Размах на убийство

Пока пациент спал после операции, его родители и жених отправились домой к Шейну, принять душ, переодеться и позавтракать нормально. Илья предложил Дэвиду и Юне спортивные костюмы его или Шейна на выбор. Выглядело не очень хорошо, но всё же лучше вчерашней одежды, в которой спали на пластиковых стульях в коридоре городской больницы. - Оставайтесь, отдыхайте, - взволнованный Илья быстро собрался, - я пока вернусь к Шейну. Если что, я вам позвоню. Вдруг он проснулся! - Конечно, иди, сынок, - Юна обняла своего ещё одного сына, она часто думала, как же Шейну повезло. Возле палаты Шейна Илью встретила недовольная медсестра: - Ваш несносный жених отказывается принимать лекарства, мистер Розанов! - Он проснулся? Можно мне к нему? Пожалуйста! – попросил Илья, не смея даже надеяться на положительный ответ. - Не можно, а нужно! – она открыла дверь, - Заставьте его дать мне померить температуру, да и таблетки принять нужно. Шейн неподвижно лежал на высокой подушке с закрытыми глазами, на его правой щеке всё ещё были бинты, из руки торчала игла капельницы, но рот его на закрывался: - Я хочу Илью! Приведите моего Илью! Где Илья! Хочу Илью! – казалось ему дела нету, что он был один в комнате. - Мистер Холландер, я привела его, теперь я могу померить вам температуру? – осторожно поинтересовалась медсестра. - Привет, милый, как ты себя чувствуешь? – Илья осторожно подошел к кровати. Одна рука Шейна было полностью в гипсе, из второй торчала огромная иголка с пластиковыми крылышками. Поэтому Илья просто погладил свои любимые веснушки Шейна на той стороне лица, где не было бинтов. - Илья, хорошо, что ты здесь, - Шейн пытался улыбнуться, но у него не очень хорошо получалось, - одного «тарана» Клифа Марлоу будет недостаточно, чтобы вывести меня из строя на весь плей-офф. Медсестра смотрела на Илью и качала головой, будто бы говоря: «не разубеждайте его, таран так таран». - Да, любимый, конечно! В это время медсестра провела все необходимые процедуры, кроме принятия маленькой прозрачной горошины: Шейн так и не смог ее проглотить, подавился и закашлялся. - Всё не надо, выплюньте, мистер Холландер. Я добавлю этот антибиотик в виде сиропа в вашу капельницу, - потом перевела взгляд на Илью и прошептала, - глотательный рефлекс…  пока не восстановился. - Илья, - Шейн улыбался и тянулся здоровой рукой к своему жениху. - Я здесь, я никуда не уйду, не переживай об этом. Медсестра вышла из палаты, Шейн услышал, как хлопнула дверь и засмеялся: - После твоего огромного хуя вчера, попа всё ещё болит. Можешь себе представить? - Любимый, если больно, я попрошу, чтобы тебе добавили обезболивающего лекарства, - Илья точно знал, что эти боли не из-за его члена, и сердце его разрывалось от переживаний, ему хотелось взять себе всю боль и страдания Шейна. - Не надо, пусть, это приятные воспоминания! – губы Шейна улыбались, но вдруг из закрытых глаз покатились слёзы. - Что случилось, Шейн? Позвать врача? – спросил Илья обеспокоенно. - Нет, всё нормально, но я как-то странно себя чувствую, не могу открыть глаза. Я так хочу тебя видеть, - голос Шейна срывался. - Я позову врача, подожди минутку, может быть, наркоз после операции не до конца отошел, - и Илья нажал кнопку вызова рядом с кроватью. - А какую операцию мне делали? – удивился Шейн, - Это было не только сотрясение мозга? Илья не знал, что ответить, но тут в палату зашёл врач и Шейн забыл свой вопрос. - Мистер Холландер, - он посветил фонариком в лицо, - видите свет, попробуйте открыть глаза? - Я ничего не вижу и глаза не открываются, - ответил тот уже испугано. - Это последствия очень сильного сотрясения мозга, так и должно быть. Восстановление займет немного больше времени, не волнуйтесь! – спокойно ответил врач, но лицо его выражало совершенно другое. Когда Шейн и Илья остались совершенно одни, они оба молчали. Холландеру было тяжело говорить, а Розанов боялся выдать себя неосторожным словом. Через пять минут тишины, когда Илья просто гладил руку любимого, Шейн вдруг спросил: - А где мои родители? Они ещё не приехали? - Они здесь, приехали ещё вчера, ночь провели в коридоре, возле твоей палаты, а сейчас у нас дома, позавтракают и приедут, - ответил Илья ласково, какое же это счастье, что Шейн здесь, рядом, и с ним всё хорошо, ну, почти всё хорошо. И тут дверь в палату приоткрылась, и агент ФБР Оливия заглянула внутрь: - О, мистер Холландер очнулся, мы должны задать ему пару вопросов! - Нет, пожалуйста, одну минутку, - Илья бросился как истребитель на перехват ракеты, - Оливия, я должен вам что-то сказать, пожалуйста! - Илья, кто это? Кто пришел? – поинтересовался Шейн, он не мог видеть гостей, но по разговору догадался, кто бы это мог быть, - Полиция? Я не собираюсь подавать заявление на Клифа Марлоу и тебе не позволю! Это просто игра, хоккей, он – тафгай! Розанову удалось осторожно вытолкать агента ФБР из палаты и плотно закрыть дверь: - Оливия, Шейн ничего не помнит! Он уверен, что просто столкнулся с нашим защитником во время матча на льду. И он всё ещё в тяжелом состоянии, глаза даже открыть не может! Врач настоятельно просил, чтобы его не беспокоили, - Илья сам удивился, откуда посыпались все эти английские слова, как из рога изобилия, - он ничего не помнит! - Я понимаю, Илья, вы его любите и оберегаете, но нам надо поймать виновников всего происходящего. Это легче всего сделать по горячим следам. Я напомню ему то, что мы знаем, а там он, может быть, и сам что-нибудь вспомнит! – настаивала агент. - Нет, прошу вас, он счастлив и спокоен, пока я рядом и он ничего не помнит, - Розанов отчаянно пытался убедить Оливию в своей правоте, - он вспомнит и будет разрушен этим: изнасилования, побои, похищение… Он аутист, всё, что не вписывается в его простую повседневную жизнь, может вывести его из колеи, сломать его! - Я понимаю вас, вы правы на все сто процентов! – Оливия даже не спорила, но была обязана делать свою работу, - Но у меня нет выхода, мы обязаны засадить этих гадов за решётку, чтобы другим неповадно было, и, конечно, обезопасить остальных граждан от этих тварей! - Но Шейн всё равно не видел их лиц, иначе они бы не отпустили его живым! – Илье казалось, что он очень умный и так легко и просто выиграл войну с агентом ФБР. - Даже если это и так, всегда может оказаться, что он заметил что-то другое, услышал голоса или имена, - она настаивала и легко выталкивала сто килограммов мышц Ильи обратно из коридора в палату, - Давайте его самого и спросим! - Илья, что случилось? – Юна и Дэвид вышли из вновь прибывшего лифта. - Мистер Розанов, хотя это и против правил, я разрешу вам присутствовать рядом с пострадавшим во время допроса, - предложила Оливия взятку такому ярому защитнику. - Конечно, его обязаны допросить, Илья, - строго сказала Юна, - нам надо помогать полиции. А не наоборот! Они вернулись к Шейну: - Итак мистер Холландер, что именно последнее вы помните, до того, как попали сюда?