Happy forever and ever

      Риддл Роузхартс никогда не был человеком простого характера, как вспоминали студенты Колледжа. Суровый, строгий, категоричный и властный, он, несомненно, с удовольствием правил бы всеми вокруг, если бы не правила, которым он поклонялся. Порой казалось, что он даже одержим этими правилами, словно они были единственным, что его окружало, и что все остальные должны были бы следовать правилам, которые он сам же и составил и систематизировал.       В целом, эти многие утверждения даже не ошибочны. Если бы кто-то спросил Риддла до Оверблота, верит ли он в абсолютную силу закона, он бы нисколько не усомнился в ответе «да». Он бы всё равно ответил «да», хотя бы потому, что единственное восстание, опровергавшее эту истину, было единичным. Просто теперь ему приходится мириться с тем, что люди подчиняются из страха. Но могли ли они делать это добровольно? Законы создаются для поддержания порядка и предотвращения ошибок, но если бы это была абсолютная истина, то студенты не были бы против него, верно? Брошенное в него яйцо до сих пор не выходит у него из головы, оставаясь унизительным, навязчивым напоминанием о том, как позорно он потерял самообладание. Даже сама Оверблот, эта гротескная волна истерики, не была столь позорной, как это сырое яйцо в его волосах. Это заставляет его задуматься и стать тише обычного, может быть, даже мягче. Хорошо, что хорошо подготовленные ученики не используют его период неуверенности для организации очередного восстания, но это было в духе Хартслабюла — следовать правилам, даже если ты их не понимаешь. Риддл хорошо поработал, чтобы они это помнили.       В результате серии размышлений и наблюдений Риддл пришел к новому пониманию, осознав, что чужая точка зрения может быть полезной и освежающей. Катер и Трей раньше были его заместителями коменданта общежития, и их помощь была как всегда желанной. Эйс и Дьюс, два проблемных, но многообещающих первокурсника, которые наконец заставили Риддла задуматься, также были источником развлечения. Риддл мог бесконечно рассказывать о них — и иногда он так и делал, отчитывая их за очередную шалость, только чтобы они убежали не в то общежитие и начали жаловаться на него вам.       Студент без магии, появившийся из ниоткуда. Риддл улыбается, когда думает о тебе, и медовый чай приятно ощущается во рту. Находка, которую, возможно, ему преподнесла судьба. Человек, который отбросил свой страх и беспомощность ради справедливости — даже если сам Риддл был тем, кто несправедливо поступал, — и который не отвернулся после случившегося, действительно заслуживает уважения. И, что удивительно, определенного теплого чувства благодарности без тени стыда. Ты не был кем-то из его прошлого, как Трей, перед кем ему было бы стыдно за свои перемены; и ты не был его подопечным, поэтому Риддл не винил тебя в своей тирании, как он винил Катера; ты даже не был тем, кого он почти сознательно оскорблял и провоцировал, как Эйс и Дьюс. Нет, ты... Ты был кем-то новым, незнакомым, кто видел Риддла таким, какой он есть сейчас, и принимал его таким, какой он есть. Вся эта ситуация была мучительно болезненной, но в то же время, теперь, когда их жизнь вернулась в нормальное русло, Риддл испытывает чувство тайного удовольствия, поддаваясь, с молчаливого одобрения своих однокурсников, тому, что когда-то считал почти грехом. «Возможно, это моё маленькое утешение, но чёрный чай действительно меня успокаивает».       Улыбка Риддла необычайно широка и довольна. Как иначе: сад идеально ухожен, розы украшают стены лабиринта, чистое небо над головой создает прекрасное освещение, а угощения на вашем столе — одни из лучших, что он когда-либо пробовал. «Действительно лучшие», — насмешливо подумал он, но Риддл постарался хотя бы скромничать. Радость и удовлетворение переполняли его, и ему приходилось сдерживать свое необычное удовольствие. «Вам следует чаще навещать нас, префект. Учитывая ваши особые обстоятельства, вам еще многому предстоит научиться. И я могу с уверенностью сказать, что могу подготовить вас к жизни в этом мире, от самых основ до мельчайших деталей. Кроме того… Ваше присутствие положительно влияет на атмосферу Хартслабюла, поэтому я даже настаиваю, чтобы вы приходили чаще».       Произнося эти слова, Риддл надеется, что его собственное желание не будет таким очевидным. Он бесчисленное количество раз репетировал их перед зеркалом, казалось бы, естественно и непринужденно; Катер позаботился о том, чтобы они были деликатными. Риддл не стал бы умолять, но мимолетная, искренняя нотка похвалы между словами должна была бы вас заинтересовать. В конце концов, Риддл знает, что он достаточно хорош, чтобы предложить помощь; он лучший студент, и его социальное положение довольно высокое.       «Мне нужно подготовить рекомендации для медицинского осмотра», — думает он про себя, кивая в ответ на ваши слова. Благодарность и желание близости превращаются в единственное, что он умеет делать — управлять, нет, заботиться, почти сразу же поправляет он себя. Теперь ему нужно стать мягче… Это будет трудно, но он сделает все возможное, чтобы доказать свою состоятельность. «И другие документы: гражданство, регистрация, свидетельства… У них будет место в этом мире; и я позабочусь о том, чтобы они были рядом, в окружении достойных людей».       Он сам выберет достойных людей; здесь нет места ошибкам. Префект — словно слепой котёнок в этом мире, и их дружба с Эйсом, Дьюсом и Гриммом — не что-то хорошее, а просто счастливое совпадение. Они малолетние правонарушители, но не безнадёжные. Ему просто нужно тщательно следить за тем, чтобы они делали хотя бы минимум в учёбе. Риддл будет лично контролировать их успехи, а в свободное время они смогут изучать окружающий мир, его основные традиции и законы. Его пальцы слегка дрожат от волнения, вызванного ответственностью, но Риддл просто крепче сжимает чашку. Теперь он на правильном пути, с правильными людьми рядом; теперь он уверен, что достигнет идеального результата — и поможет другим достичь его.       Список в его голове будет постоянно пополняться новыми пунктами, подпитываемыми энтузиазмом. Префект — чистый лист, который он заполнит с особой тщательностью и докажет всем, что… О, ему лучше не увлекаться так сильно. Нужно терпение, больше терпения. «Начнём с одежды. Она должна быть вашего размера, как формальной, так и повседневной…»       Трей Кловер, один из «достойных парней», иногда чувствует себя одиноким. Довольно часто, если кто-то решит заставить его ответить честно, но никто не хочет, и он не отвечает; он просто тихо исчезает куда-нибудь, где его никто не увидит. Чаще всего это кухня в общежитии, и это неудивительно: чем еще мог заниматься лучший кондитер в Хартслабюле и во всем колледже? В любом случае, сюда редко кто заходит по собственной воле кроме столь же одинокого Кейтера и ребят, ищущих бесплатного угощения.       Когда у него заканчиваются силы и терпение, Трей уходит на занятия по алхимии или в научный клуб — готовит, но не десерты. Химия увлекала его с детства, но мало кто интересуется этими чертами его характера, даже если он пару раз упоминал об этом. Обратная сторона полезности человека заключается в том, что другие его качества редко представляют интерес вне контекста его полезности. Хотя, зная некоторых ребят из этого колледжа, кто-нибудь обязательно найдет этому применение, Трей искренне хочет оставить что-то для себя. Что-то, что не будет продаваться, что-то, о чем его никто не попросит. Трей встречает ищущий, понимающий взгляд Рука своей обычной мягкой, слегка извиняющейся, кривой улыбкой и ничего не говорит. У них не принято обсуждать намерения вслух.       С Руком всё действительно легко. Трей иногда задаётся вопросом, чувствуют ли его другие так же, как он чувствует Рука: не нужно просить о элементарных вещах, мелочи делаются заранее, и нужные слова всегда попадают в цель в нужное время. Наблюдательность Ханта может пугать, но она также часто оказывается весьма полезной, и Трей искренне любит его за это, а также за его глубокое понимание и невмешательство. Он, в свою очередь, может терпеть, когда за ним наблюдают со стороны.       Приворотное зелье пахнет по-разному для каждого. Круэлл представляет зельеварение как нечто невероятное, и это действительно так – но оно не всегда дает желаемый результат. Трей снова рад, что с детства любил наблюдать за процессами изменений. Природное терпение вознаграждается качественным продуктом, который принесет еще большую пользу в будущем. Конечно, приворотное зелье, особенно тот вариант, который выбрала Кловер, не действует мгновенно или навсегда – ни одно зелье такого типа так не работает – это мягкая смесь, которая меняет свой вкус, как и его сигнатурное заклинание, чтобы угодить жертве. Запечатав маленькую бутылочку, Трей слабо и немного грустно улыбается, прокручивая снова свои мысли и запах жженого сахара. Делать большие или сильные дозы бессмысленно. Первые быстро испортятся, вторые будут слишком очевидны и рухнут под тяжестью чувства несоответствия и любого противоядия, вызывая непредсказуемые последствия из-за смешивания зелий. Однако опытный отравитель всегда знает, какую дозу дать жертве, чтобы результат выглядел естественным.       Терпение вознаграждается, повторяет Трей про себя, и добавляет три капли зелья в пирожные. Их даже помечают глазурью, чтобы никто из группы не съел чужие. Ходят слухи, что у заместителя старосты Хартслабюла есть любимчики среди первокурсников, которых он балует без необходимости; история о том, как Эйс и Дьюс намеренно хвастались его десертами, была довольно забавной; но они никогда не были его целью. Зато он стремился заполучить очаровательного человека из другого мира. Конечно, сладости всегда были фирменным блюдом Трея, но есть еще мясные пироги, овощные пироги, рыбные пироги, постные пироги… Неправильно использовать чужую бедность в качестве оправдания, но Трей действительно заботится о них. У них есть крыша над головой, пусть и хлипкая, и староста, конечно же, забудет о голоде с ним.       Трей не придает большого значения комплиментам, зная, насколько обманчивы могут быть слова. Но химия никогда его не подводила; он достаточно усердно тренировался для этого. В колледже, полном разных, порой более состоятельных людей, Трею почти нечем похвастаться, но незнакомая ревность душит его сильнее, чем он мог ожидать. Наблюдая, как вы с удовольствием едите кекс, Трей лишь нежно улыбается, внутренне наблюдая за эффектом с легкой отстраненностью. Чувство сытости — это базовая человеческая потребность; сладости вызывают привыкание из-за выброса гормонов счастья; ненавязчивая поддержка укрепляет чувство безопасности, а быть поддерживающим — это то, что Трей умеет лучше всего.       Он... Он просто увеличивает свои шансы, ничего больше. Ничего, что могло бы навредить организму, он проверил. Просто дайте ему шанс доказать, что он хороший партнер, дайте ему... возможность расслабиться рядом с вами. Он все сделает правильно, молча клянется Трей, заворачивая мясной пирог, чтобы вы забрали его домой под довольный шепот Гримма. Он готов бороться за возможность заслужить эту искреннюю благодарность, даже если это будет нечестная борьба.