Андердог

Катцуки понял одно - просто ходить и смотреть на его поединки, ему больше недостаточно. Он должен поговорить. Нужно лишь дождаться конца боя, верно?... Но в этот раз что-то пошло не так. Мидория двигался медленнее обычного. А его бок украшала свежая, плохо затянувшаяся гематома... Но даже так парень неумолимо таранил врага, как бронебойный танк, совершенно точно не собираясь сдавать позиции. Противник - огромный татуированный боец. Тот раз за разом старался вбить Деку в сетку, но тот лишь изредка сплёвывал кровь, снова и снова бросаясь в атаку. В этом не было красоты спорта. Только чистое, концентрированное отчаяние, нелепые, необоснованные риски и "сумбурность движений". Когда прозвучал финальный гонг и противник Изуку осел на пол, не в силах подняться - толпа взревела. Хотя кто-то определённо недовольно чертыхнулся. Видно, его фаворитом был не "мелкий сопляк". Правда, тот самый сопляк не праздновал. Он просто развернулся и, пошатываясь, ушёл в тёмный коридор, ведущий к техническим помещениям. Опять. Это не первый раз, когда он делал подобное. Изуку просто не хотел показывать слабину на публике, верно? Внутри всё просто клокотало от смеси раздражения и липкой тошноты. Бакуго хотелось выйти на ринг, схватить придурка за грудки и наорать до хрипоты: «Что ты с собой делаешь?! Где тот ребёнок, мечтающий о великом будущем?!» "И почему сейчас он хоронил себя, занимаясь этим дерьмом?" Но пойти за ним прямо сейчас не удалось... Буквально через несколько секунд ринг вновь налился ослепительным светом дешёвых прожекторов, разрезавших густой сигаретный дым. В центр ринга вышел мужчина в безупречном костюме-тройке, неестественно белой рубашке и с золотым микрофоном, зажатым между жирными пальцами. От одного этого зализанного образа хотелось блевать...Как пошло и безвкусно. -Разогрев прошёл просто безупречно! Наш легендарный боец справился даже с такими габаритами! -Проорал ведущий, и толпа взревела, заглушая торжественную речь. -Тогда ему не составит никакого труда встретиться лицом к лицу с гостем, ради которого мы все сегодня здесь собрались, верно?! Свора безумцев и маргиналов вновь вскинулась и заорала, бурно требуя зрелища шумным постукиванием алкогольных тар о металлическую поверхность. -Встречайте... НАЙН! Повелитель погоды! -ДА-А-А-А! -Говорят, с его выходом даже в закрытом помещении над рингом сгущаются тучи! Вы видите это? Вот-вот разразится ураган! В ту же секунду запах железа, пота и дешёвого пойла наполнил воздух так густо, что его, казалось, можно было потрогать. Атмосфера странным образом изменилась за считанные секунды, а подвал затрясся от рёва и ликования. -А тепе-е-ерь... Легенд-а-арный Де-е-е-еку! -ДЕ-КУ! ДЕ-КУ! ДЕ-КУ! Пространство вновь загудело так, что вибрация прошла по рёбрам, заставляя внутренности сжаться. Катцуки слишком хорошо знал этот бешеный тон и эту ядовитую интонацию: слюни, выкрики, слепая ярость - они просто поставили на него. Толпа выкрикивала его имя не из уважения, а из азарта, требуя кровавой бойни. И в этих ликующих воплях, полных ложного признания и любви - не было даже "моральной поддержки". Только животная жадность. Именно в этот момент, словно в подтверждение собственному чутью, Бакуго услышал...Там, где-то в тени, за прожекторами, мужчины громко переговаривались, почему-то заставив обратить на себя внимание. Двое в помятых пиджаках, третий - в рабочей форме - копия, как у "ведущего". Можно поспорить - букмекер. Тот жадно вцепился пальцами в планшет, ухмыляясь, пока друзья, видно, обычные офисные планктоны, захотевшие разнообразия, спорили, расчехляя кошельки. -Слышь, ты вообще видел, чё этот Найн творит? -Быстро, слюнявя пальцы, проговорил первый, не отрывая взгляда от ринга. -Он же его в порошок сотрёт, ха-ха! Я хочу вкинуть за Найна. Второй выхватил планшет, с бешеной скоростью тыкая по сенсору. -О, да! Слишком высокие шансы. Найн - машина. Деку - просто пацан по сравнению с ним. А...Так они не спорили. -Деньги поставлены, ставок больше нет. -Тут же отрезал брокер, хитро ухмыльнувшись. -Ставлю трёшку на то, что пацан не продержится и пяти минут. -Блять... -Выдохнул второй, глядя на ринг, где блондинистый парень медленно поднимал руку, встречая восторг и ликование. -Если он его не размажет... Я без штанов останусь. -Размажет, размажет... Как пить дать размажет. Ох, чую, сегодня мы поднимемся. -С чего ты взял? -Сердце подсказывает? Ха-ха! Катцуки почувствовал, как к горлу подступил тяжелый ком, а пальцы сами собой сжались в кулаки, готовые "активизироваться" и вдавить эту мразь мордой в бетон. Как жаль, что он не мог этого сделать... Деку тем временем разминал конечности, перепрыгивая с ноги на ногу, не зная, что его уже продали за копейки. Мерзость. Мерзость слышать такое. Мерзость слышать такое в сторону, казалось, солнечного человека, улыбающегося куску бумаги с изображением "любимца". Вот Изуку стоит в клетке лицом к лицу с противником под восторженные крики. Вот он слегка горбится, настраиваясь на поединок... -Вы готовы-ы-ы?! Что ж, первый раунд! Бой! -И вот, наконец, торжественно кричит ведущий, а за его голосом звучит оглушающий сигнал. Началось. Противник Деку рванул первым - грубо, прямолинейно и совершенно беспардонно, словно не видел смысла хоть как-то "играться" со своей "жертвой". Удар вышел до одурения открытым, с показательно широким замахом. Изуку тут же уклонился в бок, согнув колени, но удары прошлись уже на его уровне. Нижняя двойка, разворот. Ещё, ещё. Плечи юного бойца правильно напряжены, дыхание на первых секундах - стабильно, тело наполнено уверенностью и источало придушивающую атмосферу. Удивительно, как он был на такое способен. Вот только: он всё ещё не атаковал - лишь избегал. Найн совершил классический левый хук в корпус, и резкий правый апперкот, надеясь выбить из соперника дыхание. Но... Тот всё же, не так прост, как могло показаться. Он словно считывал мысли, "проваливаясь" вниз, как пружинка. И кулаки блондина смехотворно рассекали лишь пустоту. Очень вскоре это стало раздражать. Лицо противника исказила гневная гримаса, а его удары стали резкими и опасными... Катцуки не мог отвести прожорливого взгляда от ринга. Всё внутри буквально клокотало от тусклого, но, что греха таить, настоящего восторга подобному сопротивлению. Блять, и с каких пор? С чего вдруг вид чётких движений Изуку, хладность ума в потенциально опасной ситуации и рваная техника вызвала в нём такое восхищение?... Ха! Да это всего лишь оценочное мнение профессионала! Точно! Лишь идиот не поймёт: никакой сумбурности в ударах бойца - только пронизывающая до костей тактика и считывание своего противника прямо во время боя. Разве такое не может не восхищать? Киришима говорил именно об этом. Точно. Чувства восторга абсолютно естественно в их сфере. Убеждал Катцуки сам себя, едва моргая. Каждая секунда в октагоне на счету. Да, Изуку стал рисковать. Где-то специально замедлялся, чтобы прочувствовать на себе мощь какого-либо удара, где-то экономил силы, нанося ряд отвлекающих серийных ударов. Уже в следующий раз парень не давал шанса повторить тот же приём. Вот только пять минут уже давно как истекли, а гонга всё ещё не слышно. И Бакуго неожиданно вспоминает последние слова того незнакомца, с которым переговаривался Изуку в каморке несколько дней назад: "Эта неделя. Особенный гость. Закончить бой во втором раунде." А...Так вот, что сегодня за "шоу" и почему так много людей. И, конечно же, бои здесь идут не по пять минут...Неужели все десять? Тогда как же он должен продержаться до второго раунда? Ведь его дыхание уже сбито, а бинты на руках давно потемнели от крови. Свежая - дело времени. Она вот-вот проступит сквозь ткань. -Быстрее, чёрт! - Вопят разные голоса, обращаясь к своему фавориту. Лагерь болельщиков очень быстро разделился... Особенно когда удар Найна пришёлся по рёбрам оппонента, и на этот раз Изуку не успел увернуться. Он грузно навалился на клетку корпусом, резко вдохнув в себя с хриплыми, болезненными нотками. На секунду тот замер, с трудом совершая выдох. И Бакуго чётко видел этот момент...И то, как даже не думая сдаваться, парень резко развернулся, подсекая чужие ноги. О... Этот кадр до сих пор повторялся в голове Динамита в замедленной съёмке. Изуку ушёл в сторону от следующего удара почти чисто, будто тело вспомнило что-то, что ненадолго забыло, а следом - мах ноги. Контрудар. Новые движения оказались слишком неожиданными не только для противника - но и для всей толпы. Деку больше не напоминал "бегающего" от ударов пацана, способного только защищаться - андердога по умолчанию. Сейчас он был сгустком первобытной, ревущей энергии, доказывающей своё имя "легенда подпольных боёв". От него словно... Исходили зелёные молнии, что яростно разрезали пространство, когда тот переходил в наступление. Найн пытался выставить блок, но юркий противник уже был в воздухе. Вновь мах с разворотом. Настоящий танец: удар ногой с прыжка пришёлся точно в челюсть соперника. Голова бойца мотнулась, тело повело в сторону, послышался сухой хруст, а изо рта вылетел кровавый сгусток вместе с капой. Катцуки был готов вместе с психопатами воткнуться пальцами в сетку и восторженно заорать, выбрасывая кулаки вверх. Невероятно. Быстро. Красиво! Деку действительно превращал поединок в шоу, достойное восторга. И, не давая сопернику восстановить равновесие, брюнет, используя инерцию вращения, закрутил второе колесо. Его пятка впечаталась прямо в грудину, в самый центр - практически в солнечное сплетение. Найн тут же согнулся, хватая ртом воздух, который для него превратился в раскаленный свинец. Затем последовала нижняя двойка: левый хук в печень заставил бойца рухнуть на колено, а восходящий правый апперкот в челюсть подбросил его обмякшее тело вверх. Найн падал назад, дезориентированный и сломленный. Весь из себя "боец" - пал в первом же раунде на восьмой минуте. Вот только Деку не собирался отпускать его в свободный полет: в прыжке обхватил шею блондина ногами, выполняя безупречный «треугольник» прямо в воздухе. Они рухнули на настил вместе, но в разных позициях. Изуку мёртвой хваткой замкнул замок из собственных бёдер вокруг шеи и руки Найна - коронное "Деку". Его мышцы вздулись от перенапряжения, вены на ногах буквально "трещали по швам". Ну а он сам, шумно хрипя на вдохах, лишь сильнее стискивал захват. Найн колотил кулаками по настилу, его пальцы судорожно впивались в мат, пытаясь найти опору, но "капкан" из ног Деку был неумолим. Лицо парня вскоре налилось багровым, вены на лбу вздулись, а в глазах поплыли чёрные пятна. Он действительно ещё пытался что-то предпринять, но кислородное голодание гасило сознание быстрее, чем восстанавливалась сила. Секунда. Две. Пять. Сопротивление соперника ослабло. Его руки бессильно опали на настил, а веки тяжело сомкнулись. Изуку держал захват ещё мгновение, убеждаясь, что противник окончательно повержен, прежде чем разжать замок и обессиленно откинуться назад. -ДА-А-А-А!!! -ЧТО ЗА ХЕРНЯ?! -КТО СТАВИЛ НА НЕГО?! -ДЕ-КУ! ДЕ-КУ! ДЕ-КУ! -ЭТО ПОДСТАВА! Голос рефери сорвался, потонув в оглушительном рёве трибун. Слов было уже не разобрать - слышно лишь сплошной, вибрирующий гул из ликования публики, шока и яростных споров. Изуку заставили подняться. Ноги почти не слушались, тело горело, но он встал. Парень стоял, пошатываясь, и взгляд его, затуманенный усталостью, смотрел куда-то сквозь пространство. Сквозь пятна крови, смешавшиеся с потом на лице, сквозь искаженные лица зрителей - он смотрел сквозь всё это, ещё не в силах осознать случившееся. В тот момент, когда его руку - тяжелую, онемевшую - резко вскинули вверх, он ещё не знал, что всё испортил. Он победил.

***

Торжество казалось ему издевательством. Гул за спиной превратился в мерзкое шипение, от которого подступала тошнота. Не дожидаясь, пока рефери отпустит его затекшую кисть, он буквально вырвался и, спотыкаясь, скрылся в тени подтрибунных помещений. В тесной, пахнущей сыростью кладовой, служившей "раздевалкой", было невыносимо тихо. Скрючившись на хлипком табурете, Изуку торопливо стягивал с себя пропитанную потом одежду. Единственное, чего он хотел - это забиться в самый дальний угол своей квартиры и не чувствовать на себе пьяные взгляды хотя бы пару часов. Каждый жест сейчас отзывался вспышкой острой боли в ребрах; он стискивал зубы, чтобы не вскрикнуть, когда ткань прилипала к свежим ссадинам, которые даже не были оставлены прошлым бойцом. Натянув толстовку и закончив со всем за несколько минут, он проскользнул к заднему выходу, едва стерев с лица подсохшую кровь. Холодный ночной воздух приятно обдал тело, но, к сожалению, не принёс облегчения. Что-то резко резануло внутри головы...Что-то неприятно сковало грудь, вызвав секундный приступ тревоги. Грязный переулок встретил его подозрительной тишиной, которая была слишком густой и нагнетающей, чтобы быть естественной. Деку не успел сделать и десяти шагов: из той самой густой тени, пропахшей алкоголем и дешевым табаком до омерзения, отделились силуэты. Его встретили отнюдь не фанаты, желающее обменяться любезностями...Его встретили силой. Грубый рывок за капюшон заставил Изуку пошатнуться, а через мгновение жесткие, мозолистые пальцы впились в его плечи, впечатывая в кирпичную стену. Израненное недавним боем тело тут же отозвалось ноющим стоном. Каждый нерв внутри него сдавило, вырвав резкий, полный боли стон. Правда, рот его мгновенно перекрыла тяжелая ладонь. -Ты что, мразь, сделал?! - Низкий незнакомый голос врезался в ухо вместе с неожиданным ударом. Тот обжог ему лицо, но инстинкты бойца, еще не остывшие после ринга, сработали сами собой - Изуку мгновенно ударил в ответ, едва видя куда. В его глазах, словно бы по щелчку пальцев, вспыхнули те самые зеленые молнии, которые принесли ему победу на последних минутах раунда. Но сейчас этот же адреналин ему, кажется, не поможет. -Блять! Мужики, держите его! - Выкрикнул кто-то из темноты. Мидория почувствовал, как чьи-то железные пальцы мертвой хваткой впились в его левое предплечье. Он дернулся, намереваясь ударить локтем, но в ту же секунду вторую руку перехватил другой "гость", наваливаясь всем весом и выкручивая сустав до тошнотворного хруста. Изуку зарычал, пытаясь вырваться на одном адреналине. Уклонился от замаха какой-то металлической трубы, дёрнулся прямо в хвате, проскользнув под рукой мужика, и точным ударом в колено заставил того вскрикнуть. На мгновение показалось, что он вырвался, что его невероятная техника и умения помогли ему...Но их, неизвестных ему чужаков, было больше. А переулок был слишком узким. В глазах поплыли серые пятна, смешиваясь с багровыми отблесками недавнего боя. -Тебе за что платили, а?! Ты чё думал, это какой-то прикол, пацан?! - Проорало противное нечто прямо в его лицо, обдавая запахом перегара и холодной ярости. -Чт... - Но ему не дали даже пискнуть. -Это бизнес! И ты только что спиздел из него слишком большую сумму, кусок дерьма! Резкий, дробящий удар тут же пришелся в челюсть. Это было так больно, что хотелось вскрикнуть, но на это не хватило дыхания... Его ударили без боксёрских перчаток, голым металлом кастета. Голова Изуку дернулась, во рту мгновенно разлился металлический вкус крови. -Мы не на тебя ставили, урод! - Гаркнул другой голос. Хотя, если честно, они уже все смешались в одну неразличимую "массу". Мышцы Деку вздулись от запредельного напряжения, но двое взрослых мужчин буквально повисли на нём, лишая всякого манёвра. -Мы договаривались! ВЗО взял бабки! Он или ты нас решили кинуть, а?! - Третий, коренастый и широкоплечий, шагнул вперед. Он не стал бить сразу - он грубо схватил Изуку за волосы и дёрнул вниз, заставляя парня согнуться пополам. Позвоночник отозвался резкой болью, голова оказалась на уровне колен. -Ть...Ты слишком прыткий для того, кто должен лежать в отключке. - Тогда ядовито прошипел четвертый, выходя из тени. Он методично, оттягивая удовольствие, нанес удар тяжелым ботинком прямиком в открытый живот. Боец сложился бы пополам, если бы его не держали за руки и волосы несколько человек. Из легких выбило весь воздух, мир перед глазами подернулся багровой дымкой. Изуку правда всё еще пытался брыкаться. Его ноги в заношенных кроссовках скребли по асфальту, но это была совершенно бесполезная борьба, когда: один держал, второй ломал, третий давил, а четвертый превращал его тело в отбивную. Да уж... Его "невероятное мастерство" было ничем перед грубой, численной массой, которая просто поглощала его, миллиметр за миллиметром, вминая в грязную землю. Здесь не было даже малейших правил. Не было "рефери", который мог бы остановить "бой". Не было трибун и зрителей. Только глухие удары по органам, от которых в груди что-то подозрительно хрустнуло, булькнуло, надорвалось... И чавкающий звук подошв по грязному асфальту. Изуку чувствовал, как с каждым ударом из него словно бы уходит жизнь. Тело, и без того измотанное рингом, превратилось в одну сплошную пульсирующую рану, в оголенный нерв, на котором играли. Он сполз по стене тряпичной куклой, когда хватка на неестественно вывернутых плечах ослабла, но его не оставили в покое. Тяжелый ботинок врезался в бок, переворачивая его на живот. -Победа дорого стоит, верно? - Сверху донесся издевательский смешок. -Теперь будешь знать: иногда дешевле проиграть. Его лицо вжали в грязную лужу неясно чего. Дождя ведь не было... Но Мидория больше не сопротивлялся. Он лежал, вдыхая запах сырости и алкоголя, и единственное, что он слышал - это тяжелое, хриплое дыхание своих убийц. А ещё глухой писк в онемевших ушах. Да... Похоже, здесь он и умрет. Похоже - ему конец. -Блять, какого хуя?! - Но со стороны неожиданно резко раздался хриплый, пропитанный чистой яростью голос. Четверо мужчин тут же замерли, воровато обернувшись. И лишь тот, что вжимал затылок едва дышащего бойца ногой в грязь, неохотно поднял голову, мгновенно оскалившись. -Проваливай, долбаёб, пока на этом месте не оказался! У нас тут воспитательный процесс. -... Изуку плохо видел из-за пелены перед глазами и "не очень удобной позы". Но крупный силуэт, чьего лица не видать из-за маски и мрака, кажется, двинулся к ним. -Чё ты сказал, нахуй?! Повтори! - И рычаще заорал, соскочив на бег.