнее или гладить больше, но она вдруг захотела большего, а мужчина был вовсе не против. Он сперва остановился и посмотрел на Диану, а потом сказал кое что важное. — Я за тобой следил больше трех лет и зачастую мне даже не давали такого распоряжения. Я сам этого хотел. — Почему? Разве тебе хотелось работать бесплатно? — Это для меня была не работа, а самое любимое занятие. Диана покраснела и отвела взгляд. — Тебе нравилось наблюдать за мной? — Мне казалось, что я одержим. Хотел быть ближе хотя бы вот так. Владимир медленно надвис полубоком над малышкой, опуская ее на спину. Он нежно коснулся ее губ, вовсе не уча целоваться, а целуя по настоящему. Ему так хотелось сделать это еще после недели присмотра за ней. Она казалась такой красивой, в особенности тогда, когда грустно курила в подъезде и высовывалась из окна, рассматривая всех вокруг. Диана старалась повторять за Владимиром и медленно двигала губами, чувствуя напор мужчины. — Тебе нравится? Такой ласки тебе достаточно? Может хочешь что бы я был ещё ближе? — Хочу. Целуй меня еще больше. Обнимай крепче. Гладь нежнее. Я хочу больше касаний! — будто умоляя шептала малышка. Владимир выполнял все ее желания, целуя ее уже не только в губы, но и расцеловывая щеки и шею, опускаясь до плечь и ключиц. Его руки гладили хрупкое худое тело, от чего у Дианы пробегали мурашки, ведь она чувствовала ту нежность, о которой мечтала. — Я видел как ты плачешь ночью в открытое окно. Почему ты плакала? Диана пыталась отдышаться после поцелуев в шею. — У меня очень много проблем. Мне грустно что мамы нет. Грустно, что я хотела внимания от того, кто никогда бы не дал мне это внимание, даже если бы я молила на коленях целую вечность. Мне больно от того, что я осталась совсем одна. — Чье внимание ты хотела? — в голосе слышалась явная ревность. — Это уже не важно. Оставим это в прошлом, хорошо? — Надеюсь это действительно останется прошлым. Владимир продолжил целовать малышку в шею, спускаясь ниже к ключицам. Когда Владимир оставил влажный след от языка на верхней части груди малышки, она издала тихий стон, ведь ей было очень приятно и она наконец ощутила то тепло, о котором так долго мечтала. — Это самый лучший подарок на день рождения. — Хочешь, каждая ночь будет такой? — Безумно хочу. — Тогда разреши мне остаться с тобой навсегда. — А я и не планировала тебя куда-то отпускать.