День защиты

Глава Восемьдесят Первая Я держатель жезла босса В подвале не было дневного света, только тусклая жёлтая лампочка горела в углу. Время тянулось медленно, и вдруг Ся Люи услышал, как отпирают замок. Он лежал неподвижно, глядя в потолок воспалёнными глазами. Лёгкая щетина на подбородке делала его лицо ещё более измождённым и мрачным. Дверь подвала открылась. Вошёл молодой парень, которого Ся Люи видел впервые. Костюм на нём сидел безупречно. Он не походил ни на слугу, ни на телохранителя, а скорее напоминал бизнесмена вроде Хэ Чусаня. Парень молча подошёл к кровати, подложил две подушки Ся Люи под спину, поставил на одеяло поднос с завтраком и отстегнул наручник с правой руки. В правой руке осталось только силы, чтобы держать палочки — ни напасть, ни угрожать было уже нельзя. Ся Люи опустил глаза на поднос с явно купленной едой, но даже не пошевелился. — Позови Хэ Чусаня, — холодно сказал он. Парень будто не услышал и поставил на поднос бутылку молока. Ся Люи взмахнул рукой и опрокинул весь поднос. Бутылка молока с грохотом разбилась об пол, и осколки разлетелись по сторонам. Парень молча убрал еду, просыпанную на него и на постель, снова заковал правую руку Ся Люи, взял поднос и ушёл. Хэ Чусань не пришёл. Через полчаса молодой человек вернулся. На этот раз он отстегнул правую руку, поставил у кровати утку и снова ушёл. Ся Люи мог не есть и не пить, но не мог не справлять естественные нужды. Он дрожал от гнева, но, сдержав унижение, справил нужду. Через десять минут парень вернулся, забрал утку, снова заковал правую руку и включил телевизор. *** Прошёл целый день. Ся Люи не притронулся ни к обеду, ни к ужину. Телевизор дважды прокрутил вчерашние новости, шесть раз показал одну и ту же рекламу шампуня и трижды повторил один и тот же сериал. Ся Люи неподвижно смотрел в экран с утра до вечера, но в голове было пусто. Он ничего не понимал. Пока он не увидит Хэ Чусаня, он не сможет ничего понять. Под вечер Хэ Чусань наконец появился в подвале. Он только что вернулся с улицы, от него ещё веяло холодом. На нём было длинное прямое пальто, которое делало фигуру высокой и величественной. Мягкую пушистую чёлку он зачесал назад гелем, и теперь лицо казалось зрелым и отстранённым. Как только он вошёл, он велел телохранителю запереть дверь снаружи, подошёл к кровати и один за другим отстегнул все наручники и кандалы. — Вставай, разомнись, — спокойно сказал он. Ся Люи пролежал целый день, всё тело затекло и онемело, но он всё равно изо всех сил пнул Хэ Чусаня в грудь. Тот ловко перехватил его за лодыжку и резко дёрнул в сторону. Ся Люи тяжело рухнул на холодный твёрдый пол. Хэ Чусань навалился сверху, заломил ему руки за спину и прижал к полу. Ся Люи тяжело дышал и яростно вырывался, но Хэ Чусань держал его крепко. Он смотрел на него сверху вниз с лёгкой усмешкой: — Люи-гэ, ты ведь и не думал, что однажды не сможешь меня побить? — Отпусти! — Ся Люи был в ярости. — Что ты хочешь сделать? Я убил Цуй Дундун. Хочешь отомстить? Ся Люи издал яростный рёв и забился в его руках, как безумный зверь. Хэ Чусань ладонью зажал ему рот, сжал зубы, чтобы тот не прокусил себе язык в безумии. Слюна Ся Люи текла по его ладони, но он продолжал глухо рычать, руки почти выворачивались из суставов, а он всё боролся. Видя, что тот в исступлении может поранить себя, Хэ Чусань внезапно отпустил его и дал пощёчину. Ся Люи замер, лицо перекосило. Острая боль понемногу возвращала чувство онемевшему телу. Из горла вырвалось судорожное дыхание. Эта пощёчина наконец пробудила всю его ярость и жажду убийства. Он перевернул Хэ Чусаня и изо всех сил замахнулся левым кулаком, но по всему телу разлилась игольчатая боль, и он судорожно обмяк и упал, так и не успев ударить. Хэ Чусань оттолкнул его тяжёлое тело, поднялся, убрал в карман маленький электрошокер, неторопливо поправил одежду и волосы, выдвинул ящик тумбочки и достал бумажную салфетку. Он вытер руки и спокойно сказал: — Очнись, Люи-гэ. Если бы драки решали всё, разве ты оказался бы в таком положении? Он выключил телевизор, сменил постельное бельё, испачканное остатками еды, поднял Ся Люи, уложил в кровать и укрыл одеялом. Потом снял одни наручники и заковал руки Ся Люи вместе, а к лодыжке прикрепил длинную железную цепь, чтобы тот мог свободно двигаться в небольшом радиусе. Ся Люи всё ещё не отошёл от удара током и мог только смотреть на него, не в силах сопротивляться. Закончив убирать, Хэ Чусань поднялся наверх и вскоре вернулся со стаканом свежей воды и двумя сэндвичами, которые поставил на тумбочку у изголовья. Он остановился у кровати, сверху вниз посмотрел на Ся Люи, затем протянул руку и поправил мокрые от пота волосы у него на лбу. — Ешь и спи как следует, иначе ты никогда больше не увидишь сестру Дундун. Глаза Ся Люи дрогнули, в них мелькнуло удивление и сомнение. Но Хэ Чусань не собирался больше ничего объяснять. Он повернулся и ушёл. *** Два дня спустя в конференц-зале главного офиса собрались все крупные и мелкие главари Сяоцитана. Они расселись вокруг длинного стола и с важным видом открыли собрание, которое назвали «собранием акционеров». На самом деле каждый из присутствующих владел лишь небольшой долей в той компании, которой управлял, и имел право только на дивиденды, без всякой реальной власти. По закону никто из них не имел права голоса. А по правилам подполья ситуация была ещё запутаннее. Ся Люи управлял Сяоцитаном почти четыре года. У него было два главных помощника: Цуй Дундун и Ма Жулун. Ниже шли четверо руководителей среднего звена, которых прозвали «четырьмя священными зверями»: Ху Тоу, У Цзи, Да Се и Шэ Мэй. Ещё ниже стояли больше десяти мелких главарей. Все распределялись по старшинству и заслугам, и такая иерархия была стройной и понятной. Но с тех пор как в организацию вошли Хэ Чусань и Цинь Хао, всё пошло наперекосяк. Цинь Хао, благодаря тому что не раз спасал босса, сразу поднялся до уровня «четырёх священных зверей». А Хэ Чусань, появившись в роли советника, никому не подчинялся, мог контролировать всех остальных глав и даже незаметно обошёл Ма Жулуна, достигнув положения, при котором он мог говорить наравне с Ся Люи и Цуй Дундун. Теперь «красный шест» и заместитель главы один за другим погибли, босс пропал, а новый «красный шест», Цинь Хао, оказался внедрённым агентом. За длинным столом остались только четверо руководителей среднего звена. За их спинами стояли больше десяти мелких главарей, которые имели право присутствовать на собрании, но не имели права сидеть за столом. А напротив них совершенно одиноко сидел Хэ Чусань, а за ним стоял Кевин. Противостояние двух сторон было очевидно. Ху Тоу, который всегда выступал против реформ Хэ Чусаня, первым перешёл в наступление: — Консультант Хэ, сейчас босс неизвестно где, сестры Дундун тоже нет, в организации полный хаос, а ты в такой момент держишь печать компании и не отдаёшь! Что ты задумал? — Босс просто уехал переждать бурю и в любой момент может вернуться. Чтобы никто не устроил беспорядки, консультант Хэ временно хранит печать. Что здесь неправильного? — ответил Кевин. — Ого! — Ху Тоу уставился на Хэ Чусаня и громко крикнул. — Кто впустил сюда дворняжку, которая тут лает? У хозяина что, рта нет? Кевин с сердитым лицом шагнул вперёд, но Хэ Чусань остановил его лёгким жестом. Хэ Чусань заговорил спокойно: — Ху-гэ и все присутствующие. Светлые люди не говорят тёмных слов, и мы не будем ходить вокруг да около. Печать компании действительно у меня, но я её не отдам. Он не успел договорить, как все взорвались криками, вопросами и ругательствами. Ху Тоу хлопнул по столу, вскочил и начал орать, явно готовый перемахнуть через стол и наброситься на Хэ Чусаня. Хэ Чусань будто ничего не замечал. Он взял у Кевина два куска ваты, заткнул уши, потом протянул руку и включил микрофон на столе. По залу пронёсся оглушительный вой обратной связи. — Зииииии! Все мужчины скривились и зажали уши, у некоторых закружилась голова. Хэ Чусань выключил микрофон и спокойно посмотрел на растерянного Ху Тоу. — Чёрт возьми, ты... — снова начал Ху Тоу. Хэ Чусань потянулся к выключателю. — Стой-стой-стой! — Ху Тоу зажал уши и закричал. — Не надо! Ты нормально говорить не умеешь? Сидевшый рядом Шэ Мэй, который зажал уши и наблюдал за происходящим, не выдержал и фыркнул от смеха, а Ху Тоу бросил на него злой взгляд. Ху Тоу недовольно сел обратно с потемневшим от ярости лицом: — Консультант Хэ, что ты в конце концов хочешь сделать? Хэ Чусань вынул вату из ушей. — Я ничего не хочу. Пока босс отсутствует, всё остаётся как прежде. Компания работает в обычном режиме. — Кто будет главным? Если у братьев возникнут проблемы, к кому обращаться? — Ко мне. Все переглянулись. Ху Тоу нахмурился: — Ты хочешь сказать, что пока босс отсутствует, ты временный глава? — Да. Ху Тоу ещё не успел ничего сказать, как один из мелких главарей за его спиной первым закричал от гнева: — С чего это ты стал временным главой? Ты в организации меньше года, по старшинству ты вообще никто! Хэ Чусань протянул руку к столу, и все инстинктивно снова зажали уши и отшатнулись, но он просто взял портсигар у микрофонной стойки и достал толстую внушительную сигару. Кевин шагнул вперёд и зажёг её. Ради этого момента Хэ Чусань накануне вечером тренировался перед зеркалом вместе с Кевином и истратил целых две коробки сигар, чтобы наконец преодолеть кашель и проблемы с прикуриванием и отработать элегантную, властную манеру курить. Он вынул сигару изо рта, посмотрел на огонёк, снова зажал зубами, глубоко затянулся, медленно выпустил дым, с наслаждением вдохнул аромат и только потом неторопливо произнёс: — Я ученик сестры Дундун, а она училась у великого Зелёного Дракона. Ху-гэ учился у брата Сяо Ма, брат Сяо Ма учился у босса Ся, а босс Ся учился у великого Зелёного Дракона. Если судить по старшинству, как предложил этот брат, то Ху-гэ на поколение младше меня и, боюсь, как и ты, вообще не имеет права сидеть за этим столом и говорить. Мелкий главарь вытаращил глаза и долго заикался, пытаясь выдавить из себя «ты-ты-ты», пока Ху Тоу не сверкнул на него взглядом. Тот сразу прилип к стене и заткнулся. — Даже если у тебя есть право, — сказал Ху Тоу, — ты вообще не знаешь правил преступного мира. Ты никогда не был настоящим лидером. Как ты собираешься командовать братьями? Как ты можешь быть временным главой? — Реформами организации всегда занимался именно я, всё происходило под моим надзором. Все текущие операции главного офиса я всегда помогал вести боссу и сестре Дундун. Кроме меня, кто ещё осмелится сказать, что способен управлять всей организацией? Ху-гэ, а ты, случайно, способен? Ху Тоу презрительно хмыкнул: — Консультант Хэ, ты правда думаешь, что босс рассказывал тебе всё? Ты не знаешь слишком много вещей. Хэ Чусань изобразил крайнее любопытство: — Тогда, может, Ху-гэ сейчас и расскажет, что именно я не знаю? Ху Тоу открыл было рот, но слова застряли в горле. В такой напряжённый момент он, конечно, не посмел вынести на свет то, что никогда не должно было увидеть дневного света. Хэ Чусань продолжил решительно: — Босс поручил мне реформы, чтобы мы все могли поднять голову под солнцем. Предатель Цинь Хао привёл людей и перерыл всю компанию, но нашёл хоть что-то? Всё потому, что все серьёзно следовали указаниям босса и действительно менялись. Но судя по твоим словам, Ху-гэ, ты хочешь вернуться на старый путь? Ху Тоу ответил с гневом: — А что, если вернуться? Я знаю, ты презираешь нас, презираешь то, что мы делаем. Не надо путать компанию с братством. Ты просто корпоративный советник, в организации и в наших кругах ты никто. Мне плевать на твои реформы. Сейчас в братстве беда, босс пропал, и по правилам мы должны провести драконий совет и выбрать нового главу. Хэ Чусань ответил: — Хорошо. По правилам. Тогда скажи, где драконий жезл? Прошло четыре дня с тех пор, как босс попал в беду. Почему держатель жезла до сих пор не объявился? Разве не говорят, что пока жезл не явится, главу не выбирают? — Все знают, что сестра Дундун была держателем жезла босса, а она мертва. Как она может объявиться? — У держателя всегда есть доверенное лицо. Если с ней что-то случится, этот человек может держать жезл вместо неё. Сестра Дундун была умной женщиной и наверняка оставила себе такой путь к отступлению. — Может, это была Фан Сяо Ло, но она тоже погибла. — Опять «может» и «может». Такое важное дело, Ху-гэ хочет решать на одних «может»? Не слишком ли легкомысленно? Ху Тоу хлопнул по столу и вскочил. У Цзи вышел вперёд, чтобы разрядить обстановку: — Ху-гэ, не горячись, сядь. Консультант Хэ, не вини его, он просто переживает за братьев. Сяоцитан в наших кругах имеет большой вес, и если мы хоть немного оступимся, над нами будут смеяться. В такой хаотичной ситуации действительно нужен глава. Мелкие главари за его спиной зашумели: — Верно! — Точно! — Цзи-гэ прав! Хэ Чусань повернул голову и жестом велел Кевину открыть портфель. На стол легла старая потрёпанная тетрадь. — Бухгалтерская книга у меня. Босс назначил меня своим преемником, — спокойно сказал он. В Сяоцитане было неписаное правило: глава должен не только получить признание жезла, но и владеть бухгалтерской книгой. Все предыдущие главы на всякий случай всегда сообщали избранному преемнику, где она хранится. В своё время Зелёный Дракон рассказал об этом Ся Люи и в завещании тоже назвал его своим преемником. У Цзи сильно удивился, быстро взял тетрадь и пролистал. Ху Тоу, Да Се и Шэ Мэй тоже придвинулись. Несколько мелких главарей сзади вытянули шеи, пытаясь подсмотреть, но Хэ Чусань бросил на них один острый взгляд, и они отпрянули. У Цзи открыл несколько страниц, где были записи рукой Ся Люи. Да Се указал пальцем: — Точно почерк босса. — И время получения товара совпадает с тем, когда мы его распространяли, — добавил Шэ Мэй, указывая на несколько строк. — Это действительно бухгалтерская книга главы, — подтвердил У Цзи. Он закрыл тетрадь, и любопытные взгляды остальных погасли. Затем он коротко посмотрел на Ху Тоу. Ху Тоу с сомнением прошептал ему: — Раньше босс столько всего от него скрывал, как он мог отдать ему книгу? — Возможно, потом передумал, — ответил У Цзи. Хэ Чусань жестом велел Кевину убрать книгу и, не останавливаясь, нанёс ещё один удар: — Босс назначил меня преемником, но я буду ждать его возвращения. Пока жезл дракона не появится, я не выдвину свою кандидатуру и никому не позволю занять его место. В зале поднялся шум, сердца заколебались. Все эти дни Ху Тоу тайно уговаривал их выступить против Хэ Чусаня, и многие уже были готовы. Но сейчас их мнение начало меняться: все видели, как босс доверял консультанту Хэ в последний год. Босс уже назначил его следующим главой, а тот всё равно настаивает на том, чтобы ждать возвращения босса, значит, у него нет тех честолюбивых планов, о которых говорил Ху Тоу. К тому же за этот год большинство из них получили от Хэ Чусаня помощь и заработали под его руководством неплохие деньги. Кроме Ху Тоу и ещё нескольких консерваторов, почти все не имели ничего против его реформ и даже в глубине души восхищались тем, как он помогал им богатеть. Но именно в этот момент за дверью конференц-зала раздался громкий восторженный голос: — Хорошо! Хорошо! Отлично! Дверь с грохотом вылетела, сломанный замок упал на пол. Человек вошёл и продолжал громко аплодировать. — Отлично сказано! — прогремел его голос. — Пока не выберут нового главу, ты остаёшься временным главой Сяоцитана. Столько кругов намотал, а главой всё равно становишься ты. Хэ А-Сань, я и подумать не мог, что за несколько месяцев ты так вырос. Зал взорвался криками. Даже Хэ Чусань отложил сигару, и на его лице отразились удивление и радость. — Ма-гэ?! Вошедший был высоким и крепким, в чёрной рубашке и жилете с леопардовым принтом. На носу красовались огромные солнцезащитные очки, усыпанные сверкающими стразами. С привычной развязностью разбогатевшего гангстера он широким шагом подошёл к столу, небрежно оттолкнул Кевина, отодвинул стул рядом с Хэ Чусанем и опустился на него. Затем снял очки и с грохотом бросил их на стол, открыв лицо, покрытое загаром до черноты. Узнать его сразу было невозможно, но тот знаменитый старый шрам на лице и свирепый взгляд не оставляли сомнений — это был Сяо Ма. Этот африканский вариант Сяо Ма широко оскалился, блеснув новеньким золотым зубом, и громко поздоровался: — Всем привет! — Ма-гэ вернулся! — Я знал, что Ма-гэ не мог умереть! — Ма-гэ, десять тысяч лет жизни! — зал взорвался радостными криками. — Слишком тихо, не слышу! — Сяо Ма приложил ладонь к уху и наклонил голову. — Что вы сказали? — Ма-гэ, десять тысяч лет жизни! — теперь крик был подобен горному обвалу. — Вот это другое дело! Давайте-давайте, ещё раз, как я люблю! — Генеральный директор Ма, десять тысяч лет жизни! — Отлично, отлично, отлично! Спасибо всем за то, что скучали и помнили! Я очень тронут! Большое спасибо! Закончив эту шумную сцену, Сяо Ма повернулся и с интересом оглядел Хэ Чусаня. Внезапно он протянул руку и выхватил у него из пальцев сигару. — Сяо Санцзы, что ты делаешь с этой штукой, притворяешься взрослым? Это игрушка для больших дядей, детям её трогать не стоит. Он зажал сигару зубами, откинулся на спинку стула, бесцеремонно закинул ногу на стол, лениво повертел шеей, разминая позвонки, и выпустил кольцо дыма, как настоящий босс. Хэ Чусань почувствовал, что тот подавил его своим присутствием, но не растерялся. Он спокойно улыбнулся: — Ма-гэ, добро пожаловать обратно. Сяо Ма лениво смотрел в потолок: — Если бы я не вернулся, в организации, боюсь, уже всё перевернулось бы. Ты, парень, настоящий талант. — Что ты, Ма-гэ, я думаю только о пользе компании, — ответил Хэ Чусань с самым невинным видом. Сяо Ма внезапно подался вперёд и почти вплотную приблизился к его лицу. Уголки его губ всё ещё улыбались, но взгляд стал ледяным. Он выпустил струю дыма прямо в лицо Хэ Чусаню и тихо спросил: — Где босс? Хэ Чусань не изменился в лице: — Босс пропал. Сяо Ма прошипел яростно: — Хватит прикидываться дурачком! Другие, может, и не знают, какой ты маленький лис, но я-то знаю. Если бы босс правда пропал, разве стал бы ты сидеть здесь и спорить за место главы, а не искать его? Босс так тебя любил, что не позволял тебе даже пальцем прикоснуться к тёмным делам, и вдруг отдал бы тебе книгу? Назначил бы тебя преемником? У Цинь Хао не было сил уничтожить всю организацию. Во всём этом деле точно ты стоял за кулисами. И ещё тут сказки рассказываешь. Говори, где ты запер босса? — Что ты, Ма-гэ, откуда у меня смелость на такое. Сяо Ма знал, что тот не признается, и холодно усмехнулся: — Сестра Дундун действительно мертва? — Да. — Хорошо, хорошо, — уголки его губ дрогнули. — Я давно видел, что у тебя недобрые намерения, но не думал, что ты окажешься таким жестоким. За сестру Дундун я с тобой ещё посчитаюсь. Предупреждаю: если ты посмеешь тронуть босса хоть пальцем, я с тебя шкуру сдеру и жилы вытяну. Он приблизился к уху Хэ Чусаня и прошептал, скрежеща зубами: — Сестра Дундун ушла, но каждое слово той клятвы, которую она тебе давала, я помню. И каждое слово я за неё исполню. Ты предал босса и разбил ему сердце. Рано или поздно я вырву твоё сердце, порублю его на куски и скормлю собакам. Закончив этот разговор, он выпрямился, достал из-за пазухи свёрток из грубой ткани и тяжело бросил его на стол. — Я держатель жезла босса. Жезл всё это время был у меня. Босс попал в беду и временно не может управлять делами организации. Сегодня жезл дракона является миру. Мы проводим здесь драконий совет и выбираем нового главу. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum