Море мести, горы лжи

Шериф, направляясь на фабрику, получил звонок от Четина. —Господин Шериф, полицейские уже начали копать. —радостно сообщил мужчина. —Скоро найдут и тело, и пистолет. —Отличные новости, — с довольной улыбкой ответил Шериф.—Наш Бехчет не появлялся? —Нет, господин. Новостей от него не было. —Ладно, давай.—Шериф подъехал к фабрике и поздоровался с невесткой Зарифе, которая уже была там. Вскоре он увидел, как к ним приближается Оруч с Фатих и Эсме, а следом за ними, Исо с Фадиме и остальные из клана Кочари. Шериф кивнул, наблюдая за прибывающими. В воздухе витало напряжение, смешанное с предвкушением. Он знал, что этот день станет переломным. Найденное тело и пистолет должны были окончательно  погубить Адиля. И тогда никто и ни что не помешает ему быть с Эсме. Зарифе, с ее обычно горделивым лицом, сегодня казалась особенно сосредоточенной. Ее взгляд скользил  по прибывающим, словно оценивая их, выискивая что-то, что видимое только ей самой. Оруч, излучал мрачную уверенность, его плечи были расправлены, а взгляд смотрел прямо. Рядом с ним Фатих, чья красота контрастировала с суровой обстановкой, она казалась немного напряженной, но держалась с достоинством.  Эсме гордая, но бледная даже не взглянула на Шерифа проходя мимо него. Исо, напротив, был более сдержан, его движения были плавными, а глаза внимательно изучали окружающих. Фадиме, же рядом с ним, излучала ледяное спокойствие, словно была готова ко всему, что могло произойти. Остальные члены клана Кочари, молчаливые и настороженные, создавали вокруг них ауру силы и единства. Шериф почувствовал, как внутри него нарастает волнение. Это был момент истины, момент, когда все ниточки должны были сойтись в одну точку. Наблюдая за этими людьми, он чувствовал себя хозяином положения, кукловодом, дергающим за ниточки судьбы. И это чувство было пьянило похлеще ракы. Шериф сделал усилие, пытаясь унять дрожь нетерпения в руках. Он видел, как Адиль, не подозревая о готовящейся ловушке, приближается к фабрике, его лицо было озарено самодовольством. Шериф знал, что Кочари считает себя умнее всех, но сегодня его самоуверенность сыграет с ним злую шутку. Каждый шаг Адиля приближал его к неизбежному краху. *** Адиль и Элени с Гезепом уже сидели за столом, когда Оруч, Фатих, Эсме, Исо и Фадиме  зашли в переговорную. Исо, как всегда, проявил заботу, отодвинув стул для Фадиме и помогая ей сесть. Последними за стол сели Шериф и госпожа Зарифе.  Гезеп, сидевший рядом с Адилем, едва заметно кивнул Фатих и Оручу, его взгляд скользил по лицам, оценивая, готов ли каждый к тому, что должно было последовать. Элени, напротив, казалась более открытой, ее улыбка была легкой, но в глазах читалось ожидание.  Оруч, заняв свое место, сразу же окинул взглядом присутствующих, его привычная настороженность была очевидна. Фатих, выглядела более напряженной, её взгляд был направлен на Эсме, словно он искал подтверждения ее комфорта.  Исо, устроившись рядом с женой, положил руку ей на плечо, жест, полный нежности и поддержки. В воздухе повисло напряжение, ощутимое даже сквозь деловую атмосферу. Госпожа Зарифе, сдержанная и элегантная, заняла свое место с достоинством, ее взгляд был насторожен, словно она уже видела на несколько шагов вперед. Шериф, напротив, выглядел слишком довольным и  расслабленным.  Оручу очень не нравилось это состояние дяди. Он мог лишь молится что бы все прошло как надо. —Мой дорогой племянник,— резвясь заговорил Шериф, —я вижу ты померился с женой . Славно славно, молодоженам не пристало ссорится в медовый месяц. Фадиме заледенела , но почувствовав как напряглась на плече рука мужа, взглянула на него. В его взгляде была полная и абсолютная поддержка, но так же было и предупреждение .  «Он получит свое! — как бы говорил взглядом Исо.— перетерпи и мы победим его.» Фадиме сдержалась и промолчала, не поддавшись на провокацию Шерифа. —Не будем терять время.— прервал Оруч веселящегося дядю.— Перейдем к сути. Я собрал вас здесь, чтобы обсудить увеличение капитала нашей компании. Я хочу вынести этот вопрос на голосование.— Оруч кивнул сестре и Фатих встав раздала каждому из акционеров документы на подпись . —Сынок что это значит? — задала вопрос Госпожа Зарифе прочитав документ.— ты хочешь снова заставить нас покупать наши акции? Шериф лишь ухмыльнулся даже не взглянув на документ. — Минутку , минутку.— прервал их Исо изображая злость перед дядей.— а если у нас не будет столько денег? Что тогда будет? Ты выкупишь все наши акции?  —Судьба брат.— спокойно ответил Оруч. —Перевести тебе, Исо?– язвительно спросил Шериф. – С языка Оруча это означает, что Адиль Кочари их выкупит,—прорычал он, ударив кулаком по столу. Имо, изображая гнев и задумчивость, активно закивал. —Господин Разим.— обратился к адвокату Оруч. — мы можем начать голосование ? — Если Госпожа Элени и Господин Сулейман за , то мы можем начинать.— спокойно произнес адвокат . Гезеп и Элени кивнули соглашаясь . —Тогда ,согласно распоряжению Оруча Фуртуна было решено увеличить капитал .— монотонно произносил господин Разим.  —Вам дается 45 дней.—объявил Оруч.— в течении которых каждый должен выделить бюджет на покупку акций для увеличения капитала . —Это замечательно племянник.— перебил его Шериф.— но вот что мне пришло в голову. 45 дней это слишком поздно для Адиля Кочари. —Шериф с очаровательной улыбкой посмотрел на Адиля. Шериф издевательски развернул свой телефон в сторону Адиля. —Четин, мой! Покажи им. —Хорошо господин Шериф. — раздался голос его помощника.  Оказалось, что Четин все это время вел прямую трансляцию для Шерифа, находясь у подножия горы, где закопал тело Балы. Камера переключилась с его лица на огороженную полицией территорию, где эксперты заворачивали тело в мешок для трупов. —Они только что достали оружие и передали прокурору .— раздался голос Четина. —Вы слышали новости семья? —Шериф сиял ожидая реакции Кочари. — Мой Исо , Оруч , Фатих. Оружие Адиля Кочари только что было передано прокурору. —он рассмеялся , ожидая ужаса на лице давнего противника.  Но Адиль вдруг рассмеялся и вместе с ним засмеялись Гезеп и Элени . Фатих и Фадиме улыбаясь смотрели на Шерифа. А Кочари не переставая смеяться поднялся из за стола и быстро достав из за спины пистолет направил его на Шерифа. Зарифе замерла вцепившись в кресло и ожидая что сейчас давний враг застрелит деверя , как его отец когда то убил её Мехмеда. Она с трудом подавила желание зажмурить глаза и завизжать от ужаса.  Глаза Шерифа, еще мгновение назад сиявшие триумфом, теперь расширились от недоумения, а затем сменились гневом. Он не ожидал такого поворота. Его тщательно спланированная ловушка, призванная унизить и сломить Адиля, обернулась против него. Улыбка, которая так долго играла на его губах, исчезла, оставив лишь жесткую линию. Адиль же, напротив, казался абсолютно спокойным, несмотря на пистолет в руке. Его смех, сначала полный иронии, теперь звучал как вызов. Он смотрел прямо в глаза Шерифа, и в этом взгляде читалось не только превосходство, но и глубокое понимание игры, в которую они оба играли. Он знал, что Шериф рассчитывал на страх, на панику, на признание поражения. Но Адиль не собирался давать ему этого удовлетворения. —Если бы там действительно было мое оружие ты бы не смог усидеть на месте .— с усмешкой проговорил Кочари и опустил пистолет протягивая его Шерифу.— Смотри внимательно. Этот пистолет твои люди подбросили к телу Балы? Или там лежит твое орудие ?  Шериф вскочил из за стола и покачнулся. «Нет! Это невозможно!» — пронеслось у него в голове.  Он взглянул на племянника . Взгляд Оруча сказал ему всё! — Ты ! Это ты меня предал !— закричал Шериф кинувшись на Оруча. —НЕТ!—воскликнула Эсме, вскакивая из-за стола. Она встала между ними, выставив вперед руку, и не дала шерифу добраться до Оруча.— Это я сделала! В далеке послышались полицейские сирены .  —Ты ? —лицо шерифа побледнело. Он схватился за бороду. Несмотря на явную неприязнь со стороны Эсме, он не мог поверить, что она могла его предать. Ведь они были женаты, он был ее мужем. В переговорную вошла команда полицейских. Один из них обратился к присутствующим:  —Мы разыскиваем Шерифа Фуртуна. Гезеп, словно ждавший этого момента, громко указал на мужчину, сидевшего за столом: "Вот он, господин комиссар!" Не успел Шериф и глазом моргнуть, как его окружили.  Щелчок наручников прозвучал как приговор. Полицейский чье лицо оставалось непроницаемым, зачитал ему права, и в воздухе повисли слова, от которых у Шерифа перехватило дыхание: —Господин Шериф, вы арестованы по подозрению в убийстве Балы Йешиловой. Шериф стоял, не двигаясь, его взгляд был прикован к полу. В его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление, смешанное с недоверием.  «Он не мог проиграть. Он ведь все так хорошо рассчитал. Это Адиль должен был сесть в тюрьму, ведь из его орудия Шериф убил ту дуру.» Перед глазами у него пронеслось все, что он когда-либо совершил. Кровь, ложь, предательство – все это теперь было частью его прошлого, которое неумолимо тянуло его вниз. Он чувствовал себя так, словно его душа была выставлена напоказ, каждый его грех был виден всем. Теперь он был не всесильным Шерифом, а просто арестованным, никем. Бледного и трясущегося Шерифа Фуртуна выводят из здания.  Его, словно мешок с картошкой, усаживают в полицейскую машину.  В то время как Шериф ехал в участке, на улице, собравшись словно по команде, замерли люди из семьи Кочари и Фуртуна. По мере того, как полицейские машины удалялись, напряжение между ними нарастало. Улыбки исчезли, оставив лишь тень разочарования и гнев. Они знали, что это только начало, что борьба за власть и справедливость еще только предстоит. Внезапно тишину, окутавшую стоянку, разорвал тревожный возглас оглядывающийся Элени: —А где Эсме? Все начали оглядываться пытаясь понять куда она могла пропасть.   Люди, словно стая испуганных птиц, начали обшаривать помещения выкрикивали имя пропавшей, их голоса дрожали от страха. Напряжение в воздухе сгустилось, ощутимое, как грозовая туча.  Оруч, с удвоенным вниманием обследовал каждый уголок офиса, словно надеясь обнаружить её среди бумаг и канцелярских принадлежностей. Фатих и Фадиме, с одинаковой тревогой на лицах, отправились в дамскую комнату. Каждая кабинка была проверена, зеркала просмотрены, но и там не было никого. Пустота, отражающаяся в их глазах, лишь усиливала растущее беспокойство. Эсме нигде нет .  Адиль хватается за голову .  «Забрали! —в панике проносятся мысли в его голове.— Эсме забрали!»