Анонимы, но так рядом.

Джисон выкрикнул это в трубку и, не дожидаясь ответа, нажал отбой. Телефон упал на подушку. В комнате стало тихо. — Что я наделал, — прошептал Джисон, закрывая лицо руками. — Что я наделал... Он лежал в темноте, чувствуя, как жар стыда сменяется холодным потом. Щёки горели. Глаза щипало от слёз, которые никак не хотели останавливаться. Телефон завибрировал. Минхо 🐱: «Возьми трубку. Пожалуйста» Джисон смотрел на эти слова и не мог заставить себя нажать «принять». Снова вызов. Снова сброс. Ещё сообщение. Минхо 🐱: «Джисон, не убегай. Нам нужно поговорить» Джисон: «Не нужно. Я всё понял. Ты меня ненавидишь. Я тупой извращенец. Прости, что испортил нашу дружбу» Отправил и замер. Ответ пришёл почти мгновенно. Минхо 🐱: «Ты совсем идиот?» Джисон моргнул. Потом ещё раз. Минхо 🐱: «Я не ненавижу тебя.В шоке – да. Я не ожидал. Но ненавидеть? С чего ты взял?» Джисон: «Ты молчал. Потом сказал про «сладкую дрочку». Ты смеёшься надо мной» Минхо 🐱: «Я пытался разрядить обстановку. Потому что сам офигел. Джисон, возьми трубку. Пожалуйста.» Палец дрожал над экраном. Вдох. Выдох. Ещё один вдох. Он нажал «принять». — Алло, — голос Джисона прозвучал тихо, хрипло, с нотками всхлипа. — Ты плачешь? — голос Минхо изменился, стал мягче. — Нет. — Джисон. — Ну... немного. Вздох в трубке. — Слушай… — заговорил он медленно. — Я не злюсь. Я не в бешенстве. Я не считаю тебя извращенцем. Ты меня слышишь? — Слышу. — Я просто... — Минхо запнулся. — Я не ожидал. Понимаешь? Ты для меня... важный человек. Очень важный. И я всё время боялся сделать что-то не так, сказать что-то не то, спугнуть тебя. Потому что ты молодой, а я... ну, ты знаешь. «Старый» Джисон молчал, прижимая телефон к уху так сильно, что начало болеть ухо. — Я понимаю, что ты, наверное, сейчас чувствуешь себя ужасно, — продолжил Минхо, и его голос стал ещё мягче. — Думаешь, что всё испортил, что я теперь буду смотреть на тебя иначе. Но знаешь что? — Что? — еле слышно спросил Джисон. — Я смотрю на тебя так же. Ты всё тот же Джисон, который жалуется мне на родителей, который любит ходить по магазинам и у которого самая милая родинка на свете. Ничего не изменилось. — Изменилось, — всхлипнул Джисон. — Я теперь знаю, что ты знаешь, что я... ну... — Что ты живой человек? — мягко перебил Минхо. — Что у тебя есть чувства и желания? Джисон, это нормально. Мы все через это проходим. Просто обычно никто не отправляет голосовые свидетельства по ошибке. В трубке повисла тишина, а потом Джисон неожиданно для себя фыркнул. Сквозь слёзы, сквозь всхлипывания, но фыркнул. — Ты издеваешься надо мной? — Немного, — честно признался Минхо. — Но только чтобы ты перестал плакать. Получается? — Не знаю, — Джисон вытер нос тыльной стороной ладони. — Наверное. — Вот и хорошо. Слушай, я серьёзно. Всё в порядке. Да, это было неловко. Да, я, может быть, теперь буду немного иначе представлять твой голос, когда ты говоришь «скучаю». Но это не делает тебя плохим или странным. Это делает тебя... настоящим. Джисон молчал, переваривая его слова. — Ты правда не злишься? — спросил он наконец. — Правда. — И не считаешь меня... ну...? — Извращенцем? Нет. Считаю тебя Джисоном, который попал в неловкую ситуацию. Со всеми бывает. — Со всеми? — недоверчиво переспросил Джисон. — Ты серьёзно? Минхо хмыкнул. — Ну, может, не со всеми. Но с некоторыми точно. Я, например, однажды отправил голосовое начальнику, где жаловался на него коллеге. Вместо того, чтобы отправить коллеге. — И что было? — Две недели делал вид, что ничего не случилось, и избегал встреч в коридоре. Потом он сам подошёл и сказал, что согласен с моей критикой и повысил зарплату. Джисон не выдержал и рассмеялся. Смех вышел нервный, с остатками слёз, но это был смех. — Врёшь. — Ни капли. Так что мы квиты. Ты отправил не то голосовое, я отправлял. Жизнь продолжается. Джисон выдохнул. Впервые за последние полчаса напряжение начало отпускать. — Прости меня, — сказал он тихо. — Я правда не хотел, чтобы ты это слышал. Это было... личное. — Я понимаю. И я уже забыл, честно. Ну, почти. — В голосе Минхо снова появилась та самая лёгкая усмешка. — Может, пару раз ещё вспомню, когда будет настроение тебя подколоть. — Только попробуй, — буркнул Джисон, но в голосе уже не было обиды. — Ладно, — Минхо зевнул. — Уже поздно. Ты как? Нормально? Успокоился? — Да. Спасибо, что... не бросил трубку. И что не засмеял. — Засмеять я всегда успею. Но не сегодня. Иди спать, Джисон. Завтра новый день. — А мы... мы завтра поговорим? — Обязательно. Я же без тебя скучаю, помнишь? Джисон улыбнулся в темноту. — Помню. Я тоже. Спокойной ночи, Минхо. — Спокойной ночи, маленький. Спи крепко. Телефон погас. В комнате снова стало тихо, но теперь это была спокойная, тёплая тишина. Джисон перевернулся на спину, глядя в потолок. — Ну и денёк, — прошептал он. Закрыл глаза и провалился в сон без сновидений.