Гарри Поттер и Магические Начинания

— Гарри Поттер?! Тот самый?! — воскликнул Рон, но тут же прикрыл рот. — Ну, наверное, — Гарри небрежно поправил очки и почесал лоб. — Я должен ещё шрам на лбу иметь, видимо, но как видишь. — Теперь понятно, какие слухи… — Рон сел напротив Гарри и уставился на соседа. — Слушай, а ты правда с маглами живёшь? — Ага, — Гарри потянулся и взглянул в окно. Там виделись дома деревушек, речки, озёра, дома повыше, и всё это быстро сменялось друг другом. — И как они, маглы? — Да обычные. Не сказать, что сильно отличались от других, но всё ещё… Всяко скучнее, чем с такими двумя братьями и сестрой. — Если бы их было два… — вздохнул разочарованно Рон, что удивило Гарри. — У меня пять старших братьев и младшая сестра, Джинни, с ней неразлучны с детства, но каждый из братьев в чём-нибудь да хорош: Билл получил десять П за СОВ, Чарли был отличным ловцом и теперь работает с драконами, Перси — абсолютный отличник пятый год подряд, Фред с Джорджем — гении шуток, и мне надо стать хотя бы столь же успешным, как они, иначе мама всю оставшуюся жизнь не будет видеть во мне ничего, кроме «маленького сыночка». И не дай Мерлин я попаду не на Гриффиндор, меня Фред с Джорджем засмеют до Луны. — Я бы не отказался быть маменькиным сынком… — Поверь мне, это надоедает быстро, — опроверг Рон, наклонившись к Гарри. — Мне и Джин приходилось украдкой ночью играть в квиддич, потому что «метла слишком опасна», — всё в тоне мальчика говорило, что он не согласен. — Я живу с Фредом и Джорджем в одном доме, одна их шутка опаснее любого финта в профессиональной игре. — И что они делают? — Гарри готовился к какой-нибудь крайне смешной истории, если поведение близнецов не было напускным. — Однажды, эти двое подговорили меня и Джин пошутить над Перси… Ну, ладно, это было не «однажды», каждые два месяца вчетвером над ним шутили- всё ещё…       За разговорами пришло время обеда. Гарри достал приготовленную Петуньей пару сэндвичей, а Рон достал свёрточек из своего потрёпанного чемодана и крысу. — Что за крыска? — Гарри заинтересовался питомцем: она выглядела крайне болезненно, но всё ещё была крайне упитанной. — Это Короста. Получил её от- мне её Перси на день рождения подарил, — поправил себя Рон, получив подозрительный взгляд от Гарри. — По словам Перси, Короста — ровесник Джинни, чему не верю, хотя по внешнему виду… — в этот момент крыса решила проснуться, и как только она встретилась взглядом с Гарри, мальчик увидел в её глазах страх, и она тут же нырнула в одежду к Рону. — Вау… Он, конечно, пугливый, но чтобы настолько… — А мне вот сову подарили! — ответил Гарри, показав на питомца. — Я назвал её Хедвига, в учебнике по Истории магии имя нашёл. — Ты уже успел начать читать учебник? Мой выглядит так, будто рассыпится, если я его коснусь…       Сразу же после фразы Рона, за дверью купе появилась проводница с тележкой, на которой Гарри успел выцепить что-то похожее на шоколад, пару упаковок для дражже, какие-то палочки и котелки. — Не желаете перекусить? — спросила проводница у мальчиков, улыбаясь. — Можно всего понемногу? — попросил Гарри, доставая кошелёк. — С вас одиннадцать сиклей и девять кнатов, — мальчик, не раздумывая, протянул монеты проводнице и забрал сладости. — Спасибо за покупку. — Вам спасибо! — бросил Гарри, положив всё на стол. — Хочешь — присоединяйся, только расскажи, что есть что, ничего из этого не пробовал. — Серьёзно? — Конечно!       Мальчики быстренько уплели обеды и принялись за сладости. — Это, — Рон взял в руки упаковку, напоминающую лягушку, — шоколадная лягушка. — Это лягушка из шоколада или в шокола- — Рон от вопроса аж поморщился. — Ты чего! Это просто шоколадка, ведёт себя как лягушка, так что держи крепче. А, кстати, в них вкладывают вкладыши, на них всякие разные волшебники показаны. Мне с Джин парочка осталась до полной коллекции, остались лишь Птолемей или Гвидион.       Гарри открыл первую лягушку, которая тут же попыталась выпрыгнуть из его рук, но Гарри мгновенно схватил ту за лапку. Тут же мальчик принялся за неё, взяв в руку карточку, на которой величаво стоял Дамблдор. Его конусная шляпа и длиннющая борода даже не помещались в рамку карточки. Гарри выдал удивлённое нечто (забитый ртом шоколад помешал сказать что-то понятное), после чего повернул и принялся читать заметку о волшебнике.

Альбус Дамблдор, в настоящее время директор школы «Хогвартс». Считается величайшим волшебником нашего времени. Профессор знаменит своей победой над темным волшебником Грин-де-Вальдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и своими трудами по алхимии в соавторстве с Николасом Фламелем. Хобби — камерная музыка и игра в кегли.

      Когда Гарри перевернул карточку, на ней уже никого не было. — Ушёл?.. — больше спросил, чем заметил, Гарри, на что Рон усмехнулся. — А что, ты думал, что он там весь день будет? — Ну, у маглов фотографии не двигаются… — от услышанного лицо на лице Рона застыло удивлённое выражение, что не помешало ему продолжить жевать шоколад.       Гарри, пока Рон уплетал одну сладость за другой, глянул за дверь купе и увидел там что-то мелкое, что прыгало сначала по коридору, а затем, остановившись на пару моментов будто на подумать, запрыгнуло в купе к Рону и Гарри. Присмотревшись, Гарри понял, что это была маленькая настоящая жаба, которая в несколько прыжков оказалась возле Рона, запрыгнула к нему не скамейку, слегка напугав, и начала громко квакать, уставившись в куртку рыжего парня. — Чево ты расквакавась? — Рон явно часто говорил с забитым ртом, потому что слова у него выходили довольно внятно.       В этот момент в купе заглянул пухленький мальчик, его светлые волосы почти доходили до голубых глаз, в которых читалась лёгкая тревога. — Вы не видели- — мальчик прервался, как только услышал очередное «ква». Взглянув, тот увидел жабу и быстро взял её в руку так, чтобы она не ускакала. — Тревор! Перестань от меня бегать! — жаба будто бы поняла мальчика: Тревор очень медленно моргнул и параллельно этому начал часто и тихо квакать. — А вдруг на тебя наступят? — Ты понимаешь лягушек? — голова Гарри всё ещё пыталась осознать, что есть магия и насколько много с ней можно сделать. — Н-нет, — мальчик помотал головой, будто слегка напугавшись. — Тревор, как мне кажется, людей понимает, а я к его ответам просто привык. Кстати, я — Невилл Лонгботтом! — мальчик протянул руку, которую Гарри пожал. — А я Гарри- — Поттер же? — мальчик в очках удивился: Невилл оказался первым, кто не просто поверил, а сам угадал. Но сам мальчик тут же замялся, видимо от того, что перебил. — Б-бабушка показывала фото родителей, и н-на некоторых был твой отец. — Я так сильно похож? — в голосе Гарри было что-то между недоверием и надеждой. — Я давно на фотографии не смотрел, н-но отличаешься несильно…       Тут в купе зашла девочка с платформы, которая уже переоделась в форму. Её глаза, обвитые густыми каштановыми волосами, сразу зафиксировались на Невилле. — Невилл, ты нашёл?.. — услышав уверенное «ква» от лягушки, которое раздалось из рук Долгопупса, девочка прервалась на пару секунд. — О, хорошо, привет, ребята, Невилл, вернемся в купе, или ты тут останешься? — чуть ли не протараторила девочка. — Я не знаю- — Расскажи что-нибудь про своих родителей, — выпалил Гарри, удивив всех троих. — Зачем?.. — Невилл взглянул на Гарри, как на дурака. — Я знаю про своих родителей только то, что моя тетя поссорилась с моей мамой из-за того, что мама была волшебницей, а тётя не стала, что они погибли и всякое разное из писем мамы мои бабушке и дедушке, и таких писем я нашёл немного… — начал объяснять Гарри. — Но если мои родители были знакомы с твоими, то вдруг ты знаешь что-то, что связано не только с твоими, но и моими родителями… Если ты не против…       Рон и девочка переглянулись, задержали взгляд на двух мальчиках и, услышав «Ладно…» от Невилла, устроились поудобнее в купе вместе с Лонгботтомом. И Невилл будто уже начал говорить, как… — Я забыла представиться! — неожиданно воскликнула девочка, удивив слегка парней. Она тут же улыбнулась, отчего стали заметны слегка выходящие— Меня зовут Гермиона Грейнджер! — Рад знакомству, — протянул руку Рон, которую Гермиона, пусть и слегка задержавшись, пожала. — Приятно познакомиться, — ответил Гарри. Невилл, пока ждал конца обмена, пытался вспомнить что-нибудь из рассказов бабушки, что у него получалось не очень… Но что-то вспомнить ему удалось. — Бабушка как-то рассказывала про то, как папа помог твоему отцу и его друзьям в шуточной войне с учителем по Заклинаниям…       Неловкий рассказ Невилла продлился долго, и пусть через каждые десять слов Невилл что-то по десять минут вспоминал, Гарри и Рон падали со смеху от каждого розыгрыша, не важно, был тот от учителя или от отца Гарри и его друзей, а Гермиона ужасалась тому, что себе позволяли в школе учителя и школьники по отношению к учителям, но местами всё равно не удерживала смешок. Но тут прозвучало предупреждение. — До прибытия поезда на станцию «Хогсмид» осталось три часа, пожалуйста, наденьте школьную форму, — раздалось в поезде, отчего Невилл отвлекся от разговора. — Я чемодан в купе оставил! — вспомнил Невилл и вылетел за дверь купе. — Я вернусь, как переоденусь! — и от мальчика след простыл.       Троица проводила мальчика взглядом, похлопала ресницами и взглянули друг на друга. — Гермиона, нам бы тоже переодеться… Не выйдешь? — попросил Рон, встав с места и потянувшись достать чемодан. — Окей, — Гермиона встала, вышла из купе и закрыла дверь. — Достань и мой, пожалуйста, — попросил Гарри и получил чемодан себе в руки.       Рон переоделся в три счета, на что Гарри отшутился: «В большой семье зубами не щелкают?» — и в ответ получил «Ты бы знал, насколько это правда…» Когда же мальчики вышли из купе, вместо Гермионы они увидели уже знакомого Гарри серебряного блондина и двух незнакомых упитанных ровесников. — О, Поттер, приветствую! — Малфой протянул руку, которую Гарри тут же пожал. После этого блондин протянул руку Рону, которую тот немного погодя пожал. — Драко Малфой, — в голосе мальчика гордости было чуть ли не больше, чем в его виде, при чём каждое его движение отдавало этой самой гордостью. — Рон Уизли, — мальчики разомкнули руки, после чего рыжий мальчик обратил внимание на двух слонов в коридоре. — А вас как звать? — Какая тебе разница, Уизли? — бросили оба друг за другом, отчего три других парня скривили лица. — Воспитание гиппогриф съел перед посадкой в поезд? — бросил Малфой, повернув одну лишь голову к ним. — Предатели крови позорят всех чистокровных, — выдал правый «телохранитель», тут же получив в лоб: — Ваши родители придумали обзывательство, но он позорит? — Гарри смотрел на этих двоих так, будто они были кусок грязи. Тут Гарри в небольшую щелочку между громилами увидел Гермиону с переодевшимся Невиллом и вспомнил, что они выходили Гермиону обратно пригласить. — Драко, рад был снова тебя увидеть, но там идёт компания поприятнее, и тебе советую найти получше, — бросил мальчик, улыбнувшись и вместе с Роном отступив к стенке, чтобы пропустить троицу. — Увидимся на Распределении, — Драко пожал руку парням и удалился вместе со своей «свитой».       Гермиона и Невилл взяли с собой чемоданы, чтобы не бегать за ними перед выходом, и в купе четверка проболтала ещё час, и к моменту, когда солнце зашло за горизонт, четвёрка дослушала про Великую войну розыгрышей, которую в конце выиграли вообще МакГонагалл и Лили Эванс. — А Фред и Джордж говорили, что процессор Макгонагалл взглядом сжигает! — Рон улыбался от концовки от уха до уха. — От этого она ещё сильнее пугает… — ответил Невилл, будто бы сжавшись ещё сильнее. Гарри глянул в окно и, пусть без солнца видно было хуже, стареющая Луна давала достаточно света, чтобы Гарри заметил, что поезд начал ехать медленнее. — Поезд замедляется, — Гарри встал и потянулся взять чемодан, но тут прозвучало сообщение: — Поезд прибывает на станцию «Хогсмид», оставьте чемоданы в купе, их доставят отдельно, — рука Гарри замерла, после чего опустилась, но мальчик не сел обратно.       Как только поезд встал, квартет вылетел из купе и даже так на выходе простоял добрых десять минут, а когда вышли их встретил крик полувеликана: — Первокурсники, все ко мне! — раздался бас от трёх с половиной метрового мужчины, машущего рукой, отчего Гарри подумалось, что того видно прям из Хогвартса. Как только он поймал взглядом Гарри, Хагрид заулыбался пуще прежнего, а его рука начала махать чаще, чем колибри своими крыльями. — О, Гарри, привет!       Гарри смущенно помахал в ответ, после чего сразу объяснил кто это новым друзьям. Хагрид тем временем пересчитал пришедших и, насчитав всех, хлопнул, отчего часть первокурсников дрогнуло. — Ну что, ребята, пошли, — прогремел голосом Хагрид и повёл детей через деревню. От магической деревни Гарри ожидал чего-нибудь на манер Косого переулка, но Хогсмид оказался на удивление обычным, особенно вечером. В какой-то момент дорога закончилась, и первокурсники оказались на какой-то тропинке в роще. — Счас выйдем к озеру, оттуда будет видно Хогвартс, — Хагрид встал на песок, после чего жестом подозвал студентов. — Все сюда!       Как только ученики вышли к Хагриду, все ахнули: перед ними оказался высоченный замок, одна башня была настолько высокой, что исчезала в темноте ночи, а окна пропускали цвет из самого замка и отражали свет луны и её отражения в озере. Как только Гарри смог отвести взгляд от замка, его глаза упали на лодки, которые стояли прямо перед ними. — Так, ребятки, все по лодкам, в одной не больше четырёх людей, всем понятно? — звучно выдал Хагрид, отчего дети полезли в лодки, с чем Хагрид начал им помогать. Гарри, Рон, Гермиона и Невилл успели выцепить лодку поближе, а лесничий сел в свою лодку, взял вёсла и, крикнув «Поплыли!», погрёб вёслами, а остальные лодки поплыли вслед за его.       Чем ближе был замок, тем больше он казался Гарри. К моменту, когда лодки оказались чуть ли не под замком, Хагрид крикнул: — Всем пригнуться! — после чего «флотилия» проплыла под плющом и вплыла в расщелину под замком, в которой Гарри сразу выцепил несколько пирсов, на одном из которых стояла знакомая фигура. — Здравствуй, Хагрид, — произнесла МакГонагалл, оглянув толпу. — Всё в порядке, никто не пострадал? — Никто ничего не сообщал, — ответил Хагрид, встав, чтобы пришвартовать лодку. Сразу после этого МакГонагалл взмахнула палочкой и лодки встали к пирсам. — Кто уверен, что сам вылезет — вылезайте, остальным сейчас помогу.       Так дети начали потихоньку выгружаться, и когда все оказались на ногах, МакГонагалл встала на ступенях, ведущих вверх. — Все за мной, — с этими словами дама развернулась на каблуке и застучала по лестнице вверх, а дети пошли за ней. Через пять минут спокойной для детей ходьбы вся группа оказалась перед огромными дверями, которая, как всё помещение, была освещена десятками левитирующих свечей. — Добро пожаловать в Хогвартс. Меня зовут МакГонагалл, для вас — профессор МакГонагалл, я — заместитель директора школы Хогвартс. Скоро начнётся банкет по случаю начала учебного года, но перед этим вас распределят по факультетам. Просьба не делать никаких глупостей во время Распределения. Факультет станет для вас второй семьёй, потому что вы будете взаимодействовать с ними всё время, не считая каникул. За ваши успехи в учёбе и спорте и хорошие поступки учителя будут давать вашим факультетам очки, факультет с наибольшим количеством очков получит кубок Школы, что является огромной честью. Но очки можно и потерять: опасные глупости, конфликты и иные действия, нарушающие порядок в замке, будут наказываться вычетом баллов и иногда отработками. Факультета четыре: Гриффиндор, Слизерин, Пуффендуй и Когтевран. У каждого по-своему великий создатель, из каждого выпускались великие волшебники. А теперь, я попрошу вас постоять тут пару минут в какой-никакой тишине, нужно подготовить остальных учеников к вашему появлению, — с этими словами МакГонагалл приоткрыла дверь и исчезла за той. — А как нас будут распределять? — Невилл от нервов аж трясся. — Фред сказал, что мы будем проходить какие-то опасные испытания, но зная Фреда… — На нас наденут Распределяющую шляпу на голову, и она сообщит, в какой факультет мы попадём, — ответила Гермиона, усмехнувшись. Невилл, услышав это, подуспокоился, но тут сквозь стены пролетели десятки существ, перепугав детей. — Я считаю, что Пивза надо изгнать к чёрту! — крикнул какой-то прозрачный старик, на что тут же получил крик в ухо от столь же прозрачного толстяка: — Следите за своим языком, милорд! Дети же услышат! — агрессивно, но довольно прилично произнёс призрак в средневековой одежде. — Дети? — бросило несколько призраков, после чего взглянули под себя, наконец взглянув в ответ на пялящихся на них детей. — Сегодня Распределение?       В этот же момент дверь распахнулась и оттуда появилась профессор МакГонагалл. — Дорогие призраки, идите по своим делам, — сразу же после слов прозрачные люди разлетелись во все стороны, исчезнув в стенах. Как только они исчезли, МакГонагалл повернула голову обратно к первокурсникам. Выстройтесь в колонну и идите за мной, сейчас начнётся Распределение.       Гарри, Рон, Гермиона и Невилл встали друг за другом и через пару секунд пошли вместе со всеми через дверь. Как только дети увидели зал, часть их запнулась, так как все перестали смотреть куда идут. В огромном зале стояли четыре длиннющих стола, которые освещали сотни левитирующих свечек. Вдоль стен стояли моментальные опоры, которые поддерживали, казалось, ночное небо? — Потолок зачарован так, чтобы копировать небо, — произнесла Гермиона, не отворачиваясь от потолка. — А я думал, что зачарован очаровывать, — нервно отшутился Невилл, получив смешок от Гарри.       Тут МакГонагалл остановилась, а вместе с ней и её «утята». Заместитель директора показала всем стоять на месте, после чего дедушка, в котором Гарри узнал Альбуса Дамблдора с карточки шоколадной лягушки, поставил на подготовленный стул шляпу. Шляпа выглядела так, будто директор Хогвартса носил её с пелёнок, не снимая ни на миг: она вся была в заплатках, кожа выглядела столь потрёпанной, что Гарри боялся, что та рассыпится на месте. Но тут Гарри кое-что заметил: на стороне, которой шляпу поставили к ученикам постарше, в складках он разглядел что-то похожее на лицо, которое спустя мгновение зашевелилось в песне:

Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите. Шапки, цилиндры и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы съела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня, и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждет Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Пуффендуй ваша судьба, Там, где никто не боится труда, Где преданны все, и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш — за стол Когтевран. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей, И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надежные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой.

      Вслед за выступлением последовали бурные аплодисменты всего зала, а «лицо» Шляпы исчезло, выровнявшись. Послушав разницу в факультетах, Гарри успокоил себя, что он, впрочем-то, не против попасть на любой, лишь бы было с кем общаться. — Когда я назову ваше имя, вы должны будете надеть Шляпу и сесть на стул, — спокойно сказала профессор МакГонагалл, от чего Гарри неосознанно смял мантию в ладони. — Аббот, Ханна!       Блондинка нервно вышла из колонны, подошла к табуретке и надела Шляпу. Но сесть она не успела: буквально мгновение спустя Шляпа крикнула «ПУФФЕНДУЙ», отчего крайний правый стол разразился в аплодисментах, а сама девочка, сняв Шляпу быстро ретировалась к столу теперь своего факультета.       За ней Шляпа распределила Сьюзен Боунс в Пуффендуй, Терри Бута в Когтевран (на что второй слева стол впервые зааплодировал), Мэнди Броклхерст отправилась так же в «вороний» факультет, Лаванда Браун стала первым гриффиндорцем (на что отреагировал уже самый левый стол), Миллисенту Булстроуд Шляпа отправила в Слизерин, Винсента Крэбба, первого «охранника» Малфоя, и позже Грегори Гойла, второго «охранника», определили в Слизерин, Джастин Финч-Флетчи отправился к Боунс и Аббот, а Симуса Финиганна Шляпа отправила за гриффиндорский стол только спустя пару минут размышления (остальные даже не успевали сесть). Тут профессор МакГонагалл — Гермиона, Грейнджер! — проголосила профессор МакГонагалл, и девушка метнулась к стулу, оказавшись возле стула за мгновение, после чего столь же быстро надела Шляпу и села на стул. Над тем, куда отправить Гермиону, Шляпа думала… но недолго. — ГРИФФИНДОР! — прогремела Шляпа через секунд двадцать, отчего левый стол взорвался в очередных аплодисментах.       Гермиона сняла Шляпу и быстрым шагом пошла к столу. — Лонгботтом, Невилл! — парень вышел настолько резко, что запнулся о свои же ноги и чуть не упал, вызвав смешки по всему залу. Когда он надел Шляпу, Гарри, почему-то, ожидал от шляпы, что она подумает над факультетом для мальчика, но та буквально через мгновение крикнула «ГРИФФИНДОР!», и мальчик, который не то, чтобы успел надеть шляпу, положил её обратно на стул и аккуратно пошёл за стол. Следующим вызвали Драко, который в своей привычно идеальной манере вышел из колонны и подошёл к стулу. Но над его определением Шляпа думала ровно столько же, сколько над факультетом Невилла: Малфой отправился к своему столу через мгновение после того, как Шляпа коснулась его головы.       За этими двумя Теодор Нотт и Пэнси Паркинсон отправились в Слизерин, девочки-близнецы Патил отправились в Гриффиндор и после них- — Поттер, Гарри! — с объявлением его имени в зале раздалась пара фраз на подобии «Тот самый?», после чего все затихли. Самому мальчику показалось, что его ноги шли медленнее, чем он хотел, скреб подошв в зале стал громче, а его лоб стал более мокрым, чем был. В таком состоянии Гарри дошёл до стула, взял Шляпу, сел и надел её, чем закрыл себе глаза. «Хмм, а ты интересный парень… — раздалось будто бы прям в голове мальчика. Это было неожиданно, но не то, чтобы неприятно. — Умён, храбр, на многое способен… И к другим добр… Куда же тебя определить…» «Можно к Невиллу с Гермионой? — спросил мальчик. — Хочется кого-нибудь знать…» «Хмм… Ну, да, смелости тебе, в конце-то концов, не занимать», — и спустя секунду Шляпа прогремела: — ГРИФФИНДОР! — весь факультет мгновенно встал из-за стола, начав аплодировать и одобрительно свистеть, некоторые даже кричали что-то вроде «Поттер с нами!». В это же время почти весь Слизерин, по какой-то причине, презрительно зыркал на Гарри.       Гарри снял шляпу, положил её на стул и побежал к столу Гриффиндора. К Гарри, когда тот подошёл ко столу, потянули пожать руки все, с кем он оказался рядом: Невилл, Гермиона, близнецы Уизли, их брат Перси (если верить их сходству и тому, что два других старших брата уже выпустились), тёмный парень, представившийся Ли Джорданом, и ещё человек пять, но настойчивый недовольный взгляд профессор МакГонагалл утихомирил весь стол. — Добро пожаловать, — доброжелательно произнёс призрак, который одёрнул ранее другого перед Распределением.       Внимание же Гарри тут же сместилось к Шляпе. Лиза Турпин, шедшая по списку сразу за ним, отправилась в Когтевран, и за ней шёл Рон… — Уизли, Рон! — кожа Рона заимела такой же оттенок, как и призраки, но парень всё равно двинулся к стулу, но перед тем, как надеть Шляпу, оглянулся в сторону гриффиндорского стола. Фред и Джордж, увидев неуверенность брата, сначала в унисон кивнув вверх, а потом мотнув головами друг на друга, будто говоря: «Чего ты, давай уже сюда».       Рон взял шляпу, надел её и- — ГРИФФИНДОР! — Рон не успел даже руку с неё убрать, как начал её снимать. Стол опять активно зааплодировал, а близнецы истошно засвистели. — Добро пожаловать, — произнёс Перси, приобняв брата. — Осталась последняя, народ! — крикнул Фред, вызвав смех у всего факультета.       Гарри пожал руку Рону и улыбнулся ему. В это же время уже Слизерин разразился аплодисментами, так как к нему присоединился Блейз Забини. Тут из-за своего стола встал директор, что не помешало залу продолжить гудеть. Дамблдор прикоснулся палочкой к горлу и- — Здравствуйте, здравствуйте! — прогремело по всему залу, обратив внимание всех на старого волшебника. — Всем первокурсникам — добро пожаловать, остальным ученикам — с возвращением! Вы все проголодались, понимаю, но перед празднеством я хочу сказать несколько слов: слово, предложение, намерение, поступок. А теперь, к ужину! — Он ненормальный? — спросил Рон, получив самый презрительный за этот день взгляд от Гермионы. — Да, но у всех гениев свои особенности, — ответил Перси, и на столах возникли десятки различных блюд: чисто по цвету Гарри выцепил пять видов супов, столько же гарниров, ещё больше горячего и соков. — Вам чего-нибудь положить, мальчики? — обратился Перси к Гарри и Невилл, пока он набирал на тарелку Рона цыплёнка и картошку. — Можешь подать ростбиф? — попросил Невилл, положив себе порцию рожек.       Гарри положил себе сначала салат, затем грибной крем-суп, затем второе- — Неплохо выглядит… — заметил гриффиндорский призрак, как Гарри понял. — А вы можете? — То-то и оно, что уже четыреста лет не могу, — ответил прозрачный мужчина. — Не то, чтобы она мне нужна, но я так давно не чувствовал вкусов… Извините, что поздно представляюсь, сэр Николас де Мимси-Дельфингтон, призрак башни Гриффиндора. — Почти Безголовый Ник? — спросила Гермиона, и как только увидела недовольное лицо призрака, прикрыла рот. — …так меня иногда называют в замке, но очень не люблю это прозвище, — заметил Николас, в тоне которого звучало «На первый раз забуду, а вам не стоит». — Ививиде, фто фпрафивау фахое… — начал Невилл, подняв голову, и продолжил, дожевав, — но… Почему «почти безголовый»? — Потому что голова держится на двух сантиметрах кожи, — ответил призрак, быстро приоторвав голову и сразу же вернув на место, чего всё равно хватило для реакции первокурсников. — Господин Николас, мы же просили не показывать первокурсникам… — заговорил Перси, но его прервал призрак. — И я пообещал не показывать, пока они не интересуются, — парировал призрак. — Ну, хорошей трапезы, а я пойду поспрашиваю у других о проведённом лете.       Первокурсники не совсем поняли, как после такого можно спокойно продолжить трапезу, но при виде еды аппетит и впрям вскоре вернулся. Когда все закончили есть питательное, все тарелки очистились от мяса и супов, и на них появились десятки сладостей: мороженое всех вкусов, торты, пироги, пирожные… Казалось, что на двух тарелках не лежало одинакового десерта. Гарри положил себе парочку шариков разного мороженого, шоколадный пудинг и шарлотку и принялся уплетать, хотя пару секунд назад думал, что в него больше не влезет. Рон же всё это время крутил головой, будто не зная, что именно он хочет. — Что-нибудь будешь? — спросил Перси у самого младшего брата, потянувшись к его тарелке. — Я и Джин хотели паточный пирог попробовать… — замялся Рон, но Гарри, услышав про десерт, тут же проглотил то, что жевал, и повернулся к Рону. — Он тут есть?! — голова Гарри тут же повернулась к Перси, и, получив от старшего мальчика утвердительной кивок, Гарри подал свою тарелку Перси. — Можешь мне положить после Рона?! — Большой любитель? — усмехнулся Фред, очистив свою тарелку за, казалось, секунды. — Ага!       Как только пирог оказался перед парнями, Гарри вгрызся тут же, а Рон, после пробы, тоже принялся за сладость, но без особого энтузиазма. — Вкусно… Но шарлотка получше будет, — сказал Рон, доев, и лицо Гарри в полной мере отразило его удивление. — Ни за что! — На вкус и цвет все фломастеры разные, никто вам не запрещает любить разные сладости, — попытался примирить Перси, но тут увидел хитрую улыбку на лицах Фреда и Джорджа. — Только попробуйте! — Ну, мы же не сами пробовать будем- — Не сильно лучше сделал, Фред, — заметил Джордан, но теперь и на его лице плясала улыбка.       Гарри, Рон, Гермиона и Невилл в это время доели сладости, и спустя пару секунд все тарелки очистились. Теперь, когда еды не было, а столы начали болтать, Гарри решил обратить внимание на стол учителей.       Хагрид, пусть и разговаривал с МакГонагалл, как только заметил взгляд Гарри, усиленно замахал мальчику, получив ответ от Гарри. МакГонагалл просто улыбнулась Гарри, а вот с противоположной стороны стола мальчик углядел будто бы какой-то ненавидящий взгляд и, повернувшись, увидел мужчину с крючковатым носом и сальными чёрными волосами, но тот смотрел на него скорее презрительно… Преподаватель в тюрбане, который общался с тем мужчиной, резко повернул голову к собеседнику. — Что, Снейп тебя уже взглядом сверлит? — спросил Фред, усмехнувшись. — А он всех, кто не на Слизерине, недолюбливает, но тебя на удивление долго сверлит… — Он мог учиться вместе с родителями Гарри, — заметил Рон. — И вряд ли он такой кому-нибудь нравился. — Мне показалось, что на меня тот профессор в тюрбане зло посмотрел, — заметил Гарри, словив несколько смешков со стола, — но учитывая то, как он трясётся просто разговаривая со Снейпом- — Дорогие студенты, — неожиданно для Гарри и тех, кто сидел рядом с ним, прозвенел голос директора, — теперь, когда все наелись и подутихли, напомнить вам про уже существовавшие правила и рассказать о новых. Напоминаю всем, что входить в Запретный лес запрещено, даже если вы уже там были и вернулись невредимыми. В следующий раз вам скорее всего не повезёт, — Дамблдор оглянул весь зал, но, как показалось, задержал взгляд на близнецах, и, учитывая то, что Перси тоже подозревающе зыркнул на них, Гарри не показалось. — Также по просьбе нашего дорогого завхоза, мистера Филча, хочу попросить, чтобы не стоит творить чудеса на переменах. Бронирование стадиона для практики по квиддичу начнётся завтра, первые доступные даты — через две недели. И последнее: правая часть коридора третьего этажа вне какого-либо доступа. Нахождение там опасно, и для безопасности мы применили несколько заклинаний, но я настоятельно рекомендую не приближаться. Если вас заметят, то вы будете отрабатывать до конца учебного года, а если не заметят, то с вами может случиться что похуже. На этом из новостей всё. — А почему такое место есть в школе? — спросила Гермиона у Перси. — Нельзя ли его убрать? — Может быть они этим занимаются… — заметил Невилл, но тут Дамблдор махнул палочкой и, пока из неё вылетала огромная золотая лента, директор сказал на весь зал: — А теперь предлагаю всем перед сном грядущим спеть гимн нашей школы. Каждый поет на свой лад. И… Начали!       И весь зал заголосил кто в лес, кто по дрова:

Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс,

Научи нас хоть чему-нибудь.

Молодых и старых, лысых и косматых,

Возраст ведь не важен, а важна лишь суть.

В наших головах сейчас гуляет ветер,

В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух,

Но для знаний место в них всегда найдется,

Так что научи нас хоть чему-нибудь.

Если что забудем, ты уж нам напомни,

А если не знаем, ты нам объясни.

Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс,

А мы уж постараемся тебя не подвести.

      К моменту, когда весь остальной зал затих, Фред с Джорджем и Ли Джордан пели второй куплет, и Дамблдор, будто бы по привычке, начал дирижировать этим двоим, а Флитвик, которому по его же просьбе МакГонагалл быстро создала скрипку и трубу, заколдовал оба инструмента, отчего те стали аккомпанементом близнецам. Когда же близнецы допели, директор и Флитвик хлопали громче остальных. — Как всегда прекрасно, — сказал директор, когда аплодисменты закончились. — Ни в коем случае не переставайте быть собой, дети, ни в коем случае. Но и не забывайте, что ваше «я» не должно подавлять других. А теперь — спать! Господа старосты, пожалуйста, проведите первокурсников в гостиные.       Гарри вместе со своими однокурсниками пошли за своими старостами, и пока дети обсуждали произошедшее, Гарри одним ухом слушал Невилла, Гермиону и Рона и запоминал путь, которым Перси вел первокурсников в комнату факультета: одна из лестниц повернула прямо после того, как вся их группа поднялась по ней, лестницы недвигающиеся Гарри чаще видел в секретных проходах за разными статуями, и мальчику казалось, что он видел, как вслед за ним у портретов поворачивались глаза. Спустя пятнадцать минут подыманий Перси остановился около портрета полной дамы в розовых шелках. — Вот мы и пришли, — бросил через плечо самый старший Уизли в школе, после чего портрет заговорил. — Пароль? — от слова Гермиона и ещё несколько детей дёрнулись. — Арканум кодис, — произнес Перси, и портрет открылся, показав за собой тепло освещённую комнату. — Такое ощущение, что пароль глупый… — произнесла Гермиона, но квартет, как и все их однокурсники, тут же отвлеклись на гостиную, в которую их завел Перси.       Гостиная была переполнена красным и желтым цветом, по всей гостиной стояли крайне удобно выглядящие кресла и диваны и пустые и заполненные шкафы разных размеров. Справа и слева были проходы, про которые пару мгновений спустя Перси начал рассказывать. — Мальчики — направо, девочки — налево, и на будущее: если это не ваша сторона, то сами по себе вы не сможете пройти, — Перси подошел к левому проходу, облокотился на пространство прохода… и не упал, — а чтобы пройти, нужно, чтобы вы как-либо касались кожа к коже. А теперь, мальчики и девочки, по кроватям, первые дни в Хогвартсе будут сложными.       После этих слов первокурсники пошли в свои комнаты под чутким взглядом Перси. Квартет разошелся с тихими «пока», и за проходом мальчишеское трио увидело винтовую лестницу, на первом же пролете которого оказалась дверь с аккуратной деревянной табличкой «1 курс».       Как только трио зашло, их встретили пятерка кроватей и окно, выходившее на Хогсмид, в котором теперь светились только уличные фонари. — Кто-то хочет кровать около окна? — спросил темнокожий парень, будто бы на «эники-бэники» выбирая кровать. — Я хочу! — тут же подал голос Невилл, в ответ получив почти единое «Окей». — Ещё пожелания? — Хотел бы рядом с Невиллом и Роном спать, — ответил Гарри и, поняв, что они могли не запоминать других распределений, решил-таки представиться. — Забыл представиться, я — Гарри Поттер. — Которой Мальчик-Который-Выжил? — удивлённо спросил светловолосый мальчик. — Кто? — спросил чернокожий парень, получив тройку удивлённых и один благодарный взгляд. — Видимо, — ответил Гарри, случайно пристыдив первого парня. — Симус Финниган, — парень протянул руку Гарри, которую тот сразу же пожал. — Дин Томас, — представился второй парень, после которого назвались Рон и Невилл.       Через пять минут все легли по кроватям и, пожелав друг другу хороших снов, уснули как только их головы коснулись подушек.