Предопределено

      Какого было узнать Дейдаре Тсукуси из деревни Ивагакуре, что тот странный незнакомец, вернувший его девять лет назад в деревню, это и был сам Учиха Итачи, который был старше его всего на каких-то два года! Пока десятилетий Дей пакостил деревенщине и бил палкой траву, двенадцатилетний Итачи состоял в рядах АНБУ деревни Конохи. Эта новость была подобна смерти. Самому гадкому и мерзкому унижению от Учихи, чьи тёмные холодные глаза с беспристрастным взглядом изредка на общих собраниях Акацуки встречались с его.       Дей знать не знал, как себя вести с этим заносчивым ниндзя, бесконечно равнодушным и высокомерным. Они работали уже так долго вместе, но тогда, когда он только пополнил ряды Акацуки…       Тогда Дей совершал ошибку на ошибке и каждый раз попадал на одну и ту же технику Итачи — гендзюцу цукуёми. Но там Учиха с ним не силой мерялся, отнюдь нет… Оставляя ошарашенного Тсукуси вечно одного в пустых коридорах организации, с застывшем на лице недоумением и смятением, когда Итачи рассеивал свою технику.       Как тогда, в четырнадцать, едва ли он мог сопротивляться ей, так и сейчас — в девятнадцать — тоже был абсолютно беспомощен, стоило попасть под влияние шарингана Итачи. Дей ненавидел эти глаза. Ненавидел и любил?       — А ты, как всегда, бесполезен для Акацуки. — Этот тихий размеренный голос…       Дей обернулся к говорившему уже с закрытыми глазами. После тяжёлой миссии с похищением однохвостого и оторванных рук, теперь уже пришитыми обратно Какудзо, не было сил отдавать остатки своей чакры в цукуёми Итачи.       — Не смотришь… — усмехнулся Учиха.       — Не смотрю, но всё равно вижу твоё раздражение… Хм… Зачем ты здесь, если я для тебя настолько жалок? М-м?! — Дей старался сохранять нейтралитет в голосе, но казалось, что Итачи его насквозь видит.       — Это общий коридор. Я не вторгаюсь в твоё личное пространство.       Дейдара усмехнулся. Конечно, нельзя же было просто пройти мимо его персоны, куда Учиха там шёл. Обязательно надо было прицепиться к пострадавшему, да ещё и униженному шиноби. И пусть ещё свежи были воспоминания о возбуждающих взрывах в деревне скрытого песка, но всё же Тсукуси больше занимали мысли о выполненной, но хреново мисии. О том, как бесячий Наруто бросился спасать своего друга и руки его лишил, а потом ещё этот Какаши… Дей чувствовал себя обузой, и правда в словах Учихи лишь сильнее давили на его эго.       Дейдара скрестил пришитые руки под грудью, так и не открывая глаз, и, сделав шаг назад, упёрся в стену.       — Ну-у… Чего же ты ждёшь, хм?! Свали уже, а? — раздражённо бросил Дей.       Глаз принципиально не открывал. Слишком устал от этих манипуляции. Этих гендзюцу, где руки Учихи трогали его. Где холодные глаза подчиняли, а тонкие губы целовали везде… И всё это на протяжении пяти лет. Всегда внезапно, но там, в цукуёми, проходили недели, когда в реальности секунды. Там Итачи жадно владел им. Имел его. Касался, целовал. А в реальности… В реальности он ни разу за все эти годы не дотронулся до Тсукуси, будто тот был прокажённый. А сейчас, когда его руки были позорно оторваны, а теперь пришиты обратно… Учиха и подавно не захочет трогать подрывника.       И Дей целенаправленно плотно закрыл глаза до ряби в них, чтобы не чувствовать себя ещё больше униженным, когда попадётся на крючок Учихи.       — Дей, посмотри на меня…       — Ищи лоха в другом месте! Хм!!! — Тсукуси самодовольно ухмыльнулся.       Но это была не настоящая реакция. Самодовольства в нём не было. Лишь дикое желание подорвать себя и Учиху, чтобы всё закончилось. Чтобы не было больше этих странных действий со стороны Итачи. Чтобы Дей больше не мучился от чувств, что испытывал к этой красноглазой мрази.       — Посмотри на меня.       Прозвучало слишком близко. Властно, холодно, где-то над головой. Итачи стоял вплотную. Но если он так хочет снова затащить его в цукуёми, уж пусть лучше вырвет ему глаза, чем самовольно снова попасться в одну и ту же ловушку. Он ненавидел его мангеке-шаринган. Ненавидел и восхищался им.       — Нет! Хм!       — Дей…       Дейдара встрепенулся. Итачи никогда его так не называл. Слышать сокращённую версию своего имени из уст Учихи — было слишком непривычно.       — Я жалок… Хм-м… Уйди, хм! Меня сделал какой-то шиноби из скрытого листа. Меня! Ниндзя S-класса! М! И ещё ты хочешь добить, я не хочу в твоё гендзюцу. Не хочу! Хм.       Дей целенаправленно тренировал свой левый глаз для противостояния шарингану, но всё было бессмысленно. Теперь он это понимал. Тсукуси давно уже смирился с тем, что ему не переплюнуть Итачи. И от этого как будто бы ещё обиднее было. Всё то, что между ними происходило, никогда не было нормой. И кто-то же должен был разорвать порочный круг. Его с-4 уже давненько был разработан для красноглазой твари, но решится на её использование Дей не мог. Да хоть сейчас… Но Дейдара Тсукуси где-то в глубине души осознавал, что не сможет навредить своему сопернику. Никогда…

      Не сможет, потому что не хочет ему вредить.

      — Дей.       Тёплое дыхание Учихи на коже означало лишь одно: он слишком близко. Так близко Итачи к нему не подходил никогда. Что? Зачем?!       — Уй… ди…       Губы. Его тонкие губы впервые за все пять лет коснулись губ Тсукуси в реальности. Сердце бешено забилось, словно пойманная птица. Дейдара так не волновался, даже когда решил украсть киндзюцу из своей деревни, которое теперь позволяло ему смешивать чакру в субстанции, тем самым позволяя ему сочетать глиняное искусство с Кеккей Генкай. Тсукуси давным-давно считался ниндзя-отступником, но это была справедливая цена. Равноценный обмен. А что сейчас?       Дейдаре страшно хотелось взглянуть в глаза Учихи, но он лишь сильнее зажмурил свои веки. Руки упали вдоль швов. Напористые губы жадно впивались в его рот. Дей не сразу понял, что это не игра с его сознанием. Ощутил это, лишь когда его густой хвост накрутили на руку и задрали голову к верху. Больно, неприятно. Дейдара зашипел, но глаз не открыл.       — Я… Я ненави… — Голос предательски дрогнул. — …жу тебя! Хм-м!       — Я знаю.       Властные губы по новой терзали рот Тсукуси. Это столько раз происходило в гендзюцу Итачи, но по-настоящему было совсем по-другому. Не идеально. Живо. Мокро.       И Дейдара лихорадочно пытался вспомнить, не открывал ли он глаз. Может, он снова в цукуёми Итачи?!       Дей всегда знал себе цену. Он был самый младший из Акацуки, но невероятно способным и опытным. Его тайдзюцу, гендзюцу, сила и ручные печати достигали впечатляющих результатов. Его выносливость восхищала Пейна, а его интеллект и скорость были на голову выше, чем у коллег. Наконец, его ниндзюцу просто было пять из пяти. Но… он всё равно был позади Учихи и принимал это. Осознавал это и сейчас, растворяясь в руках Итачи, понимая, что опять проиграл, отвечая на поцелуй.