MEDICAL CODE (Врачебный Кодекс)

У Автора появился тг-канал, где будет появляться контент по фанфикам: как уже вышедший, так и будущий. (https://t.me/Leo_Fan_Fiction_History) ︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵ **от лица Денниса** Эмоции полностью захватили меня, словно я оказался в ледяных тисках. Дыхание сбилось, сердце колотилось, каждый вдох давался с усилием, мир вокруг сжимался, воздух становился плотным и давящим. Сквозь хаос я услышал шаги — медленные, уверенные, отдававшиеся эхом по коридору раздевалки. Вдруг кто-то дотронулся до моей головы и резко, но аккуратно, оттянул её назад. Я почувствовал знакомое тепло и силу прикосновения, сразу узнал голос.—Ты что-то курил? Голос был строгий. Я с трудом произнёс: —Нет, доктор… нет, просто… — голос дрожал, едва слышно.— Не знаю… Всё было нормально в начале, но внезапно всё стало громким и начало давить. —Чёрт, малой, — услышал я второй вдох, наполненный строгостью и вниманием, — ты словил паническую атаку. Рука мягко, но уверенно легла мне на спину. Тёплая, надёжная, она словно поддерживала меня, давала ощущение, что я не один. —Всё в порядке, — сказал он почти шёпотом. — Я рядом. Дыши со мной, медленно. Ты в безопасности, никто тебя не тронет. Сосредоточься на мне. Слышишь? Я кивнул, но взгляд метался, не мог сфокусироваться. Всё вокруг слилось в шум, стены давили, звук шагов отражался эхом, дыхание отдавалось в ушах. Паника сжимала меня так, что казалось, грудная клетка не выдержит. Вдруг его руки мягко, но решительно взяли мою челюсть и повернули голову прямо к себе. Внезапно мир сосредоточился, взгляд стал яснее. Я увидел лицо доктора Робби: строгий, сосредоточенный, но с оттенком заботы. Его глаза фиксировали меня, требуя внимания, но не давя. —Смотри и повторяй: вдох, выдох, — сказал он медленно, показывая дыхание. Его грудь поднималась и опускалась ровно, ритмично. Я начал повторять за ним. Каждый вдох был как маленькая победа над паникой, каждый выдох — борьба с давлением в груди. Рука на спине удерживала меня, давая ощущение опоры. Я пытался сосредоточиться только на нём, повторяя ритм вдох-выдох. —Дыши, малой, — сказал он снова, мягко и спокойно.— Всё в порядке. Я рядом. Ты в безопасности. Никто тебя не тронет. Я повторял его движения, стараясь почувствовать ритм, и медленно внутреннее напряжение начало спадать. Дыхание стало ровнее, грудь перестала сжиматься, руки расслабились, хотя лёгкая дрожь ещё оставалась. Я почувствовал, что могу контролировать себя хотя бы немного, что есть точка опоры, кто-то, кто поможет пройти через это. —Смотри на меня, — сказал он, удерживая взгляд, — один вдох, один выдох. Сначала дыхание, потом тело, потом мысли. Ты справишься. Я всё ещё пытался удержать дыхание ровным, как он показывал. Воздух входил в лёгкие медленно, но грудь всё равно время от времени сжималась, будто внутри ещё оставалась какая-то тугая пружина. Доктор Робби всё так же сидел передо мной на корточках, не отводя взгляда. Его ладонь всё ещё лежала у меня на спине, тяжёлая и тёплая, как якорь, который удерживал меня в реальности. Несколько секунд он просто наблюдал за мной, проверяя, возвращаюсь ли я в норму, и только когда моё дыхание стало чуть ровнее, он слегка нахмурился и спросил спокойным, но внимательным голосом: —У тебя когда-нибудь такое было? Вопрос прозвучал просто, без давления, но почему-то мне стало неловко. Я покачал головой, всё ещё стараясь не сбиться с ритма дыхания. —Н-нет… — выдохнул я, чувствуя, как голос всё ещё слегка дрожит. Он чуть наклонил голову, словно прикидывал что-то у себя в голове, потом спокойно продолжил: —Значит у тебя нет проблем. Тогда другой вопрос. Что ты делал прямо перед этим? Я сглотнул, пытаясь собрать мысли, которые всё ещё разбегались. Перед глазами на секунду снова вспыхнули яркие лампы операционной, металлический блеск инструментов, быстрые движения рук, уверенность, с которой он работал. —Я… наблюдал за вашей работой… — сказал я тихо. На секунду его брови приподнялись, а затем уголок рта чуть дёрнулся, словно он сдерживал улыбку. —Схватил паническую атаку от моей работы… — сказал он сухо. — Это не звучит как комплимент. Слова прозвучали почти спокойно, но я сразу почувствовал, как внутри снова поднимается волна тревоги. Сердце дёрнулось, дыхание снова стало резким, быстрым. Я торопливо замотал головой. —Нет… нет, доктор… — слова начали вылетать слишком быстро, будто я боялся, что он не успеет их услышать. — Это было наоборот… слишком хорошо… я просто… я смотрел и… это было… я не знаю… Я тараторил, сам понимая, что говорю бессвязно, и от этого только больше нервничал. Дыхание опять начало сбиваться, грудь поднималась слишком быстро, пальцы сами собой сжались на коленях. —Тихо.— Он произнёс это негромко, но так уверенно, что я сразу замолчал. Доктор Робби взял моё лицо ладонями, аккуратно, но крепко удерживая голову, чтобы я смотрел прямо на него. Его пальцы легли вдоль челюсти и щек, большие пальцы возле скул, и этот жест неожиданно вернул мне фокус. —Дыши дальше, — сказал он спокойно. — Медленно. Вдох… выдох. Он снова показал дыхание, медленно, глубоко. Я повторил за ним. Вдох. Выдох. Плечи всё ещё слегка дрожали, но ритм начал возвращаться. —Успокойся, — продолжил он уже мягче. — Я шучу. Он чуть качнул головой, внимательно наблюдая за мной. —Такое бывает у новеньких. Я моргнул, всё ещё пытаясь сосредоточиться на его лице. —Правда? — тихо спросил я. —Конечно, — ответил он. — Ты слишком сосредоточился на операции. Слишком внимательно смотрел, слишком много думал, слишком сильно переживал. Иногда мозг просто… перегружается. Он слегка пожал плечами, будто говорил о чём-то совершенно обычном. —Это не значит, что ты слабый. И не значит, что ты не справишься. Я медленно вдохнул, чувствуя, как слова постепенно укладываются в голове. —Главное, — добавил он спокойным голосом, — чтобы это не повторялось слишком часто. Я кивнул. Сначала медленно, потом чуть увереннее. —Понял? —Да… — выдохнул я. Он ещё пару секунд смотрел на меня, будто проверяя, не начнётся ли всё снова. Потом его ладони отпустили моё лицо. —Ещё пару вдохов, — сказал он. — Потом поднимешься. Я снова кивнул и сделал медленный вдох, чувствуя, как сердце наконец начинает биться почти нормально. Доктор Робби тихо усмехнулся. —Знаешь, — сказал он уже спокойнее, — для первого дня ты держался лучше, чем половина интернов, которых я видел. Я удивлённо посмотрел на него. —Правда? Он пожал плечами. —Ну… ты хотя бы не упал в обморок прямо в операционной. Я невольно тихо выдохнул, почти смеясь, и впервые за всё это время напряжение немного отпустило. —Дыши, малой, — добавил он. — И привыкай. Здесь так почти каждый день. Я снова кивнул, уже увереннее. ︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵ **от лица Робби** —Знаешь, — сказал я уже спокойнее, наблюдая, как его дыхание постепенно возвращается к нормальному ритму, — для первого дня ты держался лучше, чем половина интернов, которых я видел. Он удивлённо посмотрел на меня, будто не сразу поверил, что услышал именно это. Его глаза всё ещё были немного расширены после паники, но в них уже появлялась ясность. Несколько влажных прядей волос прилипли ко лбу, дыхание всё ещё было чуть глубже обычного, но уже не рваное. Плечи перестали дрожать. —Правда? — спросил он осторожно, почти с детской надеждой. И именно в этот момент на его лице появилась улыбка. Небольшая, немного растерянная, но искренняя. Такая улыбка, которая появляется, когда человек вдруг понимает, что его не собираются выгонять, ругать или ставить крест на первом же дне. Я хмыкнул и слегка пожал плечами. —Ну… ты хотя бы не упал в обморок прямо в операционной. Это была чистая правда. За годы работы я видел достаточно студентов, которые падали, как подкошенные, прямо возле стола. Стоило только открыть грудную клетку или пойти запаху коагуляции — и всё. Один неловкий звук, одно побледневшее лицо, и через секунду уже приходится ловить падающее тело. А потом начинаются отчёты. Заполнять бумаги. Писать объяснения. Отчитываться перед администрацией. И всё это из-за того, что кто-то решил проверить, насколько крепкий у него желудок. Я посмотрел на Денниса внимательнее. Он всё ещё сидел на полу между шкафчиками, но уже держался увереннее. Паника отступила, осталась только усталость и лёгкая растерянность. —Дыши, малой, — добавил я спокойным тоном. — И привыкай. Здесь так почти каждый день. Он медленно кивнул. Я поднялся с корточек. Колени тихо хрустнули, напоминая, что я уже далеко не тот интерн, который бегал по коридорам без остановки. Я машинально выпрямился и на секунду задержал взгляд на нём. Его лицо выглядело так, словно ребёнку только что подарили самую большую коробку конфет в мире. Та самая смесь облегчения, восторга и немного неловкой гордости. Обычно новенькие выглядят иначе. Слишком серьёзные. Слишком напряжённые. Слишком стараются выглядеть взрослыми. А этот… радуется тому, что не упал в обморок. Я покачал головой, невольно усмехнувшись. —Ладно, герой, — сказал я. — Иди быстро в душ, смой с себя этот адреналин, надевай новую форму и обратно в отделение. Он сразу начал энергично кивать. —Да, доктор Робби… да… сейчас… конечно… —И быстрее, — добавил я. — У нас впереди ещё много пациентов, а мир, к сожалению, не перестаёт ломаться только потому, что у интернов случилась паническая атака. Он снова кивнул, на этот раз уже почти автоматически. —Да, доктор Робби. Я развернулся и пошёл к выходу из раздевалки. Металлические шкафчики тихо звякнули, когда я прошёл между рядами. Шаги глухо отдавались по полу. Но странное дело — я всё ещё видел перед глазами его лицо. Эту неожиданную улыбку. Эти прилипшие ко лбу пряди. Этот почти детский восторг от того, что всё оказалось не так страшно, как казалось несколько минут назад. Я чуть покачал головой и невольно ухмыльнулся. Ну прямо как ребёнок, подумал я. И, выходя в коридор, поймал себя на том, что настроение стало немного легче. ︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵ **от лица Денниса** Я ещё несколько секунд сидел на полу, слушая, как шаги доктора Робби удаляются по коридору. Металлическая дверь раздевалки тихо закрылась, и вокруг стало непривычно тихо. Только вентиляция гудела где-то под потолком, и моё собственное дыхание всё ещё звучало слишком громко. Я сделал ещё один медленный вдох, как он показывал. Потом выдох. Сердце наконец перестало биться так, будто пыталось пробить грудную клетку изнутри. Я провёл ладонями по лицу, чувствуя, как кожа всё ещё горячая. Пальцы слегка дрожали, но уже не так сильно. Пол подо мной был холодный, и только теперь я понял, что всё это время сидел прямо между шкафчиками, как потерявшийся школьник. Я тихо выдохнул и покачал головой. —Господи… — пробормотал я себе под нос. — Первый день… Слова прозвучали почти смешно. Я медленно поднялся на ноги. Колени сначала немного подогнулись, но я удержался, ухватившись рукой за край металлического шкафчика. Металл был холодный и гладкий. Я стоял так пару секунд, пока голова окончательно не перестала кружиться. Перед глазами снова всплыла операционная. Свет ламп. Инструменты. Быстрые, уверенные движения рук Робби. То, как он говорил спокойно и чётко, даже когда всё вокруг выглядело как полный хаос. И я вдруг понял, что именно это меня и накрыло. Это было слишком… впечатляюще. Слишком быстро. Слишком реально. Я открыл свой шкафчик и уставился на форму, висевшую внутри. Черная ткань казалась теперь почти символической — как будто это был какой-то пропуск в другой мир, куда я только что попытался войти и почти сразу споткнулся. Я фыркнул и покачал головой. —Ну хотя бы не в обморок… — тихо повторил я слова Робби. От этого почему-то стало легче. Я быстро стянул с себя форму, которая уже успела пропитаться потом и напряжением, и направился в душ. Холодная вода сначала ударила по коже так резко, что я зажмурился, но через несколько секунд стало легче. Я стоял под струями, позволяя воде смыть остатки паники, адреналина и неловкости. В голове снова прозвучал его голос. «Привыкай. Здесь так почти каждый день.» Я медленно провёл рукой по волосам и тихо усмехнулся. —Отлично, — сказал я самому себе. — Просто отлично. Через несколько минут я уже натягивал чистую форму. Ткань приятно шуршала. Я посмотрел на себя в маленькое зеркало на дверце шкафчика. Лицо всё ещё было немного бледным, но глаза уже выглядели живыми. И, что самое странное, мне снова хотелось вернуться туда. В отделение. К пациентам. К операционной. К Робби, который смотрел на меня так, будто точно знал, выдержу я или нет. Я закрыл шкафчик и направился к двери. Рука на секунду задержалась на ручке. —Ладно, — тихо сказал я себе. — Раунд два. Я открыл дверь и вышел обратно в коридор. Шум отделения сразу ударил в уши: голоса медсестёр, звон инструментов, быстрые шаги, где-то пищал монитор. Всё снова двигалось слишком быстро, слишком громко. Но на этот раз я уже не хотел убегать. Я сделал глубокий вдох и пошёл вперёд, стараясь держать шаг уверенно. Возвращаясь в палату. Палата была ярко освещена холодным хирургическим светом. Лампа над койкой бросала резкие тени на белые стены, и всё вокруг казалось слишком чётким — будто мир вдруг стал резче, громче и насыщеннее. Запах антисептика висел в воздухе плотным слоем, смешиваясь с металлическим привкусом крови. Аппаратура тихо пищала, фиксируя пульс пациентки, и каждый этот звук почему-то отдавался у меня прямо в висках. Женщина на койке тяжело дышала. Её лицо было напряжено, губы побелели от боли, а пальцы судорожно сжимали край простыни. Иногда она тихо стонала, и этот звук проходил через всю палату, заставляя всех на секунду напрягаться. Я стоял чуть позади Виктории и старался держаться спокойно. После того, что случилось со мной раньше, я был особенно внимателен к каждому ощущению внутри себя. Я контролировал дыхание. Медленно. Вдох. Выдох. Так, как меня заставил делать доктор Робби. Гарсия и Трините зашли в палату почти следом. Она подошла к металлическому лотку с инструментами. Металл тихо звякнул, когда она перебрала их пальцами. —Посмотрим.... Она говорила спокойно и коротко, будто каждое слово было заранее отмерено. Инструмент лёг в её ладонь, и она чуть повернула его в свете лампы, проверяя лезвие. Рядом стояла Хизер. Она, как обычно, говорила не только с коллегами, но и с нами — студентами. Её голос звучал ровно, будто лекция продолжалась прямо посреди отделения. —Если артерия перерезана, — начала она, — гладкая мускулатура и средняя оболочка сокращаются, обеспечивая гемостаз. Она посмотрела на нас, словно проверяя, следим ли мы за ходом мыслей. Я кивнул сам себе, вспоминая учебник анатомии. Фрэнк, не поднимая головы, спокойно закончил её мысль: —Но если это частичный порез, доставайте зонтик. Иначе кровотечение будет продолжаться. Гарсия выдавала команды. — Пробу на малоберцовой кости, прежде чем уменьшать. Хизер на секунду осмотрела всех студентов. Потом её палец остановился на Виктории. —Давай ты. Виктория слегка вздрогнула, но сразу шагнула вперёд. —Да, доктор. —Возьми мазок крови с ноги, — сказала Хизер. — Аккуратно. Виктория взяла стерильный тампон. Я заметил, что её пальцы слегка дрожат. Но она всё равно наклонилась к ноге пациентки и быстро сделала то, что ей сказали. —Готово, — сказала она тихо. Гарсия мельком посмотрела на неё. —Неплохо. Виктория выпрямилась. —Спасибо. Хизер тем временем уже готовилась к следующему этапу. —Я стабилизирую колено. Она положила руки на ногу пациентки, фиксируя сустав. —Доктор Лэнгден проведёт дистракцию дистально, а затем медиально чтобы очистить голень. Лэнгден подошёл ближе. —Готова? —Готова. Он взял стопу пациентки и осторожно начал тянуть её вниз, создавая тягу. Хизер посмотрела на нас. —Смотрите внимательно. Я сделал ещё один маленький шаг вперёд. Теперь я видел всё — напряжённые мышцы, положение суставов, руки врачей. —Медленно, — сказала Хизер. —Я не спешу, — ответил Лэнгден. Гарсия наблюдала за положением кости. —Ещё немного. И в следующий момент это произошло. Раздался звук. Глухой, влажный щелчок. Кость встала на место. Этот звук оказался удивительно чётким. Я даже почувствовал его где-то внутри себя, будто он прошёл через весь мой позвоночник. —Есть, — сказала Хизер. —Хорошо, — добавила Гарсия. Лэнгден отпустил ногу. —Чисто. Я всё ещё смотрел на сустав, пытаясь запомнить всё, что произошло. Но вдруг рядом что-то изменилось. Я повернул голову. Виктория стояла рядом секунду назад. Теперь её лицо стало бледным, почти серым. —Ты в порядке? — спросила Тринити. Виктория моргнула. —Я… да… просто… Она качнулась. Глаза Виктории закатились. И она упала, раздался глухой звук падения. Тринити спокойно выпрямилась и сказала почти буднично:—Готово. Студент выбыл. Минус один. Фрэнк тихо усмехнулся. Медсёстры уже были рядом. —Аккуратно. —Давайте сюда стул. —Воды. Викторию посадили на стул. Она моргала, пытаясь сфокусироваться. —Я… я в порядке… —Конечно, — сказала медсестра. — Все так говорят. —Мне просто… немного… —Сиди спокойно. Я смотрел на неё несколько секунд. И вдруг в голове всплыли слова. Голос доктора Робби. Чёткий. Немного насмешливый. «Ну… ты хотя бы не упал в обморок прямо в операционной». Я почувствовал, как внутри меня что-то неожиданно стало лёгким. Будто напряжение, которое держало меня всё это время, наконец отпустило. Радость поднялась где-то в груди. В животе будто вспорхнули бабочки. Я даже почувствовал, как уголки губ слегка поднимаются. Тринити заметила это. —Чему улыбаешься? Я быстро покачал головой. —Ничему. Гарсия посмотрела на меня. —Если собираешься падать — предупреждай заранее. Лэнгден добавил: —Мы подложим подушку. Я тихо сказал:—Я не собираюсь. Тринити прищурилась.—Посмотрим. ︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵ **от лица Робби** Я подошёл к стойке медсестёр. Над головой Даны мерцали лампы дневного света, слегка жужжа, а на экране компьютера бегали строчки электронных карт пациентов. Отделение неотложной помощи вокруг нас гудело, как огромный, перегретый механизм: где-то в глубине коридора кто-то громко стонал от боли, каталка с глухим скрипом прокатилась по плитке, медсестра быстро прошла мимо, неся поднос с ампулами. Телефон у стойки зазвонил, Дана машинально нажала кнопку, коротко ответила «приёмная», и через секунду снова вернулась к экрану. Я опёрся локтями о стойку и на секунду прикрыл глаза, позволяя себе короткий вдох без спешки. Иногда эти несколько секунд у стойки были единственным моментом тишины за весь час. Дана подняла на меня взгляд. —Хорошо подмечено с Билли. Я наклонилась чуть ближе. —Не томи. —Рентген показал, что он вдохнул зуб. На секунду я замерла. —Серьёзно? —Да. Я выпрямился, слегка потянув плечи, которые уже начинали ныть после нескольких часов на ногах. —Он вдохнул его во время драки. Частица ушла глубже, чем мы сначала думали. Если бы ты не обратила внимание на его дыхание. Ещё неделя, максимум две — и он бы умер от абсцесса лёгкого. Я тихо присвистнул.—Чёрт. —Вот именно. Я поднял руки, сцепил пальцы в замок и слегка потряс ими над головой, изображая почти театральный жест победы.—Отлично. Дана закатила глаза. —Ты выглядишь так, будто только что выиграл Олимпиаду. —Когда пациент не умирает — это почти то же самое. —Тогда тебе придётся праздновать каждые десять минут. —Не возражаю. Она тихо усмехнулась и вернулась к экрану. Я уже собирался развернуться и пойти дальше по коридору, когда краем глаза заметил движение. К стойке шли двое студентов. Виктория и Деннис. Я сразу понял, что что-то произошло. У студентов есть особый вид, когда они приходят не просто задать вопрос. Слегка напряжённые плечи. Быстрые шаги. Взгляд, который ищет врача. Я медленно выпрямился. —Так, — сказал я, глядя на них. — Что у вас уже случилось? Деннис заговорил первым. Он явно пытался подобрать слова. —Доктор Робби… Я слегка наклонил голову. —Да? Он коротко взглянул на Викторию, потом снова на меня. —Она потеряла сознание. Виктория тут же резко повернулась к нему. —Нет! —Её голос прозвучал слишком быстро. —Я просто споткнулась. —Она подняла руки, словно пытаясь отмахнуться от самой идеи. —Я в порядке. Я медленно выдохнул через нос. —Конечно. —Я внимательно посмотрел на неё..Лицо было чуть бледнее обычного. И взгляд… тот самый взгляд, который бывает у людей, которые секунду назад смотрели в потолок, лежа на полу. Я кивнул в сторону коридора. —Иди выпей чего-нибудь холодного в комнате отдыха. Она сразу замотала головой. —Нет, правда, я в порядке. — Слова начали сыпаться быстрее. —Это было буквально секунду, я просто… там было жарко… и… Я поднял руку, останавливая поток слов.Она замолчала. —Я понимаю, — сказал я спокойно. Она посмотрела на меня, будто надеялась услышать другое продолжение. —Но таковы правила. Я слегка пожал плечами. —По любой такой ситуации приходится составлять отчёты. Дана тихо фыркнула за компьютером. —Бумаги важнее гордости, — пробормотала она. Виктория опустила взгляд. На секунду её лицо стало почти детским — разочарованным и немного упрямым. —Я правда могу продолжать, — тихо сказала она. —Я не сомневаюсь. —Я чуть наклонился вперёд. —Но если ты снова упадёшь, мне придётся писать ещё больше отчётов. А я этого не люблю. Она вздохнула. —Ладно. Она бросила быстрый взгляд на Денниса. А он перевёл взгляд. Она повернулась и пошла по коридору. Шаги сначала были быстрыми, потом чуть медленнее, будто она всё-таки почувствовала лёгкую слабость. Я смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом. Я перевёл взгляд на Денниса. Он всё ещё стоял рядом со стойкой, немного в стороне от Даны, словно не был до конца уверен, закончился ли разговор или ему ещё нужно что-то сказать. Вокруг нас отделение продолжало жить своей шумной, беспокойной жизнью. Кто-то позвал врача из другого конца коридора, дверь бокса с тихим стуком закрылась, каталка проскрипела по плитке, и в воздухе снова всплыл привычный запах антисептика, металла и усталости. Но Деннис стоял неподвижно. Плечи чуть напряжены. Взгляд сосредоточен. Он явно держал в голове какую-то мысль и никак не мог решить, стоит ли её произносить. Я прищурился, наблюдая за ним. —А ты? Он моргнул, будто вопрос вытащил его из размышлений.—Я? —Ты в обморок не падал? Он сразу покачал головой — быстро, почти слишком быстро. —Нет, доктор. Я ничего не сказал сразу. Просто смотрел на него несколько секунд. Иногда тишина работает лучше любых вопросов. Деннис слегка переместил вес с одной ноги на другую. Я наконец кивнул.—Хорошо. —Он едва заметно выдохнул.Но я продолжал смотреть на него. —Но тебя что-то волнует. Он замер. На секунду его взгляд скользнул куда-то в сторону коридора, где медсестра толкала каталку. Потом обратно ко мне. Он прикусил губу. И только после этого тихо заговорил. —Из-за моей ситуации… вам тоже придётся писать отчёт? Я приподнял бровь. Вот, значит, что его грызло. Не кровь. Не операция. Не ответственность. Бумаги. МОИ бумаги. Я тихо хмыкнул. Иногда студенты переживают о самых странных вещах. Я сделал шаг ближе, положил руку ему на плечо и слегка подтолкнул в сторону коридора, подальше от стойки. Дана уже снова разговаривала по телефону, и вокруг становилось слишком шумно для нормального разговора. Мы пошли вдоль коридора. Лампы над головой тянулись длинной цепочкой света, отражаясь в серой плитке пола. Из открытых дверей доносились обрывки разговоров врачей, короткие команды, тихие стоны пациентов. —Ты не будешь упоминаться в отчёте, — сказал я спокойно. Он резко посмотрел на меня. —Почему? Я похлопал его по плечу.—Потому что я читал ваши досье. Он нахмурился, явно не ожидая такого ответа. —Все? —Все. —Я усмехнулся.—Обо всех новеньких. Мы прошли мимо бокса, где медсестра проверяла капельницу у пожилого мужчины. Он спал, тихо похрапывая, а аппарат рядом мерно отсчитывал удары сердца. —До этого у тебя не было обмороков, — продолжил я. — Или других проблем. — Деннис слушал внимательно.—Это не первая твоя практика, — сказал я. — И до этого ты справлялся отлично. Он чуть опустил взгляд. —Я просто… на секунду подумал… —Это неотложное отделение, — перебил я мягко. — Тут много кому становится не по себе в первый день. Мы остановились у окна в конце коридора. За стеклом была парковка, и синяя вспышка мигалок скорой помощи на секунду окрасила стены. —Но… — начал он. Я поднял руку. —Но у неё это не первый случай. Он удивлённо посмотрел на меня. —У Виктории? —Да. —Я опёрся плечом о стену. —Она проходила практику в других отделениях. И там уже были похожие ситуации. Он нахмурился. —Тогда почему её отправили сюда? Я чуть склонил голову. —Как думаешь? Он помолчал. Потом осторожно сказал: —Она слишком молодая... Я тихо усмехнулся. —Да. — Я внимательно посмотрел на него. —Ты тоже это заметил? Он кивнул.—Да. В его голосе не было насмешки. Только простое наблюдение. Я оттолкнулся от стены и снова медленно пошёл по коридору. —Возможно, — сказал я, — ей кто-то помогает попадать на практику. Деннис нахмурился сильнее. —Вы думаете… Я пожал плечами. —Я ничего не думаю. Но я не люблю такие вещи. Мы прошли мимо ещё одной двери. Внутри врач тихо объяснял что-то пациентке, а она слушала, сжимая руки на коленях. Я снова похлопал Денниса по плечу. —Мне в отделении нужны будущие врачи, на которых я могу положиться. Я посмотрел на него прямо. —А не чьи-то знакомые. Он ничего не сказал. Но я видел, как его плечи чуть расправились.—Поэтому твой случай не будет в отчёте, — сказал я. Он выдохнул. Но я продолжил: —Но если это повторится… Он резко перебил меня. —Этого больше не будет, доктор Робинавич. Я остановился.Он сказал это быстро, но в голосе звучала такая уверенность, что я на секунду даже улыбнулся. Я несколько секунд смотрел на него. Потом снова похлопал его по плечу. —Надеюсь. Мимо нас пробежала медсестра, держа в руках папку. Из дальнего бокса снова раздался короткий сигнал монитора. Отделение продолжало двигаться вперёд — шумное, беспокойное, живое. Я уже собирался развернуться обратно к стойке, но перед этим сказал: —И, Деннис. Он поднял глаза.—Да, доктор? —Не трать силы на мысли о бумагах. Он нахмурился.—А на что тогда? Я слегка усмехнулся. —На пациентов. Я развернулся и пошёл обратно к стойке медсестёр, где уже снова начиналась очередная маленькая медицинская буря.А за моей спиной Деннис ещё несколько секунд стоял в коридоре, переваривая разговор, прежде чем снова вернуться к работе. ︵‿︵‿୨♡୧‿︵‿︵ Пожалуйста, не забудьте оценить эту книгу звездой и оставить комментарии - ваши версии произошедшего, это очень важно для меня. Скорость глав зависит от вашей активности.