Новая встреча
31 марта 2026 г., 19:26
Вечера у них проходили совершенно по-разному, как будто они существовали в двух разных мирах, которые по какой-то странной ошибке накануне пересеклись.
Чон Чонгук, вернувшись в родительский дом, как делал это уже много лет подряд, поднялся на террасу сада, где стоял большой телескоп, и, не спеша настраивая его, привычным движением направил объектив в небо, где уже зажигались первые звезды, потому что это было единственное занятие, в котором он позволял себе не думать о работе, не анализировать, не контролировать, а просто наблюдать, словно пытаясь найти в этом бесконечном пространстве хоть какую-то закономерность, которую можно было бы понять.
Но сегодня даже звезды не помогали.
Потому что мысли упрямо возвращались к одному и тому же — к голосу, к взгляду, к запаху, который он так и не смог выкинуть из головы.
Постояв ещё немного, он резко отвёл взгляд от неба, словно злился на себя за эту слабость, и, развернувшись, ушёл обратно в дом, в свой кабинет, где его уже ждали документы, цифры и привычная, понятная реальность.
Чимин же в это время, наоборот, пытался занять себя чем-то максимально простым и бытовым, чтобы не возвращаться к событиям дня, поэтому, зайдя на кухню, он налил себе воду, нарезал аккуратные дольки лимона и, бросив их в стакан, взял его в руки и вышел на террасу, где обычно любил проводить вечера, наслаждаясь тишиной.
И именно там его взгляд снова наткнулся на аптечку. Потом тяжело выдохнул и, взяв её в руки, сел на небольшой диванчик, потому что ссадины от наручников напоминали о себе куда сильнее, чем ему хотелось бы.
— Спасибо, Хоби, — сказал он чуть раньше, ещё в доме, протягивая аптечку, — за лекарства.
— Это не мы, — удивлённо ответил тот.
И вот после этих слов всё началось.
«Оооо, он такой заботливый…», «красивый, богатый…», «Чимин, зачем тебе Джихун…»
Чимин резко закатил глаза, будто отгоняя эти воспоминания, и, выдавив немного мази на пальцы, начал аккуратно обрабатывать ранки, морщась от неприятных ощущений, но куда больше — от мыслей, которые снова лезли в голову.
— Да ну… — тихо пробормотал он, качая головой.
И всё же… он думал о нём. И в этих совершенно разных вечерах было что-то общее — мысли, которые не давали покоя обоим.
***
Утро началось хаотично. Хосок носился по комнате, словно от этого зависела судьба мира, раздавая указания с такой серьёзностью, будто Чимина собирали не на подработку, а на дипломатическую миссию. — Чёрные брюки, белая рубашка, волосы назад — понял? — Да понял я, — устало ответил Чимин, выходя из комнаты. И в этот момент Хосок замер. Потому что Чимин выглядел… слишком хорошо. Брюки подчёркивали фигуру, рубашка была расстёгнута на несколько пуговиц, открывая тонкие ключицы, серебряные украшения мягко поблёскивали, а серьги, которых у него всегда было немало, добавляли образу той самой небрежной, но продуманной эстетики, за которую его невозможно было не заметить. — Ты… — начал Хосок, но замолчал. — Ладно, иди. Он быстро добавил: — И не разговаривай с гостем. Вообще. Он просил, чтобы его не трогали. — Хорошо, мам, — фыркнул Чимин и вышел.***
— Слушай, по поводу вчерашнего парня, — сказал Чонгук, разговаривая с Тэхёном по телефону, — можешь узнать его имя, номер, адрес? На другом конце повисла пауза. — Зачем? Понравился? — сразу ехидно отозвался Тэхён. — Проблемы со стипендией, — спокойно ответил Чонгук. — Ага, конечно, — усмехнулся тот. — Ладно, узнаю. Утром Чонгук, как и всегда, завтракал с родителями в саду, потому что это была их неизменная традиция. Свежий воздух, аккуратно накрытый стол, тихие звуки утреннего сада — всё было слишком спокойно по сравнению с тем, что происходило у него внутри. — Чонгук, Юра не позвала нас на помолвку, ты знаешь что-нибудь? — первым нарушил тишину Сокджин, внимательно наблюдая за сыном. — Да пап, они позвали только друзей, отметят в тесном кругу, — спокойно ответил Чонгук, не поднимая взгляда от чашки. — Ты пойдешь? Как друг? — с лёгкой, но явно не случайной улыбкой спросил Сокджин, чуть прищурившись. — Да папа. — Вы так отдалились, вы же недавно расстались, где она нашла себе этого Инхо, — сказал Сокджин, чуть кривясь, произнося имя, и в его голосе прозвучало явное недовольство. — Надо пойти, — спокойно вмешался отец, как всегда переводя разговор в более рациональное русло. — Вы хоть и расстались, но она всё ещё наш партнёр, бизнес продолжается. — Дорогой, какой бизнес, — вздохнул Сокджин, слегка закатив глаза. — Они планировали после свадьбы управлять холдингом вместе. А теперь что? — Папа… — Чонгук коротко посмотрел на него, явно не желая продолжать эту тему. — Молчу, — сразу отреагировал омега, изображая замочек на губах, но уже через секунду «расстегнул» его. — Но вообще она была отличной партией. — Да, расстаться было большой ошибкой, — добавил отец, задумчиво глядя в сторону. — Ошибки тянут за собой другие ошибки. Эти слова на секунду повисли в воздухе. Чонгук встал. — Разрешите я пойду, мне нужно готовиться, иначе я опоздаю на вечеринку. — Да, конечно, иди, — спокойно ответил отец. Чонгук кивнул и, не задерживаясь больше ни секунды, ушёл, потому что этот разговор был последним, что ему сейчас хотелось продолжать. Самолёт был небольшим, частным, рассчитанным на короткие перелёты, и Чимин, зайдя на борт, сначала внимательно осмотрелся, словно проверяя пространство, в котором ему предстояло провести ближайшее время, а затем начал спокойно готовиться к работе, стараясь не думать ни о чём лишнем и сосредоточиться только на том, что должен был сделать. Пока он занимался подготовкой, пассажир уже занял своё место, и Чимин, не обращая внимания, продолжал работать, пока самолёт не набрал высоту. После взлёта он взял поднос и начал подходить со спины, двигаясь уверенно и аккуратно, но стоило ему только увидеть, кто сидит в кресле, как он буквально обомлел. Секунда и всё. Он быстро поставил поднос, стараясь не выдать себя, и практически сбежал, спрятавшись за занавеской — не видел, не видел, не видел… Господи, ну почему именно Чонгук… Но стоило ему оказаться в закрытом пространстве, как дыхание сразу сбилось, грудь сжало, и стало резко не хватать воздуха. Слишком тесно. Слишком закрыто. Он закрыл глаза, пытаясь прийти в себя, стараясь восстановить дыхание, но паника подступала быстрее, чем он ожидал. — Простите, извините, — раздался голос, и занавеска резко отодвинулась. Чонгук замер. — Это шутка? Откуда ты здесь? Но уже через секунду выражение его лица изменилось, потому что он увидел состояние омеги. — Все хорошо? Так, дай руки, смотри на меня, вдох через нос, выдох через рот, посмотри мне в глаза, давай вместе. Стало лучше? Чимин с трудом сосредоточился на его голосе, на дыхании, на глазах перед собой, и постепенно напряжение начало отпускать. — Да, здесь просто тесно. У меня клаустрофобия, такое случается. — Идем со мной, идем, — уже без лишних слов сказал Чонгук. Он взял его за руку и вывел из тесного пространства, усадил в кресло возле окна и сел рядом, внимательно наблюдая за его состоянием. — Все хорошо? — Хорошо, спасибо. Чонгук наклонился, чтобы пристегнуть ремень безопасности. И снова слишком близко, слишком неожиданно. На секунду мир будто остановился, а все звуки стали тише, но оба почти сразу пришли в себя и отстранились. — Кхм, раз ты в порядке, можешь объяснить, откуда ты здесь? — Это последнее место на земле где я хотел бы оказаться. — К счастью мы не на земле. Чимин не удержался и едва заметно улыбнулся. — И я последний человек которого ты хотел бы увидеть, так? Я не ошибся в продолжении? — Именно. — Так откуда ты здесь? Раз не получилось убить меня за рулем моего автомобиля, решил крушение самолета устроить? — Неплохая идея. И вот это было странно. Они улыбались и обоим было спокойно и достаточно легко. Слишком легко по сравнению с тем, как всё было вчера. — Мой сосед подрабатывает хостес, так вышло что сегодня он попросил его подменить. Какой был шанс столкнуться именно с тобой. И снова долгие и внимательные взгляды. Словно они пытались понять друг друга без слов. Когда самолёт приземлился, Чимин первым нарушил тишину: — А куда мы вообще прилетели? — Чеджу. Я на пару часов. — Ну я тогда тут погуляю. Чонгук посмотрел на него с лёгким скепсисом. — Вообще-то это аэродром, здесь негде гулять. Пойдем со мной если хочешь. Там море недалеко, сможешь подышать чистым воздухом. Чимин выдохнул, ещё раз огляделся и понял, что выбирать особо не из чего. И, немного помедлив, всё-таки кивнул. — Ладно, поехали.***
Приехав к назначенному месту, они почти одновременно вышли из машины, и Чимин, едва оглядевшись по сторонам, сразу нахмурился, потому что окружающая обстановка явно не была похожа на обычную деловую встречу или прогулку у моря, о которой он себе уже успел что-то представить. — Куда мы приехали? — спросил омега, переводя взгляд с аккуратно освещённой территории на дом, в котором уже было слышно оживлённое движение. — На вечеринку. Это помолвка. Чимин на секунду замер, словно не сразу понял, о чём идёт речь, а затем чуть приподнял бровь. — Каких-то родственников? — Нет, моей бывшей. На лице Чимина мелькнула едва заметная усмешка. — Ну и нравы в вашем обществе. Чонгук повернул голову, чуть прищурившись. — Прости, что ты сказал? — Нет, ничего, — быстро отмахнулся Чимин, не желая развивать эту тему. — Ну ладно, я пойду, где здесь море? Чонгук, не вдаваясь в подробности, просто указал рукой в сторону побережья. — Там. Он на секунду задержал взгляд на омеге, будто хотел что-то добавить, но вместо этого лишь коротко сказал: — Хорошо проведи время. И, развернувшись, направился в сторону дома, где уже вовсю шёл банкет, а Чимин, наоборот, направился к морю, выбирая для себя тишину вместо чужого праздника. В доме же всё было совсем иначе. Банкет шёл полным ходом: гости, свет, музыка, смех, камеры — всё смешивалось в одну шумную картину, в центре которой находились Инхо и Юра, уже дающие интервью, стоя перед прессой и уверенно улыбаясь, словно всё в их жизни складывалось идеально. Инхо говорил о том, что через два месяца они уже хотят устроить свадьбу и надеются успеть закончить все приготовления, его голос звучал спокойно и уверенно, а Юра рядом выглядела так, будто полностью разделяет его слова. Он продолжал говорить, но не успел закончить мысль, как среди журналистов прошёл заметный шёпот. — Там приехал господин Чонгук, быстрее, нужно его снять… И вся пресса буквально сорвалась с места. Юра тоже заметно встрепенулась, словно только этого и ждала, и, аккуратно выдохнув, направилась в сторону входа. Чонгук появился спокойно, как всегда, не спеша, словно это не он только что стал причиной всеобщего внимания. Юра подошла к нему первой, взяла под руку, и на её лице появилась идеально выверенная улыбка. — Ого, господин Чонгук позволил себе опоздать? — Это просто остальные рано, — спокойно ответил он. — Но ты, как всегда, прекрасна. — И ты тоже хорошо выглядишь, — мягко сказала Юра. — Боюсь, тебе, конечно, не привыкать, но смотри, чтобы тебя на части не разорвали, такого-то альфу. В этот момент сзади, почти незаметно, подошёл Инхо. — Чонгук, рады видеть тебя, — сказал он, протягивая руку. — Должен сказать, ты меня удивил, не думал, что ты придёшь. Как тебе вечеринка? — Чудесно, — коротко ответил Чонгук, переводя взгляд на журналистов. — Зачем же вы уехали на остров, если всё равно освещаете всё в прямом эфире? Инхо усмехнулся. — Юра хотела камерную атмосферу, а я так её люблю, что не мог не исполнить её желаний. — Хм, тогда рад за вас, — ответил Чонгук, но его взгляд уже скользнул в сторону, и он на секунду замер. — А Пак Вонхо что здесь делает? Юра уже хотела что-то сказать, но Инхо ответил быстрее: — Юра тоже не знала, он действительно мой партнёр, но я думал, что вы втроём друзья детства. По крайней мере, он так говорил. Есть какие-то проблемы? — Ничего, не страшно, — деланно спокойно ответил Чонгук, хотя в его голосе всё же мелькнула лёгкая жёсткость. Инхо с Юрой переглянулись, извинились и вскоре отошли к другим гостям, оставляя Чонгука одного среди шума и света, который почему-то не приносил никакого удовольствия.***
На пляже же было совсем иначе. Чимин шёл босиком по песку, держа обувь в руке, позволяя холодным волнам касаться ног, и впервые за весь день его дыхание стало по-настоящему ровным, потому что здесь не было ни давления, ни чужих взглядов, ни необходимости что-то кому-то доказывать. Свежий воздух, шум моря, мягкий ветер — всё это постепенно вытесняло напряжение. Но ненадолго. Раздался телефонный звонок. Чимин взглянул на экран и усмехнулся. — Ало, да, Хосок, что такое? — Звоню узнать, как твои дела? Как твой рабочий день? Чимин остановился, посмотрел на воду и чуть прищурился. — Всё хорошо… но ты только угадай, кто твой пассажир, любитель жасмина и фруктового салата? — Кто? — Чон Чонгук. На другом конце повисла тишина. Чимин закатил глаза. — Что случилось? Чего ты молчишь, а? — Ничего я не молчу, — наконец выдал Хосок. — Вот откуда мне было знать? — Почему ты вообще не поинтересовался, с кем ты будешь работать? — уже с явным раздражением сказал Чимин. — Теперь это выглядит так, как будто я его преследую. — Ты прав, — неожиданно легко согласился Хосок. — Поэтому я не против, если меня уволят. Бросай всё и возвращайся. Чимин остановился. — Ага, это же так легко сделать, — усмехнулся он. — Я на Чеджу, Хосок. НА ЧЕДЖУ. — Оттуда не возвращаются… — драматично протянул Хосок. — Мда, ты в заднице, друг мой. Чимин выдохнул. — Чон Хосок, ты мне до конца жизни обязан, понял меня? До конца жизни. — Чимин, ты не забудь, как сильно я тебя люблю, — сразу ответил тот. — Ну как я мог специально так с тобой поступить? Чимин закатил глаза. — Всё, я отключаюсь, Хосок. Он сбросил вызов.***
Чонгук, пробыв на празднике ровно столько, сколько требовали приличия, уже собирался уходить, потому что ни шум, ни свет, ни люди вокруг не вызывали в нём ничего, кроме нарастающего раздражения, которое он с трудом удерживал под контролем, когда к нему снова подошла Юра, а за ней почти сразу подтянулись Инхо и Вонхо, словно этот разговор был неизбежен. — Уже уходишь? — начал Вонхо, делая шаг вперёд, и в его голосе звучала та самая навязчивая уверенность, которая сразу же раздражала. — Я всё ждал, когда ты подойдёшь, но раз ты уходишь, решил сделать первый шаг. Что-то случилось, тебе так не нравится праздник? Чонгук медленно повернул к нему голову, и в этот момент его взгляд изменился настолько резко, что даже стоящая рядом Юра на секунду напряглась. — Там, где ты, всегда проблемы, Вонхо, — холодно произнёс он, делая акцент на каждом слове. — Не хочу участвовать в этом. Чтобы через пять секунд тебя рядом со мной не было, иначе ты знаешь, что будет. Его голос звучал тихо, но в нём было столько сдержанной угрозы, что даже воздух вокруг будто стал тяжелее, а глаза потемнели, словно в них действительно вспыхнуло что-то опасное. Вонхо на секунду замер, но затем усмехнулся, будто решил не придавать этому значения. — Ладно, этот разговор всё равно должен был быть скучным, — легко ответил он. — Не хочу портить вам праздник, пойду выпью. И, развернувшись, отошёл, оставляя после себя напряжённую тишину. Инхо нахмурился, будто не понимая, что только что произошло. — Вы чего такие напряжённые? — спросил он, переводя взгляд с одного на другого. — Разве друзья детства могут быть такими? У нас свадьба через два месяца, и кого мне из вас прикажете приглашать? — Так быстро?.. — спросил Чонгук, словно только сейчас осознал сказанное, и на секунду действительно выпал из разговора. Инхо усмехнулся. — Ты упустил Юру, Чонгук, это твоя самая большая ошибка. Теперь ты официально холостой. Чонгук, тебе будет очень тяжело найти омегу, которая тебя выдержит… очень тяжело. Юра бросила на него быстрый взгляд и сразу вмешалась: — Инхо, не нужно так, Чонгук просто очень разборчив. И именно в этот момент, сам не понимая почему, Чонгук вдруг вспомнил Чимина — его взгляд, его голос, их нелепую ложь за столом, ту самую фразу «я твой омега» — и что-то внутри него будто щёлкнуло. Он усмехнулся и неожиданно даже для самого себя сказал. — Мне больше не надо искать, — сказал он, глядя прямо перед собой. — Я уже встретил омегу своей жизни, мы даже в тайне обручились, поэтому поздравляю вас с праздником и позвольте откланяться. Слова повисли в воздухе. Юра замерла, а Инхо нахмурился. Чонгук уже собирался развернуться и уйти, как Юра резко схватила его за руку. — Чонгук, ты серьёзно? Он чуть наклонился к ней, почти не меняя выражения лица. — Юра, Инхо на нас смотрит, некрасиво получается. Она сжала его руку сильнее. — Подожди… почему ты мне не сказал? — А что, должен был? — спокойно ответил он. Юра прищурилась. — Чонгук, я тебя хорошо знаю, — сказала она, и в этих словах было слишком много прошлого. — Была бы у тебя омега — ты бы пришёл вместе со своей парой. Ты что, блефуешь? Инхо подошёл ближе, явно заинтересованный происходящим. — Если это действительно так, тогда познакомь нас, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Где же любовь всей твоей жизни? Чонгук даже не замедлил ответа. — Здесь рядом, Инхо, он просто не любитель толпы. Знайте, я его всю жизнь ждал, поэтому я пошёл. Ещё раз поздравляю. И на этот раз он действительно ушёл, не давая им возможности продолжить разговор. Как только шум праздника остался позади, а свет постепенно сменился мягкой темнотой побережья, Чонгук направился к пляжу, потому что теперь у него была только одна цель — найти его. Он шёл вдоль линии берега, оглядываясь, всматриваясь в силуэты, пока наконец не заметил его. И остановился. Потому что картина перед ним была слишком… спокойной. Чимин лежал на шезлонге, слегка повернувшись на бок, и, судя по всему, просто уснул, не реагируя ни на шум волн, ни на окружающий мир, будто всё происходящее его совершенно не касалось. Чонгук подошёл ближе. — Эй… Никакой реакции. Он чуть нахмурился, наклонился и, осторожно коснувшись его руки, всё же попытался разбудить. Чимин слегка вздрогнул. Медленно открыл глаза, и, ещё находясь в полудрёме, увидев перед собой фигуру, сначала просто мягко улыбнулся, почти не осознавая, кто перед ним. Но уже через секунду выражение его лица резко изменилось. Он резко сел, а затем встал. — Пойдем, — сказал альфа. — Хорошо, — полусонно произнес Чимин, всё ещё не до конца проснувшись и двигаясь чуть медленнее обычного, словно его мысли ещё не догнали происходящее. Они сделали несколько шагов, и Чонгук, бросив на него короткий взгляд, вдруг заметил: — У тебя песок в волосах. Не дожидаясь ответа, он протянул руку и начал аккуратно убирать песок, мягко проводя пальцами по его волосам, стараясь стряхнуть песчинки, и в этом простом, почти бытовом жесте неожиданно появилось что-то слишком личное, из-за чего атмосфера между ними стала тише, ближе и почти уютной, но именно из-за этого — неловкой. — Да, я сам, спасибо, — быстро сказал Чимин, чуть отстраняясь и словно возвращая между ними привычную дистанцию. Он демонстративно проигнорировал дальнейшие попытки альфы помочь и, как только понял, в какую сторону им идти, сразу направился туда, делая вид, что полностью сосредоточен на дороге. Но неожиданно сзади раздались шаги и крики: — Чонгук, Чонгук, подожди! Альфа обернулся и увидел Юру, а за ней — целую свиту гостей, и в этот момент он тихо выругался себе под нос, мгновенно соображая, что ему делать дальше, после чего резко повернулся к Чимину и быстро, почти шёпотом сказал: — Что бы я не говорил, ты молчи. Не спорь со мной, просто улыбайся, хорошо? — Ничего не понимаю. — Не спорь, прошу. И как только Чимин хотел добиться объяснений, к ним уже подошла Юра. — Привет, Чонгук, не познакомишь нас? Я просто не понимаю, почему ты скрываешь своего жениха? Чимин, услышав это, настолько резко повернул голову к альфе, что это выглядело почти болезненно, но не успел он ничего сказать, как Чонгук, обняв его за талию, резко притянул к себе и, не давая ситуации развалиться, уверенно произнёс: — Это наше дело. Чимин всё ещё ничего не понимал, и по его лицу это было слишком заметно, поэтому он снова повернулся к Чонгуку, ожидая хоть какого-то объяснения, и когда их взгляды встретились, без слов дал понять — ты попал. — Можно я скажу, Чонгук? — влез Инхо. — Я так сильно рад, клянусь, очень рад. Потому что я был уверен, что ты мой соперник, но рядом с тобой такой красивый омега, вы прекрасная пара, прекрасно смотритесь вместе. Да, дорогая? — Большое спасибо, — ответил Чимин, уже чуть увереннее, начиная подыгрывать. Чонгук уже собирался закончить разговор и уйти, как Юра снова остановила его: — Чонгук, ты нас познакомишь или нет? — Да, — сквозь зубы сказал он. — Конечно. Он повернулся к Чимину и, не моргнув, произнёс: — Знакомься, дорогой, это Юра и её жених Инхо. — Очень приятно. — А это… — начал Чонгук и запнулся, потому что в этот момент понял, что так и не знает имени омеги. Он посмотрел на него с явной просьбой, но Чимин, наоборот, будто решил воспользоваться ситуацией. — А моё имя ты не назовёшь, дорогой? — с ослепительной улыбкой сказал он. Чонгук на секунду завис, а затем спокойно выкрутился: — Зачем мне называть твоё имя, если обычно я зову тебя… ягодка. Чимин едва сдержал смех, продолжая играть. — Ягодка? — переспросила Юра. — Да, — с той же лёгкой улыбкой ответил Чонгук, уже сам не понимая, что его больше забавляет — ситуация или собственные слова. — Милый, может мы пойдём? Здесь сильный ветер. Поздравляю вас с праздником. — Да, конечно, как ты захочешь, — приторно нежно ответил Чонгук. Они развернулись и ушли, оставляя за собой напряжение, которое, несмотря на улыбки, никуда не исчезло, а только стало глубже и сложнее.***
Пока Чонгук ходил за машиной, Чимин не стал его ждать и ушёл вперёд, потому что как только они отдалились от гостей, до него наконец в полной мере дошло, во что именно его только что втянули, и это осознание накрыло его так резко, что он, злой как черт, просто пошёл по дороге, даже не особо разбирая, правильное ли выбрал направление, лишь бы идти подальше от всего этого цирка. Ночь была тёплой, вокруг стояла почти идеальная тишина, которую нарушали только его шаги, но вдруг сзади послышался звук приближающейся машины, и уже через пару секунд рядом с ним притормозил автомобиль. — Я тебя везде искал. Чимин даже не повернулся сразу, только закатил глаза. — Поищу в загсе, кстати, я проверю, есть ли там наше заявление. — Садись в машину. — Спасибо, сам дойду. Чонгук на секунду замолчал, явно сдерживая раздражение, затем остановил машину, вышел и пошёл за омегой, который упрямо продолжал идти вперёд, как будто его сейчас кто-то гонит. — Образумься, куда ты пойдёшь ночью? Чимин резко остановился и повернулся к нему. — Это мне нужно образумиться? Ты сказал своим друзьям, что мы обручены. Что в этом разумного? — Я не хотел тебя в это впутывать, — сдержанно ответил Чонгук, стараясь говорить спокойно, хотя это уже плохо получалось. — Не преувеличивай и садись в машину. Чимин вспыхнул ещё сильнее, будто кто-то подлил масла в огонь, и, не сказав ни слова, снова развернулся и пошёл дальше. — Ну стой, куда ты идёшь? — сказал альфа, тяжело выдохнув и уже без всякой надежды на лёгкий разговор отправляясь следом. В итоге они дошли до берега, где Чимин, демонстративно игнорируя его присутствие, сел на песок, поднял первый попавшийся камень и со злостью швырнул его в воду, будто вместе с ним пытался утопить весь этот день. — Может хватит во всем меня винить? — наконец сказал Чонгук, остановившись рядом и глядя на него сверху. — Может стоит взять всё в свои руки и наладить свою жизнь? Чимин резко поднял голову. — Да кто ты такой, чтобы так говорить? Что ты вообще обо мне знаешь? Чонгук на секунду задумался, будто взвешивая, стоит ли продолжать, а затем, приняв решение, спокойно произнёс: — Слушай, у меня есть предложение. Моя невеста через два месяца выходит замуж. Мы с тобой заключим сделку. Будем два месяца изображать пару, за это я оплачу твою учебу, что скажешь? Чимин на секунду просто завис. В прямом смысле. Он даже не сразу понял, что именно услышал, и несколько секунд просто смотрел на него, моргая, как будто мозг отказывался обрабатывать эту информацию, а затем медленно поднял руку, тыкая пальцем в альфу. — Ты… ты… — он сделал паузу, пытаясь подобрать слова. — Ты что сейчас сделал мне неприличное предложение? — Всё не так, между нами ничего не будет, — спокойно ответил Чонгук, как будто обсуждал деловой контракт, а не абсурд, который только что прозвучал. Чимин прищурился. — А если да? — Слушай, ты как омега не в моем вкусе, — сказал он, и сам не понял, кому в этот момент больше соврал — ему или себе. — Просто будешь сопровождать меня на встречах и разных вечеринках. Возможно, Юра будет задавать тебе вопросы, но я тебе всё расскажу, и ты сможешь ответить. Чимин медленно выдохнул. — Почему именно я? — Юра ревнует к тебе. Раньше она не ревновала. — Какая у тебя цель? Ты хочешь вернуть её? — Нет, — коротко ответил Чонгук. — Хочу их рассорить. Чимин на секунду даже растерялся от такой честности. — Да что с тобой не так… — Ты не понимаешь, — продолжил альфа, уже чуть жёстче. — Я предлагаю тебе шанс, чтобы ты смог привести в порядок свою жизнь. Так да или нет? Ответ не заставил себя ждать. Чимин, даже не думая, влепил ему пощёчину. Звук получился звонкий. Чонгук на секунду замер, затем медленно повернул голову обратно и спокойно сказал: — Это означает «да», надеюсь? — Нет, просто захотелось, — без тени сожаления ответил Чимин. — А мой ответ — нет. Лучше я всю жизнь буду работать в цветочном магазине, чем изображать твоего жениха, да и вообще у меня есть альфа. Да даже если бы не было — что ты о себе возомнил? Чонгук поднял руки, будто сдаваясь. — Всё, всё, понял, ты против. Больше не о чем говорить, идём. И, не давая ему продолжить, развернулся в сторону машины. Чимин ещё пару секунд постоял, тяжело дыша, а затем, всё ещё злой, но уже чуть выгоревший внутри, пошёл следом, потому что, как бы он ни бесился, факт оставался фактом — им всё равно нужно было добраться до аэропорта и сесть в этот чертов самолёт. По дороге альфа уверил его что до утра уже все все забудут. Но именно в этот момент, девушка что тоже была на пляже уже во всю великую и могучую сеть интернетную, трубила о том, что у Чон Чонгука, появился омега. И день, который уже и так был слишком длинным, всё ещё не заканчивался. Приземлившись наконец дома, Чимин, едва ступив на землю, почувствовал, как усталость, злость и накопившееся за этот безумный день напряжение одновременно навалились на него, и, не удержавшись, он сразу же повернулся к Чонгуку, даже не пытаясь скрыть раздражение, которое буквально читалось в каждом его движении и взгляде. — Очень надеюсь, мы больше никогда, слышите, никогда больше не увидимся. Чонгук, который выглядел куда спокойнее, чем должен был после всего произошедшего, лишь усмехнулся, словно услышал что-то ожидаемое и даже в какой-то степени привычное. — Это чувство у нас взаимно, ягодка. Они уже начали расходиться в разные стороны, каждый из них уверенный, что на этом их странная, нелепая и слишком насыщенная встреча наконец закончилась, как вдруг буквально из ниоткуда их окружили репортёры, и вопросы посыпались со всех сторон, перекрывая друг друга, заставляя мгновенно вернуться в реальность, где никакого «никогда больше не увидимся» не существовало. Чонгук среагировал быстрее, чем Чимин успел осознать, что происходит: он резко сократил расстояние между ними, подхватил его за талию и уверенно повёл к машине, словно это была заранее отрепетированная сцена, в которой Чимин должен был просто следовать за ним, не задавая лишних вопросов. Сам же Чимин шёл рядом, всё ещё находясь в лёгком ступоре от происходящего, не до конца понимая, как именно он снова оказался втянут в чужую историю, которая каким-то образом уже начала касаться его напрямую. Когда они оказались в машине и вокруг наконец стало тише, Чимин глубоко выдохнул, пытаясь привести мысли в порядок, но сделать это было почти невозможно, потому что день продолжал усложняться с каждой новой минутой. — Завтра утром у меня будет пресс-конференция по поводу нового проекта, — спокойно начал Чонгук, словно речь шла о чём-то совершенно обыденном. — Там будет пресса, я скажу, что ты мой ассистент и мы ездили туда после деловой встречи, так тебя устроит? Чимин на секунду закрыл глаза, явно взвешивая, стоит ли снова спорить, но сил на это уже не осталось, поэтому он просто выдохнул и коротко ответил: — Устроит. — Завтра тоже придёшь, постоять рядом. Чимин чуть кивнул, уже заранее понимая, что «последний раз» в их случае почему-то постоянно откладывается. — Хорошо, значит завтра мы с тобой ещё раз увидимся, только на этот раз точно в последний раз. Доброй ночи. Сказав это, он вышел из машины, потому что они уже подъехали к его дому, и, не оборачиваясь, направился внутрь, стараясь не думать о том, что этот день закончился, но история — нет.***
С утра всё было совсем иначе: дом наполнился голосами, вопросами и обсуждениями, потому что друзья Чимина пытались понять, что вообще происходит, что за пресс-релиз внезапно появился в их жизни и, самое главное, почему именно Чимину нужно туда идти. — Я вам всё позже объясню, произошло недоразумение, просто поехали уже, мне нужно решить ещё один вопрос, дел-то на пять минут, — говорил Чимин, одновременно собираясь и стараясь не зацикливаться на происходящем. — Интересно, а ты много пресс-конференций посещал? — с явным сомнением спросила Хосок, внимательно наблюдая за ним. — Хосок, ты вообще помолчи, — сразу отрезал Чимин, даже не глядя в его сторону. В этот момент зазвонил телефон, и, увидев имя на экране, Чимин невольно напрягся, потому что это был Джихун, который сразу попросил встретиться и попросил скинуть локацию, где сейчас будет омега, и это мгновенно вызвало тревогу, потому что мысль была только одна — он всё узнал и, скорее всего, сделал свои выводы. Чтобы как можно быстрее всё объяснить и не допустить недопонимания, они сели в машину и поехали. На самой пресс-конференции Чонгук уже полностью переключился в рабочий режим: он уверенно раздавал команды, проверял детали, контролировал процесс и выглядел так, будто вчерашнего дня в его жизни вообще не существовало. Именно в этот момент к нему подошла Юра. — Чонгук, ты вообще читаешь соцсети? Вся пресса взбудоражена фотографиями тебя и твоего тайного жениха. Чонгук слегка повернул голову, но его выражение лица почти не изменилось. — Ты спрашиваешь как пиар-специалист, бывший омега или партнёр по бизнесу? Я не очень понимаю. Юра чуть нахмурилась. — Я хочу сказать, что ситуация вышла из-под контроля, папарацци могут помешать запуску нашего проекта. — Ну так твоя работа в этом и заключается, не дать им нам помешать, или я ошибаюсь? Она явно хотела ответить, но в этот момент к ним подошёл Чимин с друзьями, и Юра, мгновенно сменив выражение лица, наигранно улыбнулась, развернулась и ушла, не желая продолжать разговор при посторонних. — Привет, пресса будет через полчаса, не опаздывай, — коротко сказал Чонгук. — Не опоздаю. Он сразу ушёл, а Чимин, не успев ничего добавить, услышал знакомый голос за спиной. — Чимин. Он обернулся. — Джихун, привет. — Чимин, нам нужно срочно поговорить. — Я понимаю, но сейчас вообще не время, давай через час. — Нет, сейчас самое время, потому что через час я должен быть в аэропорту, а до отъезда я должен сказать тебе что-то очень важное, давай сядем внутрь. Чимин, чувствуя, что избежать этого разговора не получится, всё же согласился. Сев в ближайшую кафешку, они заказали чай, и Джихун, заметно нервничая, начал говорить, стараясь подобрать слова. — Слушай, Чимин, мы давно знакомы, мы хорошие друзья и у нас много общего, после поездки в Италию я повзрослел и понял, что смысл жизни — любовь. В этот момент Чимин уже начал напрягаться, потому что слишком хорошо знал, к чему обычно ведут такие вступления, и где-то в голове уже звучал голос Хосока с его «он сейчас сделает тебе предложение». — Чимин, пойми, пойми меня, — он схватил его за руку. — Чимин, я расстаюсь с тобой. Чимин моргнул. — Да… стой, что? Что ты такое говоришь? — Слушай, в Италии я начал жизнь с нуля, нашёл работу, влюбился там в другого человека, её зовут Кара. — Джихун, ты серьёзно? Какая ещё Кара? — Она идеальная, она вкусно готовит, весёлая, горячая… вот она сидит. Чимин повернул голову и сразу узнал ту самую девушку, которая пялилась на него в парке. — Ты бросаешь меня прямо перед своей новой подружкой? — Чимин, она просто хотела убедиться, что мы расстанемся, а ещё мы вместе в аэропорт поедем… Чимин закрыл глаза, пытаясь сдержаться. — Спокойно… спокойно… Но не получилось. — Нет, я не могу, Джихун, ты привёл сюда свою подружку, чтобы показать, как бросаешь меня, как ты можешь так со мной поступить? Ты видел вчерашние новости, дело в этом, да? — Чимин, нет, я видел новости, но это такой бред, ты и Чон Чонгук, да кто в это вообще поверит, не может быть. — Не может быть?.. — Чимин, да за ним все омеги Сеула охотятся, ты просто персона не его круга. Эти слова задели и довольно сильно. — Ах вот как, кто Чон Чонгук, а кто я, да? И на этом Чимин больше ничего не стал слушать, потому что если бы остался ещё на секунду, то сказал бы то, о чём потом пожалел бы, и поэтому просто развернулся и вышел. На месте встречи Чонгук уже ждал, полностью сосредоточенный на предстоящем выступлении. — Чонгук, ты же готов? Речь выучил? — Не волнуйся, Тэхён, всё нормально, произнесу короткую речь и никаких проблем. — Тогда вперёд, начинаем. Чонгук поднялся на подиум. — Дорогие гости, мы рады вас видеть… Раздались аплодисменты, вспышки камер, всё шло по плану, пока в зал не вошёл Чимин, который был настолько зол, растерян и внутренне разбит, что сам не до конца понимал, что делает, но мысли Джихуна продолжали звучать в голове, перекрывая всё остальное. И в какой-то момент он просто перестал думать. Он пошёл вперёд. Быстро. Решительно. Чонгук продолжал говорить, но не успел среагировать, потому что Чимин поднялся на сцену, развернул его к себе и, не давая ни секунды на осмысление, поцеловал его прямо на глазах у всей прессы и гостей. Чонгук замер от шока, но всего на несколько секунд, потому что затем, словно поддавшись чему-то более сильному, чем разум, он обнял его за талию и ответил на поцелуй, а их запахи смешались, заполняя пространство вокруг, постепенно успокаивая и сглаживая всё напряжение, которое накопилось между ними. В зале повисла тишина, нарушаемая только щелчками камер, потому что для всех это было не просто неожиданно — это было невозможно. Джихун что вышел чуть позже следом, стоял в стороне, не зная, что сказать. Друзья Чимина смотрели друг на друга, пытаясь осмыслить происходящее. А пресса… уже превращала этот момент в сенсацию.
