Ужин
8 мая 2026 г., 11:26
Чимин поднялся со своего места не сразу. Сначала он несколько секунд просто смотрел в сторону кабинета Чонгука, где за стеклянной стеной всё ещё кипело обсуждение проекта. Альфа стоял у стола, опираясь ладонями о чертежи, а Тэхён что-то быстро объяснял, показывая карандашом переход между террасой и оранжереей. Даже отсюда было видно, насколько Чонгук напряжён — плечи слишком прямые, взгляд острый, движения резкие и точные.
Чимин тихо выдохнул и всё же пошёл туда. Зайдя в кабинет, он остановился рядом, но никто даже не обратил на него внимания.
— Чонгук… — спокойно позвал он.
Ноль реакции.
— Если мы здесь сделаем стеклянный переход, — продолжал Тэхён, — то свет будет нормально проходить к...
— Чонгууук, — уже чуть громче повторил омега.
Чонгук резко поднял взгляд. И вот теперь стало ясно — он услышал его ещё в первый раз. Просто проигнорировал.
— Да что? — голос был ровным, но слишком холодным.
В кабинете сразу стало тихо. Тэхён медленно отвёл глаза в сторону, делая вид, что изучает план. Чимин улыбнулся — слишком мило для человека, который уже начинал закипать.
— Нам нужно идти. Моя тётя ждёт нас на ужин.
Чонгук медленно выпрямился.
— Я же говорил отменить его.
Сказано было спокойно. Даже слишком спокойно, но вот взгляд… Взгляд был такой, будто он мысленно уже кого-то закопал. Омега тоже продолжал улыбаться, хотя пальцы уже нервно сжимались на ремешке сумки.
— Да, говорил, — мягко согласился он. — Но ты же знаешь, я не мог этого сделать.
Последняя фраза прозвучала с нажимом, и Чонгук это прекрасно понял. Потому что теперь речь шла уже не про ужин. А про его обещание, про спектакль, про то, что они оба обязаны играть до конца.
— Тогда позвони ей сейчас и отмени, — всё так же ровно сказал альфа.
Чимин чуть наклонил голову, глядя прямо ему в глаза.
— Ты же помнишь, что обещал зайти на кофе? — голос у него был почти ласковый. — Она очень ждёт.
Тэхён тихо кашлянул в кулак и отвернулся к окну, потому что напряжение в комнате уже можно было резать ножом и продавать как строительный материал. Ароматы были настолько сильными что дышать было и правда сложно.
Чонгук смотрел на Чимина несколько долгих секунд. Очень долгих. Настолько, что Юнги, сидящий сбоку, уже начал медленно закрывать ноутбук, будто опасался оказаться свидетелем убийства.
— Ты понимаешь, что сейчас происходит? — наконец произнёс Чонгук. — Завтра мы должны закончить проект.
— Сможешь продолжить после ужина, — тут же ответил Чимин, не отводя взгляда. — Пойдём?
И вот это «пойдём» прозвучало настолько невинно, что у Тэхёна дёрнулся глаз. Потому что оба улыбались, и оба говорили спокойно. Чонгук медленно вдохнул через нос. А потом неожиданно спокойно кивнул:
— Хорошо. Поехали.
Чимин победно улыбнулся. Слишком довольно. Настолько, что Чонгук, проходя мимо него, едва заметно наклонился и тихо произнёс:
— Ты делаешь это специально.
— Конечно, — так же тихо ответил омега. — Я же твой жених.
Тэхён, услышав это, закрыл глаза рукой.
Когда Чонгук проходил мимо Тэхёна, на лице которого уже расползалась откровенно издевательская ухмылка, альфа даже не остановился.
— Не смотри так на меня.
Как только Чимин и Чонгук скрылись за дверями офиса, в помещении повисла такая тишина, будто все коллективно забыли как дышать. А потом почти одновременно раздался общий выдох.
— Нет, вы это видели? — первым не выдержал Сыну. — Чон Чонгук… просто взял и ушёл.
— Не просто ушёл, — поправила Седжин с таким выражением лица, будто сама до сих пор не верила. — А ушёл за человеком, который разговаривал с ним как разгневанная жена после двадцати лет брака.
Тэхён уже откровенно смеялся, сидя в кресле.
— Боже, Чимин творит чудеса. Я пять лет пытаюсь заставить этого человека выйти из кабинета добровольно, а тут: «Чонгууук, пошли кушать» — и он пошёл.
— Когда я так разговариваю, — мрачно вставил Юнги, — виноватым всё равно остаюсь я.
— Потому что ты это делаешь без любви, — с серьёзным видом сказал Тэхён.
— А он с любовью, значит? — прищурился Юнги.
— Нет, но с талантом к выживанию.
Седжин тихо прыснула со смеху.
— Мне кажется, господин Чонгук впервые в жизни встретил человека, которого невозможно запугать.
— Хуже, — философски поправил Тэхён. — Человека, который огрызается в ответ.
Тем временем атмосфера в холле была диаметрально противоположной. Если в офисе людям было весело, то здесь напряжение ощущалось почти физически.
— Вытворишь подобное ещё раз, и ноги твоей больше в этом офисе не будет. - Голос был спокойным, но ледяным.
Чимин медленно повернул голову в его сторону.
— А что ты сделаешь? — почти лениво спросил он. — Неужели уволишь меня? Своего жениха?
Чонгук бросил на него тяжёлый взгляд.
— Не испытывай моё терпение.
— А знаешь, что самое смешное? — продолжал Чимин, будто не слыша. — Ты настолько жестокий, что никто даже не удивится, если ты меня уволишь.
— Мой омега, — наконец произнёс Чонгук, медленно повернувшись к нему, — никогда бы не позволил себе такой грубости. Ему бы хватило ума позвать меня из кабинета и поговорить наедине.
Сказано это было настолько резко и холодно, что Чимин сначала даже не нашёлся с ответом, а улыбка на его лице дрогнула.
— Ну а мне не хватило, — тихо ответил Чимин, уже без привычной ехидности. — Извини, что не соответствую твоим критериям.
И Чонгук неожиданно почувствовал укол раздражения уже не на него, а на самого себя. Потому что фраза прозвучала грубее, чем он хотел. Он коротко выдохнул и спустя несколько секунд всё же спросил уже спокойнее:
— Где живёт твоя тётя?
Чимин ответил не сразу.
— В том же здании, что и я.
— Хорошо. Заедем на пять минут и сразу обратно.
— Пять минут? — Чимин наконец снова ожил и повернулся к нему. — Ты серьёзно думаешь, что моя тётя умеет ужинать пять минут?
— Я надеюсь.
— Нет, ты не понимаешь. Для неё «садитесь покушать» — это мероприятие с несколькими актами, десертом и моральным давлением.
— Я переживу.
— Это ты сейчас так говоришь, — пробормотал Чимин, отворачиваясь к окну. — Наивный человек.
До дома Чимина они доехали довольно быстро, и всю дорогу омега подозрительно косился на альфу, будто пытался понять, не передумал ли тот в последний момент и не собирается ли сейчас развернуть машину обратно в офис.
Но Чонгук, к удивлению Чимина, действительно припарковался возле дома и даже без лишних комментариев вышел из машины.
На террасе уже был накрыт стол, а тетя Сора, заметив их, сразу поднялась навстречу.
— О, добро пожаловать!
— Здравствуйте, — вежливо поздоровался Чонгук, и Чимин чуть не споткнулся от неожиданности. Настолько вежливого тона он от него ещё не слышал.
— Чонгук, знакомься, это моя тетя.
— Я Пак Сора, тетя Чимина. Очень приятно познакомиться.
Чонгук слегка поклонился.
— Вы слишком молоды, чтобы быть его тётей.
Сора тут же довольно заулыбалась.
— Ой, да что вы, — кокетливо махнула рукой она. — Проходите, садитесь. Я сейчас принесу последнее блюдо и присоединюсь.
Как только она скрылась в доме, Чимин резко повернулся к альфе.
— Можешь хоть немного улыбнуться?
— Зачем?
— Потому что помолвленные люди обычно выглядят счастливыми, — прошипел омега. —
По крайней мере, я так думаю.
— Я не в настроении изображать счастье.
— А придется. Добро пожаловать в отношения.
Чонгук бросил на него тяжёлый взгляд.
— Давай закончим всё за десять минут.
— Вот это романтика, — пробормотал Чимин. — Я почти прослезился.
Тут вернулась Сора, и они наконец сели за стол.
— Прекрасный стол, — неожиданно искренне сказал Чонгук, осматривая блюда. — Вы отлично постарались.
Сора моментально расцвела.
— Конечно. Жених Чимина впервые приходит знакомиться, для меня это только радость.
— Тетя, только мы не будем есть, — быстро вмешался Чимин.
— Я бы перекусил салат, — спокойно произнес Чонгук, и омега чуть не подавился воздухом.
Он медленно повернул голову к альфе. Взгляд буквально кричал: «Ты только что предал меня». Чонгук сделал вид, что не заметил. После короткой паузы он всё же решил заговорить серьёзнее:
— Госпожа Сора, я понимаю, что для вас всё произошло слишком быстро…
— Не просто быстро, а со скоростью света, — вздохнула она. — Если честно, мне до сих пор сложно понять, к чему такая спешка.
— Тетя, ну мы же не первые, — тут же влез Чимин. — Люди вообще через два дня женятся. Мы просто решили не тратить время зря.
— Это немного необычно… — начал Чонгук.
— Это очень необычно, — честно поправила Сора. — Но для меня главное, чтобы вы ладили.
— Мы очень ладим, — тут же радостно заявил Чимин. — И вообще, я с ним так счастлив. Кстати, ты даже не представляешь, насколько Чонгук любит разговаривать. Если он начинает — его уже невозможно остановить.
Чонгук на это только тихо, почти истерично усмехнулся и покачал головой.
— Да, конечно… После того как Чимин надел на меня наручники, нас вообще теперь не разлучить.
Улыбка Чимина застыла. А потом он посмотрел на альфу таким взглядом, что любой нормальный человек уже начал бы писать завещание. Но Чонгук, кажется, только сильнее развеселился.
— Э… наручники? — переспросила Сора, растерянно моргая. — Какие ещё наручники?
— А ты что, не рассказал тёте? — с показательной невинностью удивился Чонгук. — Ты же всё ей рассказываешь.
— Какие наручники? — Сора уже окончательно потерялась. — Чимин, откуда они у тебя? И почему ты надел их на Чонгука?
— О, это очень хорошая история, — с удовольствием продолжил альфа.
И в этот момент Чимин резко уронил голову на стол. Прямо лицом вниз. Настолько драматично, что Чонгук даже замолчал.
— Чимин? — осторожно позвал Чонгук.
Ноль реакции.
— Ах… — Сора мгновенно собралась. — Вы же не знаете. У Чимина редкая сонная болезнь. При сильном стрессе он… вот так резко засыпает.
— Что? Разве не нужно в больницу?!
— Нет-нет, — уверенно продолжила Сора. — Сейчас пройдёт. Пойду принесу воду с лимоном.
Как только Сора убежала в дом, Чонгук сразу наклонился к омеге.
— Эй. Чимин. Это не смешно.
Тишина.
— Просыпайся сейчас же. Чимин, хватит притворяться. Нет такой болезни.
Омега продолжал изображать труп века.
— Я клянусь, если ты сейчас не поднимешь голову…
И тут где-то сбоку вспыхнула яркая вспышка камеры из-за чего Чонгук резко обернулся. За кустами замерли Хосок, Сеён и Ара. Причём Хосок стоял с телефоном в руках и выражением абсолютного счастья на лице.
Повисла тишина.
И в этот момент, будто по щелчку пальцев, Чимин резко поднял голову. Причём вид у него был настолько сонный и потерянный, словно он действительно только что проснулся после полноценного восьмичасового сна, а не притворялся мёртвым две минуты назад прямо за столом.
Он медленно моргнул, осмотрелся и тихо пробормотал:
— Ой… я опять уснул…
Чонгук прищурился, но разбираться с этим цирком он решил позже, потому что сейчас перед ним стояла куда более важная проблема — трое взрослых людей, прячущихся в кустах возле террасы.
Хосок неловко помахал рукой.
— Хаха… привет…
— Эм… привет, — всё ещё слегка ошарашенно ответил Чонгук.
— Это правда? — неожиданно спросил он у Чимина, всё ещё не отводя от него взгляда.
— Откуда вы тут вообще взялись? — тут же проигнорировал вопрос омега и повернулся к друзьям так быстро, будто темы «сонной болезни» вообще никогда не существовало.
В этот момент на террасу вернулась тетя Сора со стаканом воды с лимоном и сразу сунула его Чимину в руки.
— Выпей.
— Спасибо, тетя.
— Господин Чонгук утром очень торопился, а мы хотели познакомиться, — абсолютно спокойно соврала Сеён, будто они не сидели минуту назад в кустах как группа неудачливых шпионов.
— Да, Чимин спешил, поэтому пришлось быстро уехать, — поддержал игру Чонгук с таким серьёзным лицом, будто сейчас выступал на пресс-конференции.
Сора внимательно посмотрела сначала на одного, потом на второго.
— Вы делаете всё, что говорит Чимин?
— Да, — не моргнув глазом ответил Чонгук.
— Вы обручились?
— Да.
— Ну… не знаю в курсе вы или нет, но завтра помолвка…
— Что?! — одновременно выдали Хосок, Ара и Сеён.
Чимин медленно закрыл глаза. Потом снова открыл. И мысленно, кажется, уже хоронил Чонгука где-то за цветочным магазином.
— Минутку, Чимин… — начал Хосок.
— Да всё так внезапно! — быстро перебил его омега, нервно улыбаясь. — Мы буквально только что решили. Совсем недавно. Хотим, чтобы всё было официально.
— А свадьба в конце недели? — невозмутимо поинтересовалась Сора.
— Нет-нет, тетя! — чуть не подавился воздухом Чимин. — До свадьбы ещё далеко. Очень далеко. Космически далеко.
— Мы сначала хотели бы лучше узнать друг друга, — неожиданно спокойно вмешался Чонгук. — Вы же знаете, понять Чимина не так просто.
Чимин тут же повернулся к нему с подозрительно довольной улыбкой.
— И какой же я?
Чонгук посмотрел на него долгим взглядом, а потом спокойно ответил:
— Оригинальный.
— Это сейчас было очень дипломатично, — прищурился омега.
— Я старался.
— Боже мой! — внезапно всплеснула руками Сора. — Я совсем забыла положить вишню на торт. Чимин, поможешь?
— Но тетя, Чонгук не любит сладкое.
— А мы предложим, — отмахнулась она. — Не понравится — не станет есть. Девочки, помогите Чимину на кухне. Давайте-давайте.
Сеён сразу подозрительно сощурилась.
— Нас выгоняют.
— Именно, — ласково улыбнулась Сора.
Через минуту на террасе остались только они вдвоём. И атмосфера изменилась мгновенно. Сора перестала улыбаться первой.
— А теперь перейдём к делу, господин Чонгук.
Даже Чонгук слегка выпрямился.
— Конечно.
— Фаршированные ребрышки, вы будете есть, а я говорить. Сразу предупреждаю: сейчас я очень стараюсь не сорваться.
— Понимаю, — серьёзно ответил альфа.
— Нет, не понимаете, — спокойно сказала Сора, и от её тона даже Чонгук впервые за вечер выглядел чуть менее уверенным. — Я поддерживала все решения Чимина, воспитывала его и до сих пор понятия не имею, почему он решил обручиться с человеком, которого встретил два дня назад.
Чонгук хотел что-то сказать, но она не дала.
— Причину он мне не говорит. Но я всё равно её узнаю.
— Я вас понимаю…
— Нет, не понимайте меня, — мягко, но очень жёстко перебила Сора. — Жизнь Чимина с самого детства была полна серьёзных травм. Он сам построил себе счастливую жизнь. Сам. Слышите?
На этот раз Чонгук уже не улыбался.
— Слышу.
— И если с его головы упадёт хоть один волосок, я узнаю об этом. И тогда весь мой гнев обрушится на вас. Ясно?
Несколько секунд Чонгук просто смотрел на неё. А потом неожиданно спокойно ответил:
— Обещаю вам, я не причиню ему вреда.
Сора внимательно всматривалась в его лицо ещё пару секунд, будто пыталась понять, лжёт он или нет.
— Вы человек слова, господин Чонгук. Поэтому я вам верю.
— Спасибо.
Повисла пауза.
— Ребрышки, — напомнила Сора.
— Я не…
— Ешьте.
Чонгук тяжело вздохнул, будто его только что принудительно отправили в армию.
— Хорошо. Ради вас попробую.
Сора довольно кивнула.
— Чимин сказал, что вы ипохондрик.
Чонгук тихо усмехнулся.
— Ах, так и сказал? Чудно.
— В следующий раз сварю вам овощной суп и кашу без соли.
— Это угроза?
— Пока предупреждение.
Чонгук всё-таки попробовал ребрышки и, к собственному удивлению, замолчал на несколько секунд.
— Очень вкусно.
— Конечно вкусно, — невозмутимо ответила Сора. — Вы просто слишком грустно живёте.
И пока из кухни доносились крики Хосока:
«НЕ ТРОГАЙТЕ МОЙ КУСОК ТОРТА!»
Когда ребята уже возвращались с кухни, Чимин, подходя ближе к террасе, невольно услышал обрывок разговора между тетей и Чонгуком.
— Замок в Мардине — великолепное строение, — спокойно говорил альфа, держа чашку в руках. — Очень красивый город.
— Да, я провела там детство, — с теплой улыбкой ответила Сора. — Там совершенно особенная атмосфера. Если однажды поедете в Мардин...
— Мы туда не поедем, — резко перебил Чимин.
За столом на секунду стало тихо. Даже Хосок за спиной удивленно моргнул, а Чонгук медленно перевел взгляд на омегу, явно не понимая, откуда в его голосе взялось столько раздражения.
Сам Чимин, кажется, понял это не лучше остальных, потому что почти сразу отвел глаза и сделал вид, будто ничего особенного не произошло.
Чонгук несколько секунд смотрел на него, после чего все же решил не продолжать тему.
— Чонгук, ты не опаздываешь на работу? — попыталась сгладить ситуацию Чимин.
— Да, мне уже пора, ты прав, — спокойно ответил альфа, поднимаясь из-за стола. — Госпожа Сора, большое вам спасибо за вечер. Простите, что почти ничего не съел, но ваши фаршированные ребрышки действительно были восхитительны. Увидимся завтра на помолвке?
— Конечно, — Сора улыбнулась уже куда мягче. — Я очень рада знакомству с вами. Если честно… мне стало спокойнее.
— Я отвезу тебя домой, — повернулся Чонгук к омеге.
— Я же говорил, что живу здесь.
— А ты не просто говори, — тут же вмешалась тетя с подозрительно довольным видом. — Покажи жениху дом.
Чимин обреченно закатил глаза.
— Ну конечно. Почему бы и нет. Страдай теперь вместе со мной.
— Что? — не понял Чонгук.
— Ничего. Пойдем.
Зайдя внутрь дома, альфа сразу начал осматриваться. Дом действительно был очень… Чиминовский. Теплый свет, куча мелких деталей, свечи, растения, какие-то фотографии, записки на холодильнике, пледы, разбросанные книги — создавалось ощущение, будто здесь не живут, а постоянно обнимают пространство вокруг себя.
— У тебя дома пахнет цветами и ванилью, — неожиданно заметил Чонгук.
— Это потому что я живу над цветочным магазином, гений.
— А ваниль?
— А это уже моя драматичная натура.
Чонгук тихо усмехнулся, а Чимин сразу нахмурился, будто эта усмешка его оскорбила лично.
— Не смейся. Это была серьезная информация.
Поднимаясь наверх, Чимин повел его на террасу — свое любимое место в доме. По дороге Чонгук невольно заглянул в его комнату и почти сразу остановился взглядом на нескольких деталях.
Во-первых, кровать.
Точнее не кровать, а полноценное омежье гнездо из одеял, подушек и хаотично разбросанной одежды.
Во-вторых — фотография самого Чонгука, висевшая на стене. Вся истыканная дротиками.
Альфа медленно приподнял бровь и посмотрел на омегу с таким выражением лица, будто пытался решить, стоит ли ему сейчас обидеться или польститься.
— Я смотрю, ты очень любишь Чон Чонгука.
— Конечно, — невозмутимо ответил Чимин. — Я его главный фанат. Еще кружку с твоим лицом купить хотел.
— И что остановило?
— Цена. И психическое здоровье.
Чонгук снова усмехнулся, после чего все же пошел за ним на террасу. Наверху было тихо. Город уже светился вечерними огнями, а легкий ветер качал растения в горшках. На перилах висели маленькие гирлянды, а в углу стоял старый диванчик с пледом.
— Дом похож на тебя, — сказал Чонгук, оглядываясь. — Очень… оригинальный.
— Мне нравится все такое, — Чимин пожал плечами. — Цветы, свечи, записки, красивые мелочи. Когда вокруг уютно, жить как-то легче.
Чонгук посмотрел на него внимательнее обычного, и между ними снова повисла та самая тишина, в которой расстояние ощущалось слишком маленьким, а каждый случайный вдох — слишком заметным.
Они стояли друг напротив друга, а их запахи смешивались в воздухе так явно, что оба начали заметно напрягаться. Внутренние звери реагировали быстрее людей, и именно это раздражало больше всего. Чимин первым отвел взгляд.
— Эм… кстати, спасибо. У тебя получилось успокоить мою тетю.
— Соблюдаю договор, — спокойно ответил Чонгук. — Это часть игры.
— Точно… часть игры.
Но почему-то прозвучало это совсем не так уверенно, как хотелось.
Чонгук еще несколько секунд смотрел на него, а потом медленно кивнул и направился к выходу.
— В любом случае мне уже пора. Спокойной ночи, Пак Чимин.
— И тебе… Чон Чонгук.
***
Уже вернувшись в офис, Чонгук продолжил работать так, будто вообще не существовало таких понятий как «сон», «усталость» и «человеческий организм». Сотрудники вокруг выглядели откровенно измученными: кто-то уже спал лицом на столе, кто-то пил шестой кофе подряд и смотрел в одну точку с видом человека, который видел будущее и ему оно не понравилось. Тэхен, наблюдая за этим цирком последние полчаса, наконец не выдержал. — Все, хватит. Я официально объявляю конец рабочего дня, пока кто-нибудь из нас не умер прямо на макете отеля. — Мы не закончили, — даже не подняв головы от чертежей, ответил Чонгук. — Чонгук, Юнги пять минут назад пытался нарисовать дерево на салфетке и назвал это «концептуальным озеленением». Мы больше не работаем, мы разлагаемся. — Это был бамбук, — недовольно огрызнулся Юнги. — Ты подписал его словом «дерево». — Потому что у меня двоилось в глазах. Тэхен тяжело вздохнул и снова посмотрел на Чонгука. — Послушай, в таком состоянии мы ничего дельного не сделаем. Ты сам это понимаешь. Нам нужно хотя бы несколько часов сна, иначе завтра клиенту придется показывать не проект отеля, а коллективную психиатрическую травму. Чонгук наконец отложил ручку и устало потер переносицу. — Хорошо. Но к завтрашнему вечеру все должно быть готово. Юнги тут же поднял голову с таким выражением лица, будто его лично предали. Под недовольное ворчание Юнги сотрудники наконец начали расходиться. Всю ночь Чонгук все равно продолжал работать дома над чертежами. Он снова сидел в кабинете до рассвета, делая пометки, просматривая схемы и исправляя детали, пока первые лучи солнца не начали пробиваться через окна. Утром, как и всегда, он вышел в сад, где его родители уже завтракали. После короткого разговора с папой Чонгук направился к отцу, который сидел чуть дальше с планшетом в руках и выглядел так, будто уже заранее был недоволен жизнью. — Привет, — спокойно начал Чонгук. Шину медленно поднял на него взгляд. — Ты обручился. — Да. — Не совершай ошибку. Не знакомь меня с этой девушкой. — Как скажешь. — Слушай внимательно, — Шину отложил планшет. — Таким поведением ты рискуешь своим будущим в холдинге. — Оно и так уже под угрозой. — Не драматизируй. — Я не драматизирую. Нам нужно поговорить с Юрой и ее отцом насчет их акций. Отец нахмурился. — Почему? Потому что вы расстались? — Даже если бы мы поженились, холдингом все равно управлял бы я. Ты прекрасно знаешь, что ее отец болен, а Юре должность директора никогда не была нужна. — И поэтому ты решил все ускорить через новую помолвку? — А что мне остается делать? Смотреть, как Вонхо медленно забирает рынок? — Извини, но я не могу решать судьбу холдинга, исходя из твоих чувств. Чонгук коротко усмехнулся, но в этой усмешке не было ничего веселого. — И в этом твоя проблема. Ты настолько осторожен, что давно перестал видеть будущее дальше собственного кабинета. Шину медленно поднялся со своего места. — А ты не видишь всей картины, потому что слишком увлекся этим омегой. Он из неизвестной семьи, о нем никто ничего не знает, и внезапно именно он становится женихом моего сына? Ты правда думаешь, что люди в совете директоров спокойно это проглотят? Чонгук несколько секунд молча смотрел на отца. — Ясно. Хорошо поговорили.
