Юные

3 февраля 2002 Я даже не заметил как прошел целый месяц, уже февраль, на улице немного потеплело, но лишь чуток. Ксюша начала более менее учится ходить, но чаще всего ползала чем ходила. все что мне оставалось делать — это смотреть как взрослеет моя сестра, как тлеют мамины сигареты, как мелькает текст в книге, и как карандаш проходит по бумаге вырисовывая знакомые мне черты лица. я недавно начал осваивать навык рисования – мама отдала меня в художественную школу, там был мой нелюбимый учитель по композиции — Мирослав Джазманов, он был полным ублюдком, как таких как он вообще берут на работу связанную с детьми? я не любил ходить на композицию, но приходилось, иначе бы мне шею скрутили за прогулы. То, что я очень часто прогуливал, это была история искусств, я чуть ли не спал на этом уроке, там монотонно, и не интересно, говорила учительница.  В художке были и свои плюсы и минусы, моими плюсами было то что в художке была классная учительница композиции — Татьяна Кавальчук, она была доброй ко мне, иногда она заменяла Джазманова, иногда про себя я его называл маразматиком, Кавальчук же такой не была, она была доброй, и иногда говорила что если мне будет скучно одному дома сидеть – я всегда могу придти к ней в гости. Меня напрягало общество людей которые окружали меня в художке, абсолютно разные и странные люди, то шутят странно, то, что бы я не сказал, смотрят как на полоумного. Из плюсов — я мог отвлечься там. Из минусов — там я столкнулся со вторым в своей жизни буллингом, уже от взрослого человека. Когда я рассказал об этом маме, она сначала хумро и пристально на меня посмотрела, сказала подойти к ней, а потом, прижала к себе, когда она отстранилась, она взяла мое лицо в руки, посмотрела в глаза и сказала «Если взрослый обижает маленького, значит он слабак, и не никогда не сможет сказать в лицо взрослому человеку все что думает, такие люди жалки, сильны только те, кто выносят все несмотря не на что.» Меня вдохновили эти слова, моя мама была умной и мудрой женщиной, по крайне мере так о ней отзывалась моя учительница и Татьяна Кавальчук, когда я рассказал о том, что мне сказала мама. Помимо художки, я стал замечать что Андрей стал немного отдалён от меня, но меня это не волновало, мы общаемся не так много чтоб я падал ему в ноги и рыдал о своей ревности, в целом мне было плевать, но было чуть обидно. мы стали реже гулять, и чаще всего Андрей выглядел виноватым и оправдывался : «Извини, Наташа говорит что ты не очень хороший друг и она ревнует.» «Прости, я гулял с Наташей, а ты же знаешь какая она.» «Извини, пожалуйста, да я помню что мы договаривались, но Натали тогда сказала что она срочно очень хочет со мной погулять а я же не могу отказать…» Наташа то, Наташа сё. Я уже давно понял все что на душе у Андрея, и что он не может разрываться на двоих, и я не лез ему в душу. Зачем? если захочет сам позовет гулять, а у меня еще книги не дочитанные есть. но все же, было обидно, и я тогда не понимал, на мне было написано это чтоли? Иногда даже книги мне не помогали, я падал на лопатки на полу, и лежал, пока не открывалась дверь и маленькая Ксюша не заходила ко мне Она всегда садилась рядом и смотрела своими пронзительными, голубыми глазками. Прямо как у Андрея. Я отгонял мысли об Андрее, не нужен я ему, и ладно, переживу. Не пережил, я вспоминал, и чувствовал как колит обида сердце. Променял меня на бабу. нам всего по 12, а он уже с девчонкой гуляет, не рано ли? Мама растила во дворе Вереск, на дворе был февраль, но снег уже таял, и я знал, что в марте я буду снова садить, поливать, и полоть сад во дворе. Мне было без проблем, я мог отвлечься от мыслей об Андрее. Андрей. Кто он вообще для меня? Друг? Знакомый? Не кровный брат? тайный возлюбленный? незнакомец? враг? я не знал точно, чего именно я хотел от него Именно от него.