Свобода

Keonho: Джу  я хочу поговорить  простите Juhoon: о боже, что ж случилось у Ан, что он решил поговорить мы вообще то переживали  приходи ко мне, мы все тут  Keonho: спасибо  минут 15 и я на месте  Конхо не знал, а достоин ли он вообще этого отношения к себе от друзей? Они переживают, пытаются помочь, а Ан? Он поступает с ними ужасно, правда, он бы и сам на себя обиделся. Нужно просто побороть свое вечное желание казаться сильнее, ведь они же друзья, перед ними можно быть каким угодно. Друзья и созданы для того, чтоб вы помогали друг другу, а не сбегали, даже не поговорив. Конхо никогда не дружил с людьми близко, он вообще редко с кем-то общался, кроме родителей или сокомандиков. Непривычно, что кто-то вообще переживает что и как он, даже родителям всегда было плевать, главное чтоб получал новые медали. А сейчас им, видимо, даже и до его наград дела больше нет. По крайней мере, так надеется Хо, просто хочется, чтоб они отстали, не пытались воспитать больше в парне робота, а не человека. Такие монстры разве вообще могут воспитывать хоть кого-то? Очень навряд ли. Конхо оказался в знакомой квартире достаточно быстро, парни сидели, как всегда, на кухне, смотрели на друга из коридора. Было как-то неловко. Даже очень.  — Ты так и будешь стоять? — Джеймс усмехнулся, смотря на Хо.  Юноша пожал плечами, разулся и прошел к друзьям, которые то и дело оглядывали его. На его шее уже были пластыри, которые виднелись из-под кофты. Конхо сел рядом с Мартином, который глазел на него. Вдруг, Тин вздохнул и, закрыв лицо руками, засмеялся. Никто из ребят вообще не понял, почему Эдвардс смеется. — Ты больной? — Джу обратился к Паку, который после этой фразы только сильнее засмеялся.  — А по нему не видно? — Джеймс тоже начал улыбаться.  Мартин держался уже за живот от смеха, Хо не понимал такого поведения вообще, что могло насмешить настолько Тина. Конечно, не сказать, что его сложно рассмешить , но настолько, он еще не видел.  — Вы бы видели, какие вы серьезные, я в слезы. — Мартин еле отдышался, снова заливаясь смехом. — У вас прям траур, мне плохо.  — Мы тут поговорить серьезно собрались, а ты смеешься, идиот. — Ким не выдержал этого заразительного смеха и тоже уже улыбался.  Ан смотрел на всю эту картину, почему-то странно тепло, но тревожно одновременно. Что вообще происходит? Такой вопрос был, ведь немного непонятно, когда все начинают с ничего смеяться.  — Вы чё, приняли перед тем как я пришел? — Хо вопросительно поднял бровь.  — В том и проблема, что ничего. — Джеймс хлопнул по спине Мартина, пытаясь успокоить его, но из-за этого засмеялся сам только сильнее.  — В пизду, вы реально на поминках или что? Конхо, просто скажи, ты нас за друзей считаешь? — Эдвардс повернулся к Ан и заглянул его в глаза.  В ушах после этой фразы зазвенело. Друзья. Их никогда не было у Конхо, он не знал, что точно должны делать они. Гулять, веселиться? Наверно, ещё и помогать друг другу, но разве это не показатель слабости? Но тогда можно всю жизнь и быть одному, правда?  …….. — У такого, как ты, никогда не будет друзей, Конхо. — Строгий голос отца разносился по дому, а суровый взгляд сверлил сына, стоящего на коленях и плачущего. — Посмотри на себя, ты думаешь, кому-то понравится с таким дружить? С таким плаксой?  — Конечно нет, даже мне не хочется с тобой дружить, Хо. — Мать выглянула из родительской, усмехаясь так гадко и противно.  Маленький Конхо стоял перед отцом на коленях, вытирая свои слёзы. Он тогда сказал, что с ним никто не дружит, а родители только подлили масла в огонь, унижая сына еще больше. Ан весь дрожал, он пришел только с тренировки, которая длилась 5 часов. Мышцы просто уже не слушались, но отец грубо поставил его на колени, заставляя терпеть боль.  — Ты слабый, Конхо, я не был таким, как ты. — Мужчина дал мальчику пощечину, от чего тот упал на пол. — Не знаю, в кого ты такой. Позор.  Ан закрыл лицо руками, лежа на полу. Тогда он подумал, что родители говорят правду, что они абсолютно правы. Слёзы — слабость, а волноваться или переживать Хо может только из-за соревнований, и то, он будет таким же слабаком.  ………. Хо смотрел на парней. Он мог считать их друзьями вполне, ведь они помогли ему. Возможно, не всегда лучшим образом, но помогли же. Джухун дал где жить, переживал о беспокойном сне Ан. Джеймс давал тому одежду, помогал им с Кимом с едой. Мартин помогал… Тем, что знает, где найти. Найти то, без чего Конхо мало представлял уже вечера. Таблетки были успокоительными, дающие покой, тот, в котором он нуждался больше всего. Тин дал жить Хо дальше, иначе бы сейчас он точно уже вскрыл свои вены, чтоб больше никогда не слышать голоса родителей, упрекающих сына в каких-то тупых вещах. Они все его друзья, разве нет? А кто тогда Сонхён? Ом знает намного больше, точнее, увидел в самом Хо.  — Ан, ты че завис? — Пак потрепал друга за плечо. — Чет не то спросил? Ну это..  — Да, считаю. — Конхо поднял взгляд. — О, а я говорил, — Мартин широко улыбнулся. — А вы тут нюни пускали.  — Конхо, раз мы твои друзья, что у тебя на шее было? — Джу не улыбался, он смотрел абсолютно серьезно.  Конхо сомневается, но он же сам сказал, что они друзья. Почему бы просто не рассказать? Но это слишком рискованно. Слишком лично, никто не должен знать. Ан бегал глазами по друзьям, видя как те ждут ответа, который не последует. Сонхёну был готов излить душу, а ребятам, с которыми он знаком дольше, он рассказать не может. И почему этот Ом так тянет к себе?  — Можно я как-нибудь потом расскажу. — Хо отвел взгляд, не выдерживая этих съедающих взглядов. Он потер шею, которая начала жечь, будто вспоминая ремень отца и одновременно эти мягкие руки Сонхёна. — Окей, но расскажи когда-нибудь. — Ким не стал настаивать, может, в этом и заключаются друзья? Что нет никаких обязательств. — Когда успел заклеить?  Вопрос прямо в точку. И как им сказать, типа: « О, я встретил парня, от которого я без ума, но ничего не знаю о нем, кроме того, что он ходит молится. Представляете, он помог мне и я ему почти рассказал, что у меня со спиной, даже показал её, чтоб он заклеил»? Это же бред, они явно не поймут. Или, может, только Хо так думает? Но навряд ли он вообще знают Сонхёна. Да, лучше таким грязным парням даже не смотреть на этого святого мальчика , ведь его белоснежную кожу нельзя запачкать такими ужасными людьми. Конхо, кстати, среди них. До Ома могут дотронутся только сам Бог и ангелы, а остальные уж слишком для него. Но врать снова уже невыносимо самому Конхо, ведь погрязнуть в вечной лжи будет еще хуже.  — Я встретил.. Сонхёна, он помог мне. — Ан промямлил имя Ома.  — Кто помог? Можешь внятно говорить. — Мартин наклонился ближе.  — Сонхён.  — Погоди, это же этот.. — Эдвардс откинулся на спинку, вспоминая имя.  Конхо уже нахмурился, не понимая, откуда Мартин вообще мог узнать уже о Сонхёне. — Он ушел со «свободы» года три назад, сейчас снова в нашей школе. — Джеймс глянул на друзей.  — Чего? — Конхо нахмурился. Как это, чтобы Сонхён был там? Да этого просто не может быть.  — Ом очень популярным был тогда, потом съебался, щас святым представляется. — Ким посмотрел на Хо.  Ан просто не верил своим ушам. Сонхён, тот самый Ом, который ходит молится каждый день и выглядит как ангел, был популярным на улице «свободы». Это что-то невозможное, ведь его образ абсолютно не складывался с этим всем кошмаром, что происходил на той улице, где куча баров, запах сигарет и стоны с каждого угла.  — Вы с ним до этого общались что ли? — Джеймс обратился к Конхо, который выглядел очень озадачено.  — Да, в школе, он мне дал таблетку от температуры. — Ан смотрел просто в стол, пытаясь переварить информацию.  — Ну, Ом был добрым всегда, но пиздец странным. — Джу пожал плечами. — Ну слава богу, что помог тебе, а то у тебя был.. Ну, не важно.  Конхо хотелось прямо сейчас найти Сонхёна и расспросить об этом, а еще как тот теперь еще и Богу служит? Ом выглядел абсолютно чистым, но, кажется, в его жизни до этого просто произошло слишком много. Неужели, из такого можно выбраться вообще?  — А ты как ему отплатил? Натурой? — Из мыслей вывела тупая шутка Эдвардса. — Тин, закрой ебало. — Джухун толкнул того через Джеймса.  ****** Выходные прошли дома. Ну, теперь дом для Конхо это квартира Джу, где всегда спокойно и хорошо.  Школа встретила обычно, куча учеников, шум, учителя, которые уже ругают с утра пораньше детей и он. Сонхён. Хоть сейчас готов был Ан подойти и заговорить о том, что узнал, но это было бы странно, разве нет? Поэтому свои эмоции Хо придержал. Первый урок математика, он так медленно шел, прям тянулся, что не могло не раздражать. Учитель что-то бубнил, ученики то шептались, то чуть ли не засыпали. Но взгляд Конхо всегда цеплялся только за Ома.  Перемена тоже началась шумно, все выбежали из класса, только Сонхён на месте и смотрел в окно. Раз они вдвоем, это отличный шанс поболтать. Ан поднялся с места, потянул руки, то, что он не занимался спортом уже пару дней точно, сильно сказывалось. Юноша подошел и облокотился на чужую парту.  — Привет. — Хо наклонил голову, смотря на того.  — Привет. — Ом улыбнулся. — Как твоя шея? Проходит?  — Да, спасибо, мазь очень хорошая. — Глаза парня ходили по чужому лицу, все еще воображая, как такой светлый человек мог быть там.  — Я рад, что она тебе помогла. Мне мама такую мазала, когда я порезался. — Ом вытянул руку и там показался шрам, длинный, но совсем не похож на «порезался». Нет, это даже не похоже на попытку специально себя ранить.  — Ого, это как так? — Ан осмотрел чужую руку, тронув своими пальцами, чтоб приблизить к себе. — Да ножом, помогал готовить кушать. — Ом пожал плечами, чуть усмехаясь.  Вроде бы звучит как правда, но теперь хочется относится к Сонхёну очень осторожно, меньше верить всем его словам. Но от всей этой информации Ом не стал даже менее привлекательным для Конхо, наоборот, тяга узнать правду было теперь намного сильнее.  — Не хочешь подружиться с моими друзьями? — Конхо заглянул снова тому в глаза, улыбка сама появилась на лице.  — Я не против!  Они вышли из класса вместе. Коридор шумел, повсюду были люди, которые были заняты своим делами. Белые стены с редкими плакатами уже были привычными для Хо, но он стал часто ходить среди них только недавно, когда подружился с Джухуном, Джеймсом и Мартином. Кстати, к ним он и повел Сонхёна. Он прекрасно знал, что, возможно, Ом их узнает, но от этого только интереснее. Это не правильно, но хотелось просто посмотреть, сможет ли оставаться прежним Сонхён. Юноши почти дошли до школьного двора, где как обычно на лавочке развалились трое друзей. И вот они подошли к ним.  — Привет, парни. — Хо пожал каждому руку и приобнял своей рукой за плечи Сонхёна. — Это Сонхён, ну, про которого я говорил.  Джеймс поднял взгляд на Ома, который уже всматривался каждого из троих. Парень вздохнул и протянул руку им.  — Неужто это ты, Ом. — Мартин сразу заулыбался и пожал крепко руку. — А мы-то думали, куда ж ты подевался.  — Как видишь, жив. — Сонхён говорил совершенно другим тоном. С Ан он говорил мягко, с вечной полуулыбкой, а тут его выражение лица стало даже немного злым. — Ты не изменился, Эдвардс. Бегаешь за Джу?  — Остынь, Тин просто много болтает. — Ким фыркнул, услышав болтовню. — Давайте не ворошить прошлое.  — Согласен, забудем, как страшный сон. — Ом сразу же улыбнулся. Конхо вообще не разбирается в прошлом всех этих ребят, которых он так-то считал уже друзьями. Хотя, он тоже совершенно не рассказывал про себя, но что рассказать? У него толком детства не было, что уж там. Сонхён глянул на Конхо, который стоял явно задумавшись.  — Эй. — Ом толкнул того в бок.  — А?  — Пошли поедим, я оплачу. — Юноша потянул за собой Хо, который даже не успел сказать друзьям «пока».  …… Шумная улица «свободы» всегда была такой, а в её золотые годы было даже похлеще. Сонхёна знал каждый, даже тот, кто только пришел. Он был королем этой улицы, все были готовы в ноги к нему валиться, лишь бы получить одобрительную улыбку того. Правда, Ом никогда не был злым, да и не хотел, чтоб его так боялись, но друг сделал все за него. Джэхён был тем, кто хотел этой славы и личных прислуг, но он не добился того успеха, который сделал себе Ом и приходилось запугивать всех , и управлять через Сонхёна, который, к сожалению Джэхёна, был доброй душой, не желающей никому зла. Но на этой улице нет человечности, нет правил, но пришлось установить, чтоб управлять всем. Ом был из обеспеченой семьи, родители не знали о похождениях сына, поэтому спокойно продолжали давать ему денег, а тот сливал их на дрянь и алкоголь, который согревал всегда внутри. В школе его так же прекрасно знали, учителя думали, какой он примерный ученик.  Но иногда происходит переломный момент, который заставляет уехать прочь из этого города Сонхёна и попытаться смести свои следы с проклятого места. ……… — Эй, Сонхён, я не хочу есть. — Конхо выдернул свою руку, не резко, но просто, чтоб его перестали тащить в столовую. — Ты не хотел с ними говорить? Прости, я не знал.  — Все в порядке, я сглупил, прости. — Ом выдохнул и убрал волосы, пытаясь успокоить собственные чувства, которые разбушевались впервые за все года, пока он не был тут.  Ан нахмурился и цокнул языком, но честно, его еще больше заинтересовало, что же произошло. Но волновало еще другое. Сонхён же стал совсем другим, так зачем Конхо будет копать чужое прошлое, когда это неприятно человеку и он хочет явно это забыть. Ом смог вылезти из того дерьма, встать на правильный путь и превратиться в человека, вот достижения, а не то прошлое, что триггерит парня. Хо хотел бы так же, но это кажется невозможным. Он и дня продержаться без препаратов не может, а тут еще и все бросить, это звучит ужасно.