«ТЕНИ ПРОШЛОГО: ХРОНИКИ ВОЗРОЖДЕНИЯ»

Глава 18. Перекрёстки судеб Осень 2012 года выдалась в Бикон-Хиллз тёплой и сухой. Листья на деревьях уже начали желтеть, но солнце всё ещё грело по-летнему, заставляя учеников местной школы мечтать о каникулах, которые наступят ещё нескоро. Лиам сидел на скамейке у стадиона, наблюдая за тренировкой команды по лакроссу. Он ещё не восстановился после травмы, но Дэвид сказал, что через неделю можно будет начинать потихоньку бегать. Нога больше не болела — после превращения все травмы заживали быстрее, — но Лиам решил не рисковать. — Мечтаешь? — Мейсон плюхнулся рядом, протягивая ему газировку. — Или высматриваешь, кого бы покусать? — Очень смешно, — фыркнул Лиам, принимая банку. — Просто думаю. — О чём? — О снах. О том парне. Мейсон понимающе кивнул. Он был единственным, кому Лиам рассказал о своих видениях. Мейсон, как всегда, отнёсся к этому с энтузиазмом. — Ты должен найти его, — сказал он тогда. — Если он тебе снится, значит, это неспроста. — А если он не существует? — спросил Лиам. — Если это просто игра моего больного воображения? — Тогда ты хотя бы попытался. Лиам улыбнулся. Мейсон умел находить простые ответы на сложные вопросы. В тот же день после уроков к нему подошли Скотт и Стайлз. — Нам нужно поговорить, — сказал Скотт, и по его лицу Лиам понял: что-то серьёзное. Они сели в машину Стайлза — старый «Ровер», который вечно чихал и глох на светофорах. Стайлз завёл мотор, но не тронулся с места. — Мы должны тебе кое-что рассказать, — начал Скотт. — О парне, которого ты видел во сне. Лиам напрягся. — Откуда вы знаете, что я видел сны? — Потому что мы видели их тоже, — ответил Стайлз. — Все мы. Сны о другой жизни. — И в тех снах есть парень по имени Тео, — добавил Скотт. — Тео Рейкен. Лиам почувствовал, как сердце пропустило удар. — Он существует? — Существовал, — тихо сказал Стайлз. — Он умер два месяца назад. Двенадцатого августа. Тишина в машине стала оглушительной. Лиам смотрел на Стайлза, на Скотта, пытаясь понять, не шутят ли они. Но их лица были слишком серьёзными. — Как? — выдохнул он. — Сердце, — ответил Скотт. — У него с детства были проблемы. Астма, слабое сердце. Врачи говорили, что без пересадки он не доживёт до восемнадцати. Не дожил. — Мы знали его, — добавил Стайлз. — Не близко, но знали. Он учился с нами в одной школе. Тихий, странный. А потом... потом его не стало. Лиам молчал. Внутри всё клокотало, но это была не та ярость, к которой он привык. Что-то другое. Что-то, чему он не знал названия. — Зачем вы мне это говорите? — спросил он, сжимая кулаки. — Потому что он оставил тебе кое-что, — сказал Скотт. — Перед смертью он написал завещание. И в нём указал твоё имя. — Моё? — Лиам не верил. — Он не знал меня. Я его никогда не видел. — Он видел тебя во сне, — ответил Стайлз. — Как и ты его. — Он оставил тебе грузовик, — продолжил Скотт. — Старый джип, который стоит у дома его сестры. И записку. Мы не знаем, что в ней, но Тара — его сестра — сказала, что это для тебя. Лиам сидел, пытаясь переварить информацию. Слишком много всего. Слишком быстро. — Где она? — спросил он. — Где эта Тара? — Живёт в старом районе, недалеко от заправки, — ответил Стайлз. — Мы можем отвезти тебя. Если захочешь. Лиам кивнул, не в силах говорить. Машина тронулась, унося их через город. Мимо проплывали дома, магазины, деревья — всё такое знакомое и одновременно чужое. Лиам смотрел в окно и думал о парне, которого никогда не знал, но который, кажется, знал его. Дом Тары оказался небольшим, с облупившейся краской на крыльце и старым качелями во дворе. Возле дома стоял грузовик — потрёпанный, видавший виды «Джип Команч», который, несмотря на возраст, выглядел ухоженным. — Подождите здесь, — сказал Лиам, выходя из машины. Он подошёл к двери и постучал. Сердце колотилось где-то в горле. Дверь открыла девушка. Чуть старше его, с тёмными волосами и уставшими глазами. Она посмотрела на Лиама, и вдруг её лицо изменилось. — Ты, — выдохнула она. — Ты Лиам. — Да, — ответил он, удивлённый тем, что она его знает. — Я Тара, — она посторонилась. — Заходи. Внутри дом оказался таким же скромным, как снаружи. Старая мебель, выцветшие обои, фотографии на стенах. На одной из них Лиам увидел Тео — тот стоял, обняв Тару, и улыбался в камеру. Улыбка была тёплой, настоящей. — Садись, — Тара указала на диван. — Хочешь чай? — Да, спасибо. Она ушла на кухню, а Лиам остался рассматривать комнату. Книги, постеры, маленькие фигурки на полках. Везде чувствовалось присутствие человека, которого больше нет. Тара вернулась с двумя кружками, села напротив. — Я не верила, что ты существуешь, — сказала она, глядя на него. — Тео говорил о тебе. Много говорил. О снах, о парне с голубыми глазами, который успокаивает его ярость. Я думала, это просто фантазии. Больное воображение умирающего мальчика. — Она помолчала. — А потом ты появился на пороге. — Я не знал его, — тихо сказал Лиам. — В реальности. Только во сне. — Откуда ты знал его? — спросила Тара. В её глазах был вопрос, который мучил её всё это время. — Почему он оставил тебе грузовик? Что такого ты сделал, что мой брат, который никогда никого не впускал в свою жизнь, вдруг решил, что ты важнее всего? Лиам долго молчал, собираясь с мыслями. — Я не знаю, как это объяснить, — наконец сказал он. — Мне снятся сны. Другая жизнь. Там мы с ним... мы вместе. Мы любим друг друга. Это кажется безумием, но я чувствую это. Каждой клеткой. Тара смотрела на него, и в её глазах блестели слёзы. — Ты правда его любишь, — прошептала она. — Я вижу. Она протянула ему ключи. — Грузовик его. Он просил передать тебе. И ещё... — она достала из кармана потрёпанный конверт. — Это его записка. Я не читала. Думаю, это только для тебя. Лиам взял конверт, чувствуя, как дрожат руки. — Я могу... — он запнулся. — Можно посмотреть его комнату? Тара кивнула. — Второй этаж, первая дверь направо. Я подожду здесь. Комната Тео была небольшой, но уютной. Полки с книгами, постеры с супергероями, стол, заваленный тетрадями. Лиам подошёл к кровати, сел, провёл рукой по одеялу. Закрыл глаза. Запах. Тот самый, из снов. Тёплый, чуть сладковатый, с нотками старой бумаги и кофе. — Я здесь, — прошептал Лиам. — Я пришёл. Прости, что так долго. Он сидел так несколько минут, впитывая атмосферу, чувствуя присутствие человека, которого никогда не знал, но который стал для него важнее всех. Потом встал, осмотрелся ещё раз и вышел. — Спасибо, — сказал он Таре, возвращаясь в гостиную. — За всё. — Береги его грузовик, — ответила она. — Это было единственное, что он по-настоящему любил. Кроме тебя. Снаружи уже смеркалось. Скотт и Стайлз ждали в машине, но Лиам жестом показал, что хочет побыть один. Он подошёл к грузовику. Старый, потрёпанный, с выцветшей краской и ржавыми порогами. Но в нём было что-то... родное. Лиам открыл дверцу, сел за руль. Кожаное сиденье пахло бензином и пылью. И тем самым запахом. Запахом Тео. Он закрыл глаза и вдруг увидел их. Себя и Тео. Они сидели в этом грузовике, смеялись, целовались, спорили о музыке. Это было их убежище. Их дом. Слёзы потекли по щекам. Лиам не пытался их сдерживать. — Я люблю тебя, — прошептал он в пустоту. — Я не знаю как, но люблю. Потом он открыл бардачок. Там лежал конверт. Лиам развернул записку дрожащими руками. Почерк был неровным — видно, писал в спешке или от волнения. «Лиам. Я не знаю, кто ты. Я не знаю, прочитаешь ли ты это когда-нибудь. Но во сне я вижу тебя каждую ночь. Ты — единственное, что удерживает меня от того, чтобы стать монстром. Ты — моё спасение. В той жизни, которую я вижу во сне, мы были вместе. Я любил тебя больше всего на свете. И я хотел сделать тебе предложение. Заказал кольцо, всё спланировал. Но не успел. Я заказал такое же кольцо и в этой жизни. Глупо, да? Для человека, которого я даже не знаю. Но если ты читаешь это — значит, я не ошибся. Значит, ты существуешь. Кольцо спрятано в шкатулке под мостом, где во сне погибла моя сестра. Я не знаю, зачем я это сделал. Может, надеялся, что ты найдёшь. Если ты нашёл — носи его. И знай: где-то там, в другой жизни, я люблю тебя. Тео» Лиам перечитал записку трижды. Потом сложил, убрал в карман и завёл мотор. Мост был старым, железнодорожным, давно не используемым. Под ним шумела река, в которой отражались звёзды. Лиам остановил грузовик на обочине, вышел и начал искать. Шкатулка лежала под большим камнем, завернутая в полиэтилен. Лиам достал её, открыл дрожащими руками. Кольцо было простым. Серебряным, с узором из волчьих следов. Оно идеально подходило ему по размеру, будто созданное специально для его пальца. Лиам надел кольцо на безымянный палец левой руки. Оно село идеально. — Я никогда не сниму его, — поклялся он, глядя на звёзды. — Никогда. И когда-нибудь я надену на тебя то, другое кольцо. Я обещаю. Ветер шелестел листвой, река шумела, а где-то далеко, в лесу, выл койот. Лиам улыбнулся сквозь слёзы и поехал домой. --- Конец восемнадцатой главы