Вопрос за рамками школьной программы

Вступительная контрольная работа по случаю начала второго года старшей школы (高二, гаоэр; второй год трёхлетней старшей школы в Китае, соответствует примерно десятому классу) для выпуска 2019 года Шестой средней школы Линьцзяна. Тетрадь по китайскому языку и литературе. Время выполнения: 150 минут. Максимальный балл: 150. Баллы экзаменуемого: 48. Математика: 36. Английский язык: 22. Комплексные естественные науки (理综, лизун; сводный экзамен по физике, химии и биологии): 59. ...... Несколько тетрадей лежали на письменном столе. На каждой из них было полным-полно крестов, один хуже другого, и проверяющий быстро понял, что обычный способ проверки к данному экзаменуемому неприменим. На следующих страницах осталось лишь несколько редких красных галочек. В строке для имени красовались два иероглифа, написанные размашисто, словно буйные заросли сорной травы, однако с резкими, острыми штрихами. Имя экзаменуемого: Сюй Шэн. «Сам посмотри на свои баллы за эту контрольную». «До среднего балла в тридцать баллов ещё пропасть, не то что думать о вступительных экзаменах. По мне, с такими знаниями тебе придётся заново проходить среднюю школу!» Классный руководитель Мэн Гоувэй говорил всё громче и наконец закричал так, что половина коридора за дверью учительской могла его слышать: «Какой из этих вопросов я не разбирал на уроке?! Все они подарочные (送分题, сунфэньти; буквально «вопросы, дарящие баллы», то есть настолько лёгкие задания, что не ответить на них почти невозможно)! Если рассыпать по листу зерна, курица случайно наклюёт правильных ответов больше, чем ты! Ты зачем в школу ходишь: учиться или дни бездельничать?!» Сюй Шэн простоял в учительской уже шесть минут. Подобные слова он слышал столько раз, что и не сосчитать. Он скользнул взглядом поверх плеча Мэн Гоувэя, задержавшись на настенных часах, и мысленно предположил, что следующей на очереди должна быть коронная фраза: «Не хочешь учиться, так убирайся подобру-поздорову». Так и вышло. Мэн Гоувэй с хлопком опустил конфискованную стопку тетрадей на угол стола: «Мне всё равно, каким ты был раньше. Раз теперь попал в седьмой класс второго года, веди себя прилично. Не хочешь нормально учиться, убирайся!» Сюй Шэн выглядел так, словно его клонило в сон. Он слегка прикрыл глаза, всем видом давая понять, что слушать пустые слова не намерен. Мэн Гоувэй: «......» Слова Мэн Гоувэя звучали жёстко, но в душе он чувствовал неуверенность. Разговаривать с этим учеником он, по правде говоря, побаивался. Однако раз уж только что принял класс, надо было хоть как-то сразу дать ему понять, кто здесь хозяин (下马威, сямавэй; буквально «угроза, произносимая при сходе с коня»). В начале второго года школу только что разделили на классы заново. Администрация, видимо, решила сбалансировать состав и отправила к нему сразу двух «первых»: лучшего ученика параллели и последнего. Юноша, стоявший у письменного стола, совершенно не вписывался в обстановку учительской. Все ученики, входившие и выходившие из учительской, были аккуратно одеты в школьную форму. Только на нём была чёрная футболка с граффити, узор на которой при ближайшем рассмотрении не поддавался никакому определению. Юноша был высоким и худощавым. Он стоял, опустив глаза, с видом человека, которому не хватило сна на утренней самоподготовке (早自习, цзаоцзыси; обязательные занятия до начала уроков, обычно с шести-семи утра, принятые в китайских средних школах). Казалось, ему нет дела ни до чего вокруг. За все годы своей педагогической работы Мэн Гоувэй ни разу не сталкивался с таким учеником: успеваемость по всем предметам была необъяснимо низкой, послужной список нарушений в школе и за её пределами не умещался на десяти пальцах, и он принципиально не носил форму. Шестая средняя школа Линьцзяна всё-таки была образцовой школой (重点学校, чжундянь сюэсяо; школа с особым статусом, отбирающая учеников по высоким баллам и получающая усиленное финансирование). Пусть и не в числе лучших среди образцовых школ района А, с проходным баллом, едва дотянувшимся до нижней границы, и статусом, повышенным с обычной школы лишь пару лет назад. Мэн Гоувэй пока отложил вопрос о контрольной и спросил: «Куда ты делся вчера после экзамена? Снова тайком ушёл с территории?» При этих словах юноша наконец выпрямился и как бы между прочим спросил: «Кто-то видел, как я уходил?» Мэн Гоувэй: «Нет». Сюй Шэн немного помолчал: «Камеры засняли?» Мэн Гоувэй: «......Тоже нет». Убедившись, что уход прошёл без единой зацепки, Сюй Шэн совершенно спокойно ответил: «Я не уходил». «......» Мэн Гоувэй мысленно подбирал слова, собираясь сказать ещё что-нибудь. Но у Сюй Шэна уже кончилось терпение. «Учитель,» — произнёс он, — «если дело в оценках, на этом можно заканчивать. Вы ведёте свои уроки, а учиться или не учиться, сколько учиться — это моё личное дело. Вам правда незачем говорить мне всё это». Голос Сюй Шэна не был громким. Шумная учительская гудела: перелистывались страницы, учителя-предметники раздавали задания, в дверях переговаривались и смеялись ученики. Слова были произнесены небрежно и не привлекли ничьего внимания. Мэн Гоувэй, однако, расслышал каждое слово. Такая беззаботная наглость его ошеломила, и лишь через некоторое время он выговорил: «Что это ты говоришь?! Разве так разговаривают с учителем? Тогда зачем ты вообще сюда ходишь учиться?!» Сюй Шэн встретил его взгляд без тени смущения. Тут Мэн Гоувэй заметил, что школьные правила этот юноша нарушал не только в вопросе формы. В правом ухе у него была серьга: чёрный халцедон (黑玉髓, хэй юйсуй; полудрагоценный камень тёмного цвета, в китайской культуре ассоциируется с защитой и силой воли) в серебряной оправе. Эта отнюдь не скромная чёрная серьга была наполовину скрыта прядями волос. Зачем ты сюда ходишь учиться? Фраза несколько раз промелькнула в голове у Сюй Шэна. «Считайте, что я просто трачу время зря,» — произнёс он наконец. Протянул руку, стянул тетради со стола, зажал в руке и добавил равнодушно: «Не обращайте на меня внимания». Только у Сюй Шэна тетради были конфискованы. Когда он вошёл в класс, неся их в руке, оживлённый гул мгновенно стих, будто кто-то нажал на паузу во время фильма. На переднем ряду один из одноклассников вытянулся через парту, изо всех сил пытаясь дотянуться до печенья ученика со второго ряда. Увидев входящего, он застыл в этой странной позе. «Слишком давящая аура у школьного хулигана,» — пробормотал тот вполголоса, — «я боюсь двинуться. Стоять вот так ужасно неудобно. Ну дай хоть одно печенье...» Для всех учеников седьмого класса второго года с того момента, как они увидели список распределения по классам, единственным словом, которым можно было описать их состояние, стало «удушье». Двумя днями ранее все учащиеся параллели с тревогой толпились у школьных ворот. «В каком классе Сюй Шэн?» «В седьмом. Хорошо, хорошо, я в шестом». «Блин, я в седьмом...» «Ну и везуха у тебя, братан. Держись. Старшая школа ещё на два года, всего лишь два года, время летит как белый конь (时光荏苒如白驹过隙, шигуан жэньжань жу байцзюй го си; буквально «время течёт незаметно, подобно белому жеребёнку, мелькнувшему в щели»; классидиома из философского текста Чжуанцзы, означающая стремительность течения времени), пройдёт быстро». Так кто же такой Сюй Шэн? Прославленный школьный хулиган. Признанный изгой в стенах школы. В первый год старшей школы вопрос с отказом носить форму несколько раз доводил завуча до белого каления. Того заставляли стоять перед классом, вызывали родителей, выводили с публичным самокритикой перед всей школой, и в итоге всё было впустую: как не носил, так и не носит. За несколько десятков лет существования Шестой средней школы Линьцзяна с её сильным педагогическим составом, строгим укладом и девизом «цивилизованность и гармония, усердие и практичность» второго такого не было. Сюй Шэн прошёл мимо всех к последнему ряду. Его футболка с джинсами по-прежнему разительно не вписывались в окружение даже за пределами учительской, а в классе, где все сплошь были в серо-голубой форме, выглядело и вовсе вызывающе. Он был высоким. К тому же в первый день опоздал, и в классе оставалось только два свободных места: оба в последнем ряду. Второе пустое место было слева через проход. С вчерашнего дня оно так и пустовало: говорили, что тот человек взял отгул. Сюй Шэну не было никакого дела до того, кто отсутствует. Он отодвинул стул, собираясь продолжить прерванный сон, и при этом движении ученик за соседней партой невольно дёрнулся. Сюй Шэн подумал, потом взял стул, слегка наклонился и хлопнул того по плечу. Парень чуть не выронил ручку и был вынужден обернуться: «Вы... вы что-то хотели?» Сюй Шэн: «Тебе не тесно?» «А?» Сюй Шэн кивнул на грудь одноклассника, почти прижатую к самому краю парты. Судя по всему, тот оставил себе не больше тридцати сантиметров пространства: выйти в туалет было бы возможно, только если сползти вниз, присесть и пролезть из-под парты. Сюй Шэн переспросил: «Тебе не тесно?» Тот открыл рот: «Я...» Ну конечно тесно! Но я ведь не осмелюсь сказать! И тем более не осмелюсь быть рядом с тобой! Ждать ответа Сюй Шэну надоело. Он попросту отодвинул свою парту назад. На первом уроке, английском, Сюй Шэн уже собирался лечь на парту и заснуть, когда в окне рядом кто-то дважды постучал. Несколько голов раздвинули оконную раму и высунулись из коридора: «Командир (老大, лаода)». Сюй Шэн положил руку на затылок и, услышав голоса, чуть повернул голову: «Хочу спать. Говорите быстро, если есть что сказать». Вожак компании носил модную нынче густую чёлку, был смуглым, но выглядел бодро. Он вздохнул: «Нас распределили слишком далеко друг от друга. Ты в седьмом, я в первом, противоположные концы. Как теперь играть в игры вместе на уроках?» Несмотря на грозную репутацию Сюй Шэна, из-за которой большинство его сторонилось, в этом горячем возрасте парни порой сближались безо всяких особых условий: пара партий в игру и уже приятели. Сюй Шэн был не так уж плох в общении: весь первый год за его задней партой после каждого урока собиралась целая компания. В определённых ситуациях умение играть в игры куда полезнее школьных оценок. Первая игровая встреча Сюй Шэна и Чжан Фэна произошла после того, как Сюй Шэн впервые выступил с публичной самокритикой перед всей школой. В конце речи он подвёл итог словами: «Я был неправ, но не обещаю, что в следующий раз не повторю». Произнеся это, он вызвал переполох во всей школе. Спустившись с помоста перед флагом (升旗台, шэнцитай; специальное возвышение на школьном дворе, используемое для торжественных построений и выступлений), Чжан Фэн сказал ему от души: «Чёрт, ты крут». Чжан Фэн ещё сказал: «Ты только что ходил в учительскую? Говорят, ты порядком разозлил Старого Мэна». Сюй Шэн не подтвердил и не опроверг. Высказавшись, Чжан Фэн продолжил усердно высовываться в окно, на этот раз просунув внутрь уже не только голову, но и половину туловища, и принялся оглядывать седьмой класс. Сюй Шэн вдруг понял, в чём дело. Он откинулся назад: ноги у него были длинные, и даже согнутые, они занимали изрядно места в проходе. «Зачем пришли на самом деле?» Чжан Фэн выдал свою настоящую цель: «Мы пришли посмотреть на бога учёбы (学神, сюэшэнь; буквально «учебное божество»)». Сюй Шэн, который на контрольной только и делал что спал и не обратил никакого внимания на то, кто оказался у него в классе: «?» «Нет, слово "посмотреть" недостаточно точное. Правильнее сказать "созерцать с почтением". Да, я пришёл созерцать с почтением на бога учёбы,» — сказал Чжан Фэн. — «Это тот, кто на вступительных экзаменах в среднюю школу набрал первый балл в школе, в первый год старшей школы взял первое место на городской олимпиаде и чья фотография была напечатана на стенде почёта у входа в школу. Ты что, правда не знаешь? В вашем классе в этом году при распределении получилось очень творчески: с одной стороны ты, с другой стороны бог учёбы». Услышав это, Сюй Шэн вдруг засмеялся. Он поманил Чжан Фэна рукой: «Иди сюда, поближе». Чжан Фэн без всякой осторожности придвинулся. Сюй Шэн взял принесённые из учительской тетради и без лишних слов огрел ими его по голове: «Ты что, нарываешься? Смотри на бога учёбы сколько хочешь, но зачем меня рядом с ним принижать? Могу устроить так, что придёшь на своих ногах, а уйдёшь на носилках, хочешь попробовать?» «Прости, братан, не надо было тебя так называть,» — согнулся и отпрянул Чжан Фэн, приговаривая на ходу: — «Но братан, я уже полкласса просмотрел и никого не нашёл. Все уже собрались?» И правда, собрались не все. Сюй Шэн бросил тетради на парту и скользнул взглядом через узкий проход рядом с собой, остановившись на пустом соседнем месте. В учительской. Прозвенел звонок на урок. Мэн Гоувэй всё ещё переживал недавний разговор с проблемным учеником из только что принятого класса и никак не мог прийти в себя. Мимо прошёл учитель с планом урока. Увидев, что Мэн Гоувэй всё ещё изучает оценки Сюй Шэна, тот остановился: «Мэн-лаошэй (老师, лаошэй; обращение «учитель», стандартная вежливая форма обращения к педагогу в Китае), не переживайте так. Этот ребёнок всегда таким был. В первый год несколько учителей пытались с ним справиться и ничего не вышло. Если не получается, махните рукой: не каждый ученик хочет хорошо учиться». Мэн Гоувэй был не таким, как другие учителя. Его тут же охватило раздражение: «Не поверю, что не смогу с ним справиться. За двадцать с лишним лет преподавания слова "сдаться" в моём словаре не было». «......» «Мэн-лаошэй, я вас морально поддерживаю,» — взглянул на время другой учитель и сказал: — «Ладно, хватит, мне на урок». Один из учителей, которому тема была интересна, не отрываясь от проверки тетрадей спросил: «Мэн, есть какие-нибудь идеи?» Мэн Гоувэй долго раздумывал, перелистал несколько книг из серии «Как правильно направлять учеников» и в итоге придумал кое-что: «Возможно, у него барьер перед учителями. Попробую метод наставничества: пусть хороший ученик его потянет за собой». С этими словами он взял другую стопку тетрадей, лежавшую рядом. Тетради конфисковали не только у Сюй Шэна. Рядом со стопкой его работ лежала ещё одна, но по совершенно другой причине: если работы Сюй Шэна удержали из-за катастрофически низких оценок, то эта стопка была оставлена как образцовая, скопирована в нескольких экземплярах и роздана по классам. За исключением шести снятых баллов по китайскому языку и литературе, все остальные предметы были сданы почти на полный балл. На верхней тетради в стопке в первой строке значилось: «Вступительная контрольная по математике для выпуска 2019 года Шестой средней школы Линьцзяна. Максимальный балл: 150. Баллы экзаменуемого: 150». Имя экзаменуемого: Шао Чжань. ※※※※※※※※※※※※※※※※※※※※ Открываю новый проект! Не знаю, сколько вас здесь, это новая для меня задача, я немного волнуюсь, но постараюсь изо всех сил! Пс.: Сюй Шэн настоящий двоечник. Оставляйте комментарии — разыгрываю сто красных конвертов (红包, хунбао; денежные подарки в красных конвертах, традиционные для китайской культуры; в интернет-пространстве виртуальные денежные переводы, которые авторы разыгрывают среди активных читателей).