Scream(Ghostface Byler)

Лес был тихим поздним вечером. Солнце опускалось всё ниже между деревьями, разливая золотой свет по поляне, где они расстелили клетчатый плед для пикника. Уилл лежал на животе, подперев подбородок руками, и смотрел, как солнце окрашивает небо в красные и оранжевые оттенки. Майк сидел рядом, скрестив ноги, и время от времени кормил его клубникой. Прошло уже несколько месяцев после убийств в Вудсборо. Несколько месяцев с тех пор, как мир словно перевернулся — и каким-то образом стал светлее. И Майк… Он стал лучше, чем Уилл когда-либо ожидал. Он изменился — стал больше самим собой, начал чаще говорить то, что думает, и очень защищал всю их компанию. Это принесло в жизнь Уилла покой, которого у него раньше никогда не было. Он стал чаще смеяться. Лучше спать. Чувствовать себя в безопасности. Лёгкий ветер шевелил листья над ними. Солнечный свет падал на Майка так удачно, что его кожа казалась мягко янтарной. Уилл снова почувствовал знакомое тепло в груди — в этот раз сильнее, глубже. Рассказать остальным оказалось… честно говоря, гораздо страшнее, чем Уилл ожидал. Не потому, что он думал, что они разозлятся. А потому что всё и так уже было слишком напряжённым — нападения, больница, хаос… Но друзья их удивили. В тот момент, когда Уилл сказал: «Мы с Майком вместе», — повисла короткая ошеломлённая тишина. А потом начался шум. Дастин вскинул руки вверх: — Я ТАК И ЗНАЛ! Макс закатила глаза: — Да замолчи ты, ничего ты не знал, лузер. Лукас посмотрел на них так, будто пытался решить сложную задачу: — Подождите… так вы теперь типа пара? Всё это ваше переглядывание… я думал, у Уилла просто что-то в глаз попало. Все рассмеялись, Майк хлопнул его по спине: — Да, от тебя ничего не скроешь, дружище. Джейн подошла к ним с широкой улыбкой и обняла: — Вы делаете друг друга счастливыми? — спросила она. Уилл кивнул, крепче обнимая её и оглядывая друзей. Его так удивила их реакция. Никто не выглядел неловко. Никто не вел себя так, будто между ними что-то изменилось в плохую сторону. Если уж на то пошло — казалось, они даже почувствовали облегчение. И впервые после всего, что произошло, Уилл почувствовал, как с его плеч словно спал груз. И это сделало всё остальное — всё восстановление, всё, что им пришлось заново строить — немного легче. Как будто это новое начало было не только для него и Майка… А для них всех. Был страх. Была растерянность. И тьма, которую он, казалось, никогда до конца не поймёт. Но было и это. Радость. Покой. И любовь, которую он нашёл — и больше не собирался отпускать. Это было идеально», — объявил Майк, доставая клубнику из корзины. Она была спелой и чуть кривоватой, но он держал её так, будто это сокровище. — Держи. Уилл фыркнул: — Майк, съешь сам. — Я хочу, чтобы ты съел, — сказал Майк, наклоняясь ближе. — Открывай рот. Уилл закатил глаза, но всё же послушался — и Майк аккуратно поднёс клубнику к его губам. Уилл откусил, и красный сок потёк по его подбородку. Он посмотрел вверх на Майка, чей взгляд уже был прикован к этой капле сока. — Подожди, дай уберу, — сказал Майк, наклоняясь ниже. Он слизал сок с подбородка Уилла до уголка его губ, а затем втянул его нижнюю губу в рот. Майк сдвинулся, толкнув Уилла за плечо, укладывая его на спину, и сел сверху, углубляя поцелуй. Вскоре он прижал руки Уилла над головой, а другой рукой пробрался под его футболку, находя сосок и слегка сжимая его. Уилл тихо застонал, рефлекторно выгибаясь, чувствуя дыхание Майка у уха. — Ты готов, Байерс? — прошептал Майк. Уилл кивнул, едва переводя дыхание: — Да. Солнце уже скрывалось за деревьями, окрашивая лес в тёмно-синие оттенки ночи. Майк отпустил его, помог подняться на ноги, но тут же обнял за талию и резко притянул к себе для ещё одного поцелуя. Уилл закрыл глаза, наслаждаясь его вкусом. Он почувствовал, как Майк отстраняется, и открыл глаза, когда к его уху коснулся холодный пластик. Низкий голос, полный желания, прошептал: — Даю тебе 30 секунд… беги. —🔪— Уилл не стал медлить. Он сорвался с места и побежал в тёмный лес, сердце бешено колотилось. Прохладный ночной ветер касался его щёк, и он улыбался, чувствуя, как исчезают все запреты. Он чувствовал себя таким лёгким, будто мог взлететь. Он ускорился, углубляясь всё дальше в лес, где листья мягко шуршали под ногами, а весенние цветы теряли свой блеск по мере того, как солнце окончательно уходило. Он немного замедлился, наблюдая, как лес полностью погружается во тьму. Детская радость исчезла вместе с солнцем. Холодный пот выступил на коже. Хруст ветки — совсем рядом. Дыхание Уилла перехватило, он резко обернулся, всматриваясь в деревья в поисках знакомой белой маски. Тени сгущались между стволами, становясь плотнее и подвижнее с каждым шорохом. Он сглотнул, чувствуя сухость во рту, и напряжённо прислушался. Шорох листьев. На этот раз слева. Уилл замер, по коже пробежали мурашки. Он пытался решить — бежать или спрятаться. И вдруг шаги — медленные, уверенные, даже не пытающиеся скрыться. Уилл сорвался с места. Страх переплёлся с болезненно-сладким волнением где-то внизу живота. Тем самым чувством, которое он всегда испытывал, когда убийца наконец появлялся в кадре — когда музыка становилась резче и начиналась настоящая погоня. Он бежал изо всех сил, страх обострил все его чувства. Острая боль полоснула по щеке, но он продолжал бежать — пока ноги не налились свинцом, а мышцы не начали гореть. Наконец он остановился, решив, что стало достаточно темно, чтобы спрятаться. Он прислонился плечом к шершавой коре дерева, стараясь дышать как можно тише. Шорох ткани раздался в тихом лесу — совсем рядом. Лёгкие Уилла будто сжались. Его пальцы бессильно сжались по бокам, пока он прижимался спиной к дереву. Знакомый голос донёсся из темноты — низкий, сдержанный, пугающе спокойный: — Один в лесу? — цокнул он языком. — Ты же знаешь, что это не хорошая идея, зайчик. Сердце Уилла билось так сильно, что было больно. Раздался ещё один хруст ветки — и… ничего. Тишина снова накрыла лес. Уилл облегчённо выдохнул, оседая на дерево, и медленно начал двигаться вдоль ствола, выглядывая, чтобы проверить, чисто ли вокруг. Никого. Он отпрянул назад, выдыхая. — Ты будешь кричать для меня, малыш? Глаза Уилла резко распахнулись — он оказался лицом к лицу с Гостфейсом. Лицом к лицу с Майком. Но он не закричал. И не попытался убежать — не в этот раз. Его дыхание участилось, страх и странное возбуждение заполнили тело, когда он шагнул вперёд, сорвал маску с лица Майка. Лунный свет отразился в его глазах так, что по коже Уилла пробежало тёмное, странное тепло. Майк резко прижал его к дереву, прижав всем телом, и зафиксировал его руки над головой. Маска осталась валяться на земле. — Ты испугался, зайчик? — тихо сказал Майк. — О… Он провёл рукой между ними, сжимая Уилла через джинсы: — Какой интересный поворот. Он сжал его сильнее, и Уилл застонал, откинув голову назад: — Пожалуй, сегодня я всё-таки заставлю тебя кричать. — Попробуй, — выдохнул Уилл, его голос был таким хриплым от желания, что он сам себя не узнал. Дальше всё смешалось — ремень, разорванная одежда, стоны, поцелуи. Майк на мгновение отстранился: — Скажи, ты взял смазку? — В кармане куртки, — кивнул Уилл, голова кружилась. Майк поднял куртку с земли: — Надень. Не хочу, чтобы ты ещё больше поцарапался, чем уже есть. Он провёл языком по порезу на скуле и поцеловал его. — Я в порядке, — тихо рассмеялся Уилл, но всё же послушался. Как только он надел куртку, Майк снова приблизился, схватив его за щёку и впился в губы. — Обхвати меня за шею, — приказал он. Его руки скользнули под бёдра Уилла, поднимая их и заставляя обвить талию, пока Уилл обхватывал его шею. Спина Уилла снова упёрлась в дерево. Он чуть отстранился, глядя вниз, как Майк готовится. — Здесь никто не услышит, как ты кричишь, — прошептал Майк. Дальше движения стали медленными, тягучими, напряжёнными — и Уилл закатил глаза, теряясь в ощущениях. Звуки вырывались сами собой, дыхание сбивалось, тело дрожало. Он схватился за плечи Майка, двигаясь навстречу, чувствуя, как напряжение нарастает всё сильнее. Губы Майка скользили по его шее, находя чувствительное место, и Уилл сжал его волосы, заставляя поднять голову. — Я люблю тебя, Майк Уилер. Всего тебя, — выдохнул он, снова целуя его. Ответом стал глухой стон и ещё более резкие движения. Давление внутри росло, становилось невыносимым. Уилл укусил его за плечо, пытаясь сдержаться — но безуспешно. Он вскрикнул, тело задрожало, всё вокруг будто исчезло. Он опустил взгляд — и увидел следы на коже Майка. Майк укусил его за шею, будто пытаясь поймать этот крик. Тело Уилла обмякло, но ощущения снова накрыли его, заставляя выгнуться. — Чёрт, Уилл… ты идеальный, — выдохнул Майк. Они прижались лбами друг к другу, тяжело дыша. Весенний ветер охлаждал их разгорячённую кожу. — Я же говорил, что заставлю тебя кричать, — усмехнулся Майк. Уилл тихо рассмеялся, качая головой, наслаждаясь моментом. Тем, как хорошо — просто быть счастливым, не ожидая, что всё снова разрушится. Майк осторожно опустил его на землю — ноги немного дрожали. Он улыбнулся, поцеловал его в скулу, туда, где был порез: — Я люблю тебя, Уильям Байерс. И сделаю для тебя что угодно. Уилл улыбнулся ему в ответ, а тот подмигнул, поправляя на нём куртку: — Пойдём. Отведу тебя домой. Чтобы мы могли повторить это снова.