Сердце вне контракта

В поликлинике творился настоящий хаос. Сезонная лихорадка и наплыв пострадавших после обвала на шахтах превратили тихую обитель медицины в гудящий улей. Чжун Ли, будучи ведущим консультантом и специалистом по древним методам восстановления, не выходил из кабинета уже третьи сутки.Тарталья мерил шагами коридор, и каждый его шаг отдавался глухим рыком в груди. Он ненавидел больницы, ненавидел запах спирта и, больше всего на свете, ненавидел то, как Чжун Ли изматывал себя ради других. — Сяньшэн, вы же не камень, в конце-то концов! — прошипел Аякс, когда в очередной раз мимо него пронесли носилки.Вдруг в конце коридора возник шум. Группа подвыпивших наемников, недовольных очередью, начала размахивать кулаками, пугая медсестер. Для Тартальи это стало идеальным поводом выплеснуть накопившееся бешенство. — О-о-о, наконец-то хоть какое-то развлечение! — глаза Аякса хищно блеснули.Он сорвался с места как пуля. Первый наемник даже не успел вскрикнуть, когда водяной хлыст обвился вокруг его горла и впечатал в стену. Тарталья двигался в танце чистой ярости: удар локтем в челюсть, подсечка, и вот уже трое громил валяются на полу, а Гидро-клинки Аякса опасно вибрируют у глаз четвертого.— В очередь, мусор, — выплюнул Тарталья, и в его голосе не было ни капли его обычной веселости. — Или я выпишу вам рецепт на пожизненное молчание. — Аякс, прекрати устраивать сцены, — раздался холодный, пронзительный голос.Тарталья обернулся. Из бокового кабинета вышла Е Лань, вальяжно поправляя свою накидку. Рядом с ней семенила Элина, молодая практикантка, которая с нескрываемым обожанием смотрела на закрытую дверь кабинета Чжун Ли. — О, Синяя Орхидея соизволила явиться, — Тарталья театрально поклонился, не убирая клинков. — И притащила с собой эту... Элину. Вы что, решили коллективно довести его до инфаркта своими отчетами? — Господин Чжун Ли сейчас занят важным делом, и твой шум ему только мешает, — отрезала Е Лань, смерив Аякса презрительным взглядом. — Элина, отнеси господину консультанту этот тонизирующий отвар. Он просил принести его через пять минут.Элина радостно закивала, прижимая поднос к груди. — Конечно! Я как раз хотела предложить ему сделать массаж висков, он так бледен...Внутри Тартальи что-то с треском лопнуло. Ревность, острая и горячая, как расплавленное золото, обожгла горло. Он в один прыжок оказался перед Элиной, выхватывая поднос так резко, что чашка едва не перевернулась. — Массаж? — Аякс прищурился, и в его глазах заплясали тени Бездны. — Послушай меня, деточка. Единственное, что ты сейчас сделаешь — это пойдешь пересчитывать бинты в подвале. А отвар принесу я. Поняла? — Но... но Е Лань сказала... — пролепетала Элина, пятясь назад от пугающей ауры Предвестника.— Е Лань здесь не хозяйка, — Тарталья мазнул взглядом по Орхидее, которая лишь усмехнулась. — Проваливайте обе. Пока я не решил, что ваши головы — отличные мишени для практики.Е Лань лишь качнула головой. — Ты ведешь себя как цепной пес, Чайльд. Но смотри, как бы хозяин не надел на тебя намордник. Пойдем, Элина. Здесь слишком пахнет... нестабильностью.Когда они ушли, Тарталья несколько секунд стоял, тяжело дыша и сжимая поднос так, что костяшки побелели. Его трясло от ярости. Он ненавидел, как они смотрят на Чжун Ли, как пытаются быть «полезными».Он медленно, стараясь не шуметь, приоткрыл дверь в кабинет.В комнате царил полумрак. Чжун Ли сидел за столом, заваленным свитками и рецептами. Его очки лежали рядом, а голова покоилась на сложенных руках. Он спал — глубоко и тяжело, чего с ним почти никогда не случалось. Свет луны падал на его лицо, подчеркивая серые тени под глазами и залегшую в уголках рта усталость.Вся злость Тартальи мгновенно испарилась, оставив после себя лишь щемящую, горькую нежность. Он поставил отвар на край стола и подошел ближе. — Идиот ты, сяньшэн, — шепотом произнес он, и в его голосе теперь не было ни капли театральности. — Решил спасти весь мир, пока сам рассыпаешься в прах?Аякс осторожно снял свою серую накидку (ту самую, в которой он всегда ходил). Ткань еще хранила тепло его тела. Он склонился над Чжун Ли, почти касаясь дыханием его волос, и аккуратно, миллиметр за миллиметром, укрыл плечи Архонта.Чжун Ли во сне едва заметно вздохнул и чуть теснее прижался щекой к рукам, чувствуя знакомый запах Аякса.Тарталья замер, любуясь этой редкой минутой слабости своего «психолога». Он сел на пол прямо у его ног, прислонившись спиной к столу и вытянув раненую ногу. Он будет сидеть здесь до рассвета. И пусть только попробует хоть одна Е Лань или Элина подойти к этой двери — он устроит им такой экшен, какой Ли Юэ не видело со времен войны Архонтов. — Мой... — едва слышно выдохнул Аякс, закрывая глаза. — Только мой. ~ Тишина в кабинете Чжун Ли была осязаемой, тяжелой и редкой. Измотанный бесконечным потоком пациентов, психолог уснул прямо в своем кресле, откинув голову на кожаную спинку. Его идеальная прическа слегка растрепалась, а на коленях замер нераскрытый блокнот.Тарталья, чей сеанс должен был начаться еще полчаса назад, не стал его будить. Вместо этого он стащил с дивана мягкий плед, накрыл им ноги Сяньшэна и сам провалился в тяжелый, беспокойный сон, устроившись прямо на ковре у его ног, положив голову на край кресла. Это была единственная минута покоя, которую они оба могли себе позволить.Идиллия рухнула с грохотом. Дверь распахнулась так, что ударилась о ограничитель. На пороге стояла бледная Элина, ее руки дрожали, а в глазах застыл первобытный ужас. — Господин Чжун Ли! Проснитесь! — ее голос сорвался на визг. — Там... там внизу проверка! Сама Главная комиссия из департамента здравоохранения и представители совета директоров! Они уже на этаже, проверяют журналы посещений и состояние кабинетов! Если они увидят, что вы спите в рабочее время, а пациент... — она запнулась, глядя на спящего на полу Аякса, — ...в таком виде, нам всем конец!Чжун Ли открыл глаза мгновенно. Не было ни секундного замешательства, ни сонной дымки — только резкий, вертикальный переход в режим абсолютной готовности. Он вскочил на ноги, едва не сбив Тарталью, который подпрыгнул как ужаленный, инстинктивно потянувшись за несуществующим оружием. — Проверка? — голос Чжун Ли был низким, но в нем уже звенел металл. Он одним движением поправил галстук и стряхнул невидимые пылинки с лацканов. — Элина, сколько у нас времени? — Они в трех кабинетах отсюда! — пропищала девушка. — Главврач в ярости, он ищет любые нарушения!Тарталья, быстро сообразив, что его присутствие здесь в роли «спящего коврика» подставит Сяньшэна под удар, хищно улыбнулся. Его сонливость испарилась, сменившись азартом. — Значит, ревизия, да? — Аякс потянулся, хрустнув суставами. — Не волнуйтесь, Сяньшэн. Я знаю, как общаться с бюрократами. Элина, встань у окна и делай вид, что заполняешь график. Чжун Ли, садись за стол. Мы сейчас разыграем такой сеанс «глубокого психоанализа», что они побоятся войти без стука.В коридоре уже послышались тяжелые шаги и властный голос руководителя комиссии. Шаги в коридоре становились всё громче. Элина в панике прижалась к стене, глядя на помятого после сна Тарталью в его обычном боевом облачении.— Чжун Ли, — Аякс хищно усмехнулся, и в его глазах блеснула искра чистого Гидро. — Считай это моим подарком за сверхурочные.Он щелкнул пальцами. Вода в вазе на столе взметнулась вверх, на мгновение окутав Тарталью плотным коконом из сверкающих брызг и тумана. Когда завеса опала, перед ними стоял уже не буйный пациент, а безупречный дипломат из Снежной.Белоснежный приталенный жилет поверх алой рубашки подчеркивал его дерзкую уверенность. Пиджак, небрежно наброшенный на плечи, развевался, словно плащ, а золотые аксессуары и стильные очки на лбу довершали образ человека, который привык управлять не только мечами, но и миллионными контрактами.Дверь кабинета распахнулась. На пороге замерла комиссия во главе с багровым от ярости Главврачом. — Господин Чжун Ли! Что здесь происходит?! Почему у вас закрыто в приемные ча... — Главврач осекся, наткнувшись на ледяной взгляд Тартальи. — Тише, — голос Аякса прозвучал обманчиво мягко, с той самой аристократичной хрипотцой, которая заставляла политиков Ли Юэ дрожать. — Вы прерываете обсуждение крайне важного меценатского проекта. — Проекта?.. — заикнулся Главврач. — А вы кто?Тарталья плавно шагнул вперед, поправляя манжет красной рубашки. Его поза была полна ленивой грации.— Позвольте представиться. Аякс, специальный посланник и главный инвестор фонда «Северное сияние». Мы как раз обсуждали с господином Чжун Ли возможность выделения гранта на полную модернизацию вашей... — он брезгливо оглядел кабинет, — ...несколько устаревшей системы вентиляции и закупку новейшего оборудования для реабилитации.Чжун Ли, моментально включившись в игру, сложил руки в замок и кивнул с достоинством древнего божества. — Именно так. Господин Аякс настаивал на конфиденциальности, учитывая масштаб вложений. Мы анализировали психологический климат в коллективе, чтобы понять, готовы ли вы к расширению штата. — Но... нам не сообщали о проверке от инвесторов! — пролепетал кто-то из комиссии, судорожно записывая что-то в планшет.— О, я люблю внезапность, — Тарталья подошел вплотную к главе комиссии, сверкнув очками. — Она обнажает истинное лицо организации. И пока что я вижу только шумных людей, врывающих в кабинет ведущего специалиста без стука. Это дурной тон, не находите?Он обернулся к Чжун Ли, подмигнув так, чтобы видела только Элина, которая едва не упала в обморок от такой перемены.— Продолжим наш разговор, господин Чжун Ли? Или мы перенесем обсуждение этого щедрого чека в более... спокойное место? Например, в ресторан «Глазурный павильон»?Главврач мгновенно сменил гнев на подобострастную улыбку. — Нет-нет, что вы! Мы уже уходим! Простите за беспокойство, господин консультант, господин посланник! Элина, быстро принеси гостям лучший чай, что у нас есть!Когда дверь за испуганной комиссией закрылась, Аякс со смехом откинулся на край стола, стягивая очки на нос.— Ну как я тебе в роли спонсора, Сяньшэн? Думаю, теперь они будут обходить твой кабинет на цыпочках как минимум месяц.