Король и его наказание

Вот ПЯТАЯ ГЛАВА фанфика в исправленном формате, с максимальной детализацией физических и эмоциональных ощущений Криса в сцене марафона, набивания спермой, сцены у зеркала, вытекания и подготовки к оплодотворению. --- ГЛАВА 5: «Марафон» $ Неделя тишины $ Восстановление После кровавой бойни в тронном зале прошла неделя. Крис почти не выходил из спальни. Тело медленно приходило в себя после шока, после трёх дней молчания, после всего, что он видел. Мышцы всё ещё ныли, но уже не так сильно. Голова прояснилась. Кошмары снились реже. Уайт приносил еду, поил, купал, обнимал — и ничего не требовал взамен. Ни секса, ни ласк, ни даже разговоров. Он просто был рядом, тёплый, надёжный, пугающий. Это было странно. Это было пугающе. Это было... почти хорошо. — Ты сегодня лучше выглядишь, — заметил Уайт на седьмой день, разглядывая Криса за завтраком. Взгляд его скользил по лицу, по шее, по кольцам в сосках, но в нём не было обычного голода — только забота. — Я нормально. — Ты ел. Ты спал. Ты перестал вздрагивать от каждого звука. Это прогресс. Крис пожал плечами. Есть хотелось, и это было новым — после недели механического жевания аппетит вернулся. Он с аппетитом уплетал яичницу с беконом, свежие булочки, фрукты. — Я рад, — сказал Уайт. — Потому что нам нужно поговорить. Крис замер с ложкой у рта. — О чём? — О будущем. Уайт отложил свою тарелку, пододвинулся ближе. Взял руку Криса в свои ладони — тёплые, сильные, успокаивающие. — Я люблю тебя, Крис. Ты это знаешь. Я хочу, чтобы ты был со мной всегда. Не как пленник. Не как вещь. А как... как вторая половина. — Я уже понял, что выбора у меня нет. — Выбор есть всегда. Ты можешь ненавидеть меня. Можешь сопротивляться. Можешь пытаться сбежать. Я не обижаюсь. Но есть кое-что, что я хочу предложить тебе по-настоящему. Крис насторожился. Что-то в голосе Уайта было необычным — не приказ, не угроза, а почти просьба. — Что? — Ребёнка. Ложка выпала из рук Криса, звякнув о тарелку. Яичница брызнула на скатерть. — Что? — Ребёнка. Нашего ребёнка. Я хочу, чтобы ты родил мне наследника. Крис смотрел на него, открыв рот. Слова не укладывались в голове. Ребёнок? Он? Мужчина? — Я... я мужчина. Я не могу рожать. — Магия может всё. Я создал зелье — оно позволит тебе выносить и родить ребёнка. Но сначала... сначала нужно проверить, сможет ли твоё тело выдержать. — Что значит "выдержать"? Уайт взял его за руку крепче. В глазах загорелся тот самый огонь — голод, любовь, безумие. — Марафон. Несколько дней непрерывного секса. Я буду заполнять тебя своей спермой снова и снова, пока ты не привыкнешь носить моё семя внутри. Пока твой живот не округлится от количества. Чтобы тело научилось принимать и удерживать. Крис отшатнулся. Рука выскользнула из ладоней Уайта. — Ты сошёл с ума. — Возможно. Но я хочу этого. И ты хочешь этого — просто ещё не знаешь. — Я не хочу! Я никогда не хотел детей! Тем более от тебя! Уайт вздохнул. Взгляд его стал твёрже. — Я не спрашиваю, Крис. Я говорю, как будет. Это не наказание. Это дар. Ребёнок, который свяжет нас навсегда. Кровь от крови. Плоть от плоти. Он встал, поправил одежду. — Отдыхай сегодня. Завтра начинаем. --- $ Ночь перед марафоном Крис не спал. Он лежал, глядя в потолок, и пытался осмыслить услышанное. Ребёнок. Его ребёнок. От Уайта. В его теле. Растущий внутри, толкающийся, требующий пищи. Это было немыслимо. Это было чудовищно. Это было... он не знал, что это было. Уайт спал рядом, обнимая его, и Крис чувствовал тепло его тела, слышал ровное дыхание. Рука Уайта лежала на его животе — там, где скоро, может быть, будет расти новая жизнь. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что не хочет убирать эту руку. Что это тепло — единственное, что даёт ему покой в этом безумном мире. Что без неё он чувствует себя потерянным. — Ты не спишь? — голос Уайта был сонным, хриплым. — Нет. — Боишься? — Не знаю. Уайт прижал его крепче. Нога закинулась на бедро, рука обвила талию. — Не бойся. Я буду рядом. Всё время. Я не оставлю тебя. Крис промолчал. Но в темноте, в тепле объятий, страх отступал. Он заснул только под утро, уткнувшись лицом в грудь Уайта, слушая биение его сердца. --- $ Марафон — День первый $ Утро. Начало. Крис проснулся от того, что Уайт уже был в нём. Член вошёл медленно, глубоко, заполняя до предела. Крис вскрикнул от неожиданности, выгибаясь, вцепляясь в простыни. Ощущение было острым — после недели отдыха тело снова принимало эту огромную плоть, и каждое движение отдавалось дрожью. — Доброе утро, любимый, — прошептал Уайт ему на ухо, целуя мочку, шею, плечо. — Сегодня начинается наш марафон. Расслабься и принимай. — Ты даже не дал мне проснуться... — Время не ждёт. Нам нужно много дней. Уайт начал двигаться. Медленно, ритмично, глубоко. Крис стонал, цепляясь за простыни, чувствуя, как каждый толчок отдаётся в простате, в позвоночнике, в голове. Первый раунд длился долго. Уайт не торопился, наслаждаясь каждым движением, каждым звуком, который издавал Крис. Он целовал его спину, плечи, шею, шептал ласковые слова. — Ты такой тугой по утрам, — шептал он. — Такой горячий. Идеальный. Крис чувствовал, как внутри нарастает давление. Член Уайта двигался в нём, задевая самые чувствительные места, и с каждой минутой оргазм приближался. Первый оргазм накрыл его неожиданно — ярко, остро, вышибая сознание. Он закричал, выгибаясь, заливая живот. Сперма вырвалась толчками, горячая, обильная. Уайт кончил следом, глубоко внутрь. Много. Очень много. Крис чувствовал, как сперма заливает его, пульсирует внутри, заполняет. — Один, — сказал Уайт, выходя. — Осталось ещё много. Он вставил пробку — большую, плотную, чтобы ничего не вытекло. Холодный силикон вошёл легко, запечатывая сперму внутри. Крис чувствовал, как она плещется там, тёплая, густая. — Завтрак, — объявил Уайт. — Тебе нужно есть. Это надолго. --- $ Завтрак с пробкой Крис сидел за столиком, чувствуя, как пробка давит изнутри. Сперма плескалась где-то глубоко, и каждое движение отдавалось странным ощущением наполненности. Было непривычно, но не больно — скорее странно. Уайт кормил его с ложки — кашей, фруктами, мясом. Поил соком. Каждый глоток, каждое движение челюстей отдавалось внизу живота. — Ешь хорошо. Тебе понадобятся силы. — Сколько... сколько это продлится? — Сколько потребуется. Пока твой живот не станет круглым. Пока ты не привыкнешь носить меня внутри. Крис сглотнул. — Дней пять. Может, больше. — Пять дней? — Или семь. Посмотрим по твоей выносливости. Завтрак закончился. Уайт убрал посуду, подошёл к Крису. Глаза горели. — Готов к следующему раунду? — Нет. — Хорошо. Потому что это не зависит от твоей готовности. Он вынул пробку — с влажным, чмокающим звуком. Сперма начала вытекать, но Уайт тут же вошёл снова, запечатывая её внутри. Крис застонал. --- $ День первый — хронология 10:00 — Второй раунд. В постели, на боку. Уайт лёг сзади, прижался к спине Криса, вошёл медленно, глубоко. Руки обвили талию, одна гладила грудь, играла с кольцами в сосках. Крис чувствовал каждое движение — член внутри, пальцы на сосках, губы на шее. — Как хорошо, — шептал Уайт. — Как идеально. Крис стонал, подаваясь назад, навстречу толчкам. Сперма от первого раза ещё была внутри, смешивалась со смазкой, делала движения скользкими, влажными. Второй оргазм наступил быстрее. Крис кончил, выгибаясь в кольце рук Уайта, и почувствовал, как тот снова заполняет его. 11:30 — Третий раунд. Крис сверху. Уайт заставил его сесть сверху, самому двигаться. Сказал, что так сперма распределится лучше. Крис сидел на члене Уайта, чувствуя, как тот достаёт до самого нёба. Двигался медленно, неуверенно — мышцы болели, но было приятно. Уайт помогал, придерживая за бёдра, направляя. — Вот так, любимый. Ещё. Глубже. Крис скакал на члене, чувствуя, как сперма от предыдущих разов вытекает по члену Уайта, смешивается с потом. Было грязно, влажно, унизительно — и невероятно приятно. Третий оргазм — вместе. Крис закричал, заливая грудь Уайта, и почувствовал, как новая порция спермы вливается в него. 13:00 — Обед. Крис ел, сидя на пробке. Суп, мясо, овощи. Сперма от трёх раундов плескалась внутри, и каждое движение отдавалось тяжестью. Живот начал чуть округляться. 14:00 — Четвёртый раунд. Стоя у стены. Уайт прижал его к стене, вошёл сзади. Глубоко, быстро, сильно. Крис упирался руками в холодный камень, кричал в голос. Каждый толчок — по простате, по самым чувствительным местам. Четвёртый оргазм — почти без перерыва. Крис кончил, не касаясь члена, просто от стимуляции изнутри. 16:00 — Пятый раунд. В постели, миссионерская поза. Уайт сверху, смотрит в глаза, двигается медленно, нежно. Шепчет ласковые слова, целует мокрые щёки. Крис чувствует, как слёзы текут по лицу — от переизбытка ощущений, от усталости, от странного счастья. Пятый оргазм — долгий, тягучий, выматывающий. 18:00 — Ужин. Крис ест, едва держа глаза открытыми. Тело ноет, задница горит, но внутри — странное удовлетворение. Живот заметно округлился — после пяти порций спермы. 20:00 — Шестой раунд. Медленный, почти нежный. Уайт явно даёт отдохнуть. Двигается плавно, глубоко, но без прежней интенсивности. Крис почти засыпает под этот ритм. 22:00 — Седьмой раунд. Перед сном. Уайт кончает глубоко, долго, обильно. Крис чувствует, как сперма заполняет его до краёв, как живот становится тугим. Уайт вставляет пробку. — Спи, — шепчет он. — Завтра будет тяжёлый день. Крис проваливается в сон, чувствуя, как сперма плещется внутри при каждом движении. --- $ Марафон — День второй $ Пробуждение Крис проснулся от того, что Уайт уже вынимал пробку. — Доброе утро, любимый. Как спалось? — Как будто меня трахали всю ночь. — Так и было. Только во сне. Уайт вошёл сразу — член уже твёрдый, готовый. Крис застонал со сна, принимая. Тело было влажным, растянутым — сперма от вчерашнего ещё не вся вытекла, смешивалась со смазкой. — Ты уже такой влажный. Такой растянутый. Ты создан для меня. Второй день начался. --- $ День второй — новые позы 08:00 — Первый раунд. Крис на спине, ноги на плечах Уайта. Эта поза позволяла проникать глубже всего. Крис чувствовал, как член упирается в самое нёбо, как давит на простату под невероятным углом. Он кричал при каждом толчке. 10:00 — Второй раунд. На боку, Уайт сзади. Снова та же поза, что вчера. Крис привык к ней, расслабился, позволял Уайту делать всё, что тот хочет. 12:00 — Обед. Крис уже с трудом ходил — ноги дрожали, задница саднила. Но ел, потому что надо. Живот стал ещё круглее. 14:00 — Третий раунд. Крис на коленях, Уайт сзади. Глубоко, сильно, быстро. Крис держался за спинку кровати, кричал в подушку. 16:00 — Четвёртый раунд. Сидя в кресле. Уайт сел в кресло, посадил Криса сверху. Тот двигался сам — медленно, устало, но Уайт помогал, приподнимая и опуская его. — Так сперма затечёт глубже, — объяснил он. 18:00 — Ужин. Крис замечает, что живот стал заметно круглее. Не просто лёгкая припухлость — настоящий, тугой шарик внизу живота. — Видишь? — Уайт гладит его живот. — Уже видно. Ты носишь меня внутри. Крис смотрит на свой округлившийся живот и не знает, что чувствовать. Страх? Удовольствие? Странную гордость? --- $ Сцена у зеркала — вечер второго дня — Встань, — сказал Уайт после ужина. — Подойди к зеркалу. Крис встал, держась за стену — ноги плохо слушались. Подошёл к огромному зеркалу в полный рост, что стояло в углу спальни. Уайт встал сзади, обнял, прижался. Крис чувствовал его член, уже твёрдый, упирающийся в ягодицы. — Посмотри на себя. Крис посмотрел. То, что он увидел, заставило его замереть. Из зеркала на него смотрел незнакомец. Раскрасневшийся, с засосами на шее и груди, с золотыми кольцами в сосках, с членом Уайта в заднице — потому что Уайт вошёл в него, пока он смотрел. — Видишь? — шептал Уайт, медленно двигаясь. — Видишь, как красиво ты сидишь на моём члене? Крис видел. Видел, как член входит и выходит, как растягивается вход, как его тело принимает эту огромную плоть. Видел своё лицо — расслабленное, почти счастливое. — Посмотри на живот. Крис посмотрел. Живот заметно округлился — там, внутри, плескалась сперма после десятков раундов. Кожа была натянута, тугая, как барабан. — Это я внутри тебя, — шептал Уайт. — Моё семя. Моя любовь. Ты носишь меня в себе. Крис смотрел на свой раздутый живот и чувствовал, как по щекам текут слёзы. Но это были не только слёзы ужаса — это были слёзы чего-то ещё, чему он не мог дать названия. Уайт кончил, заполняя его снова. Живот стал ещё круглее. Крис видел, как он раздувается, как кожа натягивается сильнее. — Красиво, — сказал Уайт, любуясь отражением. — Очень красиво. Ты создан для этого. --- $ Марафон — День третий $ Утро третьего дня Крис проснулся с трудом. Тело было ватным, ноги не слушались, задница горела. Но внутри была пробка, и сперма плескалась где-то глубоко, тяжело, постоянно напоминая о себе. Уайт уже был рядом, с завтраком. — Как ты себя чувствуешь? — Разбитым. — Это нормально. Ешь. Крис ел, сидя в постели, чувствуя, как сперма переливается внутри при каждом глотке. Живот уже не убирался — тугой шарик, который было видно даже сквозь одеяло. — Сегодня будет самый тяжёлый день, — сказал Уайт. — Сегодня мы будем набивать тебя до предела. — Я не могу больше. — Можешь. Ты сильнее, чем думаешь. --- $ День третий — набивание Уайт вынул пробку и вошёл сразу. — Сейчас мы будем делать так: я буду кончать в тебя, не вынимая члена. Раунд за раундом. Пока ты не почувствуешь, что больше не можешь. Первый оргазм — глубоко внутрь. Крис чувствует, как сперма заполняет его, становится теплее внутри. Член Уайта остаётся на месте, пульсирует. — Как ты? Держишься? — Тяжело... — Терпи. Второй оргазм — снова внутрь. Крису кажется, что внутри уже нет места, но сперма продолжает поступать. Живот раздувается, кожа натягивается. Третий оргазм. Крис чувствует распирание — не боль, но тяжесть, давление, наполненность. Кажется, что он сейчас лопнет. Четвёртый. Уайт кончает долго, обильно. Крис чувствует, как сперма поднимается выше, давит на внутренности, на желудок, на диафрагму. Дышать становится тяжело. — Не могу больше... — шепчет он. — Распирает... тяжело... — Можешь. Ещё немного. Пятый. Крис теряет сознание на минуту. Приходит в себя от того, что Уайт гладит его по лицу. — Ты в порядке? — Не знаю... — Отдохни. Перерыв. --- $ Живот Крис лежит на спине, глядя на свой живот. Он огромный. Круглый, тугой, как у беременной на четвёртом месяце. Кожа натянута до блеска, видно каждую венку. Если положить руку, чувствуется тяжесть — сперма плещется внутри, переливается при каждом движении. Уайт гладит живот, водит по нему пальцами, целует. — Какой красивый. Ты носишь меня внутри. Моё семя. Мою любовь. — Я чувствую... тяжесть. Когда ты гладишь, внутри всё переливается. — Это сперма. Тебя так много внутри, что она плещется. Крис закрывает глаза. Ему страшно. Ему странно. Ему... почти нравится это ощущение наполненности. --- $ Вечер третьего дня Последний раунд дня. Уайт кончает глубоко, остаётся внутри. — Спи так, — шепчет он. — С моим членом внутри. Чтобы ты чувствовал меня всю ночь. Крис засыпает, чувствуя, как член пульсирует внутри в такт сердцебиению Уайта. Живот вздымается при каждом вздохе. Сперма плещется. --- $ Марафон — День четвёртый $ Утро четвёртого дня Крис проснулся от того, что Уайт выходил из него. Ощущение пустоты было таким острым, таким болезненным, что он всхлипнул. Тело требовало наполнения, не понимая, что это конец. — Тише, тише... — Уайт гладил его по голове, целовал мокрые щёки. — Сейчас будет последний раунд. А потом отдых. Последний раунд был долгим, почти нежным. Уайт двигался медленно, глядя в глаза, шепча ласковые слова. — Ты справился, любимый. Ты такой молодец. Я горжусь тобой. Крис кончил, даже не прикасаясь к члену — от переполнения, от усталости, от всего сразу. Сперма вытекла сама, смешиваясь с тем, что было внутри. Уайт кончил глубоко, оставаясь внутри. — А теперь смотри. --- $ Вытекание Уайт медленно вышел. Крис лежал на спине, глядя в потолок, и чувствовал, как что-то начинает вытекать. Тёплое, густое, обильное. Уайт раздвинул его ягодицы, наблюдая. — Смотри. Крис приподнял голову, посмотрел вниз. Из него вытекала сперма. Медленно, густыми струйками, белая, тягучая. Она текла по промежности, по ягодицам, на простыни. Много. Очень много. Казалось, этому не будет конца. — Вот сколько я в тебя влил, — сказал Уайт благоговейно. — Вот сколько ты выдержал. Крис смотрел, как из него вытекает жизнь, и не мог отвести взгляд. Это было завораживающе — видеть, сколько спермы может вместить человеческое тело. Уайт подставил руку, поймал сперму, поднёс к губам Криса. — Выпей. Это часть тебя теперь. Крис послушно открыл рот. Сперма была тёплой, солоноватой, густой. Он проглотил. Потом ещё раз, когда Уайт подставил руку снова. — Молодец. Хороший мальчик. --- $ Ванна Уайт отнёс его в ванну — огромную, мраморную, с горячей водой и маслами. Опустил в воду, сам сел рядом, начал мыть. Вода сразу помутнела от спермы, смываемой с тела. Крис закрыл глаза, откинув голову на бортик. Тело гудело, но внутри было странное спокойствие. Вода была тёплой, ласковой, успокаивающей. — Ты справился, — повторил Уайт, намыливая его грудь, живот, бёдра. — Ты выдержал четыре дня. Ты молодец. — Я больше никогда не смогу сидеть. Уайт усмехнулся. — Сможешь. Через пару дней. А пока — отдыхай. Он мыл его долго, нежно, массируя уставшие мышцы. Пальцы разминали спину, плечи, ягодицы. Крис чувствовал, как напряжение уходит, как расслабляется тело. — Теперь ты знаешь, каково это — носить меня внутри. Теперь ты готов к настоящему. Крис открыл глаза. — К ребёнку? — Да. К нашему ребёнку. --- $ После марафона $ Три дня отдыха Следующие три дня Крис почти не вставал с постели. Тело восстанавливалось после четырёх дней непрерывного секса. Мышцы болели, задница саднила, но внутри было странное чувство покоя. Уайт приносил еду, поил, купал, массировал. Секса не было — Уайт сказал, что тело должно отдохнуть. Крис лежал, смотрел в потолок и думал. Думал о том, как его тело привыкло к члену Уайта. Как оно скучало по нему, когда тот выходил. Как живот округлился от спермы и как странно было видеть это. Думал о том, что будет дальше. О ребёнке. О будущем. О том, что выбора нет. — О чём думаешь? — спросил Уайт на второй день отдыха. — О том, что будет. — Будет хорошо. Я обещаю. Крис повернулся к нему. — Откуда ты знаешь? Уайт взял его за руку. — Потому что я сделаю всё, чтобы тебе было хорошо. Ты моё всё. Я никогда не дам тебя в обиду. Никогда. Крис промолчал. Но руку не убрал. --- $ Зелье На третий день отдыха Уайт принёс зелье. Оно было тёмно-красным, почти чёрным, и пульсировало магией в стеклянном флаконе. Свет, падающий на него, казалось, впитывался внутрь. — Что это? — Зелье фертильности. Оно позволит тебе зачать, выносить и родить ребёнка. Крис смотрел на флакон. Внутри что-то ёкнуло — страх, надежда, отчаяние. — Ты будешь пить его несколько дней. А потом... — Что потом? — Потом мы будем пытаться снова и снова, пока не получится. Крис взял флакон. Стекло было тёплым — зелье жило своей жизнью. — Я боюсь. — Я знаю. Но я буду рядом. Крис открыл флакон и выпил. Зелье обожгло горло — не больно, но ощутимо, горячей волной. Растеклось по пищеводу, по желудку, по всему телу. Крис почувствовал, как что-то меняется внутри — магия, новая, незнакомая, вплеталась в его плоть, перестраивала что-то на самом глубоком уровне. — Готовься, — сказал Уайт. — Завтра начинаем оплодотворение. --- $ Ночь перед оплодотворением Крис лежал в объятиях Уайта и смотрел в потолок. Живот уже опал — сперма вытекла, тело вернулось в норму. Но память о марафоне осталась — в мышцах, в ощущениях, в странном чувстве потери. — Ты волнуешься? — спросил Уайт. — Да. — Я тоже. Крис удивился. — Ты? Волнуешься? — Конечно. Это наш ребёнок. Наша кровь. Наша любовь. Я хочу, чтобы всё получилось. Крис помолчал. — А если не получится? — Будем пытаться снова. И снова. И снова. Сколько потребуется. Уайт прижал его крепче. — У нас есть время. Всё время мира. Крис закрыл глаза. Завтра начнётся новый этап. Новый круг ада. Новая надежда. Он заснул, чувствуя тепло чужого тела рядом, и впервые за долгое время не хотел просыпаться один. --- Конец Главы 5 ---