Тень, что следует за мной

            "Tears on Tape" звучит так, будто неукротимые демоны внутри, до сих пор молчаливо рвущиеся на волю, обрели меланхолию.“ - Вилле Вало

Ли Мина молча села за стол. Пар от горячего ттоккуком поднимался над мисками, смешиваясь с запахом кунжутного масла и жареного мяса. Отец снова уткнулся в телевизор, где участники шоу громко обсуждали чьи-то отношения. Мать поставила перед Миной миску чуть резче, чем нужно — фарфор тихо стукнул о стол. — Ты могла хотя бы переодеться, — сказала она, оглядывая дочь с головы до ног. — Ли Мина, ты уже взрослая девушка. Сколько можно себя так вести? Она тяжело вздохнула и машинально потянула за рукав её серой толстовки. — Ты почти не бываешь дома. Вечно где-то пропадаешь. Мина медленно опустила взгляд в тарелку и закатила глаза. Каждый раз одно и то же… — Мам, а где сейчас Ли Суён? — вдруг спросила она. — Почему она всегда пропускает праздники, а отдуваюсь за всех только я? Рука матери тут же отдёрнулась. — Почему ты каждый раз пытаешься сделать сестру виноватой? — раздражённо сказала она. — У неё работа. И ты это прекрасно знаешь. Ли Суён была старшей дочерью. Двадцать семь лет, блестящая карьера, идеальная репутация. В семье её имя давно стало почти синонимом слова «пример». В этот момент раздался звонок в дверь. Звук прорезал напряжённую тишину за столом. Отец убавил звук телевизора. Мать нахмурилась. — И кого это принесло? Звонок повторился. Она вышла в коридор, и через секунду дверь открылась. В квартиру ворвался холодный зимний воздух. — Наконец-то, — облегчённо сказала мать. На пороге стояла Ли Суён. Тёмные волосы аккуратно уложены, пальто идеально сидит по фигуре, на плече — кожаная сумка от Saint Laurent. Она выглядела так, будто только что вышла из модного журнала, а не из больницы. — Простите, задержалась, — спокойно сказала она, снимая перчатки. — В отделении был тяжёлый день. В свои двадцать семь Ли Суён уже руководила хирургическим отделением одной из частных клиник Сеула. Карьера росла стремительно, и девушка давно привыкла к дорогим вещам, хорошим ресторанам и вниманию мужчин. Но для родителей она оставалась просто идеальной дочерью. Мина лениво помешала ложкой суп. — Надо же, — тихо сказала она. — Звезда хирургии всё-таки нашла время для семьи. — Ли Мина, — резко сказала мать. Суён на секунду задержала взгляд на младшей сестре. В уголке её губ мелькнула едва заметная улыбка. Она прошла в комнату и села за стол. — Иди скорее, суп остынет, — уже мягче сказала мать, сразу наполняя её миску. — Наконец-то вся семья в сборе, — довольно сказал отец. Суён сделала глоток супа. — Сегодня было много операций, — спокойно сказала она. Мать тут же оживилась и начала расспрашивать её о работе. Отец время от времени кивал, но вскоре снова поглядывал на телевизор. Мина почти не участвовала в разговоре. Она медленно ела, слушая вполуха. Как обычно, всё внимание родителей было сосредоточено на старшей дочери. Когда разговор начал стихать, мать снова наполнила миску Суён и с гордостью посмотрела на неё. — Вот что значит человек занимается серьёзным делом. Работает, развивается… не тратит время на всякие глупости. Мина тихо усмехнулась. Суён медленно опустила ложку. — Мам… Но мать уже повернулась к младшей дочери. — Я просто не понимаю, чем ты занимаешься. Работаешь в тату-салоне, а по ночам пропадаешь в танцевальной студии. Тебе уже двадцать пять лет, Ли Мина. Ложка в руке девушки замерла. — Я работаю, — спокойно сказала она. — А танцы — это просто хобби. — Хобби? — мать усмехнулась. — Тогда почему ты там каждую ночь? Мина сжала ложку так, что побелели пальцы. — Потому что мне это нравится. Женщина покачала головой. — В твоём возрасте люди думают о будущем. О нормальной работе. О семье. - Она кивнула на старшую дочь.— Посмотри на сестру. Вот как должна выглядеть нормальная жизнь. Мина коротко рассмеялась. — Конечно. Ли Суён — идеальная дочь. Суён медленно отложила ложку. — Мина… — Что? Я же права. Мать резко поставила чашку на стол. — Хватит! Почему ты ведёшь себя как ребёнок? — Потому что вы всё ещё пытаетесь сделать из меня другого человека, — резко ответила Мина. В комнате повисла тишина. По телевизору кто-то громко смеялся и признавался в любви. За столом никто не улыбался. Мать заговорила снова, уже тише: — Я просто хочу, чтобы у тебя было нормальное будущее. Работа в тату-студии… ночные танцы… разве это жизнь? Мина подняла взгляд. — Это моя жизнь. — Временно, — спокойно сказала мать. Стул резко отодвинулся. Мина встала. — Понятно. — Куда ты собралась? — нахмурилась мать. — Воздухом подышать. — Мы ещё не закончили разговор. Мина остановилась у двери и посмотрела на них. Несколько секунд она молчала. — Иногда мне кажется… — тихо сказала она, — что у вас вообще только одна дочь. Она надела куртку. — Мина, подожди… — сказал отец. Но дверь уже открылась. Суён проводила её взглядом, но ничего не сказала. — Дверь хотя бы не хлопай, — устало сказала мать. Через секунду входная дверь всё равно громко захлопнулась. Мина вышла на улицу. Ночной Сеул встретил её холодным ветром и огнями улиц. Она достала сигарету, щёлкнула зажигалкой и глубоко затянулась. Дым медленно растворился в холодном воздухе. — Отличный праздник, — тихо пробормотала она. — Не похоже, что ты так уж рада. Голос раздался рядом. Мина резко обернулась, рядом стоял парень. Высокий, с тёмными растрёпанными волосами, которые падали на глаза. Взгляд тяжёлый, почти хищный. Чёрное пальто распахнуто, под ним простой тёмный свитер. Чон Гу Вон смотрел на неё так спокойно, словно они уже давно знакомы. — Ты давно здесь стоишь? — нахмурилась Мина. — Достаточно. — Для чего? — Чтобы понять, что ты злишься. Она усмехнулась. — Потрясающе. Ещё один психолог. Гу Вон слегка наклонил голову. — Нет. Я просто наблюдательный. Мина выбросила сигарету в снег. — Тогда наблюдай за кем-нибудь другим. Она развернулась и пошла прочь. — Ли Мина. Она остановилась, медленно повернулась.— Откуда ты знаешь моё имя? Гу Вон едва заметно улыбнулся. — Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь. Мина фыркнула и показала фак. — Псих. Она пошла дальше по улице. Когда через несколько шагов она обернулась — его уже не было. Словно он просто растворился в ночи. — Отлично… — пробормотала она. — Именно этого мне сегодня и не хватало.