Чипсинка для Пививи

      — Съешь что-нибудь. Ну, хотя бы банан.       — Чимин, я опоздаю! — Чонгук лихорадочно застёгивал рубашку прямо в коридоре, одновременно пытаясь найти бейдж.       — Там, где ты будешь работать, с пустым желудком не выживешь, — строго прикрикнул Чимин. — Они сразу чуют слабых.       — Мин-и! Это не голодные игры, а мой шанс!       Чонгук на полминуты замер перед зеркалом и прищурился: пряди на лбу торчали в разные стороны, как будто он не спал трое суток и был слегка электризован. А он, между прочим, уложился гелем!       Ой, всё! Поздно что-то менять, пора на выход. И вообще, отставить панику, он готов!       — Увидимся вечером!       Чонгук чмокнул воздух и выскочил за дверь.

***

      Небоскрёб компании «Неоновый Тигр» врезался в небо, сверкая полированным стеклом и сталью под лучами сеульского солнца. Мечта Чон Чонгука попасть на стажировку в знаменитую фирму осуществлялась прямо сейчас…       Войдя в холл, Чонгук почувствовал себя букашкой, потерявшейся в роскошном саду. Одно дело — читать восторженные отзывы, и совсем другое — оказаться внутри и стать частью этого механизма.       «Тебе всего двадцать два, ты молод и вполне себе здоров. Просто дыши и не вздумай упасть в обморок. Это не дорама, тебя никто не подхватит», — думал он, пока ехал в лифте на пятнадцатый этаж.       Квон Минсо, его куратор, оказалась молчаливой невысокой девушкой в очках с тонкой металлической оправой и с планшетом, который она не выпускала из рук.       — Вот твой стол и список задач. Если что — пиши в Слак. Да, и кофе тут по карточке. Три чашки в день за счёт компании, сверх этого удерживают из зарплаты.       В первый день Чонгук упорно изображал из себя обычную серую мышь. То есть сидел тихо, периодически шуршал бумагами и вздрагивал от каждого шороха.       На второй день стало… не страшно. Немного холодно, но терпимо. Коллеги вежливо кивали, когда он здоровался. Никто не улыбался, но никто и не кусался: кто-то что-то объяснял, а кто-то забывал, что он существует.       Незаметно прошла неделя — совещания, чтение брифов и прочая рутина. Чонгук старался быть незаметным, впитывая информацию, как губка. Раньше он был прилежным студентом, а теперь хотел быть таким же прилежным стажёром.       Иногда Чонгук издалека видел самого Ким Тэхёна, генерального директора «Неонового Тигра», а пару раз даже столкнулся с ним в лифте. Маленький неисправимо романтичный гей-девственник, каким, по меткому выражению Чимина, являлся Чон Чонгук, в такие моменты тихонько вздыхал и с глубочайшим сожалением отворачивался, потому что… Ну потому что как можно спокойно смотреть на такую красоту?!       Этот тридцатишестилетний мужчина излучал сдержанную мощь, имел великолепную фигуру, отлично работающие мозги, а ещё у него была крошечная родинка на правом веке, и Чонгук вовсе не виноват, что заметил!       Говорили, что Ким Тэхён никогда не повышает голос, но может посмотреть на простых смертных — то бишь провинившихся подчинённых — так, что те моментально чувствуют себя мусором и испытывают непреодолимое желание самостоятельно заместись в совочек.       Говорили, что он пришёл в компанию очень молодым, но благодаря невероятному чутью и стальной воле превратил «Неонового Тигра» в одного из гигантов рынка.       Говорили… Да много чего говорили на самом деле. И разница в возрасте и положении делала господина Кима практически мифической фигурой, небожителем, которому до стажёра Чона не было никакого дела.       «Этот мужчина, совершенно очевидно, не для меня. И даже не потому, что я не смогу стать достаточно привлекательным, достаточно соблазнительным. Просто он не создан для таких, как я. Он достанется девушкам», — уговаривал себя почти влюблённый Чонгук и, вздыхая, продолжал работать.       А работы становилось всё больше и больше. Ведь он же стажёр, верно? Так что в его обязанности входило буквально всё — от создания простеньких баннеров до сбора референсов для нового масштабного проекта.       Поэтому он завёл привычку обедать быстро, где-нибудь в углу столовой, иногда даже просто за рабочим столом. А его спасением стали чипсы из автомата: дёшево, быстро и даже вкусно, если закрыть глаза и вообразить, что это фуа-гра.       Дни сливались в поток задач, и очень скоро Чонгук обнаружил себя задерживающимся допоздна. Сначала час, потом два. А потом и вовсе так, что за окном уже сгущались сумерки, а он всё сидел, вцепившись в мышку и пытаясь довести до ума очередной макет. Он хотел быть полезным — и был. Хотел показать, что справится — и справлялся.

***

      Тишина в офисе нарушалась только нервным стуком клавиш.       Чонгук, сосредоточенно склонившись над монитором, дорабатывал логотип для нового продукта, периодически засовывая руку внутрь пакета с сырными чипсами, чтобы достать очередную порцию хрустящего счастья.       Он моргнул, пытаясь раскрыть глаза пошире, и снова уткнулся в монитор. За окном уже давно стемнело, а он всё ещё сидел над очередным заданием.       — Стажёр — значит, делай то, на что у остальных нет времени. А ещё лучше — делай всё, — усмехнулся Чонгук и посмотрел на время: двадцать три сорок семь. — Вот чёрт!       Метро закроется через тринадцать минут. Такси — дорого. Значит, у него есть ещё почти час, чтобы успеть на «совиный автобус».              Он вдохнул, выдохнул и снова ударил по клавишам.       Тэхён шёл по коридору, застёгивая пиджак. День оказался длинным: задержался на совещании, потом разбирался с квартальным отчётом, потом… В общем, он задержался.       Так почему бы немного не размяться, пройдя по коридорам, например, шестнадцатого и пятнадцатого этажей?       Офис должен был быть пустым, однако в отделе маркетинга горел свет. Тэхён нахмурился. Кто-то забыл выключить? Или…       Молодой парень, почти мальчишка, с тёмными растрёпанными волосами и невероятно большими глазами, склонился над ноутбуком и яростно печатал одной рукой, а в другой была зажата полупустая пачка чипсов.       Тэхён нахмурился. Есть такую еду в офисе по меньшей мере непрофессионально. Но потом он увидел, как парень быстро закинул чипсы в рот, а его челюсть задвигалась с такой энергией, словно он пытался наверстать упущенное за весь день. Он выглядел уставшим, но его глаза, даже в полумраке, казались необычайно красивыми. Тэхён таких в жизни не видел. И даже эта немного растрёпанная причёска…       Тэхён не подошёл. Он просто стоял там, в тени, наблюдая. Парень выглядел таким… милым, поедая свои чипсы посреди ночи.       Тот отчаянно жевал, не отрываясь от экрана, и вдруг чихнул. Крошки разлетелись по клавиатуре. Парень ахнул, покраснел, словно опозорился перед всем отделом, и начал сдувать их.       Тэхён не осознавал, что стоит и смотрит уже добрых три минуты.       И тут зазвонил телефон.       — Да, Чимин, я знаю, что уже поздно, — парень прижал телефон к плечу, продолжая печатать. — Нет, я не забыл поесть. Я… э-э-э…       Он посмотрел на чипсы.       — …Я как раз ем!       Из трубки раздался возмущённый вопль.       — Опять чипсы?! Чонгук-а, я сейчас приеду и лично запихаю их в твой девственный проход!       — Не надо, я почти закончил!       — Ты всегда так говоришь! В прошлый раз «почти закончил» обернулось «о, смотри, уже рассвет»!       — Но сейчас правда почти!       — Знаешь что? — голос Чимина стал сладким, что всегда означало приближающуюся катастрофу. — Я сейчас позвоню твоей маме и расскажу, как её сынок питается.       — Ты не посмеешь!       — Очень даже посмею!       Чонгук вздохнул, потирая висок, и устало покрутил головой; шея при этом протестующе захрустела что те чипсы. А потом он поднял глаза — и увидел стоящего в дверях Ким Тэхёна.       Чонгук ахнул, роняя телефон.       — Э-э-э…       В динамике продолжал надрываться Чимин:       — Не соскакивай с темы!       Тэхён же даже бровью не повёл. Просто молча развернулся и ушёл.       Чонгук схватил телефон и заорал страшным шёпотом:       — Чимин, ты не поверишь!       Тот саркастически хрюкнул:       — Что, наконец-то осознал, что чипсы — это не еда?       — Я только что опозорился перед генеральным директором!       — …Ты имеешь в виду того типа, про которого ходят легенды, будто он на самом деле андроид?       — Да!       — Вау! — Чимин захихикал. — Ну что ж, поздравляю. Теперь ты либо будешь уволен, либо… Либо он влюбится в тебя. Такие вот дела.       — Что ты несёшь?!       — Ну знаешь, классика жанра: «Холодный начальник не обращал внимания на скромного подчинённого … пока не осознал, что хочет сцеловать крошки чипсов с его губ».       — Я… я…       — Главное, помни: начальник — как собака. Нельзя показывать свой страх, иначе будет пугать постоянно, — деловито наставлял Чимин. — А твой мужик, судя по фото в интернете, ещё и укусить может.       — Он не мой! — взвыл Чонгук.       — Ладно, всё, закругляйся и дуй домой! — безапелляционно заявил друг. — Буду кормить тебя супом.       Чонгук простонал и плюхнулся головой на клавиатуру.

***

      Тэхён сел в машину и прикрыл веки. В голове стояла чёткая картинка: большие, круглые, как у оленёнка, глаза. Дурацкий разговор по телефону. Взъерошенные волосы. Крошки чипсов в уголке рта. И крошка-родинка под нижней губой…       Он открыл глаза и завёл двигатель.       — Чипсинка, — вдруг сказал вслух.       И усмехнулся.

***

      Назавтра история повторилась. И через день, и ещё и ещё раз. Чонгук по-прежнему засиживался допоздна, по-прежнему ел чипсы. А Тэхён по-прежнему останавливался на несколько минут, наблюдая, но теперь уже не выдавая своего присутствия. Каждый раз он замечал что-то новое: как Чонгук потирает шею от усталости, как улыбается себе под нос, когда находит удачное решение, как его брови хмурятся в сосредоточенности. И каждый раз, видя его с неизменным пакетом, ловил себя на мысли: «Чипсинка, какой же ты красивый!»       Тэхён злился на себя: это не его дело и не его уровень, директора не спасают стажёров с чипсами! И всё равно каждый вечер ждал до самого позднего часа, чтобы пройти мимо. Хотя бы взглядом убедиться: он здесь. С чипсами. Работает. Старается. Такой хороший мальчик…

***

      Метро гудело, словно к уху поднесли ракушку. Чонгук, ссутулившись, сидел в полупустом вагоне, с рюкзаком на коленях, уставший после рабочей недели, но впереди маячили выходные, а это значит, можно будет выспаться.       К тому же, его ждали отложенный сериал, упаковка бананового молока и печеньки — ух, ну и вечеринку он себе закатит!       Путь домой был полон приятных ожиданий, оттого и пролетел незаметно. Но едва Чонгук вошёл в квартиру, как был тут же атакован.       — Ты сегодня рано, — Чимин, развалившись на диване в их общей гостиной, с наслаждением жевал яблоко. — А у меня для тебя предложение, от которого невозможно отказаться, — он просиял. — Я познакомился с классным парнем в интернете и он не против двойного свидания! Придёт с другом.       Чонгук застонал.       — Ты же знаешь, я не люблю свидания вслепую.       — Да ты никакие свидания не любишь! — возмутился Чимин. — Живёшь в своём офисе, из тебя все силы высосали!       — Никто из меня ничего не высосал, — буркнул Чонгук.       — Вот и не мешало бы заняться высасыванием, — Чимин многозначительно поиграл бровями. — Эй, мне нужна моральная поддержка! И вообще, вдруг это твоя судьба?       Спорить с Пак Чимином было бесполезно, и Чонгуку пришлось, конечно же, сдаться.       — Ладно, — он вздохнул и плюхнулся на диван рядом с другом.              А его романтичная натура уже представляла себе какого-нибудь милого парня с книгой в руках и мягкой улыбкой. И вовсе он не думал ни о каком серьёзном мужчине! Ни капельки! Ни секундочки! Ни крошечки…