Отражение

Рев мотора был единственным, что могло заглушить хаос в голове. Ин выжал газ до упора, и спидометр байка перевалил за 210 км/ч. Мир вокруг превратился в смазанный тоннель из неоновых огней и серого асфальта. Трек был его личным чистилищем — здесь не было места лжи, только физика, скорость и запредельная концентрация. Ин закладывал байк на виражах так низко, что колено чиркало об асфальт, высекая искры. Ему нужно было это чувство опасности, чтобы вытравить из памяти взгляд Джуна в пентхаусе. «Кто ты, Джун? Преграда на моем пути или сама цель?» — эта мысль жгла сильнее, чем адреналин. Он все еще не верил, что человек, который так искренне радовался пицце под первым снегом, может быть тем самым кровавым «Драконом». Подозрения грызли его, но твердых доказательств не было. Пока не было. Когда Ин съехал с трассы и припарковался на обочине безлюдного шоссе, чтобы остудить мотор, тишина показалась ему оглушительной. Он снял шлем, встряхнув влажными от пота волосами, и подставил лицо ледяному ночному ветру. В этот момент из густой тени деревьев, без включенных фар, бесшумно выкатились два черных внедорожника, зажав байк в тиски. Парень даже не дернулся к ножу. Слишком профессиональный захват. Слишком знакомый почерк. Из машин вышли четверо — серые тени в тактическом снаряжении, чьи лица скрывали маски-балаклавы. — Тебя заждались, — коротко бросил один из них, указывая дулом пистолета на заднюю дверь. Цзян Ин молча повиновался. И, оставив байк, сел в одну из машин. Его везли недолго, петляя по промзонам, пока машина не остановилась у входа в закрытый на ночь ресторан. Внутри царил полумрак, пахло дорогим деревом и застоявшимся сигарным дымом. Его провели в глубь зала, к столу, отделенному от остального пространства тяжелой, расшитой золотом ширмой. За ширмой угадывался неподвижный силуэт. Лицо человека скрывала маска — гладкий белый фарфор, лишенный человеческих черт. — Ты затягиваешь, — голос за ширмой, пропущенный через модулятор, звучал как механический скрежет. — Информация о разработках «KJ Technologies» — это лишь приятный бонус. Но контракт был на голову лидера группировки «Черный дракон». — Я работаю над этим, — холодно ответил Ин, не отводя взгляда от маски. — Дракон — это тень. Я проверяю связи Ли Джуна, но пока нет прямых улик, что это он. Если я ошибусь и уберу не того, настоящий Дракон уйдет под воду навсегда. — Нас не интересуют твои методы, — отрезал человек в маске. — Твой контракт оплачен твоей свободой. Если через неделю Дракон не будет мертв, мы сочтем, что ты решил играть на два фронта. Ты знаешь, что мы делаем с предателями. Ускорься, Ин. Время вышло. Разговор был окончен. Те же люди в форме грубо вывели парня через черный ход обратно к машине и вскоре вернули на трек, к байку. Один из похитителей, мощный мужчина со шрамом на запястье, придержал Ина за плечо, прежде чем толкнуть к мотоциклу. — Не тупи, парень, — прохрипел он с издевкой. — Ты хоть понимаешь, на кого замахнулся? «Черный дракон» — это лишь верхушка айсберга. «Смерть небес». Вот кого стоит бояться. Он криво усмехнулся и похлопал по своей нашивке на рукаве, которую Ин не заметил в темноте ресторана. Под тусклым светом уличного фонаря на грубой ткани четко проступила эмблема: белоснежный оскаленный череп. — Запомни этот знак, — бросил наемник. — Это последнее, что видят те, кто переходит нам дорогу. Машины сорвались с места, оставив парня в облаке дорожной пыли. Он стоял неподвижно, глядя на пустую дорогу, а в голове набатом стучало одно слово. Череп. Тот самый символ, который он видел на секретных файлах в архиве Джуна. Те самые люди, которые наняли его убить Дракона, носили ту же метку, что была у врагов Джуна. Или союзников? Ин сжал руль байка так, что затрещали перчатки. Теперь он подозревал не только Джуна. Он подозревал, что сам стал пешкой в игре, где обе стороны носят одну и ту же метку смерти. *** Зал приемов сиял так ярко, что резало глаза. Хрустальные люстры дробили свет на тысячи острых осколков, отражаясь в бокалах с шампанским и бриллиантах на шеях гостей. Ли Джун в безупречном смокинге выглядел как изваяние из черного мрамора — холодный, величественный и пугающе спокойный. Ин шел на полшага позади, исполняя роль верного помощника, но внутри него натянутая струна была готова лопнуть. После ночного похищения и метки «Черепа» каждый человек в этом зале казался ему потенциальным убийцей. — Держись ближе, — не оборачиваясь, негромко произнес Джун. — Тебе не нужно ничего делать, просто будь рядом. Парень коротко кивнул, но его взгляд продолжал методично сканировать толпу. И вдруг он замер. У дальней колонны, в тени тяжелых портьер, стоял человек. Он не пил, не разговаривал и почти не двигался, но от него исходила та самая тяжелая, специфическая аура власти, которую Ин научился распознавать безошибочно. Это был Кан Сохо — по оперативным сводкам, «правая рука» лидера Черного Дракона. Человек-призрак, который никогда не появлялся на светских раутах. «Что ты здесь забыл, крыса?» — пронеслось в голове Ина. Кан Сохо бросил короткий, колючий взгляд в сторону Ли Джуна, а затем, едва заметно кивнув кому-то в толпе, направился к служебному выходу. Ин почувствовал, как пульс участился. Это был его шанс. Если он последует за ним, он найдет логово. Он найдет Дракона. И тогда, возможно, эта пытка неизвестностью закончится. — Господин президент, — Ин коснулся локтя Джуна, когда к тому подошел очередной чиновник с длинным тостом. — Мне нужно отлучиться на минуту. Кажется, я перепил кофе, нужно... освежиться. Ли Джун на мгновение задержал на нем взгляд — пронзительный, изучающий, словно он видел Ина насквозь. — Не задерживайся, — сухо ответил он, но в глубине его глаз на секунду мелькнула необъяснимая тревога. Парень развернулся и, ловко лавируя между гостями, скользнул в ту же дверь, за которой скрылся Сохо. Шум праздника мгновенно сменился гулкой тишиной коридоров для персонала. Цзян Ин сбросил маску беспечного мальчика, его движения стали хищными и бесшумными. Он следовал за тенью Сохо через лабиринты служебных помещений, пока не оказался на заднем дворе отеля, где черная машина уже ждала своего пассажира. Ин прищурился, запоминая номера, и быстро прыгнул в заранее подготовленный байк в соседнем переулке. Байкер держался на дистанции, выключив фары и ориентируясь только по габаритным огням черного седана Сохо. Погоня привела его в старый антикварный район. Седан нырнул в неприметный подземный гараж под зданием, которое снаружи выглядело как заброшенная чайная лавка. Парень оставил байк за два квартала. Проникнуть внутрь для него было делом техники: пара точных движений отмычкой, обход старой камеры — и вот он уже в вентиляционной шахте, ведущей в главный зал. Сердце Ина бешено колотилось, когда он прильнул к решетке. Внизу, в зале, залитом мягким светом бумажных фонарей, за низким столом сидел человек. На нем было простое темное кимоно. Сохо почтительно склонился перед ним, передавая какой-то свиток. Парень замер, вглядываясь в лицо лидера. Это был мужчина лет пятидесяти с глубоким шрамом через всю бровь и абсолютно седыми волосами. Тяжелый, властный взгляд, руки в старых мозолях от меча. Это не Джун. Шок пронзил его, как электрический разряд. Всё, во что он верил, все его подозрения рассыпались в прах. Ли Джун не был Драконом. Он был кем-то другим, но точно не главой этого синдиката. Взгляд Ина скользнул по стене за спиной лидера. Там висело огромное знамя. Вместо оскаленного черепа, который он ожидал увидеть, на шелке был вышит изящный черный дракон, обвивающий острие клинка. Символ мудрости и скрытой силы. «Черепа... Смерть небес... Они лгали мне», — осознание ударило под дых. Его наниматели намеренно подставили Джуна под удар, заставив поверить, что президент корпорации и есть тот самый мафиози. Они хотели использовать Ина как идеальное оружие, чтобы убрать конкурента чужими руками. Ин почувствовал, как ярость закипает в жилах. Его использовали. Его заставили шпионить за человеком, который, возможно, был единственным честным звеном в этой грязной игре. Цзян Ин вернулся в отель как раз к моменту, когда прием заканчивался. Джун стоял у выхода, его лицо было бледнее обычного, а пальцы нервно сжимали край пиджака. Увидев Ина, он заметно расслабился, хотя в глазах всё еще плескалась тревога. — Ты долго, — только и сказал мужчина, когда они сели в машину. Ин молчал всю дорогу. Его трясло изнутри. Вина за каждое подслушанное слово, за каждый взломанный файл жгла его кожу. Как только они вошли в пентхаус, парень не дал Джуну даже включить свет. Он прижал его к закрытой двери, впиваясь в его губы с какой-то первобытной яростью. Это не был нежный поцелуй — это была мольба о прощении, крик души, которая запуталась в собственной лжи. Ли Джун ответил мгновенно. Его руки сжали талию Ина, притягивая его так близко, что между ними не осталось воздуха. В эту ночь страсть была их единственным языком. В темноте спальни, под шепот падающего за окном снега, маски окончательно пали. Ин целовал его плечи, его руки, вдыхал его запах, осознавая с пугающей ясностью: он провалил задание. Он влюбился. Влюбился в свою цель, в своего «врага», который оказался единственным, кого Ин теперь хотел защищать до последнего вздоха. — Ин... — прошептал Джун, зарываясь пальцами в его волосы. В этом шепоте было столько уязвимости, что у парня защемило сердце. В ту ночь Цзян Ин понял: он больше не шпион. Он — щит. И этот щит скоро должен будет принять на себя удар всей мощи «Смерти небес».