Анонимы, но так рядом.

Рука, гладившая взлохмаченный затылок Джисона, остановилась на полпути. Казалось, он даже перестал дышать. Джисон, почувствовав это напряжение, испуганно замер. Сердце, которое только начало успокаиваться, снова бешено заколотилось. Зачем он это сказал? Сейчас? Здесь? Глупо, глупо, глупо... — Джисон, посмотри на меня. Джисон мотнул головой, ещё сильнее зарываясь носом в его шее. — Пожалуйста, — мягко, но настойчиво повторил Минхо, беря его лицо в ладони и заставляя поднять голову. Глаза Джисона, красные и опухшие от слёз, встретились с его взглядом. — Ты серьёзно? — спросил Минхо. — Только не шути сейчас со мной. — Я не шучу, — всхлипнул Джисон. — Я никогда не был серьёзнее. Я люблю тебя. И мне всё равно, что ты старше, что родители против, что... что будет дальше. Я просто хочу быть с тобой. Минхо тихо засмеялся. — А ты думал, я просто так с тобой нянчусь? — голос Минхо дрогнул. — Думал, я каждому встречному готов пудинги носить и посреди ночи двери открывать? — он провёл большим пальцем по щеке Джисона, стирая мокрую дорожку. — Глупый квока. Я влюбился в тебя, кажется, в тот самый момент, когда ты написал мне про свою родинку и про то, что ненавидишь родителей. — Правда? — выдохнул Джисон, не веря своему счастью. — Правда, — кивнул Минхо и, наклонившись, поцеловал его. В палату зашли врач с медсестрой, и им пришлось отстраниться. Но даже когда доктор задавал свои вопросы, светил фонариком в глаза и слушал пульс, их руки были переплетены, и они не могли перестать улыбаться друг другу. ——— Следующая неделя пролетела как в тумане. Минхо практически не отходил от Джисона. Ездил домой только чтобы покормить котов и привезти свежую одежду и еду. Остальное время он проводил в палате — сидел рядом, держал за руку, кормил с ложки больничным супом (Джисон возмущался, но ел, потому что Минхо смотрел на него своим «кошачьим» взглядом). Они говорили. Много и обо всём. Строили планы. Минхо рассказывал, как переделает одну из комнат в своей квартире под «нору для квоки». Джисон смеялся и говорил, что ему и дивана хватит, лишь бы рядом с Минхо. Родители Джисона не появлялись. Только один раз пришло официальное уведомление из органов опеки — с ними провели беседу, и они дали письменное согласие на то, что их сын будет временно проживать по адресу Минхо, так как «атмосфера в семье требует нормализации». Минхо скривился, читая эту казённую бумажку, но Джисону ничего не сказал. Главное, что они отстали. ——— День выписки выдался солнечным и морозным. Джисон вышел из больничных дверей, вдохнул полной грудью холодный воздух и зажмурился. Рядом стоял Минхо, придерживая его за локоть, будто боялся, что Джисон снова упадёт. — Замёрзнешь, — сказал он и, достав из машины запасной плед, накинул ему на плечи. — Я не хрустальный, — улыбнулся Джисон, но сбросил плед. — Для меня — да, — серьёзно ответил Минхо, открывая перед ним дверь своей машины. — Прошу. Джисон сел в тёплый салон и с наслаждением откинулся на сиденье. Минхо сел за руль, завёл мотор и, прежде чем тронуться, повернулся к нему. — Домой? — Домой, — кивнул Джисон. Машина плавно тронулась с места. Джисон смотрел в окно на проплывающий мимо город и чувствовал, как внутри разливается тепло. Он ехал домой. К Минхо. К новой жизни. ——— Квартира встретила их радостным мяуканьем. Суни, Дуни и Дори, услышав звук открывающейся двери, выбежали в коридор и принялись тереться о ноги. — Соскучились, мои хорошие, — Минхо присел погладить их, и тут же Дори запрыгнул к нему на руки. — Я тоже скучал. Джисон стоял в прихожей, оглядываясь. Теперь это место казалось ему ещё более родным. — Проходи, располагайся, — Минхо кивнул в сторону комнаты. — Твоя комната пока будет моей, но мы потом решим. — А где буду я? — Со мной, — просто ответил Минхо. — Если ты, конечно, не против. Джисон почувствовал, как щёки заливает румянцем. — Не против, — тихо сказал он. ——— Через пару часов, когда вещи были разобраны, а коты накормлены, Минхо подошёл к Джисону, который сидел на диване и гладил разомлевшего на коленях Дуни. — Есть одно дело, — сказал Минхо. — Одевайся. — Куда? — удивился Джисон. — В магазин. Мы заедем в торговый центр. — Зачем? — Затем, что у тебя с собой только старый рюкзак с парой футболок. — Минхо сложил руки на груди. — Тебе нужна одежда. Нормальная одежда. Много одежды. — Минхо, не надо, я потом сам... — Джисон, — перебил его Минхо, подходя ближе и садясь рядом на корточки. — Ты теперь живёшь у меня. Я буду тебя обеспечивать. И первое, что я хочу сделать — купить тебе всё, что ты захочешь. Всё, что понравится. Без оглядки на ценники. Понял? — Но это же дорого... — Я работаю, — усмехнулся Минхо. — И, поверь, тратить деньги на тебя — самое большое удовольствие для меня. Так что вставай и поехали. Это не обсуждается. Джисон понял, что спорить бесполезно. ——— Торговый центр гудел, переливался огнями и манил витринами. Минхо шёл рядом, держа Джисона за руку, и всем своим видом показывал, что ему здесь не нравится. Но ради Джисона он был готов терпеть. — Итак, — сказал он, останавливаясь у входа в большой магазин одежды. — Заходим. И помни: никаких «это дорого». Ты просто берёшь и идёшь мерить. Джисон кивнул, всё ещё чувствуя себя неловко. Первые полчаса он просто бродил между рядами, не решаясь ничего взять. Минхо терпеливо ждал, подбадривая его взглядом. Наконец, Джисон осмелел. Он начал хватать с вешалок всё, что привлекало внимание. Яркие худи, мягкие свитера, стильные джинсы, смешные футболки с принтами. Минхо одобрительно кивал, а Джисон, поймав кураж, уносил очередную охапку в примерочную. Он выходил из кабинки в новых образах, крутился перед большим зеркалом и ловил взгляд Минхо. Тот смотрел на него с  теплом и восхищением. — Как тебе это? — Джисон вышел в обтягивающем чёрном свитере, который подчёркивал его фигуру. — Иди сюда, — поманил Минхо. Джисон подошёл. Минхо притянул его к себе, поправил воротник и тихо сказал на ухо: — Очень идёт. Берём. Только не показывайся так в таком виде другим, я буду ревновать. Джисон рассмеялся и убежал обратно переодеваться. Так продолжалось около часа. Джисон перемерил, кажется, половину магазина, а корзина Минхо, в которой он носил выбранные вещи, уже была полна до краёв. — Всё, — выдохнул Джисон, выходя из примерочной в очередной раз, в своей обычной одежде. — Я устал. Больше не могу. — Отлично, — улыбнулся Минхо. — Тогда идём на кассу. Но когда они проходили мимо отдела нижнего белья и домашней одежды, Джисон вдруг остановился как вкопанный. На манекене висел комплект. Не откровенное бельё, но что-то... особенное. Короткий топ из тонкого кружева, такого же кружева трусики-шорты, и чулки — длинные, с кружевной резинкой на бедре. У Джисона перехватило дыхание. Он никогда не носил ничего подобного. Он вообще об этом не задумывался. Но сейчас, глядя на этот комплект, он вдруг представил себя в нём. Представил, как на это посмотрит Минхо. И от этой мысли по спине побежали мурашки. — Чего застыл? — спросил Минхо, подходя ближе и проследив за его взглядом. Увидев манекен, он слегка приподнял бровь. Но ничего не сказал. — Идём, — поторопил он. — Подожди, — Джисон схватил его за руку. — Я... Можно я кое-что примерю? Минхо посмотрел на него, потом снова на манекен. Его глаза чуть расширились, но он кивнул. — Хочешь — примерь, — спокойно сказал он. — Я подожду здесь. Джисон быстро нашёл нужный размер и, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, скрылся в примерочной. Там он долго смотрел на вещи в своих руках, сомневаясь. А потом решился. Топ сидел идеально, облегая грудь и оставляя открытыми плечи и ключицу. Трусики-шорты оказались на удивление удобными. А чулки... Чулки добавили образу какую-то особенную нотку. Джисон посмотрел на себя в зеркало и замер. Из отражения на него смотрел кто-то другой. Кто-то смелый, сексуальный, желанный. Щёки горели, в глазах стоял испуг, но в глубине этого испуга тлело что-то ещё. Возбуждение от собственной смелости. Он чуть приоткрыл дверь кабинки и позвал: — Минхо. Минхо, стоявший неподалёку и листавший телефон, поднял голову. Джисон махнул рукой, подзывая его. — Иди сюда. Только тихо. Минхо подошёл, нахмурившись. Джисон приоткрыл дверь шире и втянул его внутрь примерочной. Кабинка была крошечной. Вдвоём они едва помещались. Минхо оказался вплотную к Джисону и... Замер. Его взгляд медленно прошёлся по фигуре Джисона. От кружевной резинки на бедре, вверх по длинным ногам, пухлым, аккуратным ляжкам, по тонкой талии, открытым плечам, к лицу. — Твою мать, — выдохнул он одними губами. — Нравится? — прошептал Джисон, чувствуя, как краска заливает щёки. Минхо не ответил. Вместо этого он шагнул к нему, оказавшись так близко, что Джисон упёрся спиной в стену кабинки. — Ты... — голос Минхо охрип, в глазах вспыхнул тёмный огонь. — Ты знаешь, что  ещё рано…  — Я... я хотел тебя порадовать... Минхо схватил его за подбородок, заставляя поднять голову. — Порадовать? — переспросил он хрипло. — Ты меня убить решил? Я сейчас инфаркт получу. Джисон хотел что-то сказать, но шторы примерочной вдруг распахнулась. — Молодой человек, здесь нельзя находиться вдво... Слова застряли в горле у продавщицы, когда она увидела, что происходит внутри. Она уставилась на Джисона, потом на Минхо, потом снова на Джисона, и на её лице отразился полный спектр эмоций — от шока до смущения. — Простите, я не знала, — пробормотала она и поспешно закрыла дверь. Но было поздно. Краем глаза Джисон заметил, что за спиной продавщицы, в проходе между кабинками, стоял какой-то мужчина и тоже смотрел на него. Смотрел откровенно, раздевая глазами. Минхо, заметив это, мгновенно взбесился. — Эй! — рявкнул он, вылетая из кабинки и загораживая собой проход, держа руки в карманах. — Ты куда смотришь?! Мужчина опешил и попятился. — Я ничего... — Вали отсюда, блять. — Минхо был в ярости. Его голос гремел на весь отдел. — Ещё раз увижу, что ты на него пялишься, без глаз останешься, понял?! Мужчина, не ожидавший такой агрессии, быстро отреагировал и ушёл быстрым шагом. Минхо проводил его взбешённым взглядом, а потом резко развернулся, заскочил обратно в кабинку и задёрнув шторы за собой. В груди Джисона словно взорвался маленький фейерверк. Он только что видел Минхо в ярости — настоящей ярости. Эта мгновенная реакция, то, как он, не думая ни секунды, бросился его защищать... Это было так неожиданно и так... горячо. Сердце колотилось где-то в ушах, заглушая звуки торгового центра. Внутри всё сжалось и одновременно разлилось странным, тягучим жаром. Страх? Нет. Возбуждение. Настоящее, острое возбуждение от того, какой Минхо сейчас — сильный, собственнический, опасный. Кабинка стала еще меньше, воздух между ними накалился до предела. — Ты... — выдохнул Минхо, глядя на Джисона. В его глазах всё ещё полыхала злость, но теперь к ней примешивалось что-то другое, от чего у Джисона подкосились колени. Не дав ему и слова сказать, Минхо шагнул вперед, схватил его за затылок и впился в губы жадным, глубоким поцелуем. Джисон ахнул, впуская его. Это было не так, как раньше. Не нежно и мягко. Язык Минхо властно скользнул внутрь, заставляя отвечать. Джисон попытался повторить его движения, но от волнения и неожиданности у него вышло неуклюже, зубы предательски стукнулись о губу Минхо. Минхо замер на секунду, а потом выдохнул прямо в его рот смешок, от которого по позвоночнику Джисона пробежала дрожь. — Ничего, — прошептал он хрипло, отрываясь от его губ всего на сантиметр. — Научишься. Но вместо того, чтобы продолжить поцелуй, он прижался лбом ко лбу Джисона, тяжело дыша. Его рука всё ещё сжимала его затылок, вторая уперлась в стену рядом с его головой, заключая в ловушку. — Знаешь, что мне сейчас хочется с тобой сделать? — прошептал Минхо. — Хочется утащить тебя отсюда. Сразу. В машину. Прямо в этом... — он дернул подбородком, указывая на кружевной топ, — и увезти домой. Джисон сглотнул, чувствуя, как жар заливает всё тело. — А дома... — продолжил Минхо, его голос стал ниже. — Я бы уложил тебя на свою кровать. В этом же белье. И смотрел бы на тебя. Долго. А потом... — он провел пальцем по ключице Джисона, обведя край кружева. — Потом я бы коснулся тебя. Вот здесь. — палец скользнул ниже, к груди, очерчивая линию топа. — И здесь. — он обвел кружевную резинку чулка на бедре, от чего Джисона словно током ударило. — Я бы гладил твои ноги, целовал каждый сантиметр. Сводил с ума медленно. Очень медленно. Пока ты сам не начнешь просить. Джисон закусил губу, чувствуя, как кружится голова. Фантазии Минхо рисовали в его воображении яркие картины. — Я бы... — Минхо замолчал, снова шумно выдохнул и отстранился. Его взгляд был темным, тяжелым. — Я бы сделал с тобой очень много вещей, Джисон. Но не сейчас. — Почему? — выдохнул тот, разочарование острым копьем пронзило низ живота. — Потому что тебе ещё нет восемнадцати, — твёрдо сказал Минхо, хотя в его голосе слышалось, как тяжело ему даются эти слова. — Потому что я не трону тебя, пока ты не станешь совершеннолетним. Он взял лицо Джисона в ладони, заставляя смотреть в глаза. — Я подожду, — сказал он серьёзно, глядя прямо в зрачки. — Я подожду твоего восемнадцатилетия. И тогда... если ты захочешь, если ты позволишь мне, я сделаю всё это. И даже больше. Всё, что ты захочешь. Джисон смотрел в эти кошачьи глаза, чувствуя, как от его слов, от его невероятной силы воли внутри всё переворачивается. Этот человек готов ждать его. Ради него. Несмотря на то, что сам, судя по всему, сходил с ума от желания. — Понял, — прошептал Джисон. — Ты... ты невероятный, Минхо. — Невероятный дурак, который влюбился в мальчишку, — усмехнулся тот, но усмешка вышла кривой. — Ладно, — он отступил на шаг, насколько позволяла кабинка. — Переодевайся. Мы берём это. Всё это. И едем домой. Пока я сам не передумал и не разрушил свою силу воли. Джисон шмыгнул носом, кивнул и быстро начал стягивать с себя кружево, дрожащими руками надевая обратно свою обычную одежду. Когда они вышли из кабинки, продавщица, узнав их, густо покраснела и отвела глаза. Минхо, не обращая на неё внимания, уверенным шагом направился к кассе, неся кучу вещей, включая тот самый комплект. — Заверните всё, — бросил он коротко. Расплатившись, они вышли из магазина. Джисон шёл за ним, чувствуя себя странно. — Минхо, — позвал он, когда они уже подходили к машине. — М? — Спасибо. Не только за вещи. За... за то, что ты ждёшь. Минхо обернулся, посмотрел на него долгим взглядом, а потом просто открыл дверь машины и мягко подтолкнул внутрь. — Садись, маленький. Поехали домой. Котики заждались. Джисон улыбнулся и забрался в тепло салона. Домой. К Минхо. К новой жизни. Где его любят и ждут.