Музыкант-который-выжил

Дзынь-дзынь-дзынь. Противное звучание будильника не просто резало слух, а испепеляло желание существовать вобщем. Джисон подскочил как ошпареный, пытаясь всмотреться и понять, что вообще вокруг происходит? Кое-как найдя свои очки и нацепив их на краешек носа, он выключает будильник и трёт голову, вспоминая: а как он принял вертикальное положение? Сколько бы раз эти чёртовы будильники не будили Джисона, он не мог к ним ни привыкнуть, ни объяснить, почему он так на них реагирует. Напялив на себя шорты (все же, выходить в свет в одних турсах - не лучшее решение) Джисон медленно, но верно, держит курс на кухню. Там уже во всю хлопочет его мама, раставляя тарелки и чашки. Ну как расставляя. Приборы летают по всей кухне, аккуратно занямая свои позиции. После на них благополучно приземляется еда. А уже потом, после всех этих посадок за стол садиться глава семейства. — Как спал, сынок? Джисон фыркнул, открывая холодильник, на одной половине которого предварительно было развешно примерно миллиард его детских, полседетских и подростковых фотографий. И парочка нынешних. На них Джисон выглядит по другому. Там у него другая форма глаз, худые щеки и густые брови. Вторую половину холодильника занимали фотографии его сестры. — Папа, не делай из себя того, кем ты не являешься. Это явно вредит твоей нервной системе. Мам, это ты его заставила тут речи толкать? — Ничего я не заставила! Молоко на столе, — кинула она, чувствуя, что сын слишком долго стоит около холодильника, — А ты не мог нормально поинтересоваться. Как будто наш сын совсем дурак! Женщина была на взводе, и переворачивала блины так агрессивно, как это было возможно. Видя напряжение, Джисон поцеловал женщину в висок и поблагодарил за еду. — Вот! — с наигранной злостью сказала она, наконец присоединяясь к столу, — Учись у сына! Он целует и благодарит меня чаще, чем ты дышишь. Сразу видно, кто меня больше ценит. — Хан Юна, напомни, кто буквально вчера дарил тебе цветы? — старался держать оборону муж. — А ты, Хан Хисын, не живи прошлым! — Я сдаюсь. — выдохнул мужчина, обидчиво жуя хлеб, — Ладно. Как настрой, боец? Джисон выдохнул. Как у него настрой? — Не знаю. Страшно. — признался он. — Не бойся, в тебе же моя кровь! Кто не рискует, тот не пьёт арак. — Пап, тебе явно стоило меньше общаться с коренным жителями. — посмеялся Хан. — Скорее меньше с ними пить. — поправила его женщина. В проёме послышался шорох, и оттуда выполз старший ребенок семьи. А точнее старшая. Она попыталась убрать с лица свои волосы, фыркнула и плюхнулась на стол. Старшая сестра была похожа на Джисона насколько, насколько это было возможно, учитывая тот факт, что они не родные. У неё тоже были кудрявые волосы, пухлые щеки и узкая талия. Только она была кареглазой брюнетокой, а Джисон - обладателем пепельно-черных, кудрявых волос (которые он несколько раз красил) и темно-зеленых глаз, которые достались ему от биологической матери. — Ну что, малявка, готов? — хрипло спросила она, ковыряясь вилкой в еде. — Имею ввиду, что если ты провалишься, то я лично придушу тебя. — Спасибо за поддержку, Джисан. Что бы я без тебя делал. — М-м, дай-ка подумать? Наверно, торчал в Малайзии, ходил в школу и мечтал о том, чтобы стать великим музыкантом. — Думаешь переезд в Корею твоя заслуга? — фыркнул Джисон, приподнимая бровь. — Ну конечно! Мы же переехали сюда ради моей учёбы. — Боже, Джисан.. Где ты, и где учёба вообще? — Ну явно поближе, чем ты с гитарками. Музыкант хренов. — Вот когда стану всемирной звездой, тогда ты и закроешь рот. — Дети, я обещаю, что вы оба закроете рот, когда я выгоню вас из дома. — выдохнула госпожа Хан, накладывая детям в тарелку мяса, пока они корчили друг другу рожицы, — Я бы на вашем месте берегла силы. У вас сегодня важный день. — Судьбоносный. — сказал Джисон. — Ага, особенно для тебя. — захихикала Джисан, на что получилась кулаком в плечо. — Я точно скоро вышвырну вас.

***

Дверь квартиры распахнулась, и туда влетели две неверотяно радостные фигуры. Джисон и Джисан прыгали, обнимались, танцевали и кричали что-то одновременно. — НАС ПРИНЯЛИ! — стали голосить уже хором дети, вваливась в спальню, где Хан Юна спокойно работала над статьёй. — Господи, что случилось? Джисон и Джисан продолжали радоваться, с энтузиазмом исполняя их фирменное рукопожатие, которое скорее напоминало обряд жертвоприношения. Когда два кулака столкнулись в конечном движении, дети запыханно рухнули на кровать. — Я поступила в университет. На бюджет! — Джисон уступил начало рассказа сестре, и та лепетала без остановки, — Я сначала думала, вот, приду, там вопросы будут всякие каверзные, думала завалят там, что я плохо на корейском говорю. А нет! Попросили показать, что я умею из магии, и поблагодарив сказали ждать в коридоре. А потом вылетает какой-то пацан, вешает списки, и там я, на бюджете! — Молодец, доча, я знала, что ты сможешь! — А меня приняли трейни. Представляешь! Я так рад, что у меня нет сил рассказывать. Госпожа Хан обняла своих детей, поглаживая их по голове. — Я всегда знала, что мои дети самые-самые талантливые!

***

Знакомство с его будущей группой далось Джисону легко и весело. Хан всегда был таким - тем, с кем легко найти общий язык. Шоу на выживание сблизило всех восьмерых парней. До этого больше всего Хан был близок только с их лидером - Бан Чаном и ещё одним парнем - Со Чанбином. Они вместе продюсировали и писали музыку. Немного погодя оказалось, что Со и Бан - оборотни и истинная пара. Хан варился в котле их общения, стараясь все замечать и составляя в своей голове «небольшой протокол». Первым делом Хан наровился выяснить, кто их его группы волшебник, а кто нет, с Чаном и Чанбином все было понятно, но остальные? Чтож, это было не так трудно, как Джисон думал. Спустя пару дней он уже имел воображаемую мини-анкетку каждого участника, в которой проявлялись заполненые пукнтики. Вот Ли Феликс, полукровка. Родился в Австралии и особо магией не пользуется. Не умеет. Вот Ян Чонин - чистокровный парнишка, ушедший из дома, чтобы творить. Он - анимаг, и может принимать форму лиса, но делает это с большим трудом. Вот Ким Сынмин - обычный человек, никак не связанный с магией. Магл, грубо говоря. Вот Хван Хёнджин - тоже чистокровый маг. И с волшебником у него получше, чем у предыдущих. А вот Ли Минхо. Хан немного покраснел, доставая в голове досье мистера Ли. Ли Минхо - редкий экземпляр. Полноценный анимаг, идеально владеющий другим своим обличием. Мог принимать форму большого, рыжего кота. Такого чудесного и милого, что Хан чуть не заплакал, когда увидел его впервые. Анимаги очень популярны в Азии, но мало кто умеет хорошо владеть этим даром. Вобщем, в команде у них - отличные отношения. Хоть Чонин немного стесняться. Хоть Минхо кидает недовольные взгляды. Хоть Сынмин молчит как партизан. Хан к этому всему уже привык и даже привязался ко всем семерым. Чан оказался прекрасным лидером и даже немного напоминал Джисону родного отца. А Джисон.. Джисон был сеятелем беспорядка номер один. — Джисон, ты когда нибудь начнёшь убирать телефон из рук? — жаловался Хёнджин, когда сидя в общежитии и смотря какой-то фильм, Джисон снова начал снимать непонятный влог, тыкая камерой в Хвана. — Никогда! — радостно воскликнул Джисон переводя камеру на себя, — Сегодня у нас, ээээ.. 7 марта 2018 года, на носу наш дебют, и вы только посмотрите, дорогие зрители, какой Хёнджин сегодня бука! Ну прям само недовольство! — Отвали, Хан! Джисон на это лишь смеялся и искал себе новую цель для издевательств. Обычно ей являлись Хёнджин, которого доставать было смешнее всего, или Феликс, который разрешал доставать себя. Меньше всех под горячую руку Хана попадал Минхо. Но не потому что Хан не хотел его побесить, - наоборот! - будь воля Джисона, Хо был бы затискан с ног до головы. Но воли у Хана как раз не было. Каждый раз приближаясь к Минхо, сердце Джсиона делало сальто и тридцать отжиманий, дыхание сбивалось, а былая увереность улетучивалась. Джисон списывались это на страх - Минхо выглядел очень даже отпородавательно, поэтому логично, что Джисон будет его совсем слегка бояться. Но не думайте, что поэтому, Минхо остаётся безнаказанным. Джисон очень старательный и следит, чтобы всем доставалось поровну, и если ему не удаётся побесить Минхо, то он восполнит недостаток обнимашками. Тем более, если Минхо лезет обниматься сам. — Ладно, господа и господята, — довольно хмыкнул Джисон, шепча в камеру старого айфона, — Сейчас ради вас я выполню смертельный номер, и чуть-чуть побешу опасного тигра в клетке - Ли Минхо. Джисон перебрался через весь диван, наступив кому-то на руку, кому-то на ногу, даже получив от Чана удар по бедру, и приземлился рядом с отстраненно сидящим Минхо, черт его побери. Даже нетактильный Чонин сейчас ютился рядом с Сынмином. — Хе-е-ен, — под хитрый шепот Хана, на экране появилось спокойное, обсталютно безразлично к происходящему лицо Минхо, — Хен, ты будешь сильно против, если я немножко тебя побешу? Вместо ответа, даже не посмотря на камеру, Ли вытягивает средний палец, такая им прямо в камеру. — Эй, вы видели, что он сделал? — Хан возмущённо перевёл камеру снова на себя, — Он показал фак! Какое неуважение. Я считаю, что надо его наказать, да? Вы со мной согласны? Но не успел Хан и пальцем притронуться к Минхо, как то схватил его двумя руками и зажал между собой и краем дивана, не давая даже пошевелиться. — Эй! Он взял меня в плен! — На заднем фоне засмеялся Минхо, и отобрал телефон, продолжая держать Хана одной рукой. — Хан, для кого-то ты это снимаешь? — Для потомков. Веду современную повесть временных лет. — Ну тогда, прощайте, потомки, ваш любимый Ханни пал под гневом более крутого человека - Ли Ноу! Видео было завершено, и Минхо убрал телефон куда-то в сторону. — Ну вот, ни влог нормальный ни снял, ни тебя не побесил. Никакого прогресса на этот вечер, печаль то какая.. — выходнул Хан. Вранье. То, что он сейчас удобно лежит под боком Минхо - лучше любого прогресса в этом мире. — Хан? — Чего тебе. — Тебе не жарко? — С чего ты так решил? — Ну.. — Минхо аккуратно повернул голову, смотря Хану прямо в глаза, — Ты в толстовке сидишь, в капюшоне, все лицо в волосах. Мне в футболке и с убранными волосами жарко, тебе разве нет? — Э-э-э, — Хан замямлил и покраснел от такого пристально взгляда, — Нет. Мне отлично. Опять вранье. А все дело в небольшом секрете Хана, который прячется под волосами. Шрам. Однажды Джисон спросил у своей команды, знают ли они что-то про знаменитого Гарри Поттера - они сказали, что слышали легенду о его родителях и его шраме. Джисон был сильно расстроен. Обычно он замазывал свой отличительный знак(что слабо помогало), но чаще прятал под волосами и капюшонами. За окном темнело. В недо-объятиях Минхо было мягко и приятно. Скоро дебют. А на другом конце мире, в Англии, все было совсем не так спокойно.