Одержимая

      Я часто вспоминаю тот первый день, когда мы с ней встретились. Было собрание первокурсников перед началом учебного года, на которое я благополучно едва не опоздала, явившись одной из самых последних. Мне сразу понравилась аудитория, в которую нас привели. Периодическая таблица в половину стены, огромное множество склянок на полках дальних шкафов - всё именно то, что я хотела, когда поступала. К слову, поступила я в медицинский колледж на фармацевта. Хотя сдавала гуманитарные предметы и готовилась к поступлению на творческое направление в университете. Судьба распорядилась иначе, а если точнее - я запрыгнула в последний вагон, осознав, что химия и фармакология мне в разы ближе, нежели искусство тетатральных представлений.       За столом сидела женщина средних лет, перед которой лежал список вновь прибывших. Я окинула её быстрым взглядом. Ничего особенного: чёрные волосы, постриженные под каре, синяя блузка с рукавами три четверти, простые чёрные брюки, внимательный взгляд карих глаз. Я кивнула в знак приветствия, и она попросила меня занять место за любой партой. Я села со светленькой девушкой с красной помадой на губах, ибо она показалась мне единственным действительно интересным здесь человеком. И нет, эта история не о любви с первого взгляда. Между мной и нашим куратором не возникло ровным счётом ничего, кроме сухих отношений студент - преподаватель. Жаль, что так не осталось навсегда.       Самыми последними вошли две девушки: низкая рыжеволосая с глупой улыбкой на лице, и русоволосая повыше с каким-то надменным взглядом. Я сразу поняла, что нам будет не по пути, и как в дальнейшем оказалось, не напрасно. Больше внимания я уделила именно группе, а не преподавательнице. Взгляд скользил от одного лица к другому, становясь всё более скептическим и даже циничным: все лица были пустыми. - Как тебя зовут? - наконец спросила я свою соседку, и та не слишком охотно повернувшись в мою сторону, ответила: - Мари. А ты кто? - Дженифер Принстон. Друзья зовут Дженни. Приятно познакомиться. - ответила я, слегка раздосадованная её малой заинтересованностью.

***

      Начались лекции по неорганической химии. Они проходили в актовом зале общежития, так как в здании колледжа в первую смену не оказалось ни одной свободной аудитории. Как и ожидалось, наша куратор - миссис Спенсер, по полному имени Амелия Луиза Спенсер - являлась преподавателем химии, потому сидели мы именно с ней. Дабы не грузить новоявленных студентов новым материалом с первого дня, миссис Спенсер решила повторить темы со школьной скамьи, но даже здесь нас ожидала загвоздка. - В чём особенность инертных газов? - спросила женщина, и ответом ей послужила тишина, только продолжали хихикать на задних рядах. - У них завершён энергетический уровень, то есть отсутствуют валентные электроны. - ответила я, и некоторые студенты посмотрели на меня с интересом. - Какие элементы относят к галогенам? - прозвучал следующий вопрос, и вновь в аудитории не было слышно ничего, кроме приглушённого смеха и шуршания фантиков. - Фтор, хлор, бром, йод, астат. Последний радиоактивный. - вновь ответила я, на этот раз удостоившись утвердительно кивка. - Хотя бы знаете, что такое периоды и группы? - снисходительно спросила миссис Спенсер, снизив уровень сложности вопроса. - Группы сверху вниз, а периоды - горизонтально. - теперь ответила другая девушка из нашей группы. Что ж, спасибо и на том.       Мне быстро удалось выяснить, что минимум половина людей в нашей небольшой группе учились здесь по случайным причинам, потому не были заинтересованы от слова совсем, и ничего толком не знали. Я, вопреки надеждам, не собиралась тянуть это болото куда-то к свету. Единственной, кто мог рассчитывать на какую-то помощь, была Мари - с ней я быстро сошлась по духу, а она оказалась одной из слабейших звеньев коллектива. Что-то из себя представляла ещё парочка парней: один был явно умным, хотя предпочитал не выставлять это напоказ, второй - тот самый весельчак с секретами, ничего не понимающий в обучении, но смыслящий в других вещах. Ах да, и девушка, ответившая про периоды и группы, оказалась не такой глупой и пустой, хотя являлась представительницей другой культуры и потому была мне не понятна.

***

      К моему ужасу, Мари отчислилась на первой же неделе, и я осталась одна. Прочие сформировали маленькие группы внутри большой, я же не вписалась ни в одну из них, и пыталась общаться со всеми по немногу, что на первых порах даже получалось. Впрочем, уход Мари был не единственной проблемой. Когда закончились лекции, и началась практика, я была разочарована. Нашей подгруппе достался ужасный преподаватель. Мужчина лет тридцати пяти то ли счёл нас совсем бездарными, то ли являлся таким сам. Так или иначе, вместо опытов и наглядного изучения материала мы получили очередное изучение реакций разложения и замещения, записывая их десятками в тетради, и болтовню не по теме, в то время как другая подгруппа, изучив технику безопасности, взялась за работу с реактивами.       Здесь же случилась моя первая крупная ссора с одногруппниками. Мишель и Нэнси сразу показались мне до ужаса тупыми стервами: с наклеенными ногтями и ресницами, одетые с иголочки, одержимые салонами красоты и шоппингом. Вдобавок к этому, они были теми ещё лентяйками и бездарями, что роняло их в моих глазах ещё ниже. - Нас отпустят через час, завидуйте молча. - промурлыкала Нэнси подошедшей девушке из другой подгруппы. Занятие шло от силы часа полтора из шести заявленных. - Да и вообще мы тут на расслабоне. - вставила довольная Мишель. Не нагружают, отпускают значительно раньше, на что жаловаться? - Мм, а ничего так, что мы страдаем фигнёй вместо чего-то дельного? Что хорошего? - поджала губы я, искренне злясь на лень и глупость этих двух. - А что не так? - надула губы Нэнси и вскинула брови то ли в недоумении, то ли в раздражении. - А то, что другие, может, хотят заниматься нормально. - процедила я. Я никогда не была прилежной ученицей, отличницей и тем более - ботаничкой, но мне на самом деле были интересны эти злосчастные пары по химии, которые старательно сводились к пустому времяпровождению. - Ну ты и занимайся, дура! А мы хотим домой и нас всё устраивает. - обиженно заявила Нэнси, и подруга кинулась её поддерживать. - Вот именно, что-то не устраивает - свали отсюда!       Мы перекинулись ещё парой-тройкой оскорблений, после чего наша перепалка была прервана появлением преподавателя. Отношения были испорчены основательно, и поддержки ждать мне было не от кого - все встали на сторону Нэнси и Мишель, что в конец меня взбесило. В том же духе прошли ещё несколько дней, и моё терпение окончательно лопнуло. Все дружно в этой подгруппе валяли дурака и были этим довольны, хотя Джерри, тот парень, что умнее, и Надие, приезжая девушка, были не всегда согласны, и на порядок сильнее остальных. Жаловаться и стучать не входило в мои планы, но решить проблему иначе просто не представлялось возможным.       Заглянув после занятий к миссис Спенсер, я без зазрения совести выдала положение наших дел. Недовольная халатностью коллеги, женщина пообещала разобраться, и на следующий день наш преподаватель предложил позаниматься одной дополнительно. Плохая альтернатива полноценному групповому занятию, о чём мы сошлись во мнениях с миссис Спенсер, и я попросила о моём переводе к ней в подгруппу. Уговаривать её долго не пришлось - завтра мне было сказано приходить с первой частью группы к двенадцати часам. Тогда мои действия были продиктованы сугубо недовольством и нежеланием тратить время в пустую, и я не могла представить, что не так скоро это измениться.       Второй подгруппе, разумеется, влетело, но меня это уже не касалось - я ушла в первую и теперь занималась с миссис Спенсер. Оставшаяся часть группы приняла меня не слишком дружелюбно. Атмосфера здесь была даже хуже, чем в другой половине. Если там проблемой была нескончаемая лень и нытьё Мишель и Нэнси, то здесь беда Тина и её компания, состоящая из Терезы, Сюзанны и Анжелы. Ужасно шумные, глупые и пустые, смеющиеся невпопад и невпопад ноющие, они вывели меня из себя очень быстро, с каждым днём становясь всё хуже в моих глазах. Сочтя меня пупом земли, эта четвёрка пыталась с завидной регулярностью отправить меня к доске или списать на самостоятельных работах, пока однажды миссис Спенсер не одёрнула их, заставив замолчать, за что я была ей несказанно благодарна. И вообще женщина проявляла себя весьма дружелюбно по отношению ко мне, я ей симпатизировала как студент, а может, и как человек. Это вызвало во мне ответное уважение и слабую привязанность к ней, что сделало отношения между нами чуть менее сухими. И всё же ни шло и речи о том, чтобы её любить.

***

      Подошёл срок первого экзамена - по неорганической химии. Я нервничала, хотя знала, что не завалю, и владею большим набором навыков, нежели большая часть моих нерадивых одногруппников. Я не успела прорешать все билеты, данные для подготовки, и потому сидела за единственным столом в помещении, продолжая записывать уравнения реакций. - Зачем ты это делаешь? - нарисовалась рядом Нэнси. С её лица слетело обычное безмятежное выражение - она была не готова, да и преподавательница относилась к ней не слишком благосклонно. - Не хочу завалить. - бросила я, желая завершить разговор побыстрее. - Как ты завалишь, если прямо так всё решаешь?! - девушка кивнула на тетрадь передо мной. Судя по голосу, у неё сдавали нервы. - На всякий случай. - я пожала плечами. Я тоже нервничала, но меня никто не спешил поддержать. Ну и плевать. На них на всех.       Я сидела за дальним столом, решая выпавший мне билет. Задание с электронной конфигурацией натрия и уравнение с гексацианоферратом калия, так же известным как красная кровяная соль. Ничего сложного, чему я, конечно, обрадовалась. У меня был шанс получить высший балл. Параллельно я слушала ответы своих одногруппников, среди которых встречались довольно слабые. В тот момент, когда я подняла глаза, на стуле перед преподавательницей сидела Инга - самая старшая из всех в нашей группе. Почему-то в мозгу пронеслась мысль, будто эти двое - Инга и миссис Спенсер - очень мило смотрятся вместе. Я мысленно усмехнулась. Не те, ох не те мысли лезут в голову в такой ответственный момент. Возможно, мне просто нужно было на что-то отвлечься.       Нэнси несла откровенную чушь. Мне хотелось смеяться до слёз от того, как она, глядя в собственную тетрадь, твердила, будто продукт реакции - карбонат, в то время как написаны были вода и углекислый газ. Миссис Спенсер медленно но верно начинала раздражаться на глупость студентки, и выпроводила её за дверь, с большой натяжкой поставив девушке в зачётку тройку. Настала моя очередь, и когда я села на стул, положив листок с ответами на столешницу, вдруг услышала голос женщины: - Надеюсь, ты меня обрадуешь ответом, Дженифер. Я застыла на мгновение. На лице моём ничего не отразилось, но внутри что-то перевернулось. Почему я? Неужто никто больше не может дать достойного ответа? А Джерри? Надие? Но раздумывать было некогда, и я начала рассказывать билет, указывая на записи с листка.       - Молодец. - кивнула миссис Спенсер и улыбнулась. Я заметила, что на моём листочке выведена твердая пометка "отлично" и стоит подпись преподавательницы. Я улыбнулась в ответ. С лёгким сердцем покинув экзаменационную аудиторию, я отправилась на остановку. Ждать мне было некого, делать уже нечего, оставалось лишь возвращаться домой и скромно отмечать свой первый сданный на отлично экзамен.

***

      Автобус доехал до конечной станции, на которой я вышла. Наверное, я снимала самую плохую квартиру в самом плохом районе, но на большее денег у меня, да и у семьи, просто не было. Дорога была разбита в хлам, я шла по буграм и выбоинам мимо серых бетонных многоэтажек. Открыв дверь в подъезд одной из них, я поднялась на лифте на седьмой этаж. Здесь всё было столь же уныло и разбито. Несмотря на депрессивную атмосферу вокруг, на душе у меня было хорошо, что бывало, к слову, нечасто. Пусть у меня не сложились отношения с одногруппниками, пусть я не нашла близких людей, но я была одной из лучших студентов группы, и испытывала настоящий интерес и даже восторг в процессе обучения.       Так прошёл весь первый месяц. В сравнении со школьными годами в моей жизни наступила белая полоса и общий подъём. Я относительно успешно справлялась с возникающими на пути проблемами, не слишком удрученная этими жизненными мелочами. Иногда мне не хватало тепла и поддержки, и я хандрила, но потом вспоминала, что у меня есть любящие родители, есть возможность заводить новые знакомства, в конце-концов, есть миссис Спенсер, которая относилась ко мне лучше, чем зачастую относятся преподаватели к ученикам и студентам. Увы и ах, не суждено покою было длиться долго...