Унесённые Волнами

***

7 марта. Побережье деревушки Наритголь-Камсон. Шум ветра, ритмичный шелест волн, соленый морской запах, здесь всё было пропитано морем. Темные волосы треплет ветер, они то и дело закрывают мне глаза, путаются, лезут, но я даже не пытаюсь их убрать. Я смотрю на Ли Джун Ёна. Смотрю глазами, полными страха... Или предвкушения? Тревоги? А может, ответственности? Сейчас, спустя столько лет, я уже не помню точно. Но внутри тогда бушевало что-то огромное, не давая покоя ни на секунду. Ли Джун Ён опустился передо мной на корточки и улыбнулся той самой взрослой, тёплой и бесконечно родной улыбкой, от которой всегда становилось спокойнее. Он поправил капюшон моей куртки, и ветер, ворвавшись под одежду, тут же покрыл кожу мурашками. В ту же секунду я почувствовал на плече его большую, тёплую ладонь. — Всё будет хорошо, — голос его звучал ровно и уверенно. — Не забудь поздороваться и поклониться, как полагается. Он моргнул дольше обычного, кивая, словно хотел передать мне часть своей уверенности. Так он подбадривал меня всегда. Так, как я привык. Он поднялся и постучал в деревянную дверь, которая тогда казалась мне невероятно огромной. Затем, не дожидаясь ответа, толкнул её и вошёл внутрь. Помещение встретило нас обволакивающим теплом. Лицо, онемевшее от холода, тут же расслабилось, а кожа налилась румянцем. Я быстро огляделся. Небольшой ресторанчик. За столом сидел крепкий мужчина лет тридцати, а рядом с ним мальчишка примерно моего возраста. Я тут же инстинктивно прянул за спину Джун Ёна, вцепившись руками в подол его пальто. Защитная реакция. Частое для меня явление. Я вообще по натуре человек стеснительный, замкнутый. — Господин Ли! Грубый, но на удивление приятный мужской голос разрезал тишину. Мужчина, сидевший за столом, поднялся и широким шагом направился к нам, протягивая руку для приветствия. Он улыбался открыто, по-доброму, по-домашнему. — Ан Джи Хо... — медленно, будто смакуя имя на вкус, произнёс Ли, сжимая его ладонь. — Очень рад вас видеть, господин Ан! — тут же, уже бодрее, воскликнул он, и их дружный хохот наполнил маленькое помещение. Значит, Ан Джи Хо. Джи Хо... Интересно, долго ли мне придётся иметь с ним дело? Мелькнула мысль, которую я тогда даже не додумал до конца, ещё не подозревая, как тесно переплетутся наши судьбы. Я увлечённо наблюдал за их разговором. Нет, я не вслушивался в слова, это были не мои заботы. Я просто следил за движениями губ, за жестами рук, за тем, как меняется взгляд, как чередуются вздохи и выдохи. Я даже не заметил, когда это переросло в привычку, наблюдать и изучать людей. Даже в таком юном возрасте. Моё внимание отвлекла фигура напротив. Я перевёл взгляд. Тот самый мальчишка. Брюнет, с достаточно широкими бровями и улыбкой на всё лицо. Улыбкой... без одного зуба. Это было так смешно и по-детски искренне, что я невольно улыбнулся про себя. Забавный. Я смотрел на него с интересом и, наверное, со своим обычным отстранённым видом. Неожиданно Ан Джи Хо наклонился, переведя внимание на меня. — А это... Сонхён? Да? — спросил он у Ли Джун Ёна, всё так же тепло улыбаясь. Я, глядя на него снизу вверх своими большими глазами, сжал пальто Ли ещё сильнее. И вдруг, совершенно неожиданно, мальчишка выскочил вперёд, бесцеремонно оттеснив Джи Хо. Он встал прямо передо мной, протянул руку и звонко выпалил. — Я Конхо! Давай дружить! Я растерянно перевёл взгляд на Ли Джун Ёна, потом на Джи Хо, потом снова на мальчишку, ища где-нибудь опору или хотя бы намёк на то, как мне поступить. Замялся на секунду и неуверенно протянул ему свою ладонь. Я был таким всегда, робким, неловким, зажатым. Непривыкшим к такому мощному потоку солнечной энергии, как у этого Конхо. Он крепко сжал мою руку в своей. Его ладонь оказалась тёплой и мягкой. Он так энергично потряс её, что моя на миг слегка заболела. Я опешил. Конхо, недолго думая, хлопнул меня по плечу и громко, заливисто крикнул: — Догоняй! Сонхён! Я замер на секунду, а потом, сам не понимая зачем, сорвался с места и побежал за ним. Столько перемен... Столько всего неожиданного и странного. Но мне это нравилось. С ним было... не скучно.

***

after 8 years... Мы въехали сюда восемь лет назад. Конхо тогда доставал макушкой до дверной ручки, а я с перекошенной от напряжения рожицей тащил полуживую рыбёшку, которая всё время норовила выпрыгнуть у меня из рук, наш первый ужин на новом месте. Дом тогда пах известкой и сырым холодом давно брошенного жилья. Ан Джи Хо оказался добрым и мудрым человеком. Он всегда нам помогал, договорился насчёт этого дома и постоянно был рядом. Бывшая хозяйка поместья как раз незадолго до нашего приезда уехала жить в столицу. И о, как же нам с Ли Джун Ёном повезло, что этот дом оказался через один от дома Ан Джи Хо, прямо напротив... Судьба — интересная штука, правда? А сейчас я бреюсь над раковиной, которая достаёт мне уже по пояс, а Конхо пинает мой рюкзак, требуя собираться быстрее. Идиот. Мы буквально выросли вместе. Наши опекуны прекрасно поладили, Ли Джун Ён устроился в рыбный ресторанчик к Джи Хо, мы более-менее встали на ноги. А я с Конхо всё время проводили и проводим вместе, не разлей вода. Оказалось, мы как инь и ян, дополняем друг друга. Вот в первую ночь на новом месте никто не спал. Я лежал на матрасе, глядя в потрескавшийся потолок, и изо всех сил старался не разреветься. Рядом сопел Конхо. Он сам напросился ко мне на ночёвку, а я и не отказал. С ним веселее, спокойнее... Слишком тихо — значит, он тоже не спит. — Конхо-я, — позвал я шёпотом. — А тут монстры есть? Неожиданно даже для самого себя спросил я. Пауза. Шорох. — Не знаю. Если есть, они первые испугаются, — буркнул Конхо. А потом я услышал, как скрипнула кровать, и через секунду он плюхнулся рядом со мной, на край матраса. — Двинься. Мы лежали плечом к плечу, как щенки в коробке. Было тесно, жёстко и пахло чем-то чужим, но я вдруг перестал бояться. Чужой страх разделился пополам и стал маленьким и совсем нестрашным. С Конхо было так всегда. Он всегда был рядом, настолько непринуждённый, энергичный и весёлый, что я даже сам стал чуточку жизнерадостней. С ним было приятно проводить время. Я не особо люблю таких шумных людей, но с ним я чувствую себя иначе. С ним легко. С ним весело и... спокойно.

***

Звук будильника. Я с трудом разлепил глаза. Было немного жарко, но терпимо. Попробовал перевернуться и понял, что по пояс запутался в собственном одеяле. Я громко, раздражённо выдохнул и скинул его ногой. Как же раздражает. Выключил будильник, сел. Тело ломило. Футболка задралась непонятно как, шорты тоже съехали набок. Почесал затылок и поднялся. Ноги коснулись холодного пола. Направился в ванную, по пути захватив полотенце. Посмотрел на своё отражение.. так себе. На голове полный бардак, выгляжу как сонная муха. Быстро умылся, почистил зубы, побрился и лениво спустился вниз. На кухне никого. Ли Джун Ён, наверное, уже ушёл. Я залез в холодильник, взял молоко, и с полки хлопья. Засыпал хлопья прямо из пачки в рот и запил молоком. А что? Очень даже вкусно, и тарелку мыть не надо. Собравшись, я, как обычно, пошёл к Конхо. Идти далеко не надо, всего пара минут, и я уже у его забора. Постучал в дверь. Тишина. Взглянул на время, мы уже опаздываем. Когда-то давно Конхо сказал мне, что под цветочным горшком у забора лежат запасные ключи. Я и воспользовался. Взял ключ, открыл дверь. Затем открыв дверь самого дома я прошёл внутрь, ощутил знакомый запах — домашний, свежий, очень приятный. От Конхо всегда так пахло. Прошёл кухню — никого. Гостиную — тоже пусто. Тогда я поднялся в спальню к нашей «принцессе несмеяне». Ну, естественно, кто бы сомневался. Дрыхнет. Храп раздаётся на всю комнату. Он лежал непонятно как. На животе, руки и ноги раскиданы в разные стороны, половина одеяла на нём, другая на полу. Глаза и рот приоткрыты. Ну и зрелище. Я подошёл, сделал пару фотографий на память. Потом буду показывать всем. Затем снова взглянул на время и принялся будить. Сначала просто толкал — ноль реакции. Потом сильнее. Потом ногами. Потом начал хлопать. И только на тридцатый раз послышался негромкий мык. Я усмехнулся. Ну и смешной он. — Вставай уже, сейчас всё на свете проспишь. Конхо подорвался, чуть не упав с кровати. Я испугался такой резкости и невольно отшатнулся. — Как опоздаешь? Я опаздываю? Куда опаздываю? Да где это видано! Я сам Ан Конхо! Я громко рассмеялся. У Конхо немного заплетался язык со сна, и это добавляло комичности. Он поплёлся в ванную, а я оглядел комнату и наткнулся взглядом на его рюкзак. Открыт, валяется, всё раскидано. Я подошёл и собрал всё необходимое. — Сонхён-а! Ты не видел мои красные трусы? Они счастливые. — донеслось снизу. Я усмехнулся про себя. — Конхо, ты соображаешь? Откуда я могу знать, где твои трусы, идиот?! — крикнул в ответ, взял рюкзак и направился вниз. Спустившись, я сел за кухонный стол и приготовился ждать этого раздолбая. — Выходим! Быстрее! — через десять минут раздался крик со второго этажа. Я не торопясь встал и увидел, как взлохмаченный брюнет скачет с лестницы на одной ноге, пытаясь надеть носок на другую. Лицо сосредоточенное и хмурое, дыхание сбито. Я пошёл к двери. Конхо, кое-как натянув злополучный носок, схватился за обувь. Я опустил взгляд на его ноги, на одном носке красовалась дыра. Конхо, не замечая, плюхнулся на пол и натянул кроссовки. Я прыснул. Он поднял на меня недоуменный взгляд. — Чего? Давай, шевели булками! Я шмыгнул носом. Он подорвался, вырвал у меня портфель из рук, и мы понеслись на остановку. Благо, она была не так уж далеко. Ноги горели, холодный воздух обжигал лёгкие. Конхо нёсся вперёд и то и дело оглядывался, следя, чтобы я не потерялся по пути. Он, конечно, был спортивнее, и плавал отлично, и на физкультуре был лучшим. А я... ну, не спортсмен. Мне до остановки пробежаться и то трудно. С детства был хлюпиком, в отличие от «короля школы» Ан Конхо. Да, его все любили. Он умел расположить к себе, был всегда весёлым и всем помогал, а девчонки так и норовили привлечь его внимание. А я... я был просто рядом. Шёл в комплекте с Конхо. Спокойный, вечно невозмутимый, негромкий. Конечно, внимания мне хватало. Не то чтобы я его искал, просто всем нравился такой «холодный принц Сонхён». Какой контраст, правда? Но никто ведь не знал, каким я могу быть на самом деле. Трепетным, нежным, заботливым и искренним. Только Конхо. Только он знал. Иногда мне кажется, что он знает меня лучше, чем я сам. Добежав до остановки, нам даже не пришлось ждать, автобус подъехал сразу. Мы запрыгнули и, по привычке, прошли на задние сиденья. Конхо завалился у окна, а я пристроился рядом. Мы оба прерывисто дышали. Моё тело тут же расслабилось, и я устало запрокинул голову назад. Конхо достал наушники. Я украдкой посмотрел на него. Утренние лучи солнца падали на его каштановые волосы, так заботливо и забавно. Они торчали непонятно как, но выглядело это... Мило? Те же лучи подчёркивали линию скулы и очерчивали пухлые розовые губы. Наверное, такие мягкие и сладкие... О чём я думаю? Я полный идиот. Я не должен о таком думать. Он мне как брат. Я слегка дёрнул головой, отворачиваясь куда-то в сторону, и шмыгнул носом. Но почти в ту же секунду невольно повернулся обратно. Конхо тоже повернулся и посмотрел на меня с улыбкой, своей жизнерадостной, убийственной улыбкой. От неё у меня всегда подрагивали пальцы, а сердце начинало стучать где-то в горле. Взгляд дрогнул. У него в ухе был наушник на проводе, а второй он держал в руке. Солнечные лучи едва касались его глаз, придавая радужке цвет тёплого янтаря и чего-то невесомого, почти прозрачного. Я посмотрел на наушник в его руке. Без намёка, без лишних эмоций, едва заметно. Конхо среагировал мгновенно. Он аккуратно, мягко вставил наушник мне в ухо. В ушах зазвенела мелодия. Мои губы дрогнули в лёгкой улыбке. Конхо начал отбивать пальцами ритм по воздуху и пританцовывать корпусом. Не сильно, но очень энергично. Его нога дёргалась в такт, и он едва слышно, почти одними губами, пропел строчки. "Don't go there 'cause you'll never return, I know you think of me when you think of her..." Он действительно выглядел смешно. Его ломаный английский всегда вызывал у меня смех. Глаза его немного округлились, губы расплылись в улыбке, брови чуть приподнялись. Я засмеялся, тихо, но искренне, и едва толкнул его плечом в плечо. Он продолжал меня смешить, а я всё время отворачивался, чтобы скрыть эту дурацкую улыбку, и бормотал, что он выглядит как ненормальный.

***

Утро. Школа. Самое предсказуемое время суток. Мы заходим, и я уже знаю, что будет дальше. Конхо несётся вперёд, как ураган, едва не снося всё на своём пути. Я иду следом, на всякий случай чуть замедляя шаг, чтобы меня не задело осколками его энтузиазма. — Ой, простите! Доброе утро, госпожа Ли! Я смотрю, как учительница истории качает головой, но улыбается. Ему все улыбаются. Конхо умудряется пробудить в людях эмоции даже тогда, когда они этого не хотят. Он машет каким-то старшеклассникам. Желает удачи на контрольной незнакомому парню. Спрашивает про собаку у какого-то типа, кажется, они даже не знакомы. Я прячу улыбку в воротник расстёгнутой рубашки, но она всё равно пробивается наружу. Он как маленький ребёнок, которому впервые подарили щенка, и восторг до сих пор не прошёл. И тут я ловлю себя на мысли, что смотрю на него дольше, чем нужно. На то, как свет из окна падает на его волосы. На то, как он смеётся, громко, заразительно, запрокидывая голову. Стоп. Что? Я отворачиваюсь и на всякий случай глубже зарываюсь носом в воротник. Это ничего не значит. Просто утро, просто Конхо. — Ты как фейерверк, — не выдерживаю я. — Всем нужен, всех осчастливил. Конхо резко разворачивается, и я понимаю, что зря открыл рот. Глаза у него горят. — А как иначе? Он делает два шага и налетает на меня, закидывая руку на плечи. Тяжёлую, тёплую, привычную. Я даже не пытаюсь вывернуться, бесполезно. Только закатываю глаза, хотя губы предательски дёргаются. В таком виде мы вваливаемся в кабинет литературы. Буквально. Конхо чуть не застревает в дверях, потому что не хочет отпускать мои плечи, и на секунду мы оба замираем в проёме, как два идиота. — …Я тебе говорю, он не мог умереть! — вещает он мне прямо в ухо, пока я пытаюсь освободиться и скинуть рюкзак. — Это же комиксы! В «Секретных войнах» вообще такое было, ты не представляешь! Я молча киваю. Мельком замечаю одноклассницу, проходящую мимо, и коротко киваю ей в знак приветствия. Парню с соседнего ряда тоже кивок. Как обычно. Конхо тем временем уже находит Мартина и Джухуна на последней парте. — Мартин! Джухун-а! А вы читали эти «Войны»? Видели ту сцену??? Мартин лениво поднимает взгляд и усмехается, глядя на меня. — О, опять началось. Сонхён, как ты это выносишь? Я пожимаю плечами. — Привык. Я отворачиваюсь. Но краем глаза всё равно слежу за Конхо. За тем, как он оживлённо жестикулирует. За тем, как у него смешно топорщатся волосы сзади. Джухун открывает рот, чтобы что-то сказать, но не успевает. Дверь открывается, и входит Джеймс. Вечно взлохмаченный, с папкой под мышкой. Он старше, уже выпускник, но до сих пор приходит к нам на переменах. Мы почти всё время проводим вместе, я, Конхо, Джеймс, Мартин и Джухун. — О, Джеймс! — Конхо переключается мгновенно. — Слушай, я думаю, в этом новом фильме нас ждёт полный перезапуск вселенной! А ещё читал тот комикс? Джеймс хмыкает, усаживаясь на край парты перед Конхо и разворачиваясь к нему. — Спорим, ты просто не заметил какую-нибудь пасхалку? У Конхо загораются глаза. Я вижу этот огонь даже отсюда. — Ты про ту, с символом на стене? Я думал, мне показалось! И они включаются на полную. Мартин и Джухун подтягиваются, начинают вставлять свои пять копеек. Кто-то смеётся, кто-то спорит. Я смотрю, и внутри что-то теплеет. Откидываюсь на спинку стула и наблюдаю за ними. За Конхо, который размахивает руками так, будто дирижирует. За Джеймсом, который чертит что-то в воздухе. За Джухуном и Мартином, перебивающими друг друга. В классе шумно. Громко. Местами безумно. Я качаю головой и снова тихо смеюсь.