Часть 17. Мой личный ад
3 мая 2026 г., 11:13
Майлз просыпается на сразу. Он медленно пробуждается из теплого, глубокого сна, в котором еще растворены отголоски ночи. Тело кажется тяжелым, но это приятная тяжесть. Как после долгой и интенсивной тренировки. Мышцы расслаблены до предела, в них нет напряжения или скованности. Только мягкое и ленивое послевкусие хорошо проведенного времени.
После первой в его жизни ночи с омегой в течке.
В груди разлилось спокойствие и приятное чувство удовлетворения. Его тело было наполнено энергией, несмотря на короткий сон. Разум был ясным и собранным. Он потянулся, прислушиваясь к себе. Реком замечает, как легко дышится. Как спокойно в груди. Нет больше внутреннего напряжения и бесконечной гонки. Майлз проводит ладонью по лицу, медленно, задумчиво. Натыкаясь пальцами на уже налившийся болезненный синяк на скуле. Подарок от омеги за проведенную ночь вместе и усмехается. Да уж, рука у Салли тяжелая. Ничего, синяк быстро пройдет, а вот стыд и отвращение у омеги за течку, проведенную с Майлзом еще долго будет преследовать предателя.
— Ожидание стоило того. Черт возьми, определенно стоило, — пронеслось у него в голове.
В памяти всплывали фрагменты жаркой ночи. Как Джейк сначала сопротивлялся, пытался вырваться, отчаянно защищая свою честь. Эти нелепые попытки очень забавляли. Даже в течку сопротивляется. Упрямый мальчишка. Но потом Майлз вспоминает как гордый котеночек начинает стонать. Сначала тихо, сдерживая себя. А потом громко и протяжно. Как рычал от возбуждения и череды ярких оргазмов. Как наконец-то потерял контроль над собой.
Салли сам тянулся к нему ближе, почти не оставляя расстояния между ними. Будто это было жизненно необходимо. Как прижимался, цеплялся, искал контакт не только руками, но и всем телом. Джейк жался к нему, будто хотел раствориться. Не отпускал, даже когда можно было. Каждое его движение вызывало отклик. Реакция омеги была живой, мгновенной, без фильтра. Особенно под конец.
— Бесподобно, — томно прошептал Куоритч.
Он не спешит вставать. Просто лежит еще немного, позволяя этому состоянию остаться подольше. Как будто боится, что если резко встать, оно рассыплется.
Контрастный душ окончательно разбудил полковника.
Ночь, проведенная с течным омегой явно повлияла на него удивительно благотворно. Он ощущал каждой клеточкой своего тела спокойствие и удовлетворение.
Выходя на улицу, Куоритча встретили первые робкие золотистые лучи Альфа-Центавры. Они медленно ползли по металлическим постройкам, постепенно озаряя территорию города Пландарма. Ветер доносил легкий запах бензина и машинного масла. Все как обычно. Командир шел легко, лениво, но каждый шаг был уверенным и контролируемым.
Майлз зашел в столовую, где запах свежего кофе и выпечки коснулся его носа, активизируя аппетит. Он не спеша позавтракал в одиночестве, так как всегда просыпался раньше своих бойцов и работников Бриджхэда. Он любил утро тихое и спокойное. Пока остальные спали, он уже бодрствовал. В этом простом утреннем ритуале он ощущал, что был на шаг впереди остальных.
Куоритч отдавал себе отчет, что феромоны Салли его успокаивают и возбуждают новое тело. Его тянуло обратно к омеге. Это был интересный опыт. Но еще интереснее было видеть, как Джейк не смотря на метку все еще сопротивлялся.
Прихватив с собой пакет с горячим завтраком для своего трофея, Куоритч не спеша вернулся в кампус рекомбинантов. Сегодня он решил побаловать свою сучку порцией побольше. Ведь тому нужны были силы выдержать эту течку.
— Оу, — поморщился Майлз, почувствовав до сих пор стоящий в воздухе резкий запах секса и их смешанных феромонов.
На кровати свернувшись калачиком лежал Джейк, словно маленький зверек. Его феромоны мягко начали наполнять комнату при присутствии альфы. Течка всегда делала его тело более чувствительным и отзывчивым. Он с трудом сдерживал мелкую дрожь, что внезапно пробрало все тело. Без спасительного отвара это было пыткой.
Проходя в комнату, ближе к пленнику, Майлз остановился у кровати. Он чувствовал пока что слабые манящие феромоны омеги. Но уже сдерживался. Присев на краю кровати, он поставил рядом с собой знакомый бумажный пакет.
— Эй, Джейк, — позвал Куоритч и провел рукой по его оголенной спине.
— Не трогай, — скульнул Салли и выгнулся под рукой альфы, снова чувствуя его запах. — Уйди.
— Ты весь горишь, — удивился реком, дотрагиваясь уже до горячего лба.
— Ммм… Свали нахер отсюда! — морпех снова тяжело задышал, его накрыло очередной волной возбуждения.
Тугой комок начал завязываться внизу. Жар постепенно окутывал его измученное за ночь тело. Живот внизу вновь скрутило и потянуло. Смазка потекла по его бедрам.
Куоритч удивился такой реакции на его появление, присмотрелся к пленнику, что тяжело дышал. Ради интереса он опустил взгляд на бедра Салли и прихватив за щиколотку, поднял ногу, раскрывая для себя слишком интимный вид на промежность Джейка. Реком хмыкнул и подхватил второй рукой хвост капрала и отвел в сторону, что тут же прикрыл от его взгляда воспаленный от грубого обращения анус. Тот снова заблестел от выделившейся смазки и пах Салли начал твердеть. На удивление полковник даже не получил пяткой в нос за такие действия и никакого сопротивления в ответ на его наглость.
— Да ладно? Ты хочешь еще? — Майлз приподнял бровь с любопытством разглядывая подопечного.
— У меня течка, долбаеб! Хули ты опять приперся, — злился омега, которого потрясывало от присутствия альфы. — Нихера не знаешь, спроси у своей ебнутой подружки, прежде чем лезть! — рычал Джейк и закусил губу, сдерживая стон. — Выебывай отсюда, ублюдок!
Салли очень грязно ругался. Ему было невыносимо находиться рядом с чужим альфой в течку. Ни физически, ни психологически. Он ощущал себя грязным и использованным. Как будто изнутри вытащили все, что держало его цельным. Ему было дико стыдно за произошедшее. Словно он мог что-то изменить. Как-то повлиять на это.
Внутри Джейка медленно поднималась тяжелая, липкая волна. Смесь страха, отвращения и отчаяния. Она подступила к горлу, мешая дышать, заставляя сжиматься изнутри. Он ловил себя на желании исчезнуть, стать меньше, раствориться, чтобы не чувствовать ничего вообще.
Его насильно переметили, сцепились целых четыре раза и дали поспать после всего этого ночного кошмара лишь несколько часов. Из которых он проспал может от силы пол часа. Для полного счастья не хватало еще цахейлу сделать. И вот, ненасытный демон снова заявился к нему.
Куоритч задумался над происходящем, оценивая состояние омеги и вспоминая уроки с Варанг. Та про течку таких подробностей не рассказывала. Видимо надо было расспросить более подробно. Хотя тогда ему эта информация особо не была нужна. Джейк вряд ли был омегой. Программа RDA не подразумевала делать их с таким вторичным признаком.
— Принес тебе завтрак и воду. Поешь, я вернусь позже, — холодно отозвался полковник, вставая с кровати и поспешил выйти.
Он уловил отчетливо манящие феромоны, которые снова начали усиливаться наполняя комнату.
— Катись отсюда! — рыкнул Джейк и застонал от болезненного позыва внизу живота, скручиваясь на постели.
Куоритч вышел из комнаты, закрывая дверь под злобный крик Салли. Он так громко прокричал, что солдаты, которые находились в общей комнате посмотрели в сторону крыла командира.
Александр и Браун замерли посередине гостиной и встретились с командиром взглядом. Было неловко от комичной ситуации и они сразу же отвели взгляд, продолжая заниматься своими утренними делами. Солдаты сделали вид, что не слышали как пленник только что выгнал полковника.
Майлз хмыкнул и прошел в общую комнату, делая себе кофе. Как будто ничего не произошло. Если бы не утреннее собрание и пара дел, он бы уже вовсю трахал эту несносную омегу.
Солдаты постепенно выходили из общей комнаты. Кто-то пошел одеваться, кто-то уже выходил на улицу, приступая к своим обязанностям. Остался только Лайл, что развалился на своем любимом синим пуфике и пил утренний кофе. Дел у него с утра не было, кроме как проверить периметр. Но время побездельничать еще было.
Майлз сел напротив на диван и сделал несколько глотков бодрящего напитка, чтобы до конца проснуться, после жаркой ночи с Джейком.
— Полковник, от вас прямо разит феромонами. Такие приятные кстати, интересный запах. Я такого еще не встречал, — прокомментировал Лайл в своей обычной манере. Он заметил налившийся синяк на лице капитана и усмехнулся, — Вижу ночка прошла плодотворно.
— Это не мои, — ответил Куоритч, потягивая утренний кофе. Комментарий по поводу синяка он пропустил.
— Салли? — усмехнулся лейтенант. — Ничего себе. Беты же не имеют таких сильных феромонов.
— А он и не бета, — также спокойно ответил полковник, и кинул взгляд на своего заместителя.
— И не альфа же.
— Не альфа, — подтвердил Майлз, наблюдая, когда же до того дойдет.
— Да ну нахуй! — брови Уэйнфлита взметнулись вверх от удивления, — Так от него почти не пахло ими. Точнее совсем не чувствовались.
— Видимо что-то принял, чтобы скрыть. У него течка началась, вот он так и драпанул как в последний раз, — поделился полкан, делая еще один неспешный глоток.
— Вот это нихуя себе, — не удержался от комментариев солдат. — Босс, ты это, может поделишься трофеем?
— Еще чем с тобой поделиться? — приподнял одну бровь капитал, намекая, что вопрос был неуместен, — Через пол часа у меня собрание, дальше нужно проверить периметр и провести ревизию оружия в третьем блоке. Но так как у меня появилась уважительная причина в виде омеги в течке, последние два дела поручаю тебе. Квадраты периметра посмотри во вчерашнем отчете. Возьми с собой еще кого-то. И меня сегодня отвлекать только в крайнем случае.
— Понял, сэр.
***
Джейку с трудом удалось переждать волну возбуждения, после прихода Куоритча. Его тело без особого сбора трав было слишком восприимчивым к окружающим запахам и феромонам альфы. Он всегда подавлял свои гормоны травами, а сейчас неожиданно столкнулся с истинным состоянием омеги в течку. Это было тяжело. Джейк думал, что сходит с ума. Тем более сейчас с чужим альфой цикл проходил не как приятное желание, а как вторжение. Слишком давящий воздух, слишком густой агрессивный запах, который будто оседает на коже и проникает глубже, чем должен. Этот резкий ментоловый аромат был везде. Он стоял в носу, словно уже был внутри, обволакивая всего Салли. Джейк пытается сдерживаться, сжимая зубы, пытается дышать ровно, но каждый вдох делает только хуже. Тело отвечает иначе. Пульс сбивается, кожа становится болезненно чувствительной, словно мир в одно мгновение стал слишком близким. Он ловит себя на том, что реагирует на этот запах не так, как ему хотелось бы. И от этого на Джейка накатывает злость, резкая, граничащая с паникой. Не на себя. На то, что с ним происходит. Запах альфы — неправильный, чужой, навязчивый заполняет пространство, не оставляя места для мыслей. Хочется выйти отсюда, убежать и скрыться подальше от этого места. — Это не я. Нет, это все природа, — повторяет это Салли снова и снова в своей голове как заклинание. Внутри нарастал конфликт. Почти физическая боль от противоречия, что его нещадно терзали. Инстинкт тянет его в одну сторону, грубо, безапелляционно, как чужая жесткая рука. Сознание упирается изо всех сил, цепляясь за отвращение, за злость, за холодную ясность. — Я не хочу этого. Не с ним. Не так. Напряжение только усиливалось. Каждое ощущение кажется искаженным, неправильным, будто тело настроено против него самого. Даже собственное дыхание сейчас раздражало Джейка. Он пытается выровнять его. Медленно, упрямо, стараясь успокоиться физически. Унять эту дрожь. — Я все еще здесь. Я сам решаю как реагировать. Не подчинюсь. Никогда. Ни за что. Не дождется, — повторял себе Джейк. Омега лежал на кровати, не двигался, не шевелился совсем. Он был сосредоточен на дыхании. Постепенно его отпускало от захлестнувшей волны возбуждения. Сейчас Салли лежал на постели и пытался задремать. Хотя бы ненадолго провалиться в спасительный сон. Он чувствовал себя чужим в своем собственном теле. Метка оставленная насильно горела огнем, изводя итак измученное тело. Это была самая сложная течка. Вдали от его альфы и отваров, которые ему оказывается очень помогали в этот непростой период. Очень не хватало свежего воздуха. В комнате конечно работала вентиляция, но ее было недостаточно, чтобы убрать въевшийся под кожу запах демона. Капралу все же удалось выровнять дыхание и расслабиться. Он задремал. Излишки семени Куоритча сами вытекли из него и пропали в ткани простыни. Полковник очень постарался. Салли даже не обращал на это внимания. Он был слишком измотан этой ночью. Спустя часа три, Джейк проснулся от писка двери. — Уходи, — повторил он, даже не посмотрев на вошедшего. Он чувствовал, что это был Куоритч. — Ты ничего не поел, — заметил полковник, проходя в комнату. — Съеби! — зарычал Салли, приподнимаясь на кровати и поднимая тяжелый взгляд на своего мучителя. — Какой-то ты злой омега, разве можно так себя вести с альфами? — хмыкнул Куоритч, игнорируя нападки. — Как хочу, так себя и веду! Чего тебе еще надо? Дел других нет? Уйди, пока не поздно! — зашипел угрожающе пленник, опуская ушки. Хвост его нервно дергался из стороны в сторону. — Может с другими альфами и можно, но не со мной. Иди сюда, комнату нужно проветрить, воняет ужасно, — Куоритч подошел ближе и снова наткнулся на шипение и грозное рычание. — Угомонись, сучка, — зашипел в ответ альфа, заставляя подчиниться. — Тобой воняет, — огрызнулся Джейк. Шипение Куоритча снова подействовало на морпеха и тот отвел взгляд, перестав угрожать. Пленник позволил себя взять на руки и вынести из комнаты. Долго они не шли, мужчина занес ношу в свою комнату и кинул на чистую просторную кровать, раздеваясь. — Пожалуйста, не надо, — попросил Салли, отползая от Куоритча к изголовью кровати. Его предательское тело снова начало распространять манящие феромоны по всей комнате, чувствуя присутствие альфы. Природа морпеха будто отыгрывалась за все те подавленные течки. За все бессонные ночи, когда тело требовало мужчину альфу, а ему не давали и упорно давили отварами. Прием трав в большом количестве действительно был опасен для омег. Чем дольше они давили свои гормоны ударными дозами, тем тяжелее проходили течки. Джейк же делал это постоянно на протяжении долгого времени и сам напоролся на мину, которую закопал собственноручно. — Ты говоришь мне остановиться, но твое тело явно не согласно. Признай, что ты хочешь меня и мой большой член. Просто кое кто упрямо не хочет в этом признаваться, — самодовольно протянул Майлз. Он откинул трусы в сторону, выпрямляясь перед капралом во всей своей красе. Куоритч был уже возбужден от феромонов Джейка и такого великолепного вида на своей кровати. Котеночек весь дрожал, его грудь тяжело вздымалась от тяжелого дыхания. Майлз видел как Салли возбуждался в его присутствии. У того опять стояло. Как же тело омеги реагировало слишком честно на него. Оно явно хотело еще. Несмотря на то, что упрямец противился своей природе. — Ты слишком большого о себе мнения, — огрызнулся в ответ Джейк. — Мое большое мнение недавно принесло тебе четыре ярких оргазма подряд, — усмехнулся Майлз. Альфа медленно подошел к кровати, как хищник перед нападением. Уперся коленом в матрас, переваливая свой вес вперед на руки и забираясь на кровать полностью. Схватил Джейка за ногу и притянул к себе ближе одним резким движением, игнорируя недовольство и пока что явное сопротивление. Подмял под себя строптивца, устраиваясь между его ног. — Тихо ты. Не крутись! Задание как и ночью, хочу слышать только твои стоны и свое имя, когда ты будешь кончать, — напомнил полковник и вновь припал губами к железе на шее упрямца под собой. Метка на удивление работала плохо. Не так, как должна была. — Еще чего! Отвали, скотина! — Джейк вывернулся и резко заехал локтем прямо в нос рекому. — А это ты зря, шлюха, — зарычал альфа. Капрала тут же с силой скрутили, вытягивая его руки над головой и прижимая к кровати. — Хотел поласкаться, но ты себя ведешь просто отвратительно. Придется напомнить, кто тут главный, — рыкнул полковник, угрожая. Одним плавным движением, Майлз сел на грудь Салли. Перехватив его кисти в одну руку, второй взял свой член и провел им по сжавшимся губам. — Открывай рот! — приказ. Выпуск феромонов и Салли не может сопротивляться, нехотя размыкая челюсти, — Вот так. Помни, что если укусишь у тебя будут серьезные последствия. Чувствуя как в рот проталкивают головку члена и вкус выделившейся смазки на своем языке, капрал зажмурился. За что сразу же получил звонкую пощечину. Так бьют сучек, которые не слушаются. — Смотри на меня! — очередной приказ и член просовывают глубже, — Открой глаза. Джейк нехотя открывает глаза, в которых скапливались слезы от унижения. Его выворачивало от того, что с ним делали. Майлз двинул бедрами дальше, сжимая запястья сильнее. Он сразу же почувствовал как Джейк под ним напрягся. И лишь сильнее зафиксировал его руки, дабы снизить риски ожидаемого сопротивления. Свободной рукой полковник приподнял голову Салли, просовывая член глубже прямо в горло. Он на мгновение остановился, рассматривая смазливое личико, по которому градом лились слезы. — Терпи, — строго сказал Майлз, начиная двигать бедрами и трахать строптивца в рот. Насладившись прелюдией, полковник скользнул ниже, размещаясь между ног омеги. Джейк все время их сводил и приходилось силой раздвигать мускулистые бедра. — Хватит упрямиться, — недовольно прокомментировал полковник. — Хватит меня насиловать, — зло отозвался Джейк и захлебнулся стоном, когда в него неожиданно вошли. — Ты мой. Что хочу, то и делаю. Так что принимай все, что я тебе даю, потаскуха, — резкий толчок и альфа снова начинает двигаться на всю длину, резкими движениями втрахивая в кровать упрямую сучку. — Я не твой… — успевает ответить Джейк перед очередным сильным толчком. Салли искусал все губы, пытаясь сдержать голос. Сегодня ему было больно. Даже несмотря на то, что феромоны и большое количество смазки притупляли боль от соития. Зад не успел восстановиться после долгой ночи, как на него снова напали. Джейк выгибался под требовательным альфой. Он пытался сопротивляться. Пару раз даже зарядил Куоритчу то в плечо, то в челюсть и нарывался укусить. Омега возбуждался, не хотел, но у него крепко стояло на рекома. Он то и дело кончал под ним, содрогаясь в ярких оргазмах. Морпех все равно умудрился извернуться и укусить Куоритча за руку, пока они пережидали очередную сцепку. Джейк вонзил свои острые клыки в предплечье, прокусывая кожу и крепко сжал челюсти, гортанно зарычав. За что получил еще одну звонкую пощечину. Еще и еще, пока не отцепился от руки Майлза. Даже не удар. Салли цыкнул, щека горела от позорной череды оплеух. Успокоившись, он перевел взгляд на полковника. — Хочу пить… — прошептал Джейк, его голос дрожал. — Ладно, — спокойно ответил Майлз. Подождав, когда шипы втянутся, он вышел из растраханного зада капрала, молча слезая с кровати. И направился на кухню, оставляя Салли одного. Майлз вышел прямо так, обнаженным, прекрасно зная, что в кампусе никого нет. Он даже не закрыл дверь в свою комнату. В таком состоянии его трофей не сможет даже подняться. Реком перевел взгляд на укус, что оставил ему Джейк и усмехнулся. Вот засранец, все же умудрился укусить. Один один получается. Вернувшись через пару минут с большим стаканом воды, полковник сел рядом и придерживая буйную голову, напоил Джейка. Он не торопил его, позволяя напиться. Все же упрямец его радовал в постели. Можно было быть немного снисходительнее с девственником. Тем более он не собирался останавливаться. Поставив пустой стакан на тумбочку, реком осмотрел тело, которое распласталось на его кровати и вздымалось от тяжелого дыхания. Он скользил взглядом по каждой мышце и вздувшейся вене. Оценивал крепкое и мускулистое тело. Какой же этот поганец был привлекательный. И совсем не похож на обычную омегу. Майлз видел их в пепельном клане. Они были явно ниже Салли, тощими и слабыми. А перед ним открывался совсем другой вид. Это удивляло полковника. Он чуть позже обсудит это с Варанг. Обязательно. Но это будет позже. Сейчас мысли альфы были о другом. Он решил, что сегодня точно не отстанет от Джейка, трахая того в свое удовольствие. Подчиняя себе. Заставляя хотеть только его. Кончать только от его члена и желать большего. Чтобы Джейк сгорал от нежеланного возбуждения и наслаждения, которое позволял и дарил ему полковник. Тем более осознание того, что он оказался первым у Салли будоражило альфу еще сильнее. Куоритч не ожидал, что Джейк окажется невинным омегой. В его то возрасте. — Все, отдых окончен, — оповестил Майлз, снова залезая на кровать и переворачивая того на живот. — Хватит, я уже не могу… Джейк уже не мог нормально шевелиться. Все тело будто стало ватным, с трудом откликаясь даже на простые движения. Речи о том, чтобы встать не было вообще. Ноги постоянно разъезжались, поэтому полковник оставил попытки поставить того на четвереньки. Салли постоянно опускался на кровать, не в силах держать даже собственный вес. — Можешь, — просто ответил Куоритч и легко вошел в него, пройдясь членом по скользким от вязкой смазки ягодицам прямо в анус, под болезненный стон Салли, — Перестань зажиматься. Себе же хуже делаешь, — упрекнул реком и поцеловал Джейка за ушком, — Давай, расслабь зад. Ты итак слишком узкий. — Мне больно… — тихо отозвался капрал, сжимая под собой подушку. — Ты себя очень плохо ведешь. Вздумал сбежать от меня. Это твое наказание, — рыкнул альфа и резко двинул бедрами вперед, выбивая из Джейка болезненный вскрик. — Ладно, сейчас тебе будет очень хорошо, — Куоритч усмехнулся. — Какой капризный. Он просунул под бедра Джейка подушку, приподнимая зад выше. Сам выпрямился и с силой надавил Салли на поясницу, заставляя прогнуться. Капрал уже особо не сопротивлялся и полковник мог его не держать. — Какой вид, — возбужденно пробасил реком и схватился за ягодицы, сжимая их и разводя в стороны, — Красота. Куоритч резко двинул бедрами вперед, загоняя член по самые яйца и врезаясь тазовыми косточками в бедра Салли. Кончик прошелся прямо по простате, заставляя капрала громко застонать. — Да, котеночек. Так тебе больше всего нравится, — самодовольно ухмыльнулся Майлз, не останавливаясь. Джейк сжимал в руках простынь. Его трясло от возбуждения и боли, что смешались между собой. Этот адский коктейль чувств сводил на’ви с ума. Он не мог сдержать слезы, стоны, реакцию своего тела. Салли накрыло очередной волной мощного дикого животного удовольствия. Тело снова подставлялось под альфу, будто не его остервенело драли всю ночь как последнюю блядь. Полковник развлекался со своим драгоценным трофеем до самого вечера, с перерывами на отдых. Иногда Майлзу приходилось приводить в чувства Салли, который намеревался пару раз отрубиться. Куоритч не давал ему потерять сознание, постоянно приводя в чувства звонкими пощечинами и болезненными щипками по нежным местам. — Нет, капрал, никакой отключки, — строго приказал альфа и очередной звонкой пощечиной приводя в чувства предателя, — Отставить обмороки! Полностью удовлетворившись, он наконец-то отстал от еле стонущего Джейка, который отлетел в нирвану уже несколько часов назад. — А говорил не можешь. Ты еще та потаскуха, Салли. Шлепнув пленника по ягодице, Куоритч оставил его одного. Он спокойно помылся, смывая с себя интимные жидкости и пот с феромонами. Переоделся и закрыв свою комнату на ключ-карту от греха подальше, направился в столовую. Полковник оставил Джейка в своей комнате. Он прекрасно понимал, что тот не сможет ничего сделать. Скорей всего Салли вырубился, как только его оставили в покое. Поработал над ним Майлз основательно. Как же лениво Куоритч шел по коридорам после считай двухдневного секс-марафона. У него еще ни разу не было течной омеги, но ему определенно нравился этот опыт. Понятно, почему Нейтири так отчаянно спасала свою пару, остервенело вырывая его из рук врагов. Куоритч на ее месте и сам ни за что бы не отдал такое чудо чудесное. Капитан вошел в столовую с легкой, ленивой грацией. Его движения были плавными, почти медленными, намекающими на прекрасно проведенное время со своим трофеем. Он окинул взглядом помещение. Его подчиненные еще сидели за столом около окна, шумно обсуждали что-то и будто спорили о чем-то. Куоритч не разобрал их диалог, они находились слишком далеко и гул остальных работников города не давал расслышать их. Подойдя к стойке с едой, он выбрал ужин не спеша и без лишней суеты. — Что обсуждаем? — спросил он расслабленно, опускаясь за стол рядом со своими подчиненными. — Да так, рутина и дежурства. Ничего интересного, — отозвался лейтенант и посмотрел внимательно на Куоритча, — Полковник, а у вас как дела? — усмехнулся Лайл, ожидая каких-то подробностей. Солдаты почувствовали от их командира слабые манящие феромоны омеги. Даже когда их явно пытались смыть специальным гелем для душа. Ученые вывели его специально для рекомов. Чтобы те не передрались друг с другом. Они знали, что молодые альфы плохо контролировали свои феромоны, поэтому это было хорошей помощью, чтобы снизить риски нежелательных драк или удушений по неосторожности. Пока они учились их сдерживать. Тем не менее, эта разработка так и осталась у них на полках в душевых кабинах. — Не жалуюсь, — лениво протянул Куоритч, наколов вилкой пару кусочков мяса. — Поручения выполнил? — Да, сэр. На мгновение за столом рекомов повисла неловкая тишина. — Сэр, поделитесь впечатлениями, — не сдержался Прагер. Жница подавилась кусочком мяса от вопроса друга. Она больше к Салли не заходила и не хотела, после того как он ее вырубил и попытался сбежать. Она опасалась гнева полковника за случившееся. Благо капитан спокойно отнесся к инциденту и даже выговор она не получила. Куоритч чуть позже ей сказал, что предполагал такую ситуацию и не ругал своего бойца, так как этот небольшой казус был частью его плана. Все же Салли был опытным и сильным бойцом. — Всем так интересно? — Майлз окинул строгим взглядом подчиненных. Все и кивнули, кроме девушки. Чтобы сгладить напряженную атмосферу, заместитель главного по званию сразу же нарушил повисшую тишину. — Спрашиваете еще, сэр, — усмехнулся Лайл. — А ты сразу всем и растрепал. Сплетник, — подколол солдата Майлз. — Ну, а как молчать? И приказа не было, так что извините, — пожал плечами Лайл. — Отставить препирания. Ну что вам рассказать? Природа способна сделать шлюхой даже самого Великого Торука Макто, — описал ситуацию метафорой командир и добавил, ухмыльнувшись, — Очень ненасытной шлюхой. Военные загудели от ответа командира, вспоминая как оказывается перед течкой этот ненормальный драпанул средь бела дня. В принципе они даже увидели логику в действиях пленника. Лайл рассказал в красках, как тот прошмыгнул мимо него в коридоре, как драпанул к забору и как выдержал даже паралитическую пулю, продолжая лезть по стене вверх. Как вырубился только со второй. По столу раздался еще один восторженный гул солдат. Это были новые пули, которые они успели уже протестировать и прекрасно знали как работала новинка. — Крепкий бес, —прокомментировал Лайл, вспоминая тот день, когда он наблюдал за Салли из винтовки. Рекомбинанты просидели еще час точно, обсуждая свежие новости. Куоритч покинул сплетников, когда закончил с едой. Он не горел желанием участвовать в обсуждении. Его ждало куда более интересное занятие. Прямо в его постели. — Уже уходите, сэр? — ухмыльнулся Лайл, заметив как Майлз встает из-за стола. — Дела, — ответил Куоритч коротко. — Ага, понятно, дела, — губы Уэйнфлита растянулись в похабной улыбке. Майлз не стал задерживаться за столом дольше, чем было необходимо. Разговор остался за столом, вместе с его подчиненными. Он задержался на секунду у раздачи и взял бумажный пакет с ужином на вынос, прежде чем покинуть столовую. Снаружи город жил своей привычной жизнь. Свет прожекторов ложился на металлические поверхности, превращая все вокруг в четкие линии и холодные тени. Где-то гудела техника, проходили смены, звучали короткие команды. Мир двигался дальше, как будто ничего не изменилось. Он шел уверенно, не ускоряясь и не замедляясь, но в этом движении чувствовалась направленность. Не служебная и не механическая. Почти личная. Каждый поворот, каждый переход приближали к одной точке, и от этого дорога казалась короче, чем обычно. Работники города, попавшиеся навстречу, отступали в сторону, провожая его короткими взглядами, но он их не замечал. Или делал вид, что не замечает. На рекомбинантов постоянно глазели любопытные взгляды. Увидеть их было редкостью. Пакет тихо шуршал в руке, напоминая о себе. О простом, почти бытовом действии — принести еду. Кампус встретил его тишиной. Здесь звуки базы стихали быстрее, шаги становились отчетливее. Полковник прошел внутрь, прекрасно зная, что там, в его кровати был Джейк.
