Предопределено

      Дейдара не любил показуху. Его ужасно раздражал Хидан, что вечно восхвалял своего мёртвого бога, любившего жертвоприношения во его честь.       Дейдаре определённо нравилась сила, которая исходила от странного ниндзя с серой кожей, острыми акульими зубами и мелкими глазами, чьё имя совсем ему не соответствовало — Кисаме Хашигаке.       Дейдаре точно не нравился Какудзо, что вечно все темы сводил к подсчёту денег и гонялся за беглыми нинзя-отступниками из других деревень. Как и безразличны были сами деньги.       Дейдара однозначно опасался хитрого змея, чьи мысли никто и никогда не мог прочитать, чьи действия невозможно было предугадать наперед, гордо носившего имя Орочимару, которое стало нарицательным. Имя не предвещавшее ничего хорошего для его врагов и недругов. Имя, которое знали все — даже самые захудалые — деревни и отдалённые острова. Хитрость и острый ум этого шиноби восхищали малыша Дея и пугали одновременно.       Дейдару точно раздражал Тоби, что никогда не снимал со своего лица маску, оставаясь для всех членов «Акацуки» персоной инкогнито. Взбалмошный, сумасшедший ублюдок, чьё появление на горизонте не сулило ничего хорошего, лишь раздражение. И почему-то его совсем не волновало то, кто мог скрываться под маской.       У Дейдары по телу бежали мурашки, и волосы дыбом вставали, когда он слышал где-то рядом голос Дзецу, двуликого шиноби, что своим сиплым вкрадчивым голосом нашёптывал разные вести со всех концов земли. Шпион, которому не было равных. Вот его скрытность и способность знать всё и про всех по-настоящему пугали блондина, в отличие от того же Тоби.       Дейдара нейтрально относится к синеволосой Конан, что немой тенью следовала за своим начальником, даря ему журавликов из оригами при случае победы в очередном деле.       Дейдара уважал рыжика-Пейна с его бесчисленными пирсингами и ещё пятью таких разных, но копий этого шиноби с искажённым, как и у всех собравшихся в этой организации, видением мира. Дею не казалось зазорным и неправильным работать под его началом. Как и не казалось неправильным теперь уже то, как его затащили в эту организацию, на которую охотился весь мир.       Дейдаре с первой же встречи понравился его напарник — Сасори. Кукольник, что умело манипулировал своими марионетками и так же умело превращал нужных людей в эти самые марионетки. Его вечно молодое лицо, без единой эмоции вызывало немое уважение. И разговоры об искусстве будоражили струны тонко-организованной души юного подрывника.       Сасори нравился Дейдаре. Чего нельзя было сказать о последнем участнике организации под названием «Акацуки» — Итачи Учихе. Этот парень с чёрными глазами, что обладал уникальным родословным шаринганом, именно он вызывал у бедного пятнадцатилетнего создания просто бурю эмоции. Как негативных, так и положительных. Дейдара ненавидел паршивца за его несравнимые способности: вытворять с чужим сознанием такие вещи, о которых хотелось молчать. Его гипноз был не просто силой, он был инструментом, разрушающим чужие сознания… Чужие души противников и недругов, коих у Акацуки было много.       Дейдара честно признавался себе в том, что факт их союзничества успокаивал его. Дей не хотел быть врагом этому не по-человечески сильному шиноби. Но и другом его быть тоже не хотел, потому что чувства, что испытывал Дейдара при виде Учихи, едва ли можно было назвать дружескими. Дейдара хотел Итачи Учиху с самого первого дня их повторного знакомства. Дня, когда Учиха, исполняя очередной приказ сверху, затащил его в ряды ниндзя-отступников. Дня, когда его реальность стала для красноглазой сволочи всего лишь очередной игрой в гипноз со своей новоиспечённой жертвой.       Дейдара Тсукуси ненавидел этого выскочку-Учиху с вечно собранным холодным взглядом страшных глаз. Ненавидел и любил одновременно.