Надежда не умирает

— Что ты блять творишь, Грейс? — тяжело прохрипел Леон, пытаясь окончательно не лечь на платформу. — Спенсер сожалел о том, что сделал! Он хотел искупить свою ви… — Зено нетерпеливо оттолкнул взбудораженную девицу в сторону и сам подошел к устройству. Ампула мягко мерцала оливковым цветом в его руках, и мужчина мог лицезреть свой собственный, довольный оскал в ее отражении. — Отлично. Зено повернул голову и хищно посмотрел на Леона, уже мало что соображавшего и готового в любой момент почить. — Ты обещал, — испуганно напомнила Грейс и сделала шаг, дабы загородить ему дорогу, но остановилась на полпути, так до конца и не решив воспрепятствовать ему. Правильное решение. — Да. Что позволю ему жить, — он осклабился и в несколько шагов настиг умирающего мужчину. Леон вяло начал отползать от Зено, и выглядело это настолько жалко, будто раздавленная машиной гусеница пыталась сохранить то немногое, что осталось от умирающего, бесполезного тела. — Я помогу вам, мистер Кеннеди, — Зено наклонился и крепко схватил агента за плечо, не давая ему возможности отстраниться. Рука вцепилась в кисть, пытаясь в абсолютно смешной попытке убрать с себя чужой захват, и Зено легко отмахнулся от нее. Он грубо развернул к себе дрожащее тело и быстрым, точным движением вколол сыворотку в шею мужчины под испуганный возглас девушки. Зено медленно отошел от Леона и затаил дыхание в ожидании. Рядом перестала дышать и Грейс. Тело агента не стало мутировать, как изначально предполагал Зено. Наоборот. Сначала плавно исчезли черные пятна, оставив после себя уродливые шрамы. Затем ушла предсмертная отдышка. После вернулись силы и мышечный тонус. Леон удивленно вытаращился и вздохнул полной грудью, тоже до конца не понимая, что только что произошло. — Елпис — это антивирус! — Грейс радостно подбежала к Леону и в порыве чувств обняла его за плечи. — Еще поживу, значит? — Леон дезориентировано улыбнулся, осторожно приобнимая девушку. Губы Зено скривились в остром, яростном оскале. Сознание мужчины накрыла волна едва сдерживаемого бешенства от простого осознания, сколько ресурсов, сил и времени были потрачены абсолютно впустую. Оружие, способное изменить мировой баланс, оказалось лишь больным воображением наглого, бесполезного ученого. — Потрясающе, — Зено резко повернул голову к Гидеону. — Я…могу лишь склониться перед гением моего учителя. — Вы ошиблись в своих выводах, — холодно прошипел Зено. – Елпис – это не оружие. — Работа Спенсера была не закончена. Я и подумать не мог... — пробормотал Гидеон, но выглядел он совершенно не грустно, а скорее потрясенно и преисполнено. — И после это вы смеете называть себя его самым близким и преданным учеником? — ядовито процедил мужчина, медленно, угрожающе приближаясь к нему. Гидеон ощетинился, как тупой мерзкий бульдог, но вспыхнувшее раздражение попытался подавить. Почти успешно. — С Элписом все биооружие будет бесполезно. Соединение сможет диктовать свои условия. Устроить тотальную анархию. Озвученная перспектива не успокоила Зено, а только сильнее его разозлила. Вид этого тупого пса, ставившего себя на одну линию с избранными только потому, что он лично общался со Спенсером, пока Зено был лишь копией человека, действительно внесшего вклад в создание вируса, бесил до красных пятен. Абсолютно бесполезный инструмент, возомнивший о себе слишком многое. Хотелось вырвать его длинный язык, чтобы потом как можно глубже запихнуть ему же в глотку, и смотреть, как он задыхается собственными важными мыслями, которыми тот щедро раздавал до нынешнего момента, и… — Пусть мамочка с папочкой разбираются. Идем. — Стоять, — жестко приказал Зено, поворачиваясь к Леону и Грейс, настороженно таращившуюся на них. К собственному неудовольствию, Виктор был прав. Елпис не был абсолютно бесполезным, и девушка все еще была ему нужна. — На тебя времени нет, извини, — Леон бросил гранату, и в голове Зено возникла блестящая идея. Пока Леон целился со скоростью постаревшей улитки, мужчина, дьявольски улыбнувшись, воспользовался своей сверхчеловеческой скоростью и поймал ее. Прихватив с собой еще ампулу с антивирусом, Зено подбежал к ученому и с неприкрытым наслаждением вколол ему противоядие, не забыв любезно засунуть гранату прямо в рот Гидеона, благо, размеры позволяли это сделать. И произошло все это настолько быстро, что ученый успел только испуганно раскрыть свои почерневшие глаза на довольно осклабившегося Зено. — Наслаждайтесь. Зено грубо толкнул грузное тело ученого с дорожки, и его испуганный возглас потонул во влажном, приглушенном хлопке разрываемой плоти. Взрыв был настолько впечатляющим, что даже пара ошметков некогда живого Гидеона попала на туфли и брюки Зено, от чего тот брезгливо, но удовлетворенно хмыкнул. Смерть ученого приятно осела на душе, и бушевавшая ярость поутихла. Да, его кончина не могла компенсировать все убытки, которые Соединение понесло из-за его исследований. Но теперь его нет, и Зено не надо будет терпеть его общество и вонь. — Мать твою... — Леон быстро схватил ошалевшую Грейс и приготовился уже прыгнуть на еще одну платформу, маячившую совсем близко, как был остановлен рукой, вцепившейся мертвой хваткой в его плечо. Агент ловко развернулся к Зено, сбросив с себя руку, и наставил на него револьвер, оттолкнув девушку к себе за спину, перекрыв тем самым дорогу к ней. Мужчина насмешливо усмехнулся, посмотрев на Леона, хоть и полностью вылечившегося от вируса, но все еще такого же немолодого и слабого по сравнению с ним. Зено не стал медлить ради очередного стендап-шоу от правительственного клоуна и, ловко отведя предплечьем ствол, схватил старика за многострадальное плечо, не забыв сжать его до жалобного хруста и яростного шипения. Он с нечеловеческой силой оттолкнул Леона на платформу, чтобы он во второй раз протер своим телом золоченную платформу ARK. — Ты начинаешь надоедать… — прохрипел Леон, морщась, но неумолимо поднимаясь. — Взаимно, — зло оскалился Зено. — Леон! Зено резко повернулся к Грейс и за несколько шагов настиг ее. — Ты пойдешь со мной, — властным и нетерпящим возражений тоном сказал Зено, схватив девушку за руку, опять же, сдерживая себя. — За-зачем? — испуганно прошептала Грейс. Зено склонил голову, расчетливо рассматривая девицу. Маленькая и хрупкая, он мог сломать ее тонкую шею, как ветку. На ней были многочисленные ссадины и ранки, потемневший бинт на груди и старые укусы. Тело девушки должно было подвергнуться характерной мутации, но оно оставалось абсолютно нормальным. Приемная дочь Спенсера действительно была особенной. — Я потратил годы, чтобы найти тебя, Грейс. Не хочу, чтобы наша встреча закончилась так скоро, — мужчина попытался вернуть себе амплуа спокойного и вдумчивого незнакомца, каким он встретил ее в начале знакомства, но девушку это не успокоило. Она в ужасе начала вырываться из его хватки, но это было так же бесполезно, как колотить камень голыми руками в надежде пробить себе путь. Плечо обожгло резкой болью. Зено яростно повернулся к агенту, уверенно державшему пистолет в отработанной годами стойке. Леон нагло усмехнулся. — Аудиенция закончилась, модник. Отпусти ее. Его терпению также пришел конец. Зено раздраженно покрутил раненым плечом, и пуля с тихим звоном провалилась вниз сквозь прутья. Он грубо схватил брыкающуюся Грейс за подмышку и оттолкнул ее на край платформы так, чтобы ее ноги упирались в короткие прутья, а его рука была единственным, что удерживало девушку от падения. Грейс в панике вскрикнула, отчаянно вцепившись обеими руками за руку Зено, и пыталась безуспешно подтянуться обратно на платформу, но мужчина не давал ей этого сделать. Леон выматерился, уже не такой пылкий, как был до этого. — Сейчас? — любезно спросил Зено, и на его губах расцвела ядовитая усмешка. Агент напряженно застыл, анализируя ситуацию. Грейс тяжело дышала, намертво вцепившись в руку своего похитителя, от которой совсем недавно так отчаянно хотела избавиться. Зено с садистским удовольствием специально разжал руку, но лишь слегка, позволив девушке глубже провалиться в удушающую пропасть, чтобы та, вся испуганная и дрожащая, сама вгрызлась в него как в единственно существующую в мире вещь. — Ты пойдешь со мной, Грейс? — мягко спросил Зено, и в его, казалось бы, ласковой улыбке мелькала садистская усмешка. На ее глазах начали выступать слезы. Спасительная хватка Зено начала медленно угрожающе слабеть, быстрее подталкивая Грейс к единственному правильному ответу. Она в панике посмотрела на Леона, незаметно шагавшего к ним. Зено предупреждающе цокнул и разомкнул руку, чтобы Грейс опасно повисла на ней. — Да, да, хорошо! Я пойду с тобой! Зено тут же подтянул Грейс к себе и крепко обнял дрожащее, хныкающее тельце, прикрываясь им, как щитом. Как бы не хотел Леон проломить его голову магнумом, он должен понимать, что, выстрели он в него, Зено утянет Грейс за собой. И агент был действительно не тупым, раз сдерживал себя от необдуманных действий. — Сэр, к востоку Ракун-Сити пребывает подкреплении BSAA, — в наушнике прошелестел роботизированный голос сотрудника безопасности ARK. Времени осталось мало. Надо было заканчивать. — С выздоровлением, Мистер Кеннеди. И исчез.

***

Когда раздражение прошло и мысли вновь стали стерильными, как двоичный код, Зено начал мысленно выстраивать дальнейший план действий. Почивший Гидеон был прав: Елпис хоть и не был оружием, но его ценности это не умаляло. С ним Соединение сможет диктовать свои условия всему миру. Конечно, антивирусы уже были разработаны и довольно давно, но они не были эффективны, и процент выздоровления был ниже удовлетворительного уровня. Более того, каждая вакцина могла излечить только определенный штамм вируса, коих было уже не мало и чье количество в будущем будет только увеличиваться. Закрывал перечень недостатков еще один печальный факт — стоили такие разработки дорого, а изготавливались медленно. Одним словом, Грейс стала неплохим вложением, уже навскидку превышающим несколько миллиардов долларов так точно. И теперь она у него. Зено всегда бережливо относился к своей собственности, к коим причислял теперь и Грейс, и первым же делом он подготовил для нее место в секретной лаборатории Соединения. Она не была типичным объектом исследований, поэтому он был настолько любезен, что позволил обустроить ее камеру, как обычную девичью комнату: заменил простую кушетку на удобную мягкую кровать, рядом с которой появился рабочий письменный стол, поставил длинные книжные полки, на которых стройными рядами стояла литература всевозможного толка, и, конечно, не забыл про плюшевую панду, которая, по его скудным представлениям, должна обязательно присутствовать у каждой девушки, как бесполезный мягкий мешок. Конечно, он не мог предоставить ей в свободное пользование многие привычные для обывателя вещи, как ту же канцелярию или светильник из соображений безопасности, но многие подопытные и мечтать о таком комфорте не могли, и на первое время Зено посчитал, что такая расстановка для Грейс сойдет. Однако, несмотря на такие поблажки, комната от этого не стала уютнее, а вещи, такие привычные в свободном мире, выглядели нелепо в большой белой камере. Девушка была заперта в тюрьме, ведь доступ к ней Зено представил совсем немногим из организации и ревностно защищал ее общество, и на то была совсем простая причина. Грейс была его ядом. Являясь надеждой на спасение для тысячи уже мутировавших людей и тех, кому еще предстоит в будущем превратиться в отродья, для Зено она могла стать концом. Мужчина, естественно, обладал широким кругом знакомых, готовых на отчаянные поступки, лишь бы сместить его с руководящей позиции в Соединении, будь у них такая лакомая возможность… И Зено не собирался им ее предоставлять. Он изолировал ее ото всех людей и был практически единственным, с кем она могла свободно общаться. Он следил за каждым ее действием. Каждый вздох, шаг или мысль были его. Это была тяжелая участь для любого человека, поэтому Зено рассудительно возложил на себя обязанность максимально часто посещать девушку. Но уже скоро, буквально после нескольких коротких визитов он предоставил ей ноутбук с уже скаченными фильмами, сериалами и прочей ерундой, так как его график не позволял часто навещать Грейс. Это действительно помогло ей не сойти с ума, но, естественно, это не было полноценным решением. И рано или поздно это должно было вылиться в неприятную ситуацию. Зено к моменту срыва девушки не было в лаборатории, и вернуться он смог только через несколько недель после рабочей поездки. Комната Грейс стала абсолютно непригодной: все вещи были свалены на пол в хаотичную массу, немногочисленная мебель была небрежно разбросана по комнате, а сама виновница сидела в углу, изможденная и нервная, в пропахшей потом и страхом одежде, как одичалое животное. Зено первым же делом направился в камеру, чтобы самолично устранить недоразумение, и в своем черном строгом костюме из высококачественных итальянских тканей выглядел нелепо посреди хаоса, как нарядная рождественская елка на мусорке. Грейс сидела в углу и таращилась на него дикими, ошалевшими глазами, на что Зено неодобрительно сжал губы, делая мысленную пометку разработать более грамотную схему работы с объектом в его отсутствие. — Это мое упущение, — спокойным голосом начал Зено, покорно признавая свою ошибку, — Мне не стоило оставлять тебя одну на такой длительный период. — Тебе не стоило похищать и запирать меня! — надрывно прохрипела девушка, неспособная более кричать. — Зачем ты удерживаешь меня? Зачем тебе моя кр-ровь? Я сказала тебе пароль, я больше ничего не знаю. Зено начал подходить, как осторожный дрессировщик, пытавшийся не спугнуть дикого, настороженного зверя. Но девушка и не могла сбежать — только сильнее вжаться в мягкий угол камеры, прикрывая свое тело руками. — Ты уникальна, Грейс, — мягко проговорил Зено. — Твоя кровь способна спасти миллионы. Поэтому я держу тебя здесь. Чтобы защитить. — Мне не-не нужна твоя защита, — промямлила девушка, готовая снова расплакаться. — Как-то справлялась и без те-ебя. — Это было раньше. Сейчас все изменилось, — Зено подошел к ней, сохранив дистанцию, чтобы его массивная фигура не зажала Грейс удушающей тенью. — Я хочу домой. Когда ты меня отпустишь? — в больших заплаканных глазах застыло его холодное, бездушное выражение лица. Зено молчал, силясь придумать максимально обтекаемый ответ, но девушка не стала ждать ответа, все прекрасно понимая. По ее щеке начали литься злые слезы. — Я не собираюсь и-играть по твоим правилам, — сдавленным, злым шепотом отрезала девушка, отворачиваясь от своего похитителя и ставя точку в разговоре. В целом, Зено и не нужно никакого согласия Грейс. Он мог просто изолировать ее, как любой другой объект, содержавшийся в лаборатории, не утруждая себя добиваться ее расположения. Ему нужна была ее кровь и генетический материал, не более. В плане источника информации Грейс действительно потеряла свою ценность и исчерпала себя. Однако... Постоянный стресс и напряжение разрушают человеческий организм. Зено не кривил душой, говоря, что девушка уникальна. Он не мог допустить ее преждевременной кончины или попытки самоубийства. Выращивание ее клона было дорогостоящим и рискованным делом, в этом у Зено был богатый личный опыт. Это закономерно приводило к неотложной задаче установить тесный, здоровый контакт с Грейс для стабилизации ее психики и нервной системы, дабы увеличить срок ее эксплуатации как важного стратегического актива Соединения. Поэтому, несмотря на раздражение, что ему приходиться скатываться до такого уровня и, по сути, играть роль няньки, Зено призвал все свое терпение и пытался успокоить девушку. — Это ничего не изменит, Грейс, — она сильнее сжалась в углу. — Такова реальность, в которой мы сейчас находимся. Мы должны при…. Девушка резко встала и, молниеносно сократив расстояние между ними, гневно взяла мужчину за рубашку так, что по полу покатились маленькие элегантные пуговицы. — Я не какое-то жи-животное, которое можно на-насильно удерживать взаперти и-и бесконечно выкачивать кр-кровь, — сипло прохрипела Грейс вместо оглушительного крика, и ее заплаканное лицо перекосилось от боли. — Животных, обычных, держат обездвиженными в узком пространстве, не давая ни капли той свободы, что я предоставляю тебе. Их накачивают гормонами, откармливают и убивают, потому что радостными и свободными они никому не нужны, — девушка замерла, когда теплое дыхание мужчины обожгло ее невыносимым холодом. Зено тщательно выверенным, осторожным движением высвободил свою уже испорченную рубашку из рук Грейс. Девушка испуганно вытаращилась на него, не зная, что на это ответить. — Не говори. Ты сорвала горло. Я прикажу, чтобы тебе принесли чай и легкий перекус. — Тогд… — Молчи, — более жестким тоном сказал Зено. Мужчина отвернулся от нее, переключив свое внимание на хаос, царивший в комнате. — Когда придешь в себя, прибери здесь и более не разводи беспорядок, — после его внимание снова пало на девушку. — И помойся. Не животное, все-таки. Грейс опустила голову, до крови прикусив губу; по ее лицу градом текли слезы. Со стороны она выглядела, как побитая лань, и Зено недовольно поморщился от понимания, что абсолютно не знает, как успокоить Грейс, и что за весь разговор не приблизился к тому, чтобы прекратить ее истерику. Мужчина уже привычно завел руку, дабы достать сигарету и прикурить, но одернул себя, тихо цыкнув. — Кто я?! Зено недовольно скривил губу, но обуздал свой порыв наказать девушку за ослушание. — Ты сама должна ответить. Пленница, гостья или жертва обстоятельств. Все на твое усмотрение, Грейс. Но одно ты должна запомнить, — Зено приподнял ее подбородок и отчеканил, — мои приказы ты обязана выполнять. За каждый акт неподчинения я буду наказывать. С этого момента. Девушка резко одернула голову. — Ответ, Грейс, — процедил Зено, подустав играть в любезность. Грейс молчала. — Не буд..у… — спустя время девушка тихо-тихо прошептала, практически полностью исчерпывая возможности своего многострадального горла. Зено молчал, мысленно тяжело вздыхая. И ведь не ударить. — Ты похи…тил...меня и насиль…но… удержи… — Ты сама согласилась пойти со мной, — заметил мужчина, усмехнувшись своим воспоминаниям. — Ты …броси… меня! Это была ложь. Ситуация была под его полным контролем, и даже продолжай упрямиться Грейс, Зено все равно бы притянул ее к себе. Ему просто банально надоели фокусы неугомонного пенсионера, а так он поставил на место их обоих. — Ты приняла мои правила. Отказываться надо было раньше. — Эт…ост…смеш… — Зено прикрыл рот девушки ладонью, избавив себя и Грейс от бессмысленных мучений. Желание закурить стало сильнее. Грейс возмущенно свела брови, и Зено приблизился к ней вплотную, чтобы его костюм и таящаяся в нем угроза соприкоснулись с ее грудью. Он посмотрел на нее сверху вниз, и, видимо, что-то в его взгляде было настолько говорящим, что быстро убедило девушку усмирить свой пыл. — Особенно весело тебе будет во время наказания, если ослушаешься меня, — тихим, вкрадчивым шепотом проговорил мужчина, и в его холодных глазах было обещание. — Я не буду повторять дважды. Это последнее предупреждение.

***

Конечно, предупреждения было мало. Грейс, видимо, была слишком уверена, что Зено ее не тронет — сказывалось первое хорошее впечатление о нем, сыгравшее с ним злую шутку. Начало их тесного взаимодействия было тяжелым, как и любой период адаптации, ведь Грейс не шла ни на какой контакт и, естественно, не подчинялась, несмотря на всяческие попытки со стороны Зено задобрить девушку и наладить с ней контакт. Поэтому мужчина без промедлений и глупой эмпатии воплотил свои угрозы в жизнь и для начала отослал девушку в неудобную одиночную камеру с нестабильным освещением, выпуская ее только несколько раз в день, чтобы удовлетворить базовые физиологические потребности. Наказание настолько впечатлило Грейс, что вскоре ее пришлось срочно вытаскивать, так как у девушки началась серьезная паническая атака, и Зено, естественно, как няньке, пришлось разбираться с этим. После этого строптивости в девушке заметно поубавилось, и Зено смог наладить более-менее конструктивный диалог, хотя и этому предшествовали часы консультаций с профессиональными психиатрами, так как ментальное здоровье девушки заметно пошатнулось. Но прогресс был и не маленький. Грейс поняла свое место. Она начала действительно опасаться последствий своих необдуманных действий, и это облегчило жизнь как ей, так и Зено. Он методично работал над тем, чтобы девушке было комфортно с ним. Он был справедлив, шел на уступки и предоставил ей некоторые привилегии за послушание, и уже скоро у Грейс появился рабочий ноутбук, в котором она могла спокойно писать. Мистер Кеннеди, которого он так милостиво пощадил, и BSAA доставляли некоторые неудобства, но небольшие, какие муха доставляет спящему человеку. Лаборатория, в которой держал Зено девушку, была настолько надежно защищена и спрятана, что ни BSAA, ни правительство США и никакая другая организация не могла бы ее найти, если бы Зено этого не позволил. Грейс была спрятана и защищена. Все было под его контролем. Никто не мог помешать его планам. Постепенно Грейс стала его рутинной. Он навещал ее, когда это было возможно и, как ответственный хозяин следил за комфортом своего питомца. Он заботился о ней. Было ли в завтраке достаточно макроэлементов? Насколько качественный шампунь закупили сотрудники? Испытывала ли девушка стресс перед началом цикла? Вскоре Зено заметил, что изначально раздражающее бремя стало источником настоящего удовольствия, когда добровольно потратил свободную минуту, листая каталог женской одежды, дабы найти для нее легкое платье. За Грейс хотелось ухаживать. Девушка оказалась на удивление приятным человеком, когда подчинялась. Она была пугливой, но не истеричной. Наивной в некоторых моментах, но не глупой. Немного нервной и нелепой, но и то было простительно, если вспомнить, каким образом появились ее седые волосы. Настоящий глоток свежего воздуха после жеманных, лощенных сук, с которыми Зено приходилось работать очень часто. Плавно их отношения переросли в нечто нейтральное с положительным оттенком. Нередко мужчина сидел в ее комнате и выполнял легкую бумажную работу, чтобы его питомец не заскучал, пока Грейс тихо читала книгу на своей кровати. Они часто вели неторопливую беседу, будто бы Зено не был ее похитителем, а Грейс – жертвой. В один из таких дней Зено оккупировал рабочий стол Грейс, закинув на него свои ноги, и читал отчет исследовательской команды, недовольно распространяя сигаретный дым, как старый паровоз. — Имбецилы… — недовольно прошептал Зено, делая очередную долгую затяжку. Когда текст перестал связно восприниматься и превратился в сплошное "некомпетентнонекомпетентнонекомпетентно", а дальнейшее чтение стало абсолютно бессмысленным, мужчина небрежно отбросил отчет на стол и глубоко затянулся. Дым приятно осел в легких, даря мягкое щекочущее тепло, и Зено блаженно прикрыл глаза. Так он просидел довольно долго, и, только когда кислородное голодание уже невозможно было игнорировать, он, повернув голову в противоположную от кровати сторону, медленно выдохнул густое облако сигаретного дыма. Внезапно совсем рядом раздался сильный кашель, и Зено резко открыл глаза, недоуменно смотря на Грейс, ретиво махавшей рукой, чтобы отогнать от себя дым. Мужчине пришлось выдыхать уже под себя, дабы девушка банально не задохнулась, и Зено настороженно осознал, что слишком сильно расслабился в ее компании и даже не заметил, как она перебралась с кровати и подошла к нему. — Можно мне другую книгу, Зено? Пожалуйста? — окончательно прокашлявшись, спросила девушка и смиренно встала, теребя корешок уже прочитанной книги. Зено принял подобающую позу и посмотрел на нее, не способный отказать себе в удовольствии вновь полюбоваться, отчего щеки Грейс предательски покраснели. Дивное, длинное платье из тонкого хлопка цвета топленого молока волнами обрамляло девичью фигуру, и губы мужчины довольно приподнялись. На девушке оно смотрелось идеально, но иначе и быть не могло — у Зено был тонкий вкус и хорошее чутье, и Грейс зря сначала отказывалась носить его, говоря, что «терпеть не может никакие платья». (И то она одела его только потому, что иной одежды у себя в шкафу не нашла). — Да, — покровительственно сказал Зено. — Какую книгу ты хочешь? Грейс смущенно отвела взгляд, неуверенно мявшись под тягучим взором мужчины. — «Имя Розы» Эко. Зено затянулся и выдохнул дым в противоположную от девушки сторону. — Хорошо. Грейс продолжала стоять рядом, снова взвинченная непонятно чем. Зено терпеливо ожидал, когда девушка соберется, мимоходом зацепив взглядом название книги, которую девушка никак не могла оставить в покое. «Молчание Ягнят». Довольно предсказуемо. — Ты ведь снова уезжаешь? — начала Грейс. Девушка уже понимала, когда Зено будет отсутствовать по тем очевидным признакам, которые следовали перед его исчезновением: новые книги, другое сложное профессиональное задание, которое он с недавнего времени начал постоянно давать ей, чтобы девушка не отупела в четырех стенах, и прочая ерунда, не дающая Грейс сильно заскучать в отсутствие Зено. — Да. — Я могу кое-что сделать?... Зено стряхнул пепел в пепельницу. — Конкретно? Девушка отложила книгу и встала вплотную к мужчине. — Встань, пожалуйста. Зено заинтригованно положил догорающую сигарету в пепельницу и встал. Девушка помялась, смущенно отводя голову, как настоящая кокетка. Зено по-кошачьи наклонил голову, заинтересовано приподняв бровь. Грейс, все же решившись, вплотную приблизилась к нему и осторожно обняла. Оу Грейс отчаянно прильнула к нему, совсем как тогда. И сердце билось ее также надрывно. Порыв был настолько отчаянным, практическим самоубийственным, и Зено не мог не ощутить острую иронию ситуации. Неужели в данных условиях у девушки развился стокгольмский синдром? Зено понимал, что Грейс очень вероятно не сможет испытать к нему настоящие, теплые чувства, вспомнить только, как он насильно приковал ее к каталке и вставил капельницу для внутривенного питания, когда девушка продолжала отказываться от пищи. Конечно, он наказывал ее только в том случае, когда Грейс сама напрашивалась. Подобное случалось редко, однако неприятный осадок все равно должен был у нее остаться. Зено не был против такого поворота. Он не ставил целью развить теплые, дружеские и тем более романтические отношения с девушкой, ему было достаточно простого послушания. Но разве это было не выгодно? Стокгольмский синдром открывал новые возможности для контроля, а значит, это было в его интересах. К тому же Грейс не была ему противна. Зено не выносил никакого контакта с другими людьми. Любые прикосновения, и даже близкое соседство пресекались и строго контролировались. Но Грейс давно перестала быть другим человеком. Она стала его собственностью, его, и данный контакт на удивление не вызвал ничего, кроме…странного удовлетворения? Зено почувствовал, как руки девушки неловко сцепились в замок, тем самым заковав его в хрупкие объятия. Грейс спрятала свое лицо, зарывшись в его рубашку, но по покрасневшему торчащему кончику уха было понятно, что девушка выглядела, как переспелый помидор. — Я буду скучать, — приглушенно прошептала девушка. Зено обнял ее в ответ и запустил свою руку ей в волосы, даря механическую в своем исполнении, но все же ласку. — Я вернусь через месяц, — сказал Зено, недовольно поджимая губы. Были вещи, что требовали его непосредственного внимания. BSAA с его надоедливым командиром никак не могли угомониться, и опасно близко подошли к одной из баз. — Мне не дает покоя вопрос…— Зено вопросительно промычал. — Как ты проколол ухо?.. Мужчина весело усмехнулся. Наверное, это выглядит довольно нелепо для такого мужчины, как он, — носить крестик, как какой-то подросток-гот. Не только девушку, но и многих знакомых Зено данный аксессуар смущал, но мужчине было абсолютно плевать на их мнение. — В моей жизни был определенный период, — туманно ответил Зено. Период, когда мужчине хотелось пойти против правил. Нарушить чужие ожидания и предписанные нормы. Обозначить свое автономное существование. «Вескер не…». Плевать. Он мертв. Зачем Зено подражать своему выдающемуся оригиналу, чьи ошибки привели его аккурат в извергающийся вулкан? Да, когда-то и он был тем самым подростком-бунтовщиком. Но в отличии от них у Зено был вкус, и серьга выглядела весьма стильно, и, главное, органично. — Тебе очень идет, — честно призналась девушка, оторвавшись от укрытия и подняв свое личико. Зено хмыкнул, усмехнувшись. — Очевидно. Мгновение Грейс смотрела на Зено и выглядела, как кошка перед прыжком, а после совершено внезапно резко сократила расстояние между их лицами и поцеловала его. Зено удивленно округлил глаза, впервые застигнутый врасплох. Грейс настойчиво припала к его губам и мелко подрагивала, вынужденная из-за разницы в росте балансировать на носочках. Губы девушки, невероятно мягкие и теплые по сравнению с его, неуклюже ласкали, наталкивая на очевидный вывод, что опыта у нее мало, и он, скорее всего, у нее первый. Мужчина был ошеломлен таким контактом. Он рефлекторно положил руки на талию девушки, не отвечая ей на поцелуй, не понимая, что ему предпринять. Но Грейс так же резко оторвалась от губ Зено и быстро отошла, запыхавшаяся, как от быстрого бега. — Из-извини, я перегнула палку, — промямлила Грейс, пряча руки за спину. — Разве не мудро сначала подумать о последствиях своих действий, чтобы потом не извиняться, Грейс? — сухо спросил мужчина, пытаясь осмыслить произошедшее. — Ты мне нравишься! И я... Мне грустно, что ты скоро уедешь, — быстро протараторила девушка, очевидно, пытаясь скрыть тихий, едва слышимый мягкий хлопок. Глаза Зено резко посмотрели вниз, к беспокойным ногам девушки, и картина произошедшего ясно встала перед его глазами. — Убери. Грейс замерла, но воспитательные работы были проведены не даром, и ногу она все-таки отодвинула сама. На мягком коврике красовалась его персональная ключ-карта, способная буквально открыть любую дверь в комплексе. Это стало неожиданностью. Грейс решила вспомнить, что является женщиной, и пустила вход все свое девичье очарование против его мужского эго. Она действительно застала его врасплох, особенно в этом чудесном платье. Будь она чуть уверенней в себе и будь рука ее тверже, она бы смогла обвести его вокруг пальца. Зено ловко достал сигарету, мысленно прикидывая, сколько времени у него осталось на очередной поучительный разговор. — А если бы я захотел взять тебя, Грейс, чтобы ты сделала? Грейс напряглась, опустив голову, чтобы избежать его прямого бесстрастного взгляда. — Ты бы начала говорить, что не готова, не так ли? — Зено затянулся. — Да, — выдохнул. — И я, как настоящий джентльмен, сказал бы, что подожду? — ...не знаю.... — Или я мог бы заверить тебя, что я буду самым осторожным партнером в твоей жизни и принудить. Ты бы начала брыкаться, а потом заплакала. Я бы заподозрил что-то неладное, и мы бы пришли к тому, что обсуждаем сейчас. Зено медленно подошел к ней, и он смог почувствовать, как ее сердце лихорадочно забилось в груди. — А потом я бы тебя изнасиловал. Я бы порвал тебя и не остановился, даже если бы ты истекла кровью. Я не ношу с собой контрацептивы, поэтому мне пришлось бы делать это без защиты. Ты сидела потом в ванной, зализывая раны, но своей боли ты бы не чувствовала, — Зено снова затянулся. Несмотря на спокойный, сухой тон, каким обычно перечисляют научные положения и очевидные факты, Грейс дрожала, представляя себе эту картинку. Или, точнее, готовясь к предстоящей участи. Зено выдохнул, отвернув голову. — Это достойная плата за возможность, Грейс? Девушка начала рыдать и обхватила себя руками, пытаясь неосознанно защититься. — Не-не надо... И снова она плачет. Но разве это была его вина? — А если я потом отпущу тебя? — Грейс непонимающее скосила на него взгляд, боясь полностью поднять голову. Она замерла, обдумывая странное предложение, выглядевшее точно, как ловушка, а не реальная возможностью отсюда выбраться. — Я всегда выполняю свои обещания, ты ведь знаешь, — Зено снова затянулся, терпеливо ожидая решения девушки. По ее щекам снова потекли слезы. — Нет. Был ли ее ответ вызван страхом наказания? Или девушка не поверила его обещанию подарить ей свободу? Это было неважно. Она сделала свой выбор. Задача Зено осталась неизменной — наладить здоровый контакт с девушкой, чтобы она не захотела сбежать. Очевидно, ему стоит пересмотреть свою тактику поведения. Снова. Зено выдохнул, а после поднес руку, чтобы посмотреть на наручные, дорогие часы. 19:47. У него еще есть несколько минут. — Подними и отдай мне, — Грейс послушно протянула ему карточку дрожащей рукой. — Убери, — Зено отдал ей тлеющую сигарету. — Я знаю, что ты хранишь код от своей камеры. Я не стал тебя наказывать, так как хотел, чтобы ты осталась здесь не из страха, а по собственной воле, — Грейс потрясенно вытаращилась на него. — Очевидно, я снова что-то упускаю. За этот месяц напиши свои требования, и мы их обсудим. Понятно? Грейс потрясенно кивнула. Зено покинул ее камеру и направился на выход из комплекса, где была вертолетная площадка. «Жалкая имитация» Зено фыркнул. Лучше быть имитацией, чем мертвым, не так ли, Альберт?