Врата Духов

Пока Малдеред заливал кровью алые леса Савириона, Каичи, один из «проклятых» близнецов Валю, держал путь на юг. Его целью был Карионс — суровый край бесконечных барханов и глубоких каньонов, где под палящим солнцем полулюди добывали драгоценную руду. ​Путешествие в Карионс было испытанием даже для выносливого воина. Каичи ехал на верблюдоподобном звере, укутавшись в пыльный плащ, чтобы скрыть свою необычную берюзовую шерсть. Но под тканью, прямо на его коже, пульсировали узоры, оставленные фанатиками — теперь они светились холодным призрачным светом берюзы, когда его , дух древнего человеческого ассасина, начинал шептать в его сознании. ​— Ты чувствуешь этот запах, Каичи? — вкрадчиво спрашивал голос в голове. — Это запах серы и рабского пота. Здесь живет тот, кто называет себя «Железным Клыком». В той войне он не просто убивал людей — он замуровывал их заживо в шахтах, чтобы их крики развлекали его во время обеда. ​Каичи молчал. Его характер, когда-то мягкий и забитый, превратился в отточенное лезвие. Он больше не был тем котенком, которого Малдеред вытащил из помоев. Он стал тенью. ​Столица встретила его не величественными зданиями, а огромной воронкой в земле, по краям которой лепились лачуги и кузни. Здесь не было деревьев — только пыль, жар и вечный звон кирок. ​У ворот города Каичи остановил патруль Кеглусов. — Эй, ты! Сними капюшон! — гавкнул один из них, подозрительно оглядывая путника. — В Карионсе не любят тех, кто прячет морду. ​Каичи медленно стянул ткань. Его берюзовая шерсть блеснула на солнце, и стражники отпрянули, брезгливо сморщившись. — Проклятый Валю? Что тебе здесь нужно, отродье? Проваливай, пока мы не сбросили тебя в глубокую шахту к кружоедам! ​Каичи посмотрел стражнику прямо в глаза. В этот момент дух внутри него проснулся. Тень Каичи на песке вдруг удлинилась и стала неестественно густой. — Я пришел за расчетом, — тихо ответил он. ​Прежде чем Кеглус успел поднять копье, Каичи исчез. Он не просто быстро двигался — он буквально растворился в воздухе, переместившись в тень самого стражника. Через мгновение два кинжала, черных как сама ночь, вошли в сочленения доспехов Кеглуса. Бесшумно, без единого вскрика, стражник осел на песок. Его напарник даже не понял, что произошло, пока лезвие не коснулось его горла. ​— Твое тело — это кинжал, — прошептал голос духа. — Твоя воля — это яд. ​Каичи знал, что «Железный Клык», нынешний тиран Карионса, скрывается в самой глубокой части шахт, где добывают «звездную медь». Чтобы добраться до него, Каичи пришлось пройти через нижние ярусы города, где жили рабы и чернорабочие. ​Там он увидел истинное лицо Карионса: изможденные полулюди низших сословий и пленные монстры работали до смерти под плетьми надсмотрщиков. Это напомнило ему о том, как их с братом топили в мешке. Ярость, холодная и острая, наполнила его сердце. ​Он не стал скрываться. Он шел по главному коридору шахты, и каждая тень от факелов на стенах становилась его оружием. Щелчок пальцев — и тени надсмотрщиков оживали, превращаясь в призрачные когти, которые разрывали глотки мучителям. ​Наконец, в огромном зале, залитом светом расплавленного металла, он встретил свою цель. Брут «Железный Клык», массивный получеловек-медведь с протезом челюсти из чистой стали, сидел на груде необработанной руды. ​— Еще один мститель? — пробасил Брут, поднимая свой огромный зазубренный топор. — Я помню твоего «хозяина», дух. Я сломал его кости пятьсот лет назад, сломаю и твои сейчас, малявка с берюзовой шерстью! ​Брут ударил топором по земле, вызывая небольшое землетрясение, но Каичи уже не было на месте. Он превратился в вихрь теней. ​Битва была быстрой и жуткой. Брут обладал чудовищной силой, но он не мог ударить то, чего нельзя потрогать. Каичи мелькал повсюду: на потолке, за спиной, в отражении металла. Его кинжалы оставляли не просто раны — они высасывали жизнь, оставляя на теле медведя черные, не заживающие полосы. ​— Это... магия людей... — прохрипел Брут, падая на одно колено. Его стальная челюсть скрежетала от ярости. ​— Нет, — прошептал Каичи, появившись прямо перед его лицом. Его глаза теперь светились темной бирюзой. — Это правосудие тех, кого ты закопал в землю. ​Одним точным движением Каичи вонзил оба кинжала в глазницы тирана. Брут замер и рухнул в чан с расплавленной медью, навсегда став частью того металла, который он так любил. ​Каичи вышел из шахты, когда солнце уже садилось за горизонт, окрашивая пустыню в кроваво-красный цвет. Он посмотрел на свои руки. Они дрожали, но не от страха, а от переполнявшей его силы. ​— Один готов, — произнес он в пустоту. — Как ты там, Таичи? Надеюсь, в твоей Зеронии не слишком холодно для охоты. ​Каичи сел на своего зверя и отправился прочь из города, оставляя за собой освобожденных рабов и пылающие склады руды. Его путь только начинался.