Глава 1
1 июня 2026 г., 23:30
Шел двухсотый оборот природного цикла Четвертой Эры затишья, как именуют в мире Лофодис периоды без мировых войн. Обязанностями, свалившимися на плечи после гибели родителей еще в девять, когда я тайно нацепил корону в присутствии одних лишь ведавших истину чистокровных эльфийских снобов, я уже давно был сыт по горло. После дурацкого ритуала, включающего в себя произношение клятвы верности в вонючем подвале вместо тронного зала, над моею изрезанной тушей, погруженной в некий Отвар теневой ауры, больше напоминающий канализационные стоки человеческих городов, тотчас поколдовали дроу, спрятавшие мою сущность и «официально» одарившие меня выдуманной родовой фамилией Исильмэль, как и прочих принадлежащих к династии Селаридорэль персон.
Как я, прожженный мазохист, люблю шутить, правление мое началось с грязи, так отчего же сетовать на то, что в голове моей вскоре после этого «торжественного» события проросли первые грязные фантазии!
Однако сейчас не о них, а о том политическом дерьме, в которое я оказался погружен против своей воли. Как и прежде отцу, мне с девяти полагалось заниматься государственными делами, а едва я экстерном окончил курс в Академии, — еще и ходить на скучные собрания. Одно радовало: Эльселанар, наше королевство, раскинувшееся в отдельном измерении под сиянием вечно полной луны, еще с Эры, предшествующей Затишью, было заблокировано, благодаря чему большинство задач потеряло актуальность.
В девятнадцать — возрасте, о коем пойдет речь моего основного повествования, — меня донельзя радовало: слава богам, Иларинаэ, Верховная жрица и по совместительству моя приемная мать, никогда не узнает, насколько мне плевать на связь с артефактом Кардиатиль Нюктарин, от которого питается Эльселанар, на разрушенные барьеры и нерабочие порталы, на приемы и прочую показуху, да и вообще на власть, которую я не выбирал. И насколько чудесно, что я — лишь формально король, что я — в тени забвения, что мне не нужно в парадной мантии и тиаре выходить к народу, как это делал некогда мой дед, а вот отцу повезло куда больше: он не успел.
Хоть в чем-то я был благодарен ублюдку Дивериону, некогда напавшему на нашу страну, ха-ха! Избавил меня от бредовых хлопот и даровал куда больше свободного времени на чтение и занятие наукой…
Ах да, Диверион… Этого мерзавца в моей истории слишком много, так что, увы, с него и придется начинать. Как говорил известный эльфийский философ Лэльдарин Ннаолиней, lindárillo quettára lá apethélien — malista an aeidárië en soi nekroteléiais.
Погружения в спокойное прошлое королевства ночных эльфов, предшествующее вышеупомянутой катастрофе, однако, избежать не удастся, как бы вам ни хотелось пропустить сей этап повествования. Так что вариантов у вас два: либо закрывайте исповедь мою прямо сейчас, либо приготовьте себе кофе — надеюсь, вы умеете заваривать кофе в отличие от меня, зазнавшегося юнца, неспособного в свои девятнадцать на это простое действо?! — и приступайте к чтению.
Итак, некогда вся территория родины моей человеческой матери — южного округа, раскинувшегося на омываемом Глубинным морем Иберийском полуострове, — являлась исключительно эльфийской и скрывала дополнительное измерение Эльселанара, в коем диск луны постоянно сиял в полную силу для подпитки представителей нашей расы энергией.
До поры чистокровные дети ночи, включающие на тот момент лунных и звездных эльфов, жили, не зная бед… Пока процесс эволюции (благо, не Всевышняя, а то я бы задумался насчет уровня ее интеллекта) не породил людей, которые однажды пришли на полуостров, с течением времени основав государство, именованное ими Иберисом. Ах, кто бы сомневался в «чудесной» фантазии среднестатистического простого смертного!
Эльфийские народы решили поделиться с людьми письменностью и иными знаниями, научили гармонии, открыли доступ к своим технологиям, подарили пантеон собственных божеств…
Как лингвист, не могу не отметить, что новоиберийские наречия произошли от древнего языка детей ночи, а вот последним из соображений приватности пришлось усложнять язык, дабы запомнить измененные слова людям было труднее, придумывать непроизносимые фонемы и начертания букв, посему в период моей молодости желающих изучать нюктэльский диалект находилось крайне мало, он был едва ли не самым трудным среди языков первых народов Лофодиса.
Из мира лирических отступлений одного из моих специальных интересов воротимся к истории Эльселанара. Долгое время обитания на полуострове, где даже реки текли сквозь два измерения одновременно, не могло не повлиять на облик иберийцев: например, у них глаза особенно-синие и волосы оттенков полночи, ибо достались от плодов, напитанных лунной энергией через почву и воду. Только кожа у представителей народа все такая же бронзовая, как на заре мироздания, в отличие от бледного лика древней расы.
Но это все лишь эстетика… Важнее ведь, что в обитателях острова не открывалась магия ни разу за долгую вечность. Вот они и стали завидовать, как считала всегда Ниаселиния, одна из дочерей Верховной жрицы.
Она думала, что это логично: когда перед глазами существа, что по взмаху ладони поворачивают фазу луны, призывают звезды, очищают тьму светом, живут почти тысячу циклов, а ты — в десять раз меньше, то немудрено пожелать того же!
Вот только завидовать тут нечему! Творить ритуалы — это ответственность, а магия — не развлечение… Я солидарен тут с чистокровными ночными эльфами: их не удалось бы заменить магическими людьми так же легко, как звездных, ледяных и лесных братьев, канувших в небытие еще за сотни циклов до моего перерождения в плоть, да и насчет них не уверен, что замена адекватная.
Посему в юности моей, когда Ниаселиния кому-нибудь легенды о зависти с присущим ей снобистским пафосом вещала, я едва сдерживался, чтобы не молвить: «Черт бы побрал всю силу луны, что течет в моих венах! Забирайте ее вместе со связью сердца моего с королевством! Оставьте мне свободу, покой, возможность странствовать и выбирать свой путь… Только особняк, пожалуй, не трогайте… и бизнес семьи по созданию лучшего лунного вина во всем Лофодисе».
От приносимого им золота я как-то не готов был отказываться, ведь оно давало мне возможность не задумываться о заработке. Хоть какие-то плюсы имелись у наследника руин… Ха-ха!
О, да! С момента своего перерождения я знал: разрушенный Эльселанар, где целыми оставались исключительно восстанавливаемые от моего сердца дворец да особняк Селаридорэлей, доступен лишь в грезах, ибо очередная Эра Затишья закончилась атакой на королевство полчищ орков и нежити под предводительством сотрудничавшего с дьяволом ублюдка-некроманта, именовавшего себя в переводе с иберийского «Божественным»… то стало новой партией вечных игрищ власть имущих, красиво именованной «Великой войной» в официальных учебниках истории.
Если вы успели подумать, что прорваться в Эльселанар не сложнее, чем вышибить гнилую дверь сарая, то спешу разуверить вас: сие абсолютно не так! Мало того, что требовалось совершить добровольное жертвоприношение в священном Лунном озере, расположенном сразу в двух измерениях, взятое на себя одним идиотом по имени Уильям Гримсон, отчего водоем был осквернен и все порталы вскоре перестали функционировать, так еще и дарованной дьяволом мощи императору Орды оказалось недостаточно для полного захвата эльфийских земель.
Посему так называемый «Диверион» убил моего деда, тогдашнего лунного короля, и его жену, уничтожил примерно девяносто процентов жителей страны, а затем полученные от Люцифера способности иссякли; светлые защиты довольно быстро вышвырнули мерзавца за пределы измерения и заодно сожгли большую часть его армий. Из всего Эльселанара доступной осталась только принадлежащая нашему роду Академия, известная тогда под названием Иларгиарен, да и то благодаря двойной системе защиты, моментально отделившей всю территорию вокруг замка, сформировав из нее особую зону сразу после вторжения во дворец.
Иларинаэ руководила тогда эвакуацией выживших в королевстве, едва успевая направлять их в закрывающиеся один за другим порталы, а вот отца моего, согласно официальным данным, спасли ее дочери.
Скрижали сохранили информацию о «героическом перемещении Калленна Первого сестрами Элендиэль из осажденного дворца Левколабириэль в Академию Иларгиарен ценой собственного здоровья», однако в реальности одна лишь Менодорелле пожертвовала функционированием почки, не подлежащей замене, и стабильностью дыхания при подъеме на большую высоту, а Ниаселиния же под шумок примкнула к ее славе и до сих пор продолжает напоминать о своем псевдогеройстве. Она ограничилась магическим переносом книг из фамильной библиотеки и, в отличие от сестры, не рисковала ни жизнью, ни здоровьем!
К слову, род Ниаселинии, Элендиэль — единственный среди выживших в кровавом побоище Эльселанара, кто все еще носит отблеск звезд в крови помимо лунного сияния. Дары свои они не демонстрируют публично, считая, что сие опасно для жизни и может повлечь за собой гнев каких-нибудь неадекватных жрецов с человеческой кровью. Сами же звездные эльфы, как я уже говорил, исчезли задолго до того, как орки обрушились на нас. Они стали следующими из нашей расы после лесных, кто познал всю хрупкость мирового равновесия…
Уделю минуту внимания трагичной истории сих народов.
Лесные эльфы так давно канули в небытие, что о них и легенд почти не осталось. Отец рассказывал немного: у этой расы с артефактом сплеталась королева, а не король. Правительница являлась одновременно и Матерью всех окрестных территорий, тогда как центром ее владений был Северный лес Квэнирвалд. Эльданна Изумрудный мох, последняя из королев, отчего-то не оставила потомства. Зачахнув от неизвестного проклятия, она последний раз ушла в грезы, а затем плоть ее попросту исчезла, слившись со стихией. За Эльданной в небытие постепенно последовали и остальные эльфы, которые не желали оставаться без своей Матери и отказались размножаться.
Лес Квэнирвалд опустел, но магические барьеры сделали его недоступным. Со временем прилегающие к нему земли населили люди и назвали их Викинглендом, а еще спустя несколько сотен циклов избранные средь жителей сей страны открыли в себе дары первых богов стихий и, считая, видимо, что находиться рядом с «простыми смертными» таким высшим созданиям не вариант, обособились от прочих, основав элитный поселок Гудленн с безумной стоимостью недвижимости.
Как раз земляной маг Торфелл Фирсон из этого поселка в Эру величия и «решил» создать в окружении сосен да фьордов Академию Скогенсель, ибо приглянулся заманившей его в свои владения Эльданне, обитающей и поныне в каждом квадратном дюйме Леса Квэнирвалд.
Теперь вы хотя бы в курсе, как на смену лесным эльфам пришли магические люди. А вот со звездными братьями, обитающими в Эльселанаре, все обстояло куда прозаичнее. Однажды дежурные астрономы королевства заметили: в небесном своде что-то изменилось, и забили тревогу. Сделать ничего не удалось, постепенно пути планет начали расходиться иначе, чем прежде, и узор созвездий порвался.
С той поры звездные эльфы и начали чахнуть. Процесс этот длился постепенно, много сотен циклов, пока их не осталось ни одного. Самое интересное, что виной всему были не недоброжелатели, а Всевышняя, ведь именно она заведует ткачеством нитей судеб! Конечно, лично нам никто не докладывал о ее причастности, однако исследователи сразу поняли: после создания ею новых миров, одаренных собственными квазарами, равновесие и рассыпалось в прах.
Наивные люди уверены, что она созидает, а не рушит. Однако созидает она лишь так, как удобно ей, вечность играя с Люцифером в свои дурацкие игры! Нам же остается исполнять назначенную роль свою либо бунтовать, поставив на карту все. Третьего не дано…
Как сказал полукровный ученый Третьей Эры затишья Каллестрей Тэлларионий, чьи слова мне откликаются с раннего возраста, antistamelë — dia touta esmelion.
Впрочем, это все философия! Лучше вернуться к чему-то более осязаемому: к «Великой» войне.
Оказалось, что кровавая резня под вечно полной луной была лишь прелюдией, впоследствии же развернулась настоящая бойня, длящаяся почти два оборота цикла под «божественным» командованием Дивериона и обратившая в руины треть земель Единого Магического Союза, куда входил, несомненно, и Эльселанар. После уничтожения некроманта-зачинщика хаотичные сражения продолжались еще три цикла, ибо гоблины, присоединившиеся к оркам и нежити после падения эльфийского королевства, не желали покидать захваченные земли и активно мстили за своего испепеленного в Лесу Квэнирвалд господина.
Да, можете не напоминать, я в курсе: вы ни черта не знаете, что такое Единый Магический Союз! Но, если честно, вы должны быть мне благодарны за то, что я изо всех сил стараюсь быть краток и повествовать только самую суть сей истории, а не предложил вам изучить как минимум тридцать восемь томов мифологии всех народов Лофодиса прежде, чем приступил бы к основному рассказу.
А теперь представьте, какие объемы политической информации мне приходилось поглощать с самого перерождения! Представили? Ну, вот и не сетуйте на то, сколько новых названий и фактов вам приходится запоминать уже в первой главе, а наберитесь терпения и прочтите всю мою исповедь, коли уже решились на это!
Ладно, так и быть, расскажу хотя бы коротко про Единое Содружество, в состав которого вошло огромное количество государств Верхнего Лофодиса. Образовано оно было с целью защиты немагических народов от нападений варваров и служителей тьмы, а миссию сию возложили, само собой, на детей богов, включающих в себя и потомков эльфов, и магических людей, более долгая жизнь коих воспринималась из-за дарованных с перерождения в плоть способностей и повышенной выносливости расходным материалом, тогда как простые смертные ставились в приоритет и оберегались, словно любимые дети в семье.
Думаю, вы и сами догадались, что вышеупомянутая иерархия привела к инфантильности немагов, находящихся под заботливым крылом Союза!
Каждое государство, вошедшее в Содружество, стало округом, возглавляемым одновременно двумя избранными народом представителями: магическим и немагическим. Такая форма демократии, с одной стороны, позволяла учесть интересы сразу всех, с другой — усиливала и без того имеющееся расслоение, ведь каждая из групп выбирала своего главу, хоть они и активно взаимодействовали друг с другом.
После политической справки воротимся к основной истории о мировой войне, иначе я ее никогда не расскажу.
По завершению той мясорубки главы округов всерьез обеспокоились вероятностью возрождения Дивериона, а также тем, что кто-либо из его подражателей возжелает подобно своему кумиру заключить сделку с Люцифером и наделить орков или гоблинов особой силой. Например, с помощью рунических татуировок, которые даровали первым при нападении на Эльселанар способности взрывать эльфов за пару ударов, а прочие расы и вовсе за один. Посему решено было после испепеления ублюдка создать с помощью звездных духов блокирующий магию купол, который накроет Орду и не позволит никому из жителей империи ступить на земли Единого Содружества без потери колдовских умений.
Заодно с Ордой накрыли тогда и граничащее с ней на юге королевство нежити Некрополис. О нем было известно мало, разве что о вмешательстве развязавшего войну подонка в его создание. Но раз в бойне принимали участие и гули, разумным казалось заблокировать доступ для них в том числе: по логике купол должен был обращать их в беспомощные ходячие трупы, неспособные убивать.
Несмотря на то, что «божественного» подонка обратили в прах, последствия его деяний сохранялись даже спустя долгое время. Например, к моим девятнадцати не только не сумели восстановить порталы в измерение вечно полной луны, но и очистить от скверны хоть одну из захваченных им земель. Магия стихийных богов и без того с Эры Глобального Расселения на протяжении двух тысяч оборотов природного цикла постепенно подыхала, а после масштабной бойни и вовсе питаться энергией удавалось уже далеко не в каждом регионе, но все равно летописцам пришло в голову пафосное название «Великая война»…
Отлично, ничего не скажешь! Для кого она, интересно, «великая»?!
Для глав округов с мощнейшей магической активностью, занимающих кресла в Совете Союза, что празднуют новую успешную бойню спиртным и закусками на пирах после заседаний? Для хронистов, что скрупулезно фиксируют искаженную пропагандой информацию на кристаллах, чтобы следующие поколения тоже знали, как «красиво» мы друг друга резали? Или, может, для очередных «героев», которые с торжественностью бросались в самое пекло, чтобы сгореть за всех сразу, включая жирных политиканов и эскапистскую толпу?!
Нет, абсолютно ничего великого в мировых войнах нет. Это тот же мясной фарш, что и всегда, от обычной резни отличающийся только масштабами разрушений да разнообразием народов, перемалывающихся чрез жернова власть имущих.
Единый Союз, Кодекс Гуманности, разработанный сразу после его создания, дабы всем угодить, справедливые законы… Когда-то эти слова имели для меня вес. Когда-то я и сам в них верил…
Но к девятнадцати я, против воли с детства затянутый в политические игрища, уже ведал, что Совет — не более чем сборище усталых магов и болтливых идиотов, которые раз за разом жуют одни и те же пустые речи, будто от этого желающих нападать станет меньше.
Право слово, лучше бы я никогда не слышал о таком дерьме, как Единое Содружество! Чем больше я узнавал о представителях верхушки округов, тем больше понимал: суть всегда одна: стремление взобраться выше, вечная жажда богатства и продвижения своих... В случае с магическими главами — еще и поданная под приправой патриотизма жестокость, закаленная военной карьерой.
Впрочем, к чему пустая теория? Лучше перечислить тех, кто на момент начала моего повествования восседал на пропахших лживым потом неуместно-нарядных креслах из «великого», как все в этих властных структурах, материала — бархата. В голову первым приходит Леонардо Фуоко, молодой глава Амфиталассы, соседнего с Иберисом, родиной моей матери, южного округа. Среди прочих Фуоко был еще относительно безобиден: всего лишь ловелас, гоняющийся за каждой юбкой.
«Возможно, последствия недавней службы в магической армии, где любые серьезные отношения запрещались…» — предполагал я в свои девятнадцать.
«И теперь, став магическим главой, он мог официально вступить в брак, но, видимо, привычка спать со всеми подряд осталась. Но, боги, зачем именно цис-женщины? Зачем все эти риски, зачем уговаривать их избавиться от нежеланных детей, если можно просто быть с мужчинами, как большинство контрактников? Как тот же Люневиль, например… Или, на худой конец, выбрать какую-нибудь персону без матки в качестве постоянной любовницы, если уж так зациклен на вагинах...»
Следующим на очереди моего разноса станет Рунгар Штайнхольд из Штайнленда — государства, названного в честь основавшего его каменщика, предка тогдашнего главы, где в закрытом измерении как раз и находится Шпильзауберфельд, замок Совета. Он без труда устроил собственного сына Гельмута управляющим одного из поселений округа. Да и не его одного: всю свою родню засунул на выгодные позиции…
Вам мало этих примеров? Тогда держите Люциана Стормкрейга из Альбоны! Он был отвратителен куда больше остальных! Помимо личных причин для ненависти к нему имелись и объективные. Сей лицемер, который громче всех осуждал пороки, сам с радостью извлекал из них выгоду: владельцы борделей щедро платили ему за защиту от недовольных клиентов, а мануфактура дварфов по производству виски вовсю наполняла его карманы…
Кто там еще был в Совете? Ах, да… Виктуар Лефланш, глава Флервелля, упомянутый Иларинаэ воздушник-альбинос, обладающий редким даром общения с белыми орлами. Его взятки гуляли по городам подобно ветру, которым он так искусно управлял.
Водник Сенджиро Мизухана из далекого восточного округа Хиноде, отделенного Ордой, — тем самым государством, которым некогда правил Диверион, — от основной территории Единого Содружества, — пожалуй, единственный, за кем не тянулся шлейф скандалов. Вещать о нем было особо нечего, если не считать его бесконечной консервативности, словно он явился из прошлого, из времен до Эры Союза…
Однако исключения лишь подтверждают правила. Тем паче, у Мизухана, как и у большинства представителей Хиноде, имелся существенный недостаток — полное безразличие к тому, что творится на западе, что, естественно, влияло и на его вовлеченность в решение общесоюзных вопросов.
А вот Эльйонтара Тонатаредель, тогдашний король солнечных эльфов, который никогда даже не показывался в Совете и отправлял вместо себя посла цикл за циклом, — отдельная история. Как и все высшие братья, живущие в Эльдорайне, неоднозначная и крайне скрытная персона. Он возвеличивал благородство, проповедовал коллективизм, презирал индивидуализм...
Но что скрывалось за этими возвышенными идеями? Я уверен был, что все это лишь способ удержать власть и заморозить Эльдорайн во времени — именно таким, каким его хочет видеть сам король, а не его народ.
Особенно мерзко мне становилось, стоило лишь представить себя аналогичным мерзавцем, восседающим на «светлом» эльфийском троне… в такой же тиаре, только не золотой, а серебряной. Или в купальне, ведущим псевдоважные ментальные переговоры о судьбах народа, на который мне было плевать, ибо я и связи с ним не ощущал…
«Я куда больше человек, чем эльф! Человек с острыми ушами… человек, которому нельзя даже подстричься нормально для удобства, ведь с моей кровью магия зависит от чертовых волос, в отличие от людей… Да пошло все куда подальше!» — думал я тогда.
Итак, я еще в юности привык к тому, насколько «красиво» любят подавать все историки и журналисты. Если не знать правды, можно даже поверить в то, что действительно были герои и злодеи, победители и побежденные… а не просто кучка придурков, которые скуки ради решили поиграть в богов и захватить очередные земли, обратив их в пепелище и сделав совершенно непригодными для жизни и магии, и кучка других придурков, решивших отстоять те самые земли аналогичной ценой.
И горы трупов, крови, паленой плоти… даже от мыслей об этом противно становится, едва ли не тошнит. Черт бы побрал мою повышенную чувствительность ко всему, включая запахи!
Что до Уильяма Гримсона, не несущего в себе ни капли колдовских кровей, — всего этого дерьма с предательством прибывшего из другого округа жениха главы человеческой администрации Ибериса, конечно, не случилось бы, держись мы изначально от людей куда подальше, как высшие эльфы, обитающие в Эльдорайне под вечным солнцем… ха! Рассказываю и думаю, какой же абсурд, ведь в таком случае и меня, сына двух народов, не появилось бы!
Коли у нас второй раз зашла речь об Эльдорайне, позвольте уделить минуту внимания легендам об этом королевстве. Согласно им, когда-то обитель наших братьев была связана порталами с островом, ныне погребенным под водами Золотого океана. Говорят, дети солнца его и утопили, чтобы не мешали их идеальной гармонии «простые смертные», как любят они презрительно именовать расы без магии.
Однако адепты Эленара, — посланника Золотого огня, называемого в их пантеоне Тонатаре, — всегда знали, как плести кружево из слов, и я байкам сим не очень-то и верю. Что там на самом деле было — никто уже не скажет. Да, остров затонул. Были ли там жители? Возможно. А возможно, и не были…
[1] С нюктэльского диалекта лунных эльфов – Сердце ночи.
[2] Из песни слов не выбросить — особенно если она звучит на твоих похоронах
[3] Я бунтую — и потому мы существуем.
