Вечерние занятия

Петя не злился на своих родителей за наказание. В какой-то мере они были правы: его оценки и правда просели в последнее время. Несколько троек по разным предметам никак не красили табель успеваемости. Но в свою защиту Петя мог всё-таки отметить, что все они были по непрофильным предметам. Биология, химия, история — это, конечно, интересно, но он никогда не был в них силён и добивался отличных оценок только потом и кровью. Неужели так плохо, что он немного расслабился? Родители с такой логикой были не согласны. То ли они изначально растили его отличником, то ли привыкли к тому, что Петя поставлял из школы лишь хорошие новости, — тут уже не упомнить, — но после того, как он стал приносить домой тройки (а это даже не двойки!), атмосфера дома ухудшилась. На свою голову Петя был откровенен со своими домочадцами, так что родители быстро нашли причину неуспехов в Петином бойфренде. — Он на тебя дурно влияет! — заявила мама, когда Петя в очередной раз поздно вернулся домой. — Он, конечно, славный парень, но живёт без царя в голове! Илья, на самом деле, всем дома нравился — он добрый, весёлый, смешной. Бывал в гостях не раз, и в каждый из визитов умудрялся всех домочадцев в себя по новой влюбить. Особенно сближающим фактором было то, что семья Ильи такая же эмигрантская, и все вместе они могли говорить по-русски и делиться общим опытом. Это быстро породнило, и Илья чуть ли не прописался у Гуменников. Но недолго музыка играла. Петя использовал много шансов, которые ему давали, чтобы исправиться, — конфликт длился уже не первую неделю. Сошлись они с Ильёй довольно неожиданно для обоих. И не так давно, как хотелось бы. Вообще говоря, Илья никогда даже рядом с кругом интересов Пети не проходил. А у Пети было много интересов: математика и физика, программирование, музыка и искусство, он ходил в разные кружки и брал факультативы, но почти никогда не пересекался с Ильёй: тот учился в параллельном классе, играл в футбол, ходил на танцы, катался на роликах и много-много времени проводил с друзьями. Илья громкий и яркий, он постоянно улыбается и одевается супер модно, с ним всегда что-то интересное происходит, о нём ходит множество сплетен. Спокойному Пете, для которого учёба и пара близких друзей важнее всего, Илья казался слишком далёким. Но однажды он обратился с просьбой о помощи с алгеброй — Петя был лучший на параллели, так что Илью сразу направили по его адресу. Пете вовсе не хотелось водиться с кем-то, столь безалаберно относящимся к учёбе, — Илья зашевелился в сторону исправления оценок только когда на горизонте замаячила вероятность остаться на второй год. А потом всё как-то закрутилось. Часы, просиженные за учебниками, километры переписок и бесконечные разговоры на самые разные темы пролегли между ними мостом и связали их миры. Теперь Петя не представляет, как вообще мог жить без яркого солнца по имени Илья под боком. Но всё хорошее имеет свойство заканчиваться, и родители посадили его под замок, разлучив с Ильёй, как Джульетту с Ромео. Причём Петя воистину себя почувствовал Джульеттой, когда, обернувшись на стук в окно, обнаружил в нём знакомое лицо. — Ты что творишь?! — Петя открыл створки и выглянул наружу. — Илюш, ты… Он потерял дар речи. Илья сидел на ветке клёна, которая не выглядела достаточно крепкой, чтобы выдержать его вес, и улыбался. — Что? — он невинно хлопнул глазами. — Я соскучился. — Мы не виделись всего полдня, — с отчаянием заметил Петя, протягивая руку. — Осторожно перелезай. — Я знаю, знаю, — Илья крепко ухватился за протянутую ладонь, другой рукой взялся за подоконник и, одним рывком перебравшись через него, буквально вкатился в комнату. — Ты в порядке? — Петя помог ему встать и осмотрел на предмет ушибов. — Да-да, порядок, — Илья отряхнулся и притянул Петю для поцелуя. — Один день без тебя уже мука. — Мы же… в школе… виделись, — пробормотал он между поцелуев. — Это другое. Твои уже спят? — Не думаю, так что надо быть тихими. Илья жестом изобразил, как закрывает рот на замок, и плюхнулся на кровать, скинув обувь на пол. Но сразу заговорил, понизив голос: — Чем занимался? — Учёбой, чем же ещё, — Петя устроился подле него. — Тебе помочь? Петя еле сдержал смешок. — Ты?! Забыл, что это я тебе все уроки делаю? — Не, ну мало ли тебе нужно помочь с зубрёжкой чего-то, — Илья развёл руками. — Да нет, я сам справлюсь, — Петя положил голову на плечо Ильи и прикрыл глаза. — Я тоже скучал по тебе. — Сам сказал, что мы виделись сегодня, — поддел Илья в шутку и, запустив пальцы в волосы Пети, стал играться с прядками. — Но этого недостаточно, — Петя вздохнул. Конечно, этого было недостаточно. Они учились в разных классах, а на коротких переменах редко удавалось пересечься хотя бы на пару слов. Только во время большого перерыва на обед они могли нормально поговорить, но и то в окружении общих друзей. А в этот раз после уроков Пете было строго наказано сразу отправляться домой без лишних прогулок. После школы они сидели на автобусной остановке в ожидании транспорта и выжимали из дня хоть какие-то крохи совместного времени. — Ты слишком послушный, знаешь это? — Это уже пятая ссора за месяц с родителями из-за тебя, если бы я ослушался, то тебе вообще бы запретили даже дышать рядом со мной, — проворчал Петя. — Они всё равно нас не разлучат! — заявил Илья решительно. — Они не пытаются, — оправдывался Петя. — Просто сам знаешь, мне надо хорошо учиться, чтобы попасть в MIT. Я и сам этого хочу, а ты меня отвлекаешь! — Тебе это нравится, — Илья широко улыбнулся и развернул лицо Пети к себе, — тебе это нравится больше, чем быть заучкой. И как же Илья был прав. Всю жизнь Петя посвятил учёбе, чётко зная свои ориентиры, но с тех пор как в его жизни появился Илья, он во многом пересмотрел приоритеты. Наедине с учёбой Петя далеко не всегда был счастлив, у него было мало друзей, проблемы с самооценкой и уверенностью в себе. Илья показал ему совершенно иную сторону жизни, которая была гораздо веселее и интереснее, у него наконец-то расширился круг общения и больше Петя не казался себе каким-то особенно некрасивым в зеркале и неловким в жизни. Он стал чаще улыбаться и реже проводить время в одиночестве в своей комнате, он определённо стал счастливее. — Тогда если тебе не нужна помощь с учёбой, чем займёмся? — поинтересовался Илья, ненавязчиво водя пальцами по его груди. — А чем ты хочешь? — Целоваться, — беззастенчиво ответил Илья и продемонстрировал своё желание поцелуем в висок, — вот так. — Оставил поцелуй на щеке. — И вот так. Петя откинул голову, обнажая шею для жадных поцелуев Ильи, и тот послушно прильнул губами. Лизнул кожу под которой билась жилка и слегка куснул. — Засос только не оставляй, — попросил Петя. — А хотелось, — разочарованно ответил Илья. — Мне тогда опять придётся всё замазывать, когда-нибудь они заметят это. — Твои родители всё равно нам ничего не сделают. — А вдруг они окончательно разозлятся? — Они у тебя добрые и обожают тебя, Петь. Не переживай. Петя хмыкнул. Не такие уж и всепрощающие они, просто пока по-настоящему не разозлились. Вдруг раздался стук в дверь. — Петь, я войду? — мама. Ребята с ужасом переглянулись. — Под кровать, — шепнул Петя и подтолкнул Илью, чтобы поторопился, а сам рванул к двери, чтобы, если что, не дать ей раскрыться полностью. Убедившись, что Илья уже почти спрятался, Петя слегка приоткрыл дверь и выглянул. Там стояла его мама. — Что такое? — Хотела сообщить, что мы идём спать, ты когда закончишь? — Ещё надо посидеть немного над биологией, — Петя изобразил усталое выражение лица и даже зевнул. — Как только так сразу. — Молодец, — похвалила мама. — Ты не слишком злишься на нас, надеюсь? — Всё в порядке, — заверил Петя. — Это же временно, скоро я подтяну оценки. — Хорошо. Ты же знаешь, мне нравится Илья, но ты совсем с ним забыл про свои мечты. — Ма, не начинай, — умоляющим голосом попросил Петя. — Я ничего не забыл. Ты не права. — Ладно, как скажешь. Спокойной ночи, — она потянулась поцеловать, и Петя наклонился, подставив макушку. Едва она отошла на приличное расстояние, Петя с облегчением выдохнул и закрыл дверь. Родительская спальня, к счастью, находилась на другом конце этажа, так что вряд ли они услышат странные звуки из его комнаты, но вот комната младшего брата Вани была соседней. Однако у них хорошие отношения, и если тот что-то и заподозрит, то вряд ли сдаст их. — Вылезай, — шепнул Петя, заглянув под кровать, и подал Илье руку. Выбравшись, он отряхнулся от пыли. — Не спалила? — Неа, но я испугался. — Какой ты у меня пугливый, — хитро улыбнулся Илья и привстал на цыпочках, чтобы урвать поцелуй. Петя с удовольствием ответил. — Ты знаешь, а это будоражит. — Что? — Запретные отношения, — проговорил Илья в губы, опаляя их дыханием, — запретный плод. Так ты ещё слаще, Петь. Перехватило дыхание. — Только не говори, что ты… — Да, я хочу тебя, — Илья качнулся бёдрами вперёд и потёрся пахом о его. — Илюш! — Петя взмолился шёпотом, — родители дома! — Мы тихонько! Можем вообще без слов, бесшумно. — Илья обнял его лицо ладонями и погладил скулы большими пальцами. — Совсем тихонько, давай? Петя прикрыл глаза. Он не должен поддаваться невинной голубизне этих глаз напротив, так и манящих совершить грех. Всё-таки его отец священник, и одному Богу известно, сколько заповедей они уже нарушили. Но заниматься сексом, когда родители в соседней (почти) комнате!.. На его пах опустилась горячая ладонь и чуть сжала. Петя шумно выдохнул и распахнул глаза, снова окунаясь в эти омуты. Илья приложил указательный палец к губам: «Ш-ш-ш», толкнул Петю на кровать и уселся на его бёдра. — Илюш… — попытался ещё сопротивляться Петя, но Илья тут же заткнул его поцелуем. Прошёлся языком по губам и проник между зубов. Петя послушно открыл рот и ответил на поцелуй с не меньшей жадностью. Зная Петю наизусть лучше, чем любое стихотворение по американской литературе, Илья мог доставить ему удовольствие с закрытыми глазами. Он целовал мокро, горячо, руками блуждая под футболкой, задевал пальцами соски, периодически сжимая их, ёрзал задницей по паху, надавливая посильнее. Петя мялся в его руках как глина, и Илья, словно влюблённый в своё дело скульптор, со всей страстью подходил к своему занятию. Языком прошёлся по краю челюсти, впился зубами в шею, не обращая внимания на жалобные протесты Пети — он же знает, чёрт возьми, что в ящике стола лежит консилер, чтобы замазать все непотребства. Потом сдёрнул футболку и припал губами к груди, сминая пальцами бока. У Пети не было никаких шансов выдержать под этим напором, и он позволил себе расслабиться. Довольный, Илья сбросил футболку и с себя. — Какой ты… — выдохнул Петя, погладил обнажённое тело ладонями и взял в рот сосок, жадно облизал и, едва прикусив, потянул на себя. Илья всхлипнул и заёрзал ещё активнее. Несмотря на всю инициативность, Илья обожал ласку, и его тело нежно поддавалось прикосновениям Пети, а с губ срывались самые пошлые звуки, которые только можно было представить. — Вот так, да, — выдохнул Илья, когда Петя пробрался рукой в его джинсы и сжал пах. На трусах уже проступило влажное пятно предэякулята — Илья всегда быстро возбуждался. Пете требовалось больше разогрева, но вид распалённого Ильи особенно сводил с ума. Они тёрлись бёдрами всё сильнее, дыхание сбилось, на висках проступили маленькие капельки пота. Дрожащей от нетерпения рукой Илья сначала расстегнул свои джинсы и выправил член, потом достал член Пети из домашних штанов. Соприкоснувшись кожей к коже, они оба задрожали от удовольствия. Илья собрал естественную смазку с концов и размазал по органам, обхватив их кольцом пальцев. Он двигался рвано, нетерпеливо, и Петя как мог толкался бёдрами навстречу. Нашёл губами чужие и вовлёк в глубокий поцелуй, сжал ягодицы Ильи, забравшись в штаны, и подвинул его ещё ближе к себе. Илья тихо простонал в губы. — Ш-ш-ш, — напомнил Петя между поцелуями и снова прильнул к губам. Рука Ильи скользила быстро и размашисто. Было горячо, воздуха между губами катастрофически не хватало. Сердца колотились вразнобой. Когда Илья закончил ему на живот, Петя задрожал от удовольствия и отчаянно, едва сдерживая стоны, дёрнулся бёдрами, сжался и кончил следом. Потряхивало. По инерции Илья всё ещё сжимал члены в кулаке и мягко водил вниз и вверх, выжимая их до конца. Петя спрятал лицо в сгибе его шеи, только бы не заскулить от того, как это прекрасно ощущается, когда тело на пределе чувствительности, и Илья касается его. Ушло несколько минут на то, чтобы прийти в себя и вытереться салфетками. Негодник Илья часть спермы всё-таки слизал с члена Пети, несмотря на его протесты, и у Пети чуть не встал во второй раз. Хотя Илья был бы не против повторения только что пройденного материала. Они более менее выдохнули только когда, раздевшись до трусов, забрались под одеяло погреться. — Петь, — Илья гладил его по влажному лицу и любовался, — ты такой красивый. Петя смущённо опустил взгляд и скромно улыбнулся. Илья повторяет это постоянно и до сих пор трудно привыкнуть к мысли, что в глазах самого любимого человека он красивый. А Илья, прекрасно осведомлённый о том, какой эффект производят его слова, продолжил: — Очень красивый. Петя. Петь. И имя у тебя красивое. И весь ты. Обожаю тебя, — он чмокнул его в нос. — Спасибо, что ты есть, Петюш. От ласковой формы его имени мурашки удовольствия прошлись вдоль позвоночника. Петя притянул Илью в свои объятия и, уткнувшись носом в его плечо, вдохнул запах разгорячённого тела. Пробормотал тихо: — Это тебе спасибо.