Последствия
14 апреля 2026 г., 09:12
Реакция на их поцелуй оказалась настолько бурной, что на несколько секунд зал буквально потерял способность нормально функционировать: кто-то замер с открытым ртом, кто-то уже судорожно печатал в телефоне, журналисты щёлкали камерами с удвоенной скоростью, словно боялись, что если моргнут — всё исчезнет, а происходящее окажется коллективной галлюцинацией.
Джихун ушёл почти сразу, но не просто ушёл — он несколько раз обернулся, будто пытался убедиться, что увиденное действительно произошло, а не было каким-то странным розыгрышем, Юра стояла в полном ступоре, не в силах ни двинуться, ни сказать что-либо, Хосок, кажется, вообще был в шаге от обморока, и девочки едва удерживали его, потому что он то хватался за голову, то пытался что-то сказать, но в итоге только открывал рот и закрывал его обратно.
Отстранившись друг от друга, Чонгук и Чимин ещё несколько секунд смотрели друг другу в глаза, и в этом взгляде было слишком много всего сразу — шок, злость, непонимание и что-то ещё, что ни один из них пока не был готов назвать.
Первым отмер Чонгук.
— Иди сюда.
Он резко схватил Чимина за руку и повёл его внутрь здания, не давая ни себе, ни ему времени на раздумья, потому что если они останутся там ещё хотя бы на минуту — их просто разорвут на вопросы.
Чимин не то чтобы сопротивлялся — он всё ещё находился в состоянии лёгкого шока от собственного поступка, и, когда по дороге его попытались перехватить друзья, он даже не отреагировал, просто молча шёл за альфой, словно на автопилоте.
Тем временем Тэхён с Юнги уже пытались спасать ситуацию как могли, на ходу выдумывая объяснения, перехватывая внимание прессы и раздавая указания, Юра, остолбеневшая от увиденного, тоже наконец пришла в себя и, взяв контроль хотя бы над тем, что можно было контролировать, сказала Тэхёну подниматься на сцену и заканчивать презентацию, потому что шоу, конечно, получилось эффектное, но проект сам себя не защитит.
Зайдя внутрь здания, Чонгук продолжал тащить Чимина за руку в неизвестном ему направлении, явно намереваясь спрятаться подальше от лишних глаз, пока по пути они неожиданно не столкнулись с Джихуном.
— Чимин… — сказал тот, остановившись.
Чимин замер, и этим самым остановил и Чонгука, который и так уже был на грани, не до конца понимая, что происходит.
— Джихун… Кара… — сказал Чимин, делая вид, что всё абсолютно нормально, и что они с Чонгуком держатся за руки исключительно потому, что… ну, потому что так надо.
— Чонгук, — сказал Джихун, переводя взгляд на альфу.
А сам Чонгук в этот момент смотрел поочерёдно то на одного, то на другого, с тем выражением лица, с которым обычно наблюдают за чужими странными семейными драмами, в которых тебя внезапно сделали главным героем.
Джихун снова посмотрел на сцепленные руки.
Чимин же, наоборот, почувствовал себя победителем, и его улыбка была настолько говорящей, что никаких слов уже не требовалось.
— Пока, Чимин, — сказал Джихун и, не добавив больше ни слова, ушёл вместе с Карой.
Чимин выждал пару секунд, пока они скроются, и только после этого резко вырвал свою руку из хватки альфы.
— Отпусти меня.
— Кто он? — сразу спросил Чонгук.
— Мой парень.
— Оооо… — протянул альфа, и в этом «ооо» было слишком много всего.
— Бывший парень, то есть.
— Отлично, — кивнул Чонгук, словно это действительно что-то прояснило. — А теперь объясни мне, пожалуйста, что это было?
— Мне очень жаль.
— Ааа, тебе очень жаль, — с откровенным сарказмом ответил он, даже не пытаясь скрыть интонацию.
— А что? Всё произошло неожиданно, будто помутнение, — развёл руками Чимин, будто это объясняло вообще всё.
— Ты понимаешь, как ты меня унизил перед клиентами, прессой, командой презентации международного проекта? — голос Чонгука начал заметно повышаться.
— Ты сам виноват, и вообще…
— Нам пора, — резко перебил его альфа, заметив, что к ним снова начинают подтягиваться журналисты.
— Я никуда с тобой не пойду.
— Как хочешь, — спокойно ответил Чонгук и развернулся.
Он просто ушёл. И вот это было неожиданно. Чимин на секунду растерялся, но стоило ему оглянуться и увидеть приближающуюся прессу, как он мгновенно понял, что происходит, и почти бегом направился следом.
Друзья, которые пытались найти Чимина, вскоре узнали, что он уехал с Чонгуком, и, переглянувшись, решили, что на сегодня с них достаточно, и отправились домой, надеясь, что там они хотя бы получат объяснения.
Тем временем в машине Чонгука Чимин уже пытался придумать хоть какой-то план спасения.
— Смотри, я исчезну на несколько дней, буду ездить только на работу, а потом сразу домой, может, за несколько дней всё и забудут об этом… — с надеждой сказал он, явно веря в чудеса.
Чонгук резко остановил машину.
— Поступим так: газеты в любом случае узнают о тебе всё за ближайшие пару часов, — спокойно, но жёстко сказал он. — Я сейчас отвезу тебя домой, ты никуда не выходишь, закрываешь все аккаунты в соцсетях, выключаешь телефон, а вечером в восемь я жду тебя в офисе.
— Нет.
— Смотри, мы заключим контракт, у Юры свадьба через два месяца, на это время мы будем парой.
— Я уже отказался, или ты забыл?
— Взамен я верну тебе стипендию.
— Да не нужны мне твои деньги, — сказал Чимин и демонстративно вышел из машины.
Чонгук тоже вышел.
И уже не выглядел спокойным.
— А ну стой, я с тобой в игры играть не собираюсь, ты в курсе, что я могу отсудить у тебя миллионы долларов за испорченную презентацию, и ты до конца жизни будешь на меня работать?
Чимин развернулся.
— Да ты… ты просто ужасен.
— Я не буду говорить, кто ты такой, — холодно ответил Чонгук. — Эта ситуация сегодня — твоя вина, ты будешь моим женихом, и точка, ты меня унизил — значит будешь компенсировать убытки, понял меня?
— Я уже извинился, да что тебе ещё нужно?!
— Чтобы ты приехал в офис к восьми вечера.
Чимин тяжело выдохнул.
— Я ненавижу тебя.
Чонгук усмехнулся.
— Это взаимно, милый мой.
Они ещё пару секунд стояли, буквально прожигая друг друга взглядами, после чего разошлись в разные стороны: Чимин пошёл пешком в сторону остановки, всё ещё кипя от злости, а Чонгук молча сел в машину и уехал, уже строя в голове план, как превратить этот хаос в контроль.
Чимин вернулся домой в таком состоянии, в каком обычно возвращаются после катастрофы — внешне целый, но внутри полностью разобранный, и последним, чего ему сейчас хотелось, было столкнуться с тётей, поэтому он, стараясь не издавать лишних звуков, буквально проскользнул в свою комнату и сразу запер дверь, будто это могло защитить его от всего происходящего.
Он не хотел никого видеть, вообще никого. Но, конечно же, именно в этот момент к нему пришёл Хосок.
— Чимин, объясни мне, что ты наделал? — с порога начал он, размахивая телефоном так, будто это было вещественное доказательство преступления. — Ты стал сенсацией в новостях, как ты мог поцеловать человека, которого ненавидишь, да ещё и на глазах такого количества народа?
Он сунул телефон прямо ему в лицо, где уже красовались заголовки, от которых хотелось либо смеяться, либо плакать, либо переехать в другую страну.
— Или ты всё-таки купился на его чары? — не унимался Хосок, прищурившись. — Я, конечно, всё понимаю, он красавчик и всё такое… но можно было хотя бы дождаться, когда камер не будет.
Чимин уже открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент внизу послышался звук открывающейся двери.
Оба замерли.
— Хосок, — резко сказал Чимин, схватив его за плечо, — иди вниз, отвлеки тётю, срочно, пожалуйста, иначе я просто не выживу.
Хосок вздохнул так, будто его отправляют на смертельно опасную миссию, но всё же кивнул и вышел.
Через несколько минут он вернулся в самом настоящем ужасе.
— Она сказала, что поговорит со мной вечером… — прошептал он, закрывая за собой дверь. — Вечером мне хана. Ты же знаешь, я вообще не умею врать. Я всё ей расскажу.
Чимин устало провёл рукой по лицу.
— Хосок, не говори ерунды, я сам с ней вечером поговорю.
— Тогда есть другая проблема… — ещё тише сказал Хосок.
Чимин даже не хотел спрашивать, но всё же посмотрел на него.
— Ты оставил телефон внизу, а она его забрала… потому что набрала, и звонок прозвенел совсем рядом.
— Бляяяя… — выдохнул Чимин, уткнувшись лбом в ладони.
***
В офисе Пак Вонхо всё тоже пошло не по плану, и это было видно сразу: он стоял у стола, держа в руках планшет, на экране которого мелькали те самые новости, и его выражение лица было слишком спокойным для человека, которому ситуация не нравится. — Нет, не нужно пресс-конференцию, всё пошло не по плану, — сказал он в телефон, медленно листая ленту. — Узнай, кто он, откуда взялся, как познакомились… я хочу знать всё. Он сделал паузу, всматриваясь в одну из фотографий. — Чонгук не мог в него влюбиться, ему не знакомо это чувство… — произнёс он почти задумчиво. — Ладно, что там с участком? Мы его получили? Да? Отлично. На его губах появилась улыбка. Та самая, которая обычно не предвещает ничего хорошего.***
В доме Чонгука атмосфера тоже была далека от спокойной. Сокджин сидел с чашкой кофе, но уже давно не пил его, потому что был слишком занят тем, что смотрел в планшет, который держал перед ним Сенмин — их семейный помощник, работающий в доме столько лет, что, казалось, знает о них больше, чем они сами. Сенмин стоял с идеально спокойным лицом, хотя глаза его уже явно намекали на усталость. Шину, отец Чонгука, нервно ходил по веранде, пытаясь дозвониться до сына, но каждый раз слышал одно и то же — без ответа. — Дорогой, успокойся, — наконец сказал Сокджин, не отрывая взгляда от экрана. — Я уверен, что Чонгук так опрометчиво никогда бы не поступил. Кто бы ни был этот парень, он ему здорово насолил. — Мне тут ещё долго стоять? — невозмутимо поинтересовался Сенмин, всё ещё держа планшет в одной позе. — Я думаю, Сенмин, думаю, — отмахнулся Сокджин, даже не глядя на него. Сенмин закатил глаза, но продолжил стоять. Шину резко остановился. — Я еду в офис. — Дорогой, не забудь галстук, — спокойно добавил Сокджин, словно это было самое важное в текущей ситуации. Шину ушёл, а Сокджин снова уставился в экран. — Он был с ним на помолвке Юры… — Хорошо, Сокджин, — спокойно ответил Сенмин. Сокджин медленно поднял на него взгляд. — Хорошо, Сокджин? Сенмин… ты что, всё знал? — Да, знал. Пауза. — А мне почему ничего не сказал? Сенмин вздохнул, будто объясняет очевидное. — Сокджин, вы же знаете, у меня нет от вас секретов… но если Чонгук скажет… Он не успел договорить, потому что Сокджин резко выхватил планшет у него из рук и снова уставился в экран. — Я с ума сойду… кто этот парень? Откуда он? Сенмин на секунду задумался. — Сокджин, если вы хотите… Сокджин резко поднял голову. — Да. Со всеми подробностями. Сенмин кивнул, и на его лице появилась та самая лёгкая, почти незаметная, но очень характерная улыбка человека, который уже знает гораздо больше, чем говорит. — Как скажете. И, развернувшись, он спокойно ушёл выполнять работу.***
Возле здания, где проходило то самое сорванное мероприятие, Юра уже почти полчаса держала оборону перед журналистами, пытаясь хоть как-то сгладить ситуацию, которая, по всем законам здравого смысла, сглаживаться не собиралась, и с каждой новой фразой ей приходилось всё больше балансировать между правдой, дипломатией и откровенным спасением репутации. Рядом с ней стояли Тэхён и Юнги, подключаясь в нужные моменты, перехватывая вопросы, уводя разговор в безопасное русло и в целом создавая видимость того, что всё под контролем, хотя на самом деле контролировать там уже было нечего. И только когда поток вопросов наконец иссяк, а журналисты начали постепенно расходиться, к ним подошёл тот самый инвестор, с которым они должны были работать над проектом. Юра на секунду напряглась. Он, напротив, выглядел абсолютно спокойным и даже немного доволен происходящим. Он сказал, что ничего страшного в произошедшем не видит, потому что для него важнее, каким Чонгук является партнёром, а не то, что происходит в его личной жизни, и, передав через Тэхёна и остальных поздравления, добавил, что ему даже приятно видеть, что рядом с таким человеком есть тот, кто вызывает у него такие эмоции, после чего спокойно отправился дальше по своим делам, словно только что не стал свидетелем самого громкого скандала недели. Как только он ушёл, Юнги и Юра синхронно повернулись к Тэхёну. И буквально набросились на него. — Кто это парень, Тэхён? — спросил Юнги, и в его голосе было столько давления, что это звучало почти как допрос. — Я не знаю… — осторожно ответил тот. — Кто он, Тэ? — уже жёстче подключилась Юра, явно не собираясь принимать этот ответ. — Да не знаю, откуда мне знать? — начал оправдываться Тэхён, поднимая руки. — Ты же знаешь Чонгука, он всё держит в себе. А может он влюбился… откуда мне знать. — Влюбился, да?.. — тихо повторила Юра, и в её голосе было столько горечи, что стало очевидно: её эта ситуация задела куда сильнее, чем она хотела показывать. И если Юра замолчала, то Юнги — нет. Следующие полчаса он методично и с явным удовольствием подкалывал Тэхёна по поводу его попытки выступить вместо Чонгука, потому что та, мягко говоря, была не самой удачной, и если бы не общий хаос, это бы стало отдельной темой для обсуждения. Уже в офисе, ожидая Чонгука, вся компания снова вернулась к главному вопросу дня, потому что, как ни крути, игнорировать произошедшее было невозможно. Омеги окружили Тэхёна и снова начали. — Да я знаю только его имя, — сдался он наконец, понимая, что от него всё равно не отстанут. — Зовут его Чимин, фамилия Пак, омега. Это всё… И именно в этот момент в кабинет зашёл Чонгук. Осмотрев собравшихся, он сразу понял, о чём здесь говорили, и даже не стал тратить время на догадки. — Я ничего не хочу сейчас от вас слышать, ясно вам? — сказал он таким тоном, что спорить не захотелось даже Юнги. Затем он повернулся к помощнице. — Седжин, принеси мне в кабинет список задач. — Да, господин Чонгук. Юра выждала момент, пока Седжин подготовит документы, спокойно взяла их у неё и направилась в кабинет Чонгука, потому что этот разговор она откладывать не собиралась. Она вошла без лишних церемоний и сразу перешла к делу, бросив папку на стол. — Чонгук, что сегодня произошло? Он даже не сразу поднял на неё взгляд. — Юра, ты в качестве кого спрашиваешь? — спокойно спросил он. — Если как сотрудник моей компании, то дождись общего собрания, там я всё расскажу. Но если ты интересуешься как… — Это изменит ответ? — перебила она, не давая ему закончить. — Я хочу знать, кто, как и что за парень может сотворить такое с Чон Чонгуком перед важным клиентом. Чонгук чуть усмехнулся. — Понятно. Это твоё профессиональное любопытство. На секунду лицо Юры стало полностью читаемым и в нём была боль. Она сделала шаг ближе, опёрлась руками о стол и наклонилась к нему. — Чонгук… кто он? Ты правда в него влюблён? Он посмотрел на неё спокойно, слишком спокойно. — Юра, если ты правда хочешь обсудить работу, то говори. Или же… Она выпрямилась, сделала вдох, и почти сразу выдохнула. — Поняла…проваливать — коротко сказала она, беря себя в руки. — Несмотря на то, что случилось, мы всё обсудили с клиентом, он доволен. — Отлично, — кивнул Чонгук. — Я что-то ещё должен знать? Юра на секунду задержала на нём взгляд. — Я в последнее время часто это спрашиваю. — Значит, нет, — спокойно поставил точку он. И этим разговор закончился. Юра в растерянном состоянии вышла из его кабинета.***
К восьми вечера, как и договаривались, Чимин прибыл в офис Чонгука, прошёл через уже знакомый холл, и, не теряя времени, сразу направился в кабинет альфы, но, не обнаружив его внутри, заметил приоткрытую дверь на балкон и, немного помедлив, всё же вышел туда. Чонгук стоял спиной, опираясь на перила, и, услышав шаги, даже не обернулся. — Налить тебе выпить? Чимин ничего не ответил, лишь коротко кивнул и подошёл ближе, облокотившись на перила рядом, будто это уже стало для них какой-то странной привычкой. Чонгук протянул ему бокал. Пауза повисла на пару секунд. — Пункт первый, — наконец начал альфа, спокойно, будто читая деловой контракт, а не предлагая человеку стать его фиктивным женихом, — на ближайшие два месяца ты мой парень. Я бы даже сказал — жених. Чимин сделал глоток. — Зачем мне это делать? Чтобы их разлучить? — Да. — А если не получится? — Точно получится. — А если нет? — уже твёрже, без намёка на шутку, спросил Чимин, поворачиваясь к нему. Чонгук чуть наклонил голову. — Не волнуйся, контракт не продлим, он истечёт через два месяца, и ты больше никогда меня не увидишь. — Звучит как награда, — тихо усмехнулся Чимин. — А если они разойдутся раньше? —Чем раньше они разойдутся, тем раньше мы расстанемся. — Ты всё это делаешь, чтобы Юра к тебе вернулась? Чонгук даже не моргнул. — Когда контракт закончится, твоя учёба продолжится, — спокойно ответил он, полностью проигнорировав вопрос. — Куплю тебе билет в Италию и оплачу всё остальное. Идёт? Чимин резко отставил бокал и повернулся к нему лицом. — Я не поеду в Италию, не хочу. Мне не нужны твои деньги, мне вообще от тебя ничего не нужно. — Тогда чего же ты хочешь? — впервые за разговор в голосе Чонгука появилось настоящее любопытство. Чимин на секунду задумался, а потом неожиданно спокойно ответил: — Ничего. Если я всё разрушил, в том числе твою репутацию, я могу это исправить. И я помогу влюблённому мужчине вернуть свою возлюбленную. Два месяца быстро пролетят, и я просто исчезну из твоей жизни. Чонгук посмотрел на него внимательно. — Не пойдёт. Обе стороны должны что-то получить. Если из-за меня ты потерял стипендию — вернёшь её с моей помощью. Понятно? Чимин закатил глаза, но, немного подумав, выдал: — Тогда устрой меня на работу. На два месяца, пока действует контракт. Чонгук усмехнулся. — Ты вообще знаешь, как сложно устроиться ко мне в офис? Ты даже университет не закончил. — А ты помнишь, почему я его не закончил? — спокойно, но с нажимом ответил Чимин. Повисла пауза. Чимин поднял сумку. — Решать тебе. Иначе сделки не будет. Хочешь — можешь засудить меня, и я как раз буду всю жизнь на тебя работать. Удобно, правда? Спокойной ночи. Он развернулся и пошёл к выходу. — Может… — начал Чонгук, но осёкся, потом резко вздохнул. — Да стой же ты. Он догнал его уже в кабинете. — Сядь, пожалуйста. Чимин сел, демонстративно откинувшись в кресле. — С твоим резюме я могу взять тебя только помощником. — Ну конечно, буду твоим ассистентом, — невозмутимо кивнул Чимин. — Но я хочу кое-что добавить: ты не будешь меня обижать. — Что? — искренне удивился Чонгук. — Всем известно, что ты холодный и жестокий человек, но меня прилюдно унижать ты права не имеешь. Чонгук приподнял бровь. — Продолжай. — Это ты продолжай, — лениво отозвался Чимин, будто уже начал получать удовольствие от процесса. Чонгук вздохнул, встал и обошёл стол, приближаясь к нему. — Пункт второй: ты находишься рядом со мной тогда, когда мне это нужно. День, ночь — без разницы. Сопровождаешь меня на встречах, в городе и за его пределами, и не задаёшь лишних вопросов. — Это почему? — Что почему? — Почему мне нельзя задавать вопросы? Чонгук наклонился чуть ближе. — Потому что я не люблю вопросы. А ты их задаёшь слишком много. Чимин хмыкнул. — Хочу добавить: я не работаю в субботу утром. Вообще. Ни при каких обстоятельствах. Ты не звонишь, не пишешь и не ищешь меня. Никогда. — Хорошо. — И ещё: я не работаю во время цикла. Таблетками я себя травить не собираюсь. — Хорошо, — повторил Чонгук, уже с лёгкой усталостью. — И последнее, — Чимин прищурился. — Ты меня не трогаешь. Чонгук тихо усмехнулся. — О, это обязательно добавим. Особенно после сегодняшнего. — Намекнул на поцелуй альфа. — Я серьёзно, — холодно ответил Чимин. — Ты не обнимаешь меня, не берёшь за руку и вообще не прикасаешься без моего согласия. — Принято. Чимин встал, взял папку с договором и снова вышел на балкон, листая страницы. — Пункт третий… я никому не рассказываю о наших отношениях. В курсе только твоя мать… — он остановился. — Нет, так не пойдёт. Мне придётся рассказать тёте и друзьям. У меня от них нет секретов. — Ты никому ничего не расскажешь, — спокойно сказал Чонгук, появившись рядом. — Это почему? Все знают, что я тебя ненавижу. Как я объясню, что собираюсь за тебя выйти? — Любовь с первого взгляда. Чимин медленно повернулся к нему. — С первого взгляда? Серьёзно? И почему, кстати, твоя мать может знать? — Это ради нашего общего блага. Иначе она тебя со свету сживёт. Чимин усмехнулся. — Со мной никто не справится. Но если я молчу — ты тоже молчишь. Всё честно. Чонгук посмотрел на него и чуть улыбнулся. — Хорошо. Но ты пожалеешь. — Я уже пожалел. Причём обо всём, — с наигранной улыбкой ответил Чимин. Он закрыл папку, поставил подпись и, подойдя к Чонгуку, буквально приложил её к его груди. — Ну вот зачем тебе вообще эта игра? — вдруг спросил он. — Почему бы тебе просто не поговорить с Юрой и не сказать ей бросить того альфу? Чонгук выдержал паузу. — У тебя ещё есть вопросы? Ответа не последовало. Чимин развернулся, взял сумку и ушёл. А Чонгук остался стоять один, в кабинете, где всё ещё ощущался лёгкий, упрямый запах пионов, и, сам того не заметив, улыбнулся — не широко, не явно, но достаточно, чтобы понять: эта история только начинается.***
Когда Чимин вернулся домой, он уже издалека услышал звуки с кухни и, сначала решив, что тётя просто убирает посуду или готовит что-то на завтра, всё же пошёл проверить, а подойдя ближе, действительно увидел Пак Сору, которая стояла у стола и что-то сосредоточенно делала, будто для неё было совершенно нормально начинать новую кулинарную жизнь глубокой ночью. — Тетя, ты что, печёшь торт ночью? — с недоумением спросил Чимин, останавливаясь в дверях. — А на что это похоже? — невозмутимо ответила она, даже не обернувшись. — Да, торт. Не передашь мне сахар? — Да, конечно, — сказал Чимин, автоматически взяв банку и протягивая ей. Сора, приняв сахар, словно между прочим спросила: — Как прошёл день? И именно в этот момент Чимин, видимо, решив, что раз уж его жизнь окончательно перестала быть нормальной, можно больше не ходить вокруг да около, резко выдал: — Тетя, я помолвлен. Сора замерла. Потом резко выпрямилась. Потом рассмеялась. И смех этот был не просто удивлённым, а каким-то нервным, почти истеричным, что само по себе уже удивило Чимина. — Ааа, хахаха… — выдала она, всё ещё не веря. — Я тебя поздравляю от всего сердца, кто счастливчик? Кто? — продолжала она расспрашивать с таким воодушевлением, будто сейчас услышит имя принца, а не причину своего будущего давления. — Чон Чонгук. На секунду Сора перестала быть способной на связную речь. — Ааааа… — только и смогла выдать она, а затем начала складывать из звуков нечто, отдалённо напоминающее слова. — Я тебя поздравляю… Джихун об этом знает? — Я с ним расстался. — Ты совершенно правильно поступил, — тут же ответила тётя, и теперь уже Чимин смотрел на неё с искренним удивлением. — Ты что, ничего мне не скажешь? Сора, как ни в чём не бывало, продолжила работать с тестом. — Как я тебя воспитывала? Ты сам принимаешь решения и сам за них отвечаешь. Разве я не растила тебя так, чтобы ты не позволял никому себя обижать? Сейчас я могу тебя только поздравить с помолвкой. Чимин, который морально готовился совсем к другой реакции, даже немного растерялся. — Спасибо, — с облегчением сказал он. — У меня к тебе только одна просьба, — добавила Сора, уже явно начиная получать удовольствие от происходящего. — Пригласи Чон Чонгука на ужин, ладно? Я приготовлю наши семейные блюда. Кстати, что он любит? Чимин моргнул. — Откуда мне знать? — И правда откуда? — хмыкнула тётя. — Вы же познакомились вчера. — Позавчера, — слегка смущённо поправил её Чимин. — А, позавчера, — кивнула она, будто это, конечно, всё меняет. — Ну да, ладно, я что-нибудь придумаю. Ребята тебя ждали, но уже ушли, Хосок уснул в доме, не буди его. Чимин неловко переместил вес с ноги на ногу. — Тетя, я… я ещё начинаю работать на Чонгука, поэтому не смогу помогать тебе в магазине. Сора чуть удивлённо подняла брови, но быстро кивнула. — Поняла. Хорошо, ничего страшного. Иди спать. — Спокойной ночи, тетя.***
В доме Чонгука в это же время Сенмин, который в их семье давно уже был чем-то средним между помощником, дворецким, свидетелем всех драм и молчаливым комментатором происходящего, пытался успокоить собаку альфы, но без особого успеха, потому что пёс явно считал его подозрительным элементом. — Ну я же на тебя не лаю, хотя ты мне тоже не нравишься, — невозмутимо сообщил ему Сенмин. Собака в ответ снова гавкнула. Именно в этот момент в дом вошёл Чонгук. — Добрый вечер, господин, — сказал Сенмин, не теряя достоинства, хотя в голосе всё же сквозила усталость человека, чьи слова всерьёз игнорируют даже животные. — Снова лает, я ему не нравлюсь. Раз уж вы приехали, хочу передать вам кое что. Чонгук посмотрел на запечатанный файл в его руках. — Что это? — Ваш папа, Сокджин, попросил всё разузнать про Чимина. Тут несколько фотографий, рабочего места и дома. Я решил сделать вам копию. Ладно, хорошего вечера. — И тебе, — коротко ответил Чонгук. Сев на диван на улице, он открыл файл и начал просматривать содержимое. Там были разные фотографии Чимина с друзьями, снимки из школы, университета, какие-то старые кадры, на которых он улыбался так свободно, будто ещё не встретил человека, который доведёт его до фиктивной помолвки и нервного тика за двое суток.***
Сегодня я начинаю новую жизнь, делаю вид, что помолвлен с альфой, которого не знаю, более того — он мой враг. Всё закончится через два месяца, он останется с омегой, которого любит, а я потом вернусь в университет на последний курс. Пусть эти два месяца скорее пройдут. С такими мыслями Чимин с самого утра помогал тёте в магазине, пытаясь вести себя так, будто ничего особенного в его жизни не происходит, хотя происходило буквально всё сразу. Буквально через несколько минут к нему подошли девочки и Хосок, и по их выражениям лиц уже было понятно, что просто так его в покое не оставят. — Ты вот скажи, ты нас избегаешь? — подозрительно прищурилась Сеён. — Неет, просто всю ночь не мог нормально уснуть, да и потом заказов было много, а теперь мне пора на работу. — Работу? Я не ослышалась? Ты устроился на работу? — удивлённо спросила Ара. — Пожалуйста, сядьте, я всё вам расскажу. Пока ребята отходили к столику в саду, каждый из них уже успевал возмущаться по-своему. — Мы живём с тобой в одном доме, и я не знаю про твою работу? — драматично возмущался Хосок, словно его предали на государственном уровне. — Я вам сейчас всё расскажу, Хосок, пожалуйста, иди сядь, — терпеливо ответил Чимин, сам уже понимая, что это будет тяжёлый разговор. Подойдя к столу, он сел и, не желая больше растягивать момент, сразу сказал: — Да, я устроился на работу, я буду работать в офисе у Чонгука. — Чонгук — это который с фамилией Чон? — с подозрительной серьёзностью уточнил Хосок. Ара тут же закатила глаза. — Хо, да ты просто настоящий гений мысли. Дальше, Чимин, мы слушаем. Чимин глубоко вдохнул. — А ещё я помолвлен с Чон Чонгуком. Реакцию друзей было невозможно описать одним словом, потому что на их лицах одновременно отразились шок, ужас, недоверие, паника и желание срочно вызвать врачу всех присутствующих. Хосок первым пришёл в себя, схватил Чимина за руки и потянул к себе. — Милый мой, ты просто вспомнил про свой выпускной, которого не было, Джихун не уделял тебе достаточно внимания, это стресс. Давай закроем магазин на время, ты отдохнёшь, поедем к психологу. — Всё нормально, — с лёгкой улыбкой сказал Чимин. — И это правда, у нас действительно вчера была помолвка. — Ты сдурел? Как это можно сделать спустя день? И почему мы ничего об этом не знали? — Мы решили это сделать после вчерашнего поцелуя. — Это была угроза? Он тебе угрожал, да? — тут же влезла Сеён. — Да что вы, не говорите глупостей. Дело в том, что когда Джихун меня бросил… — Что? Этот идиот тебя бросил?! — Это сейчас не так важно, я потом всё вам расскажу. Когда он меня бросил, я разозлился, настолько сильно, что пошёл и поцеловал Чонгука. У меня как будто какое-то помутнение нашло. Просто что-то случилось… и это было очень даже мило. — Что? — одновременно выдали Ара и Сеён. — Говори точнее. Чимин отвёл взгляд. — Л… любовь. Чонгук тоже так думает. Мы вчера весь день расстаться не могли. Он врал. Причём врал настолько откровенно, что сам себе уже не верил, но романтичная душа Хосока в этот момент просто взорвалась от счастья. — Чимин, голубок ты мой, — почти прослезился он. — Вот уж точно от любви до ненависти. — Хосок, не бывает такого, чтобы любовь рождалась из ненависти, — скептически сказала Сеён, а Ара рядом активно кивала, словно подписывалась под каждым словом. — Он говорит, что влюбился, это точно любовь, — с полной уверенностью заявил Хосок. — Ну конечно любовь, — тут же ухватился за эту спасательную соломинку Чимин. Сеён подозрительно сузила глаза. — А где твоё кольцо? Чимин и тут не растерялся. — Он купит его позже, всё было так внезапно, когда бы он успел? А вы не хотите чаю? Я сейчас всё сделаю. Когда он принёс чай, разговор, к сожалению, не закончился. — Чимин, ты же не сделал это ради денег? Чтобы вернуться в университет? — Не говори глупости, какие деньги, они меня не волнуют. — У тебя безумно богатая бабушка, твоя тётя может попросить на твоё обучение. Чимин резко напрягся. — Да, конечно, а вы, между прочим, обещали не упоминать при мне больше бабушку. Ара тут же смягчилась. — Чимин… прости нас, мы не хотели. Просто пытаемся понять причину такого поступка. Мы тебя очень любим. — И я вас люблю. — Теперь ты ещё и Чонгука любишь, — с сердечками в глазах протянул Хосок. — Это так похоже на сказку, Чимин, вы так друг другу подходите. — Да, очень люблю, — с энтузиазмом подыграл Чимин. — Я поняла, — вдруг резко сказала Сеён. — Ты хочешь, чтобы Джихун ревновал, да? — Да нет, просто Чонгук так настаивал, — с улыбкой продолжил играть Чимин. — Он, кажется, был на седьмом небе от счастья, такой нежный, эмоциональный, романтичный. Даже попросил сразу сыграть свадьбу, а я уговорил его чуть-чуть сбавить темп. Подозрительные взгляды друзей стали ещё подозрительнее, и Чимин тут же продолжил: — Что? Такое бывает в Вегасе, люди знакомятся, а потом сразу женятся. В это вы верите, а мне нет? — Я верю, — мгновенно сказал Хосок, не задумываясь ни секунды. — Эмоциональный Чон Чонгук, — с сомнением протянула Сеён. И именно в этот момент к дому подъехала машина, а их терраса как раз находилась рядом с дорогой, так что сидящий внутри альфа мог прекрасно слышать всю дальнейшую речь. — Он не совсем такой, какой вы думаете, — продолжал Чимин, ещё не замечая машины. — Он чуткий, нежный, добрый, вы его точно полюбите, когда узнаете. — Так познакомь нас, Чимин. Вот же он, — спокойно указала в сторону дороги Ара. Чимин обернулся. — Чонгук? — удивлённо выдохнул он. — Сейчас приду. — Не забудь позвать его к нам, — крикнули ему вслед. Чимин быстро поднялся и почти бегом направился к машине, а Хосок, который, кажется, уже окончательно принял на себя роль восторженного родственника, радостно выкрикнул: — Привет, зять! — Хосок, прекрати, он тебе не зять, — пытались остановить его девочки. Чонгук, услышав это, повернул голову и неожиданно рассмеялся — то ли от абсурдности сказанного, то ли от того, с какой убеждённостью это прозвучало. — Почему это не зять? — искренне возмутился Хосок. — Он даже не поздоровался с тобой, какой он тебе зять? — Потом поздороваемся, — всё ещё с улыбкой отмахнулся Хосок. Тем временем Чимин подошёл к машине, сел внутрь и сразу начал: — Ты должен зайти и поздороваться… Но не успел договорить. Спорткар резко стартанул с места.***
— Почему ты за мной приехал? — спросил Чимин, вцепившись в ремень и одновременно пытаясь сохранить достоинство человека, которого только что почти силой увезли от его же собственной лжи. — По договору мы должны приезжать на работу вместе. — Но как ты узнал, где я живу? Хотя знаешь… мне всё равно, не хочу знать. Почему ты не зашёл поздороваться? Мы как раз говорили про помолвку, ты меня опозорил перед друзьями. — Я не знал. В следующий раз обязательно зайду, — спокойно ответил Чонгук, будто они обсуждали обычную неловкость, а не то, что он только что слушал, как его называют нежным и романтичным. — Зайдёшь? — с подозрением переспросил Чимин. — И вообще, куда мы едем, всего семь утра. — Ко мне домой. Чимин повернул голову так резко, будто не расслышал. — Что, прости? — Ты должен знать, где я живу, если кто-то спросит. И, судя по тону Чонгука, для него это действительно было абсолютно логичным продолжением утра.
