Худшие герои города ангелов

Мэй Рея Фей уже в четвертый раз за сегодня проверила свои записи и тут же начала себя за это ругать. Не потому, что записи были плохи, она делала фантастические записи. Цветовая кодировка, закладки, перекрестные ссылки, и все это скреплено с блокнотом. Проблема была в том, что повторная проверка не поможет ей успокоиться. Она прижала папку к груди и глубоко выдохнула. Это правда. Агентство действительно доверило ей это дело. Не иск о мелких правонарушениях. Не спор с арендодателем. Нет. Это СДС. Торрансское отделение «Супергеройской Диспетчерской Службы». Настоящие герои и пристальное внимание общественности. Ее первое настоящее дело. Мэй Рея Фей в третий раз поправила свой пиджак. Она была еще достаточно молода, чтобы люди называли ее многообещающей, но в большинстве случаев имели в виду неопытной, и она это знала. Сегодня она надела свой лучший профессиональный костюм, потому что представляла Агентство в СДС, а первое впечатление имело решающее значение. Ее сумка тяжело давила на плечо от веса заметок, юридических книг, распечаток и запасного блокнота на случай, если на первый попадет кофе. Что было вполне возможно. У неё немного вспотели руки. Само дело было прикреплено к передней части папки, подписанной её начальником. ТАНЯ — PRO BONO. БРЕДОВЫЕ ОБВИНЕНИЯ НЕ ДАВАЙ СДС ПОДБИТЬ СЕБЯ. ТАКЖЕ СТАРАЙСЯ СИЛЬНО НЕ ВОСХИЩАТЬСЯ. Мэй Рея, безусловно, была в полном восхищении. Она прошла через большие двойные двери и тут же осознала всю реалию этого места. Здесь было очень светло. Стеклянные стены. Повсюду экраны с видеороликами, показывающими действия различных героев в городе. Она даже видела кадр, где Мехамен летал над городом. Несколько героев в костюмах шагали по фойе и выходили из здания. Она не пялилась. И плакаты. Большие, отполированные, эффектные фотографии героев, развешанные по стенам. Мэй Реи пришлось физически сдерживаться, чтобы не начать кружиться, как туристка. Она потерпела неудачу. Женщина с ресепшена окликнула ее: — Чем могу помочь? Мэй Рея чуть не уронила папку, пытаясь выпрямиться, когда подошла к стойке регистрации: — Да. Привет. Да. Мэй Рея Фей, адвокат из «Агентства Райта по любым делам», пришла на прием к… — как её звали? Тони? Энни? — …Ане. По поводу обвинений в процессе приёма в филиале. Администратор приподняла бровь. — Точно… секунду. Так держать. Секретарша поднесла телефон к уху и набрала номер. Пока она звонила, Мэй Рея снова осмотрела свои записи. Портальное событие над трассой 405. Появление неизвестной несовершеннолетней девушки с крыльями. Отсутствие данных. Гражданство не подтверждено. Вооружена по прибытии. Завирусившиеся видео, снятые очевидцами. Общественная паника. Возможное насилие, нарушение правил обращения с оружием, создание угрозы общественной безопасности, несоблюдение требований, несоответствия в установлении личности. Возможно принудительное зачисление в программу Феникс. Последний пункт был подчеркнут трижды красным. Её начальник обвел это красной ручкой. ЭТА ЧАСТЬ БОЛЬШЕ ВСЕГО НЕ ПОНРАВИТСЯ СУДЬЕ. Мэй Рея перевернула страницу. Хронология событий была абсурдна. Побег из тюрьмы. Атака кайдзю. Портальное событие. И всё произошло одновременно. В результате портального события с неба выпала девушка в военной форме с ангельскими крыльями и нимбом. Её сняли на видео гражданские лица. В интернете её называли нацистским ангелом, пришедшим наконец-то избавить мир от… в общем, её доставили в СДС раненой. Потому что, конечно же, она истекала кровью, когда появилась с винтовкой. И ей зачитали речь о том, что нужно либо присоединиться к программе, либо отправиться в тюрьму, и всё это до предъявления официальных обвинений. Аргументы обвинений были слабы. Позиция филиала была затруднительной. Политическая подоплека всего этого была очевидна любому, кто не заглядывал за заголовки новостей. Они хотели контролировать освещение событий той катастрофической ночи. И что бы там ни было ещё, Аня… ТАНЯ. Она почти наверняка была загнана в угол системой, которая больше была заинтересована в чистой истории, чем в правде. Мэй Рея уже слышала голос мистера Райта в своей голове. Доверяй своим инстинктам и доверяй своему клиенту… Если, конечно, он не разговаривает со своим запястьем чаще, чем ты. Она медленно выдохнула. Она вела это дело. Ей просто нужно было узнать правду о произошедшем, и всё встанет на свои места. Начальник сказал ей, что это будет легкая победа и идеальное дело для начала. Дело, которое со стороны кажется невозможным, но становится шатким, когда у тебя на руках все доказательства. — Легкая победа, — сказал он. Мэй пристально посмотрела на него: — Она выпала из портала, вооруженная винтовкой, и начала стрелять по людям. — Да, но обвинения всё равно тупые. — В интернете уже есть видео всего этого. — Да. И её, пока она была ранена, отправили в реабилитационную программу для преступников. Вот тут-то и можно надавать всем в суде. Конечно же, словесно. Он пододвинул ей папку. — Тебе нужна практика. Ей нужна помощь. А теперь иди туда и напомни СДС, что они не могут просто так сажать маленьких девочек в тюрьму и называть это правосудием. Ступай и будь полезной. Вот так она оказалась здесь. В СДС. Делая пользу. Возможно. Администратор прокашлялась. Как долго она пыталась привлечь её внимание? — Скоро за вами спустятся. Мэй Рея захлопнула папку, прежде чем успела продолжить перечитывать одну и ту же страницу. — Отлично! — воскликнула она, а затем тут же поубавила энергию. — То есть… хорошо. Спасибо. Она отвела взгляд и начала мысленно репетировать свое представление. Здравствуйте, меня зовут Мэй Рея Фей, и я буду представлять ваши интересы. Слишком формально. Привет, меня зовут Мэй Рея Фей, я из «Агентства Райта по любым делам». И я тот самый человек, который тебе нужен больше всего. Кринж. Пойдем со мной, если хочешь жить свободно. Кого она собирается из себя строить? Терминатора? Вы не обязаны отвечать… Слишком агрессивно. Она снова поправила папку в руке. Вероятно, её клиент была напугана, зла, ранена и глубоко недоверчива. В деле это было довольно ясно указано. Фраза «Потенциально опасна» встречалось в трех разных местах, хотя две из них принадлежали сотрудникам филиала, а одна — юридическому отделу, что означало, что Мэй Рея не доверяла ни одному из них полностью. Спокойно. Портал. Оружие. Общественный инцидент. Неизвестные силы. Позади нее раздался звонок лифта. Мэй Рея так резко повернулась, что чуть не ударилась подбородком о папку. Оттуда вышел пожилой мужчина, который всем своим видом давал знать, что уже устал от всех живущих. Белые кудрявые волосы. Густые усы. Очки в коричневой оправе. Кардиган. Рукава рубашки были закатаны неровно. Подобная индивидуальность помогала. Это, должно быть, Чейз. Он заметил её, оценил папку, блокнот, тщательно выверенный профессиональный вид и спросил: — Ты адвокат? Мэй Рея взяла себя в руки. — Мэй Рея Фей. Агентство Райта по любым делам. Он тихонько проворчал. — Выглядишь совсем зелёной. — У меня есть адвокатская лицензия, — сразу же заявила Мэй Рея. — Повезло тебе. Он жестом пригласил ее следовать за ним. Приблизившись к нему, она сначала задала практический вопрос. — Как она? Чейз искоса взглянул на неё. — Всё ещё здесь. Мэй Рея ждала. Он устало вздохнул: — Ранена. Зла. Умнее половины здания, которое и так уже создает проблемы. Это, как минимум, успокоило Мэй Рею. Умные клиенты могут быть сложными. Но они также могут помочь. — А обвинения? — спросила она. — Пока что формальные, — сказал Чейз. — Если спросишь меня, слабые. А если спросить твоего босса, то, судя по всему, тупые. Мэй Рея старалась не улыбаться. — Это действительно похоже на то, что он мог бы сказать. — Ты его хорошо знаешь? — Он поручает мне добиваться для него легких побед. — А это будет лёгкая победа? Мэй Рея размышляла о деле, политике, вирусных видеоматериалах, неразрешимой проблеме идентификации, о том, как филиал пытался предотвратить взрыв всего этого в своих руках. Затем она честно ответила: — Нет. Но обвинения слабые. Это поможет добиться от неё более уважительного молчания. Хорошо. Они прошли через еще одну запертую дверь и направились в жилое-медицинское крыло. Мэй Рея отметила автоматически открывающиеся двери, планировку, плотность персонала, камеры видеонаблюдения… Она делала это, потому что она Фей, потому что ее обучали люди, которые считали, что судебный процесс начинался задолго до того, как кто-либо попадает в зал суда, и потому что где-то под всем этим волнением она уже понимала, что это дело примет странный оборот. Это уже было странно. Она шла через филиал супергероев, чтобы защитить ангела, да ещё и с небес, который, возможно, сражался с Богом. Мэй Рея очень хотела бы, чтобы последняя часть оказалась метафорической. Чейз замедлил ход перед комнатой и бросил на нее последний взгляд. — Она не очень тепло относится к филиалу, — произнес он. — Я бы тоже так поступила, — сказала Мэй Рея. Он постучал в дверь, и через мгновение она открылась. Мэй Рея не могла увидеть свою клиентку через такую щель. Мэй Рея почти рефлекторно отодвинула его в сторону. Почти. — Ага. Чейз прокряхтел и отошел в сторону, чтобы она могла войти. Ее клиентка сидела на краю кровати в черной толстовке и спортивных штанах, одной рукой опираясь на колено. Мэй Рея всю дорогу готовилась к встрече с испуганным, загнанным в угол или, по крайней мере, явно подозрительным человеком. Таня не была похожа ни на одно из этих описаний. Вместо того чтобы смотреть на дверь или наблюдать за тем, как входит Мэй Рея, Таня склонилась над выданным ей филиало планшетом, лежащим на столе. Экран светился. Таня повернула его боком. Ничего не произошло. Она повернула его в другую сторону. Все ещё ничего. Она положила его экраном вниз на стол, а затем впервые подняла взгляд на Мэй Рею. Разница между тем, чего ожидала Мэй Рея, и тем, что она увидела, была настолько велика, что она оглянулась на Чейза. Он лишь единожды кивнул. На лице Тани появилась яркая улыбка. Маленькая, светлая и настолько внезапная, что казалось, будто она была отрепетирована. — Miss Fey, — поприветствовала Таня. — At wast. Someonye usefuw. ve >w< awe going to get awong wundewbaw. Её пульс тут же подскочил. Любые недоразумения, связанные с ее речью, развеялись ее волнением. У неё сложились хорошие отношения с клиентом. Это превосходно. Это не просто хорошо. Это невероятно, как в учебнике. Дедушка всегда говорил, что первые тридцать секунд имеют значение, и Таня уже улыбалась ей так, будто они на одной стороне. Что, конечно, так и есть, но некоторые клиенты так не считали. Чейз тоже заметил перемену. Он слегка прищурился, но лишь выговорил: — Я буду снаружи. Мэй Рея откашлялась. — Адвокатская тайна? — Да-да, — кинул вслед Чейз. — Поэтому я и ухожу. Он вышел и закрыл за собой дверь. В комнате воцарилась тишина. На секунду Мэй Рея просто стояла на месте, держа папку в обеих руках, пытаясь выглядеть профессионально, а не радостно. Таня продолжала улыбаться ей. Ее глаза светились голубым светом, усталые, но сосредоточенные. Над ее головой летал нимб настолько тусклый, что Мэй Рея почти думала, что это игра света, пока он слабо не блеснул, доказывая обратное. Мэй Рея видела и более странные вещи в архивах агентства. Однако она никогда не была так близко к подобному. Она села за стол и аккуратно разложила свои записи. — Привет, — начала она. — Меня зовут Мэй Рея Фей. Большинство здесь, вероятно, будут называть меня Марией, хотя это не мое имя, но я смирилась с этим на всю свою жизнь. Улыбка Тани слегка расширилась. — Ja wolde mogu bher nazyvaty tebya Miss Fey. Эти слова не должны были так радовать Мэй Рею. — Устроит, — быстро ответила она. — И чтобы все было ясно, то, что мы здесь говорим, является конфиденциальной информацией. Я твой адвокат. Я представляю твои интересы, а не интересы филиала, не интересы СДС и не интересы кого-либо еще в здании. Таня кивнула: — Dobre. Mince gan focail. Мэй Рея сидела. Таня осталась на кровати. Это делало всю обстановку менее формальной, что, вероятно, хорошо. А может, и нет. Она все еще пыталась понять Таню. Она открыла папку на первой странице. — Я хочу начать с основной информации, а затем перейти к обсуждению событий с твоей стороны. Ты можешь сказать мне, если понадобится перерыв, если ты не понимаешь какой-то вопрос или если тебе нужно что-то повторить. Таня чуть наклонила голову. — As labai labi saprotu. Tabere umojges that Ik habe counsel. В том, как она произнесла «адвокат», было что-то такое, что заставило Мэй Рею выпрямиться. Были ли у них адвокаты на небесах? Ну, были ли они им вообще нужны? Может, она просто понимала концепцию. — Хорошо, — произнесла она, чуть выдохнув. — Тогда — полное юридическое имя? — Tanya. Мэй Рея ждала. Таня продолжила улыбаться. В этом, возможно, и заключался весь ответ. Мэй Рея всё равно записала это. — Фамилия? Улыбка Тани померкла на долю секунды. — Mynam osugiru. — Назовешь одно? — No. Магатама на шее Мэй Реи мягко пульсировал сквозь блузку. Это не была бурная реакция. Это не то резкое предупреждение, которое она получала, когда кто-то закапывал что-то важное, и её частично затягивал в мир духов. просто слабая вибрация, постоянная и раздражающая. Скрытая правда. Преднамеренное умолчание. Мэй Рея подавила желание прикоснуться к кулону. — Хорошо, — осторожно проговорила она. — Мы можем вернуться к этому позже. Тане, похоже, понравился этот ответ. Мэй Рея перешла к следующей строке. — Возраст? Выражение лица Тани слегка изменилось. — Io certe save tu kalendaron, — ответила она. — Paraventure eighteen. В этот раз магатама вибрировала сильнее. Мэй Рея на мгновение закрыла глаза. Конечно. — Может быть, восемнадцать, — повторила она. — Nuò. — Может быть, семнадцать? Таня наклонила голову. — Also peraventure. Кулон на коже Мэй Реи вибрировал с такой силой, что это казалось оскорбительным. Мэй Рея выдохнула через нос. — Ты же знаешь, что это имеет юридическое значение. — Ik save ito materie ta you legaliter. Мэй Рея старалась не улыбаться в ответ. Старалась. И слегка провалилась. — Принято к сведению, — сказала она, хотя и поставила отдельную звездочку на полях рядом с ответом и дважды подчеркнула её. — Мир происхождения? — спросила она. Теперь ничего вибрировало. Таня ответила сразу. — Mosukoshi mashina Chikyu. — Страна? — fasse ik nicht aan. Мэй Рея тоже это записала, очередная ложь. — Хорошо, ладно, — проговорила она. — Теперь мне нужна твоя точка зрения событий. Начни с места перед автострадой. Как можно дальше назад. Таня на мгновение опустила взгляд на свои руки. Когда она начала говорить, её голос потерял часть той яркости, которая была у неё, когда Мэй Рея впервые появилась. По-прежнему вежливо, просто не так счастливо. — har wesan an wyrre, — сказала Таня. Ручка Мэй Реи остановилась на секунду, а затем продолжила движение. — Против кого? — Uwa. Los b’alaq’ was xb’een, — взгляд Тани поднялся. — Muy txur. Torakka. Songogdson. — Кем? — God. Мэй Рея это записала. — She had almost limitless strength — продолжила Таня. — Konso ntangwa we brought her down, o dobareh barkhast. J'ai donc contesté la source de son power. Мэй Рея подняла взгляд. — Ты бросила вызов Богу. — Da. В этом слове не было ни малейшего колебания. И никакого представления тоже. Таня не пыталась ее шокировать. Она просто излагала последовательность событий. — И ты… победила? — спросила Мэй Рея. Таня издала короткий, горький смешок. — At first. Нимб над ее головой мелькнул. — Можешь рассказать подробнее? — Y menang enough, — сказала Таня. — Genog to God huijasi. As ren mina caggey wid myrgeddin. Мэй Рея продолжала писать. Ее записи становились все более сюрреалистичными, и она в режиме реального времени пыталась смириться с этим. — Ты помнишь ту битву? — No, — губы Тани сжались. — Kotora. Sila. Argi. Kolero. Htarwar voynal. — Что же ты помнишь? Таня замолкла. И в мгновение мир вокруг них погрузился во тьму, и, несмотря на ярко сияющий нимб, зрение Мэй Реи затерялось в мире духов, цепи и замки и цепи и замки и цепи и замки, пока голубые глаза Тани не встретились с её взглядом. — An signe. Мэй Риа моргнула и повторила слова. — Знак? — Darr signe uf Hollywood… — произнесла она с легким недоверием. — Pramea. Io curva arreud ziadna senso by to nedovolila. Её губы сжались. — That, — сказала Таня, — is when I ponyal, shcho ik bolshi som v Kansas. Мэй Рея кивнула. — А что потом? — lawaai. Cavalls de metall. Sakebu hitobito. Deng. Then Ik war shot at. Это сразу же бросилось в глаза. — Сначала выстрелили в тебя. — Si, — Таня слегка наклонилась вперед. — Это очень важно, — подметила Мэй Рея. Таня удовлетворенно кивнула. — Расскажи мне в точности, что произошло. — I was fallen, — сказала Таня. — I lo fixeva. Contente pusisyuna. Doe wie der in attack from below—fram an rof topp fyrstr, then altras. Bright fire. Chi. Slugthrowers lator. Ручка Мэй Реи двигалась очень быстро. — Ты понимала, где ты находилась в тот момент? — Na. — Ты видела, кто на тебя напал? — Nein. — Ты целилась в гражданских? — Non. — Ты намеревалась причинить вред гражданским? — No. Ответ приходил ясно и незамедлительно. Магатама оставалась молчаливой. Мэй Рея подняла взгляд. — В тот момент, что ты считала с тобой произошло? Лицо Тани ничего не выражало, и Мэй Рея узнала это выражение по свидетелям, которые вот-вот начнут описывать самую очевидную вещь в своем мире и самую глупую вещь в мире всех остальных. — Ik geloofde dat ik in vijandelijk territory, gewond en under fire. С юридической точки зрения, это просто фантастика. Мэй Рея так тщательно обводила три фразы, что чуть не порвала страницу. Враждебная обстановка. Ранена. Самооборона. — Кто-нибудь представился, прежде чем открыть по тебе огонь? — спросила Мэй Рея. — Nyet. — Кто-нибудь отдавал тебе приказ сдаться, прежде чем открыть по тебе огонь? — Ni. — Ты поняла, что люди внизу — сотрудники правоохранительных органов? — Nuh-uh. — А что насчет старой винтовки? — Ase on mine. Магатама слегка вибрировала на слове «моя», недостаточно, чтобы назвать это ложью, но достаточно, чтобы Мэй Рея поняла, что с правом собственности здесь тоже всё сложно. Она пока оставила это без внимания. — Затем прибыл СДС, — продолжила она. — Yup. — С тобой разговаривал герой по имени Феномачо, что было дальше? Когда она произнесла это имя, на лице Тани что-то проскользнуло. Не то чтобы гнев, но очень близко к нему. — Slangen ljog hoflig, — ответила Таня. — Хорошо, — осторожно проговорила она. — Мне понадобятся подробности этого момента. — Hann sneri mer kaua e patua nga koati. — Он уговорил тебя спуститься вниз. Мэй Рея выпрямилась в кресле. С каждым ответом ситуация для филиала ухудшалась, что хорошо для Тани и, следовательно, хорошо для дела. Тем не менее, она продолжала испытывать странное внутреннее противоречие: с одной стороны — профессиональное возбуждение, а с другой — простой факт, что эту девушку всю ночь переводили из одной принудительной ситуации в другую. — Затем тебя привезли сюда, — сказда Мэй Рея. — И предложили эту программу. Улыбка Тани вернулась. Не та яркая, что была вначале. А более бледная и сухая. — Тovarishch offered me gulag or prizvannyy. — Они подробно объяснили программу, прежде чем спросили? — Nee. — Они объяснили суть обвинений, прежде чем спросили? — Nej. — Тебе сказали, что тебе предоставляется адвокат? — Nej. Мэй Рея слегка откинулась назад. Вот оно. Это и есть то, о чём говорил её начальник. Не о найме. О давлении. Административная угроза, замаскированная под второй шанс. Достаточно аккуратно для официального использования. Но достаточно отвратительно, чтобы любой порядочный судья возненавидел это. Предположим, судья успеет возненавидеть это до того, как общественное мнение сформирует своё мнение. Она перевернула страницу. — Сейчас я буду откровенна. Ты хочешь участвовать в программе «Феникс»? Таня смотрела на неё долгую секунду. — Je ne veux pas d'oublier, und Ich wanaton citizenship. — Поняла, — ответила она. Таня внимательно рассматривала её лицо. — Du thinken I vas cohercen. Всё шло хорошо. Очень хорошо. Даже лучше, чем ожидалось. Клиент отзывчив, чётко выражает свои мысли и, что удивительно, очень прямолинеен, если задать правильные вопросы. Есть, конечно, проблема с возрастом, да. Возможно, она скрывает другие детали своей личности, да. Но что касается самого события? Хорошо. Очень хорошо. Вероятно, это опасно, определенно политически неудобно, и, возможно, это самая простая часть всего этого дела. Она еще раз попытается поднять вопрос о возрасте, потому что по своей сути она все еще юрист. — Прежде чем мы закончим, — сказала она, — мне нужно еще раз спросить. Твой возраст играет важную роль. Если ты знаешь его, хотя бы приблизительно, мне нужен максимально точный и правдивый ответ, который ты можешь дать. Выражение лица Тани не изменилось. — I–I-I do nyot knyow youw cawendaw. На этот раз магатама вибрировала с такой силой, что Мэй Рея, не задумываясь, приложила к ней два пальца. Таня сразу это заметила. — Gisg-Med-Na Med-Gon-Un-Fam Med-Gon-Gisg-? Мэй Риа опустила руку. — Семейная реликвия. Ты говоришь, что не знаешь наш календарь, но я не уверена, что это правда. Взгляд Тани скользил по кулону, а затем снова вернулся к лицу Мэй Реи. На секунду в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумом вентиляции. Затем Таня с неожиданной серьезностью произнесла: — NOR GNAY IP GE-OOEEON OZIEN ADNA HOMIN ZLIDA OMAX QAA Z DID. Это заставило Мэй Рею замолчать. Потому что она была права. Мэй Рея медленно закрыла папку. — Нет, — проговорила она. — Наверное, нет. Таня расслабилась — не физически, не сильно, но достаточно, чтобы улыбка теперь ложилась на её губы более естественно. Мэй Рея привела свои бумаги в порядок и старалась не показывать чрезмерного восторга от того, что у нее есть. Обвинения слабые. Хронология событий ужасна. Наём носит принудительный характер. В соответствии с доктриной чрезвычайных ситуаций, филиал, вероятно, сможет обосновать отдельные его части, но не все, и уж точно не без оснований. Это не идеальный случай. Однако это вполне осуществимый вариант. Она встала. — Хорошо. Вот что мы имеем. Я думаю, что позиция обвинений слабая. Я думаю, что филиал сначала действовал, а потом объяснил ситуацию. Я думаю, что официальные обвинения отчасти являются юридической защитой, а отчасти попыткой купирования паники. И я думаю, что могу сделать это очень неловким для неподходящих людей. Голубые глаза Тани сверкнули. Мэй Рея, несмотря на волнение, улыбнулась. — Мне нужно будет просмотреть запись вашего разговора в ту ночь, поговорить с сотрудниками филиала и получить копии видеозаписей, которые они не отредактировали, чтобы сделать их более приемлемыми. Затем я решу, с чего начать: атаковать обвинения, процесс найма или оба сразу. Таня наклонила голову. — Far. Мэй Рея рассмеялась: — Я сделаю все возможное, но давай не будем забегать вперед. Таня встала с кровати. Теперь, когда Мэй Рея тоже встала, разница в росте оказалась больше, чем она ожидала. Таня выглядела такой молодой. Если бы только ей удалось заставить её признать, что она несовершеннолетняя… — Miss Fey, — произнесла Таня, — Pues bien, declaro que tengo Muchísimas ganas de empezar a trabajar con ustedes. Она снова почувствовала, как по ней пробегает волнение. Ее первое настоящее дело, связанное с супергероями. Шанс доказать, что агентство «Агентство Райта по любым делам» по-прежнему умеет врываться в затруднительную ситуацию и выкручиваться из нее. Мэй Рея улыбнулась в ответ, прижимая папку к груди. — Я думаю, что у нас все получится, — ответила она. На лице Тани мелькнула улыбка, за которой скрывалось теплое и довольное выражение. Через десять минут Мэй Рея вышла из комнаты, держа в руках целые страницы заметок. Внутри комнаты Таня наблюдала, как закрывается дверь. Нимб над ее головой слабо и устало блеснул. А в коридоре Мэй Рея Фей почти сочувствовала всем, кто находился по другую сторону этого дела. Пора провести расследование!

***

День 1 — Расследование

***

Чейз ожидал прямо у двери, скрестив руки и прислонившись к стене. — Ну? — задал он вопрос. — Она говорит. Чейз фыркнул. — Обычно интервью так и работают, Мария. Мэй Рея на секунду прикрыла глаза. — Мэй Рея. — Да-да. Он начал идти. Ей пришлось двигаться быстро, чтобы не отстать. — Насколько всё плохо? — поинтересовался Чейз. Мэй Рея поправила папку в руках. — Плохо для них. Хорошо для меня. — Она ответила на многое, — произнесла Мэй Рея. — Больше, чем я ожидала, но вы же понимаете, как это бывает. Адвокатская тайна. Чейз продолжил шагать, но теперь медленнее. — Ага. — Главное, что у неё не было выбора. Чейз глубоко выдохнул через нос. — Ага. Мэй Рея взглянула на него. — Вы всё время говорите это так, будто это вас не волнует. — Меня это очень волнует, — ответил Чейз. — Но это никак не меняет того, что произошло. Они свернули в главный коридор, ведущий к диспетчерской. Сотрудники проходили мимо них в обоих направлениях, бросая на нее и Чейза вопросительные взгляды. Мэй Рея держала голову высоко и игнорировала всех. — Мне нужны официальные документы, — начала она. — Все. Обвинительный акт. Соглашение о найме. Хронология событий. Аудиозаписи переговоров с диспетчером, если они у вас есть. Всё, что подписано Клайном, Блейзер или юристом. Чейз бросил на неё косой взгляд. — Ты многого требуешь. — Я адвокат. — Ты малыш-адвокат. — Я по-прежнему адвокат. — Покажет время. Мэй Рея крепче сжала папку. — Вы вызвали меня. — Да, — сказал Чейз. — Потому что твоим людям меньше нравится всякое говно, чем мне. — Вы говорите это так, будто это недостаток. Чейз провел ее в архив. За рядами папок на полках он отвел ее к боковой консоли в глубине помещения, где рядом с клавиатурой и стопкой бланков стояла полупустая кофейная кружка. Он отодвинул кружку тыльной стороной ладони и постучал по столу. — Вот. Здесь я выполняю самую привлекательную часть работы. Мэй Рея отложила папку и достала блокнот для записей. Он зашел в систему, а затем нажал клавиши на старом компьютерном мониторе. Открылись окна. Файлы накопились. Прокручивались номера инцидентов. Мэй Рея внимательно смотрела на экран. — Дело найма, — пробормотал Чейз. — Портальное событие. Блокировка филиала. Официальное предъявление обвинений. Вот и всё. Он запустил печать, не спросив, готова ли она. Страницы быстро выскальзывали наружу и скапливались рядом с лотком принтера. Мэй Рея потянулась за первым листом. ОФИЦИАЛЬНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ОБВИНЕНИЙ. ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЕ СОГЛАШЕНИЕ О ПРИЁМЕ В ФЕНИКС. ПРЕДВАРИТЕЛЬНАЯ ХРОНОЛОГИЯ СОБЫТИЙ. Хорошо. Очень хорошо. Она начала читать, даже не потрудившись сесть. Обвинительное заключение оказалось именно таким ужасным, как она и ожидала. Обвинения в хранении оружия. Создание угрозы общественной безопасности. Преступления, связанные с насилием. Она отложила это в сторону и взяла в руки бланк соглашения о найме. Условия слишком общие. Согласие. Надзор. Обязательное обучение. Предоставление жилья через филиал. Ограничение передвижения. Анализ поведения. Юридическое сотрудничество. Пересмотр после оценки. Мэй Рея перешла к хронологии. — Время здесь указано правильно? Он бросил на неё взгляд. — Скорее всего. А что? — Ничего. Ей предложили эту программу еще до того, как обвинения были официально предъявлены, даже в рамках их собственной системы. Мэй Рея снова пролистнула блокнот и начала быстро делать заметки. НАЙМ ДО ПРЕДЪЯВЛЕНИЯ ОФИЦИАЛЬНЫХ ОБВИНЕНИЙ ОТСУТСТВИЕ АДВОКАТА ПОСТРАДАВШАЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЯЯ/ВОЗМОЖНО НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЯЯ УГРОЗА ЗАДЕРЖАНИЯ Она подняла взгляд на Чейза. — Кто проводил допрос? — Клайн из центрального филиала. Мэй Рея взяла следующую распечатку из лотка. Выдержки из журнала диспетчерской службы. Внутренние записи. Маршрутизация вызовов. Записи с отметками времени, относящиеся к инциденту на автостраде. Она прочитала первую страницу, а затем медленнее прошлась по тексту, увидев одну строчку. Звонивший сообщил о кровотечении у неизвестного. Это тоже имело значение. Она это подчеркнула. — Хорошо, — пробормотала она себе под нос. Чейз услышал её. — Что? — У неё были визуальные раны еще до контакта с СДС. — Ага. — И диспетчерская служба это зафиксировала. — И также ага. Мэй Рея обвела фразу по кругу, а затем подчеркнула. Звонивший сообщил о неизвестном вражеском огне с крыши. — Есть оригинальная аудиозапись разговора? — Вот, — сказал он. — Записи диспетчерской службы. Старая система пока не позволяет мне сделать копию. Можешь послушать их здесь. Мэй Рея подошла ближе к экрану. Он кликнул на первый звонок. Из маленького динамика донесся панический голос девушки-подростка. Крылья. Истекает кровью. В небе. Сражается. За кадром — спокойный и отточенный голос оператора СДС. К тому моменту, когда Чейз выключил аудиозапись, у Мэй Реи уже была целая страница заметок и более четкое представление о деле, чем десять минут назад. — Хорошо, — подытожила Мэй Рея. — Теперь мне нужно поговорить с Клайном. Чейз тихо усмехнулся. — Это будет интересный разговор. — Мне также нужен врач, который провел первичный осмотр. И мне нужно знать, кто принял окончательное решение по поводу зачисления а программу. — Это Блейзер. Мэй Рея записала это тоже. Затем она сделала паузу и снова посмотрела на стопку бумаг. Она постучала по бланку соглашения о найме. — Это было подписано после допроса, верно? — Ага. — И ей не предложили адвоката. — Ага. — И она по-прежнему находилась под медицинским наблюдением. — Наверное. — Значит данное соглашение не имеет юридической силы. Чейз потер подбородок. — Ты хочешь, чтобы я с этим поспорил? — Нет. — Хорошо. Потому что я устал. Она выпрямилась и сложила все бумаги в папку. — Итак, время интервью. Кого мне сначала побеспокоить? — спросила она. Чейз оттолкнулся от компьютера и резко повернул голову в сторону коридора. — Потопали, Мария. Испортим Клайну утро, Блейзер, наверное, все еще на совещаниях. Мэй Рея взяла в руки свою папку. — Мэй Рея. — Да-да. Чейз провел ее еще по двум коридорам и вверх по короткой лестнице, которая выглядела старше, чем остальная часть филиала. — Клайну нравится этот этаж, — сказал он. — Говорит, что здесь тише. Они остановились перед небольшим кабинетом с матовыми стеклами. На двери было написано: СПЕЦИАЛЬНЫЙ АГЕНТ КЛАЙН СОТРУДНИК ПО СОБЛЮДЕНИЮ НОРМАТИВНЫХ ТРЕБОВАНИЙ Мэй Рея прочитала это дважды. — Соблюдение требований, — проговорила она. Чейз фыркнул. — Ага. Уже многое говорит о том, какой он ублюдок. Он постучал один раз и нараспашку открыл дверь, не дожидаясь ответа. Клайн поднял взгляд от своего стола. Он был именно таким, каким его представляла Мэй Рея, и даже хуже. Темный костюм. Не снимал пиджак, даже несмотря на ранее утро. Рубашка застегнута на все пуговицы. Галстук выглажен. Лицо спокойное, как у человека, который предпочитает быть наименее эмоциональным в комнате, потому что считает, что это означает победу. Его стол был чистым. Его мониторы были чистые. Даже ручка лежала ровно на краю папки. Сначала он посмотрел на Чейза, а затем на Мэй Рею. — Адвокат, — произнес Клайн. Мэй Рея вмешалась: — Мэй Рея Фей.Агентство Райта по любым делам. Взгляд Клайна скользнул вниз, к папке, а затем снова вверх. — Что вам нужно? Мэй Рея достала свой блокнот для записей. — Четкое изложение результатов найма Тани, время предложения программы Феникс и обоснования вашей рекомендации. Клайн сложил руки на груди. — Я уже отправил свое заявление. — Я его прочитала, — ответила Мэй Рея. — Теперь я хочу услышать это лично от вас. Это вызвало небольшую перемену в выражении его лица. Не столько раздражение, сколько перерасчет. Чейз стоял у двери, скрестив руки. — Буду как мышка, — сказал он. — Наверное. Клайн проигнорировал его и посмотрел на Мэй Рею. — Спрашивайте. Мэй Рея села на стул напротив стола и открыла свои записи. — Давайте начнём с простого, — начала она. — В каком состоянии была Таня, когда приехала в филиал? — Ранена, но в сознании, — произнес Клайн. — Была вооружена до задержания. Личность неизвестна. Происхождение неизвестно. Мэй Рея записала это. — Врачи дали согласие на проведение допроса? — Ее состояние стабилизировалось. — Я спросила не это. Клайн смотрел на неё мгновение. — Ее состояние здоровья было достаточно стабильным, чтобы отвечать на вопросы. Мэй Риа обратила внимание на формулировку. — Кто дал такое заявление? — Медицинский персонал. — Имя. Клайн назвал имя. Хорошо. Она перешла к следующему вопросу: — Запрашивала ли Таня консультацию адвоката перед тем, как начать допрос? — Нет. — Ей сообщили, что ей положен адвокат? — Нет. — Почему нет. Клайн не дрогнул ни единой мышцей. — Потому что ей еще не предъявили обвинение. Мэй Рея тоже это записала, а затем подчеркнула один раз. — Почему ее сразу же допросили? — Потому что она была неопознанной, вооруженной, потенциально опасной личностью, оказавшейся в эпицентре чрезвычайной ситуации общегородского масштаба. Мэй Рея подняла взгляд. — И потому что филиалу нужно было срочно взять всё под контроль. Клайн ничего не ответил. Это не опровержение. Хорошо. Она продолжила: — А вы знали на тот момент, предприняла ли она попытку насилия? — Нет. — Вы знали, что в нее открыли огонь первой? — У нас были неполные отчеты. Мэй Рея открыла сводку диспетчерской службы в своей папке. — В журналах диспетчерской службы уже было указано, что звонившие сообщили о выстрелах с крыши и что у пострадавшего было заметное кровотечение до прибытия СДС. Взгляд Клайна проскользил по странице. — Звонившие сообщают о многом. — Это правда, — сказала Мэй Рея. — Поэтому я и спрашиваю, что вы знали. Клайн слегка откинулся назад. — Я знал, что она появилась на оживленной автомагистрали, вооруженная, рядом с гражданскими, в то время как уже вовсю происходило сверхчеловеческое насилие. Это тоже не ответ. Мэй Рея чувствовала, как магатама слегка нагрелась на её коже. Недостаточно, чтобы начать жужжать. Достаточно лишь, чтобы дать ей понять, что он что-то не договаривает. Она сменила направление. — Кто предложил вариант заключения в тюрьме? — Я. Мэй Рея записала это. — Почему? — Потому что это был возможный исход в рамках проводимой политики. — Вы считали это вероятным? Клайн крепче сжал руки. — Это был один из двух реалистичных путей. Магатама издала слабый пульс. Рядом. Мэй Риа сохранила бесстрастное выражение лица. — Один из двух? — Да. — Второй — это программа «Феникс»? — Да. — Итак, с вашей точки зрения, перед закованным в наручники пострадавшим и неустановленным несовершеннолетним стоял выбор: Феникс или тюрьма? У Клайна дрогнули губы. — С моей точки зрения, перед опасным неизвестным человеком стоял выбор: либо содержание под наблюдением, либо содержание в безопасном месте. Магатама вибрировала сильнее. Мэй Рея заметила изменение в его словах. — Был ли этот выбор добровольным? — спросила Мэй Рея. — Да. Магатама резко пульсировала у нее на горле. Мэй Риа медленно выдохнула через нос. Хорошо. — Ее задержали, — произнесла Мэй Рея. — Да. — Она была ранена. — Да. — У неё не было адвоката. — Да. — Её личность не подтвердили, она не понимала систему и не имела реальной возможности выбора. Лицо Клайна оставалось неподвижным. — У нее была свобода воли. Магатама снова вибрировала. Мэй Риа слегка наклонилась вперед. — У нее была возможность отказаться от обоих вариантов? Клайн слишком долго молчал. Затем: — Нет. НЕВОЗМОЖНОСТЬ ОТКАЗА ОТ ОБОИХ ВАРИАНТОВ. — Спасибо, — сказала она. Глаза Клайна слегка прищурились. Чейз прокашлялся, чтобы скрыть очередной смешок. Мэй Рея вернулась к хронологии. — Согласно предварительному протоколу происшествия, — начала она, — Таня согласилась на пребывание в Фениксе до предъявления ей официальных обвинений. — Верно. — Почему? — Административные процедуры. Магатама снова пульсировала. — Объясните, — произнесла Мэй Рея. — Вопрос о размещении необходимо было решить до завершения оформления документов. — Это не объяснение. — В этом и заключается объяснение. Мэй Рея пододвинула лист с хронологией событий по столу. — Просветите меня. Клайн бросил взгляд на лист, затем снова на нее. — Филиалу нужно было знать, где будет проходить разбирательство, прежде чем юридический отдел окончательно определит ее статус. — Задержана, — повторила Мэй Риа. — Размещена. — Вы сказали, что задержана. Его челюсть едва заметно двинулась. — Таким образом, правовой статус определялся местом жительства, а не наоборот. — На практике — да. — Потому что, как только она согласилась на участие в «Фениксе», филиал мог организовать обвинения, ориентируясь на контролируемый найм, а не на немедленный перевод в другое учреждение. Взгляд Клайна теперь был устремлен на нее прямо. — Вы говорите так, будто это неправильно. Магатама успокоилась. По крайней мере, от этого он не прятался. Он считал, что это было уместно. Или почти уместно. Это говорило ей столько же, сколько и сам ответ. Она перевернула страницу в блокноте. — Вы считали, что Таня понимала, что такое программа «Феникс», когда соглашалась на неё? — Она поняла достаточно. Мэй Рея задала ещё вопрос: — Вы объяснили ей структуру оплаты труда, жилищные условия, юридическую поддержку, возможности получения гражданства или поддержку в получении образования до того, как она согласилась? Клайн замолчал. Затем: — Нет. — Так что именно вы объяснили? — Надзор. Обучение. Оценка. Требования к соблюдению норм. — А в качестве альтернативы — тюрьма. — Охраняемое заключение, — поправил Клайн. В комнате на секунду воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом её ручки. Чейз нарушил её первым. — Знаешь, — сказал он из дверного проема, — для парня, который обожает правила, ты действительно много импровизируешь на ходу. Клайн не взглянул на него. — Принятие оперативных решений — это не импровизация, ты должен это понимать, Чейз. Чейз пробормотал: — Это еще мягко сказано. Мэй Рея продолжила дальше. — Вы знали, сколько лет Тане, прежде чем начать задавать вопросы? — Нет. — Вы считали, что она может быть несовершеннолетней? — Конечно, нет. Она сказала, что ей восемнадцать. Мэй Рея слегка откинулась назад и внимательно его изучила. Он не был жесток ради забавы. Так было бы проще. Он был жесток в том смысле, в каком системы становятся жестокими, когда такие люди, как он, считают, что скорость важнее справедливости. Когда цель оправдывает средства. Такие люди всегда считают себя единственным здравомыслящим человеком в комнате. — Последний вопрос, — произнесла она. Клайн кивнул. — Тане действительно разрешат выйти из этого здания после найма? Клайн не ответил сразу. Магатама нагрелась еще до того, как он успел ответить. Затем он совершенно спокойно заявил: — Свободный выход с легким наказанием оперативно не осуществим. Мэй Рея записала предложение в точности так, как оно было произнесено. Это и была та самая фраза. Именно её она бы представила судье, если бы это потребовалось. Не потому, что это драматично. Потому что это достаточно честно, чтобы раскрыть всю структуру. Она закрыла папку. — Пока что всё, — сказала она. Клайн снова сложил руки на груди. — Мы закончили? — Пока что, — повторила она. Он слегка кивнул, уже мысленно отмахиваясь от нее. Мэй Рея встала. Чейз оттолкнулся от стены и открыл ей дверь. Но на самом пороге она остановилась и оглянулась назад. — Ещё кое-что, — произнесла она. Клайн ждал. Мэй Рея спросила: — Вы считали её опасной из-за того, что она сделала, или из-за того, кем она была? — В данной сфере деятельности часто встречаются одни и те же проблемы. Мэй Риа кивнула, словно и не ожидала ничего лучшего, и вышла. Чейз позволил двери закрыться за ними. Несколько шагов они молчали. Затем Чейз спросил: — Ну? Мэй Рея продолжила идти, снова открывая на ходу свой блокнот для записей. — Он дал мне достаточно. — И это хорошо, да? — Да. Чейз бросил взгляд на дверь и тихонько присвистнул. — Говорил же, — произнес он. — Клайн — тот ещё мудак. Мэй Рея смотрела вперед, в коридор. — Он еще хуже. — Что может быть хуже? — Он считает, что поступил обоснованно. Мэй Рея закрыла папку. — Отведите меня в медицинский пункт, — попросила она. — Мне нужен тот, кто дал разрешение на допрос. — Так и думал. Чейз отвел Мэй Рей на один этаж ниже филиала прямиком в медпункт. Медсестра на ресепшене подняла глаза, когда они пришли. — Чем могу помочь? — Адвокат, — произнес Чейз, указывая большим пальцем на Мэй Рей. — Нужен тот, кто дал добро небесной девчушке. Медсестра бросила на него взгляд. — Мы так пациентов не называем. Чейз пожал плечами. — Ну молодцы. Мэй Рея вмешалась, прежде чем он успел усугубить ситуацию. — Мэй Рея Фей, Агентство Райта по любым делам. Мне нужно поговорить с медицинским специалистом, который осматривал Таню во время первичного осмотра. Медсестра посмотрела на экран, затем кивнула в сторону соседней комнаты. — По записям это была доктор Патель. Она занималась первичным осмотром. — Спасибо, — поблагодарила Мэй Рея. Доктор Патель сидела в небольшом кабинете в стороне от главного входа, наполовину спрятавшись за двумя открытыми медицинскими картами и планшетом, прислоненным к кофейной кружке. Она подняла взгляд, когда постучали. Она была моложе, чем ожидала Мэй Рея, возможно, лет тридцати с лишним, волосы собраны так неаккуратно, что, вероятно, это было сделано во время прогулки, темные круги под глазами, хирургический костюм под белым халатом, о котором она явно забыла. Она увидела Чейза и уже выглядела уставшей. — Что теперь? — Доброе утро и тебе, — произнес Чейз. Мэй Рея вышла вперед и протянула руку. — Мэй Рея Фей. Я представляю Таню. Доктор Патель коротко и твердо взяла ее за руку. — Девушка из портала. — Таня, — поправила Мэй Рея. Доктор Патель кивнула. — Хорошо. Таня. Она бросила взгляд на Чейза. — Так и будешь стоять? — Я могу уйти, если хочешь, — ответил Чейз, хотя его голос звучал так, будто он проверял, действительно ли она это скажет. Доктор Патель на секунду задумалась, затем пожала плечами. Вот и всё. Мэй Рея открыла свою папку и достала блокнот. — Мне нужно спросить насчет Тани о состоянии ее здоровья во время первичного осмотра и о том, была ли она в состоянии отвечать на вопросы. Доктор Патель откинулась на спинку кресла и скрестила руки. — Она была ранена, истощена, обезвожена и была в сознании в основном за счет адреналина и самообладания. Это отличное начало. Мэй Рея быстро это записала. — Какие травмы у неё были? Доктор Патель встретилась с ней взглядом. — Вам нужен короткий или длинный ответ? — Если длинный, мне нужны все подробности по делу, — сказала Мэй Рея. — Что ж, очень жаль, вам придётся подождать, пока дело будет рассмотрено. Однако я могу дать вам это. Доктор засунула в рот кусочек жевательной резинки и начала громко жевать, одновременно нажимая на клавиши на клавиатуре. Принтер, издав характерный жужжащий звук, ожил и начал печатать страницы и изображения. Она жестом указала на принтер и, жуя жвачку, произнесла: — Возьмите, юридический отдел уже дал разрешение на передачу этого документа вам. Просматривая страницы, она увидела медицинские записи и карты с отметками времени. Мэй Рея встала. — Спасибо, доктор. Это поможет во всем разобраться. Доктор Патель устало посмотрела на нее. — Хорошо. Потому что это не помогло ребенку. Мэй Рея вернулась в коридор, рядом с ней шел Чейз. Дверь закрылась. Несколько шагов они оба молчали. Затем Чейз спросил: — Ты получила всё необходимое? Мэй Рея постучала по папке. — Больше, чем я ожидала. Он кивнул в сторону бумаг. — И насколько нам от этого будет плохо? Мэй Рея бросила на него взгляд. — Вы хотите услышать ответ от юриста или от человека? — Я слишком стар для игр. — Адвокаты ответит, что у вас проблемы с процессом найма. — И как ответит человек? Мэй Рея еще раз посмотрела на таблицу болевых ощущений, прежде чем убрать ее. — В тот вечер вы были слишком перегружены, и ошибки случаются. Но это уже переходит все границы, и штату понадобится чудо, чтобы выиграть хоть какое-то судебное дело против нее. Клайну повезет, если окажется не в тюремной камере. Чейз хмыкнул: — Ебучая фантастика! Мэй Рея выровняла стопку бумаг. — Кто следующий? Чейз снова начал идти. — Блейзер. Мэй Рея последовала за ним. Чейз проводил Мэй Рею в офис со стеклянными стенами в конце филиала. Он замедлил шаг у двери и посмотрел на нее поверх очков. — Она не такая, как Клайн, — произнес он. Мэй Рея переложила папку в руках. — Звучит неплохо. — Нет, — сказал Чейз. — Это значит, что она знает, когда нужно остановиться. Он постучал один раз и открыл дверь. Блонди Блэйзер была уже внутри. На ней все ещё была форма. Синий костюм. Белые боковые вставки. Длинные перчатки. Золотой плащ. Синяя маска. Светлые волосы, распущенные по плечам. На её столе светились два экрана: на одном отображались текущие инциденты, на другом — юридические заметки и внутренние сообщения филиалов. Когда они зашли, она разговаривала по телефону. — Да, — сказала она в трубку. — Нет, я в курсе. Тогда передайте юристам, что я не буду предоставлять ей ничего, кроме утвержденного пакета документов. Хорошо. Она повесила трубку, посмотрела на Мэй Рею и жестом указала на стулья. Дождавшись, пока она сядет, Блэйзер поприветствовала её. — Мисс Фей. — Мэй Рея, — автоматически подправила Мэй Рея. Блейзер кивнула. — Мэй Рея. На этот раз Чейз остался у двери, скрестив руки. Мэй Рея сидела. Блейзер — нет. Создавалось впечатление, что это было сделано намеренно. На столе уже лежал тонкий пакет. Блейзер положила на него руку в перчатке. — Вы запрашивали документы, — начала она. — Вот что я могу вам предоставить, не обращаясь сначала к юристу. Мэй Рея кинула на них взгляд. УТВЕРЖДЕННЫЕ МАТЕРИАЛЫ ПО ИНЦИДЕНТУ. ТЕМА: ТАНЯ ДЛЯ РАССМОТРЕНИЯ АДВОКАТОМ. Она очень старалась не выглядеть слишком довольной. Мэй Рея подняла взгляд: — Это полезная информация, но я хотела бы задать вам еще несколько вопросов. — Официально это вся информация, которую вы получите непосредственно от меня. Все, что выходит за рамки этого, будет согласовано с юридическим отделом. Чейз пробормотал: — Видишь? Я же говорил. Мэй Рея быстро пролистнула первые несколько страниц. Она увидела достаточно, чтобы понять, что большая часть информации — это лишь самый необходимый минимум. Просто факты, даты и время. Краткое изложение сообщения умещалось на одной странице. Полезно, но лишь отчасти. Мэй Рея открыла свою папку с вещественными доказательствами. — Тогда я надеюсь, что смогу задать несколько вопросов по этому поводу. — У вас есть несколько минут, я занята координацией уборки, — произнесла Блейзер. Мэй Рея опустила взгляд на первую страницу. — Вы знали, что Таня получила травму, когда санкционировали допрос? — Да. — Вы знали, что её возраст неизвестен? — Да. — Вы знали, что врачам нужно больше времени? — Да. Мэй Рея подняла взгляд. Лицо Блейзер не поменялось. Никаких уловок. Никаких задержек. Никаких попыток смягчить ситуацию. Это что-то новое. Мэй Рея спросила: — Зачем вообще её надо было допрашивать? Блейзер сложила руки за спиной. — Потому что она появилась на оживленной автомагистрали посреди чрезвычайной ситуации в городе. Потому что она была вооружена. Потому что люди уже видели ее. Потому что мне нужно было знать, имею ли я дело с жертвой, враждебно настроенным лицом или чем-то более опасным. Чейз бормотал: — И потому что все сходили с ума. Блейзер не взглянула на него. — И это тоже. Мэй Рея быстро записала это: — И к чему вы пришли, когда вы получили ответы? — Я их не получила, — ответила Блейзер. Мэй Рея на мгновение замерла. — Что? — Я не получила ответов, — повторила Блейзер. — Но информации мне хватило, чтобы принять следующее решение. Мэй Рея задала следующий вопрос: — Была ли у Тани возможность покинуть филиал после найма? — Нет. Мэй Рея была готова добиваться ответа. Она не собиралась ждать. — Нет? — Нет. — По-вашему мнению, это оправданно? Блейзер сложила руки за спиной: — По-моему мнению, это решение было принято в экстренной ситуации. Мей Рею глубоко раздражало, насколько эта женщина готова была остановиться на дюйм от юридической формулировки, но при этом сказать достаточно, чтобы это имело значение. Мэй Рея сменила направление: — Мне нужны ваши внутренние записи в ту ночь. — Нет, — тут же ответила Блейзер. Мэй Рея снова посмотрела на выданный ей пакет документов: — Это ваши записи для СМИ. — Да. — У вас есть что-нибудь ещё? — Да. — И вы уже решили, что мне разрешено увидеть, ещё до того, как я вошла. Блейзер подняла бровь: — Юридический отдел дал согласие. Блейзер говорила об этом так прямо, что Мэй Рея едва сдержала смех: — Вы контролируете ход событий. Блейзер встретилась с ней глазами: — Это половина моей работы. Вероятно, это правда. — Зачем тогда давать мне столько? — Потому что юристы общаются с юристами, и когда юристы будут иметь дело с вами позже, я бы предпочла, чтобы все были хотя бы приблизительно в курсе происходящего. Я также бы предпочла, чтобы вы оспаривали то, что произошло на самом деле, когда начнется судебное разбирательство, чтобы избежать типичной ситуации, когда в первый день выдвигаются обвинения без доказательств. — Вы же понимаете, что это только поможет моему клиенту, верно? Блейзер кивнула: — Я не застрахована от последствий, мисс Фей. Просто я не собираюсь обсуждать все экспромтом. На этом этапе Блейзер не сможет продолжить без присутствия адвоката. Мэй Рея очень старалась вести себя нормально в этой ситуации. Внутри она совершенно сходила с ума. Клайн говорил. Медики говорили. Блейзер тоже говорила, хотя и отказывалась говорить полностью. Этот филиал СДС был либо слишком самоуверенным, либо истощенным, либо плохо скоординированным, либо все три фактора сразу. Любой юрист в Калифорнии был бы в восторге. Здесь явно что-то не так. Она закрыла папку. — Для протокола, я думаю, вы пытались уберечь Таню от худшего положения. Блейзер ничего не сказала. Мэй Рея продолжила: — Я также думаю, что ваш подход создаст проблемы. Выражение лица Блейзера за маской осталось нечитаемым: — Это похоже на разговор для суда. Чейз открыл дверь, уже зная, что разговор окончен. Мэй Рея встала, убрала пакет в папку и сказала: — Спасибо за документы. Блейзер кивнула: — Всё остальное получите через юридический отдел. — Конечно. Она вышла в коридор, Чейз последовал за ней и позволил двери закрыться за ними. Несколько секунд они просто молча шли. Затем Чейз спросил: — Ну? — Она дала мне меньше, чем Клайн, но у меня не сложилось впечатления, что она врала. — Ну да, это же Блейзер! Мэй Рея выдохнула: — Не могу поверить, что мне сегодня кто-то что-то вручил. Это по-настоящему рассмешило Чейза. — В большинстве мест считают, что не смогут справиться с последствиями плохого дела. — А здесь? Чейз на секунду задумался. — Клайн — придурок, но он приехал сюда из какой-то программы с дохрена букв и знает, что ему сойдет с рук. СДС не закроется просто так из-за плохой репутации. Возможно, кого-то уволят, но я бы не ожидал от этого дела ничего большего, чем извинения. И приличную кучу денег и документы о гражданстве для твоего клиента. Мэй Рея вздохнула. — Возможно, вы правы. — Наверное. Он проводил ее к входу в СДС. — Что теперь? — задал вопрос Чейз. — Мне нужны свидетели за пределами филиала, — сказала она. — Люди, которые видели, что произошло, до того, как ваши сотрудники к этому прикоснулись. — Гражданские. — Да. Чейз кивнул. — Подросток с видео на телефоне. Девушка, которая звонила в диспетчерскую. Может, тот самый парень, который звонил в 911. Мэй Рея взглянула на него. — У вас есть их имена? Чейз бросил на нее сухой взгляд. — Мария, я рулю филиалом СДС, а не киоском по продаже лимонада. Она невольно улыбнулась. — Это меня устроит. — Не стоит так радоваться, — сказал Чейз. — Гражданские хуже героев. Они думают, что приносят пользу. Мэй Риа снова закрыла папку. — Всё в порядке. Честно говоря, учитывая все, что она получила сегодня, у нее не было ни единого шанса проиграть это дело. Почему её магатама завибрировала?