insatiable

— Ну и что этот мудак сказал тебе на этот раз? – спросила ее Ребекка раздраженным голосом.  Грейс сжала стакан воды, потупив взгляд. Щеки предательски залил стыдливый румянец под пристальным взглядом ее коллеги и по совместительству подруги.  — Он сказал… сказал, что я фригидная. Что ни один… мужчина не сможет вытерпеть меня больше месяца. Ну и к моей внешности тоже были претензии, – прикусив губу и едва сдерживая слезы, ответила Грейс, нервно постукивая пальцами по запотевшему стеклу. Перед глазами пронеслись болезненные воспоминания и сердце в груди кольнули иглой: «Грейс, я будто бревно трахаю». «Как тебя вообще в полицию взяли? Ты же зашоренная и двух слов связать не можешь!» «Тебе бы стоило начать за собой следить. Столько красоток, а я с какой-то серой мышью!» Глаза Ребекки с каждым ее словом щурились все сильнее. Когда Грейс закончила, она помолчала пару секунд, сделала большой глоток сока и наконец со злостью выпалила: – Прошу, скажи мне, что после этого ты послала его и его маленький член к черту! Это было слишком громко и Грейс вздрогнула от неожиданности. Грубые слова Шона тут же вылетели из головы. – Бекка, потише, пожалуйста! - испуганно прошептала она, оглядываясь.  Они сидели в небольшом кафетерии, в который ходил практически весь полицейский участок и обеденный перерыв касался не только их - все столы были заняты сотрудниками и их спокойно могли услышать. Справа от них, совсем рядом, расположился… Грейс вся сжалась, вжав голову в плечи.  Мистер Кеннеди.  Она мысленно застонала. Ещё не хватало, чтобы до него дошло, что там ее бывший парень говорил о ней и ее навыках в постели! Ребекка проследила за ее взглядом и усмехнулась, но тон голоса тише не стал: – Ты не ответила, Грейс. И учти, только попробуй перевести тему! – Господи, Бекка, не кричи ты так! - с паникой прошептала она. Грейс казалось, что от стыда ее тело вот-вот сгорит - настолько стало жарко. И пока Ребекка не продолжила, она быстро выдавила. - Мы расстались… – Правда? Ну наконец-то! - Ребекка с облегчением всплеснула руками и чуть не захлопала в ладоши. Грейс же хотелось провалиться сквозь землю, потому что она кожей ощущала, как на них с любопытством поглядывают остальные присутствующие. Ребекке же было абсолютно плевать и Грейс на мгновение даже позавидовала такому пофигизму. – Итак, а теперь подробности! - Бекка, позабыв о еде, чуть ли не легла грудью на стол, вперив карие глаза в красное от смущения лицо подруги. - Наверно он орал, как ненормальный, ведь является гребанной истеричкой? – Нет… - Грейс не знала, куда себя деть под ее пытливым взором. Она скосила взгляд направо и тут ее словно током прошибло, а ладони вспотели. Мистер Леон Кеннеди, начальник ее отдела, смотрел на нее. Нет, не просто смотрел. Он не сводил с нее глаз. Мурашки пробежали по спине и Грейс резко повернула голову, чуть не вывихнув себе шею. Ей казалось, что она смотрела на него в ответ слишком долго. На деле это не заняло и секунды.  Ребекка, конечно же, все заметила и лукаво прошептала: – Не отвлекайся на нашего начальника, Грейс. Он конечно горячий, как солнце, но у нас тут серьезный разговор! – Я не отвлекалась! - сердито шепнула Грейс в ответ, но нервно сглотнула, потому что Кеннеди продолжал ее разглядывать. Как много он успел услышать из разговора? Она старалась не думать об этом, иначе точно умерла бы от смущения.  «Чего он уставился?!». Ребекка же ее будто не услышала: – Ну так что? Как он отреагировал? Надеюсь, ему было хреново, потому что только это и заслужил! – Ну… - Грейс неловко зачесала волосы за ухо, изо всех сил стараясь не обращать внимание на прожигающий взгляд начальника. Давалось это с огромным трудом, - это не… – Надеюсь, что Шон-гандон сейчас плачется в подушку, - мечтательно улыбнулась Ребекка, ей для счастья хватило одной мысли о страданиях бывшего парня Грейс.  – Эм… - Грейс не знала, куда деться. Она боялась сказать Бекке правду, но придется. Подруга от нее не отстанет, а врать она не умела, да и не любила, - это не… не я его бросила… Вот оно, то, чего она так не хотела. Как в замедленной съемке довольное выражение сползло с лица Ребекки, сменившись недоверием и злостью. – Только не говори, что… – Да, Бекка, - Грейс поджала губы, переплетая пальцы и уставившись на них, только чтобы не видеть хмурую подругу, - это… это он меня бросил… Бекка ответила не сразу и Грейс пришлось посмотреть на нее. О чем она тут же пожалела. Карие глаза метали молнии, насупленные брови и скривившиеся губы громче любых слов говорили о том, что Ребекка в ярости.  — Этот абьюзивный кусок говна?! Ладно, Грейс ошибалась. Вот сейчас Ребекка была по-настоящему громкой. Грейс в панике поддалась вперед, чуть ли не умоляя ее быть потише, но Ребекку это только сильнее разозлило: – Не затыкай меня, Грейс! Я ушам своим не верю! Мне вот что интересно – если бы этот урод тебя не кинул, ты бы с ним осталась? И только попробуй соврать! — Я… ну, я.., – промямлила Грейс, вся красная и мечтавшая оказаться где угодно, но не здесь. Теперь на них точно пялился весь кафетерий. Но по интенсивности взгляда никто не мог сравниться с ее начальником. Она вновь робко взглянула в его сторону и замерла, как кролик перед удавом, чуть ли не пискнув от ужаса.  Он точно слышал все, о чем они говорили. Серо-голубые глаза смотрели на нее пытливо, оценивающе. Его пальцы легко скользили по ободку стакана, обычно суровые, безэмоциональные черты лица смягчились. А губы, те самые, которые сводили с ума каждую девушку… Грейс не могла в это поверить. Но готова была поклясться, что ещё чуть-чуть и на них появится ухмылка. Грейс словно облили кипятком.  «Он смеется над тобой. Считает, что ты жалкая неудачница», - ехидно издевалась над ней ее низкая самооценка. Грейс и не старалась заглушить неприятные мысли, потому что была уверена - все так и есть. Резко появилось желание просто взять и убежать, а лучше оказаться в своей квартирке и не высовываться ближайшие сто лет. Но она знала, что Ребекка не позволит даже встать, пока не получит от нее всю информацию.  – Грейс, ау! Не игнорируй меня! - Ребекка щелкнула пальцами у нее перед носом, заставляя смотреть прямо в глаза. - Ты же меня знаешь - я не отстану! – Бекка, ты ведь все и так прекрасно понимаешь, - она настолько устала смущаться, что ее голос прозвучал почти вымученно. Еще и начальник действовал на нервы, сводя ее с ума своим вниманием. Грейс мечтала поскорее уже закрыть тему с ее ужасными прошлыми отношениями.  Как ни странно, Ребекка тяжело выдохнула, крепко зажмурившись и откинувшись на спинку стула. Казалось, она устала не меньше Грейс, но совсем по другой причине.  — Конечно понимаю, я же не дура, - грустно усмехнулась Бекка и сердце Грейс сжалось, - но одного я точно не могу понять - а именно твой отвратный вкус на мужиков! И где ты только умудряешься находить таких уродов? Они даже трахаются хреново, иначе хоть как-то я могла бы их оправдать! Грейс поперхнулась водой, которую собиралась выпить. Она быстро зыркнула на начальника и чуть не застонала от облегчения, немного расслабившись - он, как ни в чем не бывало, вернулся к еде, позабыв об их существовании. Будто до этого и не рассматривал ее, практически не мигая, внимательно, сканируя острым взглядом… — Б-бекка! Не здесь же это обсуждать! — А что такого? - невозмутимо спросила Ребекка, скрестив руки на груди. - Скажешь, я не права? Ты хоть раз испытывала оргазм? Лицо Грейс, только приобретшее свой естественный цвет, снова стало ярко-красным. Но радовало, что хотя бы это она не прокричала на всю столовую. Грейс пробила дрожь.  «Черт возьми, Бекка меня сведет в могилу!» — Бекка! Я… я не хочу об этом говорить! – Да и не надо, очевидно, что нет, - серьезно проговорила подруга, - все твои бывшие - конченные неудачники. Они даже монашку удовлетворить не смогут. Грейс шумно выдохнула, нервно потерев лоб. Немного помолчав, она решилась сказать то, что давно ее мучило. – А может… может ты ошибаешься? - выдавила она. Чтобы как-то себя занять и подавить стыд, она начала водить вилкой по давно остывшим макаронам. - Может… проблема все-таки во мне?  – На что ты намекаешь? - глаза Бекки опасно заблестели, но Грейс этого не заметила. – Я… хочу сказать, вдруг я… действительно такая, как они говорили? Непривлекательная, фригидная… неудачница? Мне все больше кажется, что… что в интиме нет никакого смысла… – Грейс, я никогда не думала, что скажу такое, но ты идиотка. Грейс вскинула голову, обиженно уставившись на Бекку. Подруга сухо рассмеялась, и в этом смехе не было и капли веселья. — Бекка, я серьезно… – Поверь, я тоже. Из всех вещей, в которых ты могла засомневаться - например в ужасном вкусе на мужчин - ты выбрала себя?! Это в голове не укладывается!  – Но об этом говорил не только Шон… – Грейс, я против насилия, но по башке тебя стукнуть хочется! Давай так, - Бекка выпрямилась и опершись локтями о стол, подперла руками подбородок, - у всех твоих мужчин была средняя внешность. Я бы даже сказала, ниже среднего. – Ну… – Не перебивай, - осадила ее Бекка и Грейс машинально захлопнула рот, - у них не было нормальной работы. Один - доставщик пиццы, второй - курьер, третий… а он вообще работал? Так ещё в сексе полные нули. Теперь ты. Сладкая булочка, заботливая, ответственная и невероятно милая. – Бекка! - ахнула Грейс и невольно зарделась от такой похвалы, - ты… преувеличиваешь… – Нисколько, - серьезно отчеканила Ребекка, – ты даже представить себе не можешь, сколько здешних мужчин просили у меня твой номер телефона или спрашивали, есть ли у тебя кто-то.  Грейс смущенно дернула плечами. Она не могла в это поверить. Слишком уж неправдоподобно звучало, хоть и безумно приятно. – Тогда… почему они сами не подходили? — В том и дело, что подходили, но ты вся в работе и ничего, кроме нее не видишь! С одной стороны это похвально, конечно, но с другой… забавно наблюдать, как ты вообще не понимаешь намеков. – Ты о чем? - непонимающе нахмурилась Грейс. – Да буквально вчера, когда мы работали над очередным отчетом, малыш Сэм, весь красный, заикаясь, пытался выяснить, свободна ли ты вечером. Я чуть не умерла от смеха, когда ты спокойно сказала, что постараешься освободиться и поможешь ему с докладом, над которым он неделю мучается. Бедняга, он выглядел таким растерянным!  Грейс тихонько шепнула «Боже…», уткнувшись лицом в ладони. Отлично, теперь она чувствовала вину и стыд перед Сэмом, патрульным участка, добрым, немного наивным парнем. Не то, чтобы Сэм ее интересовал в романтическом плане, но она могла быть и более внимательной! Тут резко раздался скрип ножек стула. Справа. Грейс разом похолодела, сразу опустив руки. Полностью погруженная в разговор и стыд она совсем забыла о мистере Кеннеди! Он, к счастью, выглядел как обычно. Походка бывалого солдата, суровое, мрачное лицо без единой эмоции, ничего не выражающие льдисто-серые глаза и светлые растрепанные волосы. Закончив с обедом, Кеннеди собирался возвращаться в участок. Грейс страстно надеялась, что он пройдет мимо, но заметив взгляд Кеннеди, направленный на них, поняла, что ей как всегда не везет и кто-то на небесах ее точно невзлюбил.  – Эшкрофт, Уилсон.  Низкий голос с хрипотцой заставил Грейс встрепенуться, тело автоматически напряглось. Она самой себе не могла объяснить, почему мистер Кеннеди так сильно действовал ей на нервы одним своим присутствием. Может, все дело было в его мрачной отстраненности, а может в том, что его внушительная фигура создавала внутри нее иррациональный страх. Но каждый раз, глядя на эти мускулы и бицепсы, до предела натягивающие ткань его черной рубашки, Грейс думала о том, что он может сломать ее одним движением пальцев. И эта мысль напрягала. Другие девушки точно посмотрели бы на нее, как на чокнутую, даже Ребекка, если бы она поделилась своим впечатлением от начальника. Они-то на эту мускулистую фигуру яростно пускали слюни, томно вздыхая, когда он просто стоял рядом или направлялся в свой кабинет.  Конечно, Грейс не была дурой или слепой. Красоту Леона Кеннеди невозможно отрицать и ему гораздо больше бы подошла работа модели, а не начальника отдела спецопераций. Но стойкое ощущение, что Кеннеди - это робот в человеческом обличии, запрограммированный на определенный ряд действий, делало его красоту в глазах Грейс холодной и безликой. Характер Кеннеди это ощущение только усугублял.  – Конечно, сэр, - кокетливый голос Ребекки вырвал ее из размышлений. Очевидно, Кеннеди что-то сказал, а она по глупости прослушала. Грейс застенчиво подняла голову, сразу столкнувшись с пронзительными, ледяными глазами. Сердце мгновенно ускорило ритм, она испуганно вжалась в стул. – Эшкрофт, когда перед тобой начальник, слушай, что он говорит. Свои ногти сможешь рассмотреть позже.  Фраза, сказанная резким, как пощечина, тоном, заставила ее застыть изваянием. Глаза широко раскрылись, дыхание сбилось. Она ощутила, как по шее поднимается жар стыда, распространяясь на лице.  – П-простите, сэр, - пробормотала она тихо, чувствуя себя до крайности униженной. Ей потребовалась вся сила воли, чтобы не отводить взгляд от этих холодных серо-голубых глаз, рассматривающих ее так, словно Грейс была не более, чем жалкой букашкой.  – Обеденный перерыв заканчивается через 10 минут. Без опозданий. Ясно? - сказал Кеннеди, не смягчив тон голоса. Он продолжал давить на Грейс силой своего взгляда, как тяжелой каменной плитой. - Мне бы не пришлось повторяться, если бы ты меня слушала. Надеюсь, теперь все понятно? Ком, подступивший к горлу Грейс, был огромным и она с трудом сглотнула, после шепнув дрожащим голосом: – Да, сэр, понятно…  «Уйди, просто уйди уже!» На этот раз сверху над ней сжалились. Не сказав больше ни слова, Кеннеди развернулся и твердой походкой направился к выходу. Грейс не смогла сдержать вздоха облегчения и наконец-то расслабилась. Ребекка посмотрела на нее с сочувствием, легонько проведя пальцами по руке подруги. – Не парься, Грейс. Он ко всем придирается по пустякам, надо просто привыкнуть. – У меня от него мурашки по коже, - хмуро ответила Грейс. Стыд в ней сменился жгучей злостью, - и нет, придирается Кеннеди только ко мне! Ну и что он такого важного сказал, что я обязательно должна была услышать? Я что, идиотка, у которой нет часов, так он считает? Какой бред! Я даже не опаздывала ни разу! Ребекка добродушно хихикнула, что разозлило Грейс ещё сильнее. – Ну да, действительно бред. Но вид его задницы компенсирует все, что вылетает из его рта… – Да плевать я хотела на его задницу! - стиснув зубы, процедила Грейс и Ребекка расхохоталась, чуть не пролив сок из стакана, который держала. - Бекка, не смешно! – Прости, просто ты так забавно злишься, - закончив смеяться, но продолжая широко улыбаться, сказала Ребекка, - это ещё и редкость! Только Мистер Секси может вывести тебя из себя. – Ха-ха, - мрачно выдавила Грейс, нахмурив брови. Руки непроизвольно сжались в кулаки, когда она добавила, - скорее уж мистер Редкостный Придурок. И что вы все в нем находите… – Ой, да ладно тебе! - поигрывая стаканом, Ребекка с насмешливым неверием посмотрела на нее. - Ты можешь относиться к нему, как угодно, но отрицать, что он чертовски горячий, будет странно даже для тебя.  – Ну красивый, а что с того? - холодно парировала Грейс. - он… пустой, понимаешь? Кроме внешности, в нем нет ничего интересного! Ты хоть раз видела, чтобы он улыбнулся? Пошутил? Не представляю, как с ним вообще можно провести рядом дольше одной минуты! Выслушав всю эту сердитую тираду, Ребекка лишь пожала плечами и спокойно ответила: – Мне достаточно любоваться его внешностью, все-равно большее точно не светит. Так что, какая разница, какой у него там характер? Грейс раздраженно закатила глаза. Когда дело касалось Леона Кеннеди, любая критика в его сторону абсолютно не воспринималась. Ее поражал факт того, что достаточно иметь смазливую внешность и человеку могут простить практически все. Даже отвратительную личность. «Только зря тут распиналась». Ребекка отставила стакан и взглянула на экран мобильника. После, откинув темные волосы с плеча, неспешно поднялась. – Ладно, злюка, пора идти. Ты же не хочешь, чтобы нам устроили разнос? «Ага, в итоге разнос устроили бы только мне», - мелькнула в голове недовольная мысль, прежде чем Грейс кивнула и встав, послушно последовала за подругой.