Pretty wow-man

Арсений этот наряд ненавидел. Олеся говорила, что он боевой. И наряд, и Арсений, но тут речь шла всё же про первое. Типично-шлюший, орущий, как студенты после защиты диплома. Тут англичане ничем не отличались от русскоговорящей молодёжи, как бы ни романтизировал их Арсений много лет назад. Бред, алкоголь всех уравняет. Международный способ коммуникации. Сетка чулок в нескольких местах норовила вот-вот порваться, а растянутая резинка держалась лишь за счёт надетых поверх кожаных шорт. Если Эндрю сегодня заседает в другом отеле, есть шанс пробраться ночью в спортивный зал и покачаться. Задница, конечно, всё так же была хороша, но ничто не вечно без дополнительных усилий. Особенно после такого затяжного отсутствия на беговой дорожке. Поправив подвернувшуюся штанину, Арсений набросил поверх полупрозрачной блузы кожаный плащ и придирчиво поковырял треснувшую у молнии ткань. Придётся хорошенько поработать ртом, чтобы купить такое же сокровище на смену. Думать о том, во что обойдутся новенькие сапоги, даже не хотелось. Пока Лиззи из его любимой обувной мастерской отдыхала где-то в тепле и спокойствии, Арсений спасался привычной с детства скрепкой взамен сломанной «собачки». Стоя неделю назад в одноимённой позе, он и предположить не мог, насколько крепкими окажутся зубы клиента. На половине Олесиной комнаты царил настоящий хаос из разбросанной одежды, вываленной на кровать косметики и заляпанного чем-то зеркала. Брезгливо оттерев особенно неприятное пятно краешком чужого топа, Арсений принялся подкрашивать глаза. Тушь уже подсыхала, следуя ненавистному закону вселенной: если что-то и заканчивается, то сразу скопом. На любимой алой помаде красовался кокетливый укус, и Арсений в удивлении выгнул бровь. Олеся бы никогда не взяла её, следовательно, укус был его собственный. Но зачем и, главное, когда?.. Для собственного успокоения Арсений распахнул рот и придирчиво изучил каждый зуб. Чистые, ровные, красивые. Голливудская улыбка, ха-ха. Застегнув, наконец, сапоги, Арсений глубже укутался в плащ и вышел из номера. В коридоре пахло лаком и сигаретами — чудесное сочетание ремонта и наплевательского отношения к правилам проживания. Эндрю спускал некоторым жильцам с рук такие вольности лишь в двух случаях: либо те платили неплохие деньги сверх стоимости, либо как-то пронюхали, что по соседству с ними живут представители древнейшей профессии. Стоило процокать каблуками три этажа вниз, как за очередным поворотом послышался знакомый вкрадчивый голос: — Пташка моя, ну-ка подойди. Эндрю, он же Андрей, он же Андрюха, который, сколько бы ни пытался спрятать свой картавый русский акцент, всё равно скатывался на родные нотки, вальяжно сидел у пустующего бара и широко улыбался. — Блять… — вырвалось у Арсения, но подкрашенные губы привычно растянулись в кокетливой улыбке. — Где деньги, дарлинг? — нарочито и очень забавно рыча, спросил Эндрю и отогнул полы арсеньевского плаща. — Мне нужны деньги. — Не поверишь — иду зарабатывать. С Андреем они неожиданно неплохо общались, что нередко спасало красивую задницу Арсения от всяких неприятностей. — Чудненько! — Эндрю вновь широко улыбнулся и туже затянул пояс плаща. — Береги себя. Того, кто покалечил малыша Пако, так и не поймали, и меня очень беспокоит твоя безопасность. — При этом ты присылаешь сообщение с требованием одеться вот так? — хмыкнул Арсений, указав ладонью на себя. — Ты хозяин отеля, а не мой сутенёр. Да и здоровьем других что-то не озабочен. — Просто кое-кто нашептал, что в город съезжаются любители стареньких машинок и развратных мальчишек, — подмигнул Эндрю. — Скоро ежегодное ралли. Ценители ретро уже ходят по Сохо в поисках развлечений, а твой боевой наряд как нельзя кстати может удовлетворить их потребности. Считай это дружеским советом. Бесплатным! Арсений лишь хмыкнул и развернулся к выходу. При всей своей доброжелательности Эндрю никогда не упускал возможности навариться на чём-то, и если он так настаивал на «боевом» наряде, значит, сегодня точно найдётся богатый клиент. Жаль, не из постояльцев этого отеля — было бы удобнее возвращаться назад. Но так никто рисковать бы не дал. Сохо Арсений, в отличие от переходного периода между осенью и зимой, любил. В закутках квартала всё ещё гулял бунтарский дух свободы, на улице никто не оборачивался с осуждающими взглядами. Пару раз туристы пытались сфотографироваться, на ломанном английском спрашивая, хорошо ли платят проституткам в наши дни. Будто бы Арсений сменил восьмой десяток и помнит, как оно было раньше. Тем не менее, в фото он не отказал, а с одним из очаровательных французов потом неплохо провёл время. Мигающая фиолетовым неоновая вывеска «Bright Boar» отражалась в ряби луж, невольно подсвечивая собственный вход наподобие странной ковровой дорожки. Недалеко от входа стояло несколько полицейских — после случившегося на днях с Пако те усилили патруль и вылавливали даже таких, как Арсений. Даже тех, кому подмигивали раньше и не гнушались снимать. Опустив пониже жёсткую намокшую чёлку, Арсений проскользнул мимо болтающих блюстителей закона и нырнул в тепло бара. Олеся нашлась на втором этаже. — Приве-ет! — пьяно протянула она, хихикнув. — Да ты сегодня в ударе! Присоединяйся к нам, Дэн угощает! Сидящий рядом патлатый коротышка нехорошо улыбался и продолжал курить косяк. — Олеся… — проговорил сквозь зубы Арсений и резко дёрнул подругу на себя. Та безвольной ойкнувшей куклой поддалась и упала прямо в объятия. Дыхание, вопреки поведению, не было алкогольным. — Сколько ты выкурила? — Немного! Мне было надо, Арс! Такой… ик… стресс из-за Пако! Это ведь мог быть кто угодно из нас! Я не могу спокойно работать, зная, что где-то рядом ходит тот извращенец! — Ну тогда сиди в номере и дрочи на камеру! — Злость поднималась по пищеводу вверх и оседала во рту привкусом желчи. — Ты спустила все деньги на траву! Деньги за номер, Олесь! В расширившихся зрачках напротив не было ни толики осмысленности. — Идём, тебе надо проветриться. Дождь, словно сжалившись над ними, затих на подходе к привычному пятачку возле дороги. Чуть поодаль виднелись фигуры других «коллег», и Арсений не без смеха отметил на некоторых похожие наряды. Эндрю… Время перед ежегодным ралли было для них удачным. Чудаки на раритетных авто съезжались со всех уголков Англии и не только, и, как истинные павлины, пушили хвосты своих машин на лондонских дорогах. Трахаться в этих маленьких салонах было неудобно, но сам факт секса в еле ездящем музейном экспонате частенько доводил их владельцев до бурного оргазма. Не приходилось даже напрягаться и снимать собственные штаны. Парочка таких отсосов за ночь, и можно спокойно спать ещё месяц без риска быть выгнанными на улицу. — Ой, что нашла! — вдруг радостно вскрикнула Олеся и достала из курточки — Арсений только сейчас узнал собственную — несколько серёжек-клипс. — Тебе с ними хорошо, надень! — Это была разовая акция. — Ну не будь букой! Надевай цацки! Вряд ли бы английский мог передать весь сакральный смысл слова «цацки», так что Арсений в очередной раз посмеялся. Олеся, живущая тут дольше него, упорно отрицала знание языка и весьма успешно косила под «экзотическую русскую». Дешёвые клипсы-жемчужинки неприятно сдавили мочки, а кольцо в носу оставляло чёткое ощущение чего-то инородного. Были у Арсения клиенты, любящие массаж ушей побольше минета… — Тебе хорошо, — довольно выдохнула Олеся вместе с облачком пара. От влажности её волосы слегка завивались у кончиков. — Не думал сделать пирсинг? — Думал. Один постояшка просил проколоть соски едва ли не каждую встречу. Но многим пирсинг не нравится, так что… — Ой, смотри! Олеся вдруг взвизгнула и ткнула вытянутым пальцем куда-то в сторону дороги. Из-за поворота медленно катился старенький, но ухоженный «фордик». «Жестяная Лиззи», покряхтывая, ползла в их сторону. Стоящая в начале улицы Мэл зазывно помахала рукой, но автомобиль так и не затормозил. — Давай, твой выход! — гоготнула Олеся и рывком расстегнула на Арсении плащ. Соски от холода мгновенно встали. Движения уже отработаны. Давно, ещё только начиная постигать нехитрое ремесло, Арсений смеялся с топорных взмахов рукой и отставленной вбок ноги. Сейчас, чтобы продать себя, иногда достаточно было только взгляда. Собственно, этот навык он отточил лучше остальных. За покрытым каплями дождя стеклом не было видно водителя, но «Форд» затормозил через несколько метров и старчески заворчал. Едва не подвернув ногу на скользком пятачке травы, Арсений торопливо подплыл к автомобилю и незаметно показал средний палец бросившейся навстречу Ирэн. Та возмущённо выругалась по-русски и вернулась к своему углу. Слишком много шлюх на квадратный метр. — Привет, пупсик. Хочешь отдохнуть и расслабиться? Я помогу, — промурлыкал Арсений, потянув на себя скрипучую старую дверь. Взгляд уткнулся в молодое растерянное лицо. Широко распахнутые глаза в половину лица смотрели со странной смесью интереса и задумчивости. — Буду благодарен, — с едва заметным акцентом пробормотал незнакомец и криво улыбнулся. — Знаешь дорогу до «Ритц»? Будь Арсений чуть более расслаблен, он бы присвистнул. — За двадцатку помогу доехать, — проговорил он и прикусил губу. Вспомнив про помаду, Арсений аккуратно обвёл язычком кромку зубов, надеясь, что выглядит сексуально и не подозрительно. Ходить с красным следом на эмали решительно не хотелось. — Двадцатку?! Да я такси дешевле закажу! — Прошу, заказывай. Правда, придётся оставить эту старушку здесь. Её, конечно же, оттащат на штрафную стоянку, выпишут кругленькую сумму за нарушение, ещё и затребуют ненужные бумаги для подтверждения… Это, разумеется, выйдет дольше по времени и больше по деньгам, но раз так хочешь… — Садись, — цокнул незнакомец. Стоило захлопнуть дверь, как он вновь завёл заглохший мотор. — Я бы добрался по навигатору, но телефон сел… Ещё и это ваше правостороннее движение, каждый раз думаю, что на встречку выехал. Я Антон, кстати. От удивления Арсений подавился воздухом и закашлялся. — Антон? Приятно познакомиться. — Хорош! Русский у теперь уже знакомца был чистеньким, как салон «Форда». — А как тебя зовут? — спросил Антон, не отрывая взгляда от дороги. Пальцы судорожно сжимали руль. — Для тебя я буду кем угодно… — Арсений придвинулся к чужому розоватому уху и легко выдохнул облачко пара. Внутри ни о каком кондиционере не шло и речи. Чужой недовольный взгляд заставил нехотя отодвинуться. — Арсений. Можно Арс. Если будешь называть Сеней — затребую тройную оплату. Вот здесь поверни направо. Антон фыркнул и негромко рассмеялся. Еле едущий автомобиль вдруг странно закряхтел и остановился. — Блять… И зачем я вообще в него влез… — зло ударив по рулю раскрытой ладонью, Антон принялся дёргать рычаги зажигания. — Стой, ковбой! — Арсений мягко обхватил чужую руку. Та была на удивление тёплой и влажной. — Ты угнал её, что ли? — Нет. Хотел незаметно сбежать с вечеринки, а мою машину заблокировали. Пришлось брать у друга, а он тот ещё любитель винтажа. Лучше бы такси дождался. — Давай меняться. С тебя ещё десятка сверху. Несколько минут они ехали в тишине, пока Арсений неторопливо вёл старенький «Форд». Не выдержав первым, он игриво стрельнул в молчаливого пассажира взглядом. — Итак, Антон… Кто у нас есть: жена, муж, парень, девушка, или только бывшие? — Девушка. Бывшая. В данный момент где-то в Эл-Эй собирает чемоданы в моей квартире. Сказала, что устала общаться с ассистенткой больше, чем со мной. Кажется, к ней она и переезжает… Ты много ездил на этой рухляди? Внезапный вопрос заставил Арсения удивлённо вскинуть брови. — Сам ты рухлядь! Это история на колёсах. Один из клиентов очень любил в такой трахаться. Кончал от того, как рассказывал про управление своим «фордиком». Я многое запомнил. — Уф, крепко… — рассмеялся Антон. Оставив одну руку на руле, Арсений быстрым аккуратным движением скользнул ладонью между чужих ног и мягко сжал. — Ещё не крепко, но есть потенциал, — подмигнул он криво улыбающемуся Антону. — Большой мальчик. Взгляд сам соскользнул с чужой ширинки на ворох бумаг, зажатых теперь в его ладонях. Столбики цифр и подписей к ним принялись складываться занимательным пазлом. — Ты финансист? — продолжил опрос Арсений, выруливая на прямую. До отеля оставалось не больше мили. — Не совсем… Меня называют по-всякому, и среди этих прозвищ нет ни одного приличного. — Уф, плохой мальчик… — Арсений зачарованно посмотрел на подсвеченное здание «Ритц». — Который явно неплохо зарабатывает. Ты тут остановился? Вместо ответа Антон сдержанно улыбнулся и отвернулся к окну. Стоило им аккуратно припарковаться у входа, как навстречу тут же выскочил бойкий юноша. Он вежливо открыл дверь с пассажирской стороны, выпуская Антона наружу, и уже заторопился к водительской, когда Арсений буквально вывалился ему под ноги. Проклятые каблуки на сапогах противно скрипнули от принятого на себя веса. — Какой очаровательный валетик, — подмигнул растерявшемуся парню Арсений. Должно быть, новенький. — Ты со всеми флиртуешь? Антон стоял поодаль от входа в отель и курил. Кажется, это было запрещено, но швейцар у дверей упорно делал вид, что ничего не замечает. — Ты ведь так и не пригласил меня в номер, — мурлыкнул Арсений, подходя вплотную и поправляя на Антоне сбившийся чуть в сторону галстук. Надо отдать должное — тот был чертовски хорош собой. Антон, не галстук, хотя ткань даже на ощупь казалась до неприличия дорогой. Она аккуратно обвивала длинную шею с танцующим от каждой затяжки кадыком. Пухлые губы как-то чересчур чувственно обхватывали фильтр, порнушно выпуская наружу клубы дыма. Арсений давно пытался научиться курить так же сексуально, но провалился. Ему бы продолговатые предметы гораздо шире в обхвате… В ярком уличном освещении отеля стало видно, что глаза у Антона зеленоватые, под цвет дорогого пальто. Зализанные лаком волосы проигрывали погоде и местами завивались, наталкивая на мысли о кудряшках. Арсений любил такие копны, в них было приятно зарываться в приступе наигранной страсти. О настоящей уже давно не было и речи. — Доберёшься сам? — выдохнув очередную порцию дыма, спросил Антон. — Могу вызвать такси, только скажи. — Я поймаю, не переживай. Отель наверняка накручивает стоимость. Ты, кстати, забыл заплатить. — Ой! Зажав губами сигарету, Антон принялся хаотично лазить свободной рукой по карманам. Стиснутые в другой ладони бумаги ему явно мешали, и Арсений, не выдержав, взял их сам. Получив благодарный кивок, он с интересом уставился на столбцы чисел. Когда-то такое его даже успокаивало, помогало привести мысли в порядок. — У меня есть только пятьдесят фунтов, — невнятно проговорил Антон, протягивая розоватую купюру. Мазнув по чужим пальцам своими, Арсений забрал бумажку и подмигнул. — Могу тебе отсосать на сдачу. Не пожалеешь. Антон, запрокинув голову, громко засмеялся. С таким, пожалуй, было бы даже не противно потрахаться. Конечно, за красивой обёрткой может скрываться то ещё дерьмо, но Арсений своей интуиции верил. Она подвела его лишь единожды, но потом отмаливала грехи почти сверхъестественной точностью. И в случае с Антоном привычная уже внутренняя напряжённость как-то сама собой спадала. — Кстати, — собственный язык против воли вытолкнул слова наружу. — Если что, то тут дохрена несостыковок. Под чужим заинтересованным взглядом Арсений ткнул замёрзшими пальцами в столбики расчётов на документах, так и оставшихся у него в руках. — Надо изучать подробнее, конечно, но будто бы тебя кто-то здорово обсчитывает. — Понимаешь в финансах? «Арсений, что ты творишь?! Надежда факультета, столько впереди возможностей! Идиот малолетний, куда ты собрался?!» — Немного. Люблю, знаешь ли, деньги, — очередное подмигивание вышло чуть напряжённее, но Антон вновь засмеялся. Глаза, правда, всё так же цепко смотрели, контрастируя с общей расслабленностью. — Ну, пока? Пойду ловить такси, раз уж ты такой щедрый. — Удачи, Арсений. — И тебе, пупсик. Остановка располагалась за углом отеля. Разодетые посетители неспешно прогуливались вдоль территории, бросая на Арсения осуждающие взгляды. Он от такого уже отвык, но отказать себе в удовольствии смутить чопорных английских старичков не мог. Окончательно распахнув пальто, Арсений демонстративно развязно сел на лавочку остановки и, закинув ногу на ногу, отправил престарелой парочке воздушный поцелуй. Старушка, задохнувшись от возмущения, потащила своего мужа в противоположную сторону. — Всё же не такси? — раздался вдруг над ухом вкрадчивый голос. Обернувшись, Арсений с удивлением уставился на замершего за спиной Антона. Горькое от сигарет дыхание приятно щекотало заднюю часть шеи, где парик всё время норовил уползти вверх. Надо бы заказать новенький. — Не такси. Люблю, знаешь ли, покататься на автобусе. На самом деле, Арсений бы и пешком прошёлся, сэкономив фунты, но холод и собственный внешний вид диктовали свои правила. — Не хочешь присоединиться ко мне? Если, конечно, не занят сегодня вечером, — склонив голову, спросил Антон и протянул ладонь. Деньги лишними не бывают. Закусив губу, Арсений элегантно спрыгнул с лавочки и прижался к чужому боку. На талию тут же легла тёплая ладонь, мягко ведя ко входу в отель. У самой двери они вдруг затормозили, и Антон, поколебавшись, стянул с себя пальто. — Накинь. — Зачем? У меня есть плащ. — В таком отеле не совсем одобряют… Гостей твоей профессии. Говорил он мягко, но пальцы на плечах казались неожиданно тяжёлыми. Заботливая власть — так Арсений бы назвал подобный жест. Нырнув в просторные рукава пальто, он запахнул его на себе и расслабленно выдохнул от волны тепла, прокатившейся по телу. В плечах ткань была гораздо шире, чем любая Арсеньева одежда, и это невольно дарило странное чувство собственной хрупкости. Бред. Лобби выглядело помпезно настолько, насколько можно было представить. Кремовые стены, тяжёлая дорогая люстра, мягкие ковры под ногами и мраморная — Арсений готов был поставить свой левый каблук на то, что это был мрамор — лестница, уходящая куда-то вверх. Видимо, прямо в райские кущи. Изогнутая стойка регистрации с несколькими въезжающими гостями возле неё казалась непривычно простой на фоне остального интерьера. Особенно огромного букета на стеклянном столике недалеко от входа. — Охренеть! — выпалил Арсений и едва не упал, зацепившись каблуком за край ковра. Антон подхватил его под руку и так повёл навстречу улыбающемуся администратору. — Мистер Шастун, добрый вечер! — на безупречном английском проговорил тот. — Добрый вечер, — Антон быстро скосил глаза на бейджик администратора, — Максимилиан. Пришлите, пожалуйста, в номер клубнику и бутылочку шампанского. Доверяю вашему вкусу. Вокруг локтя вновь сомкнулась крепкая хватка, и Антон уверенно повёл их по коридору. Остановившись у висящего на стене небольшого зеркала в золотой раме, Арсений придирчиво стёр с краешка рта поползшую помаду и убрал выпавшую ресничку со скулы. От линз неприятно щипало глаза, но за счёт этого те блестели «как в мультике», сказал ему однажды один из клиентов. Боевой наряд. Антон всё это время внимательно рассматривал их отражение, скользя взглядом по выглядывающим из-под пальто и плаща ключицам. — Нравится? — Арсений игриво подмигнул и распахнул полы одежды. Тонкая ткань блузы натягивалась на стоящих сосках. — Идём, — хмыкнул Антон и повёл их дальше. — Это сюит Принца Уэльского. Здесь много места, располагайся с комфортом. Стоило оказаться внутри, как Арсений вновь выругался. Не номер — целый дом с тяжёлыми шторами на окнах, дорогой мебелью, обтянутой не менее дорогой тканью, длинными широкими коридорами и огромной гостиной, в другом конце которой стоял массивный обеденный стол из тёмного дерева. Плюхнувшись на диван, Арсений схватил одну из множества подушек и сжал в ладонях. Та приятно прогнулась под пальцами. Антон, вернувшись с пиджаком в руках, отбросил тот на кресло, опустился на корточки возле Арсения и внимательно посмотрел в глаза. — Я предлагаю тебе провести вместе ночь. Ты согласен? Ночь. Не час, не два. Арсений как можно более незаметно сглотнул и расплылся в улыбке. — Потянешь? Я дорого стою. — Сколько возьмёшь за ночь? — Пятьсот. Захотелось то ли ударить самого себя, то ли тут же извиниться. Столько Арсений не запрашивал никогда, даже в периоды острой нужды и отсутствия практически любых ограничений в сексе. Но этот номер, брендовый костюм, манеры… Стоило попытать удачу. Антон же с задумчивым выражением на лице принялся медленно расстёгивать его сапоги, невесомо касаясь пальцами кожи под сеткой чулок и пуская по ней мурашки. — Говоришь, что дорого стоишь, а у самого скрепка вместо замка, — хмыкнул он и стянул с ноги второй сапог. Щёки предательски обожгло стыдом. — Клиент слишком вжился в роль собачки, — с вызовом бросил Арсений, понимая, что лишь усиливает и без того комичный эффект. Не выдержав, Антон засмеялся и встал в полный рост. — Я готов всю ночь слушать твои истории, это прекрасно. Всучив ему пальто и собственный плащ, Арсений прошёл мимо, специально прочертив ягодицами по обтянутым брюками бёдрам. — Поверь, это не все мои таланты. Можно куда веселее и приятнее провести время. Первая попавшаяся спальня утопала в мягком свете. Зажжённый камин уютно трещал, возвращая телу утерянное в течение поездки тепло. Неиронично хотелось просто растянуться на огромной кровати и уснуть. — Я отлучусь на пару минут! — негромко крикнул Арсений и нырнул в роскошную ванную комнату. Зажатый в руке небольшой походный контейнер с маленькой зубной щёткой и пастой аккуратно опустился на край раковины. Чудовищно хотелось снять клипсы и дурацкий парик с линзами, но так была выше вероятность, что при встрече в жизни его просто не узнают. Глупость, да, но она уже не раз спасала Арсения от неприятных ситуаций. — Что ты сказал? Прости, не расслышал. Антон настолько тихо вошёл в ванную, что заставил ойкнуть. От резкого движения рукой контейнер полетел в раковину, шумно ударяясь о мрамор. Схватив упаковку, Арсений стремительно спрятал её за спиной и развернулся. — Говорю, мне нужно несколько минут. Привести себя в порядок. — Что у тебя там? — Ничего! Антон вдруг как-то разом окаменел. Широкая улыбка исчезла, обнажив ходящие ходуном желваки, взгляд стал острым, как новенькая бритва. На краткое мгновение Арсений его испугался, особенно когда предплечье больно обхватили чужие пальцы. — Уходи, — ледяным тоном процедил Антон и потянул к выходу. — Мне не нужен здесь торчок. Ну же! — Это зубная щётка и паста! — выкрикнул Арсений, демонстрируя наполнение контейнера. Щёки отчего-то жгло, будто его застали за растяжкой. Хотя и такое кому-то нравилось наблюдать. — Люблю, когда дыхание свежее! Слежу за гигиеной полости рта! Шутка про рабочий инструмент застряла на подлёте, споткнувшись о чужой растерянный взгляд. — Прости… — Антон отпустил его руку и закрыл ладонью глаза. — Блять, как неловко… Конечно, да, приводи себя в порядок столько, сколько нужно. Я займу вторую ванную. А потом буду в гостиной. Обратно Арсений шёл с лёгким волнением в теле. Такие клиенты, как Антон, были совершенно непредсказуемыми и оттого немного нервировали. Проще, когда брали и трахали, без лишних разговоров. С Антона же действительно сталось проболтать всю ночь. Арсений был бы не против, но уже заплаченная наперёд сумма жгла карман и мерзко нашёптывала различные способы отработки такого гонорара. Потому, стоило увидеть стёкшую в кресле до полулежачего состояния фигуру, он решил действовать привычным способом. Мягко пройдя по ковру, Арсений опустился на широко расставленные бёдра и притёрся своим пахом к чужому. Шорты на заднице тихо скрипнули под мягко сжавшимися на них пальцами. Руки у этого Антона были красивые, и Арсений с мягким стоном обхватил ртом указательный и средний пальцы, проталкивая вглубь глотки. Язык прошёлся по косточкам и нагретому металлу колец. — Что у тебя в стоп-листе? — не отрывая взгляда от его глаз, вдруг тихо спросил Антон. Обычно такие вопросы клиенты задавали редко и приходилось самому обговаривать границы. Вытащив с хлюпающим звуком изо рта пальцы, Арсений сел поудобнее. — Без жести. Никаких увечий. Я снизу, так как могу ручаться за свою растяжку. И без жидкостей, это… фу. Сперма и слюни со смазкой не в счёт. У врача я проверяюсь постоянно, так что чист, но за секс без презерватива тариф двойной. Антон серьёзно кивал на каждый пункт и даже успел скривиться, явно разделяя нелюбовь к урокинку. Ладонями он почти бездумно водил по обтянутым сеткой бёдрам, цепляя край шорт. Член от таких нехитрых манипуляций понемногу крепнул, как и тот, к которому Арсений притирался. Приятное давление на пах расслабляло привычный к таким действиям организм. — Самое главное… — Арсений набрал в грудь воздух и замер. Этот пункт периодически сводил его работу в никуда, но собственная принципиальность казалась важнее. Замерший в ожидании Антон перестал терзать чулки и склонил голову набок. — Я не целуюсь в губы. Слишком интимно. Бывало такое, что клиенты начинали смеяться. Арсений тогда хихикал в ответ, а потом быстро переключался на минет, чтобы занять рот и обезопасить себя от ненужного обмена слюнями. Антон же не смеялся. Сидел с серьёзным лицом, будто на переговорах. — Согласен, — выдал, наконец, он. — Мне всё подходит, особенно пункт про поцелуи. Тоже не люблю. — Вот и решили. Итак, какие презервативы любишь: с ароматом, без аромата, ребристые, ультратонкие? У меня в запасе нескольких цветов. Смазка без запаха, но есть небольшой бутылёк с ароматом пива — взял по приколу… — Может… — резко перебил его Антон и легонько царапнул ногтями колени. — Может, пока просто поговорим? Поперхнувшись остатками слов, Арсений улыбнулся и кивнул. Такие клиенты не редкость, для которых, даже вопреки каменному лицу и железным принципам, важно трахаться с кем-то хоть немного знакомым. Иллюзия сближения. — Конечно! Итак, ты не рассказал, кем работаешь. В номер вдруг позвонили. — О, я открою! — вскочив, Арсений бросился к массивным дверям. — Побуду полезным! Стоящий на пороге официант, вышколенный по высшим стандартам, ни на миллиметр не опустил взгляда от его лица, пока отдавал тележку с большой тарелкой клубники и охлаждённым в ведре со льдом шампанским. Поблагодарив, Арсений хотел уже закрыть дверь, но служащий отеля никуда не уходил, продолжая вежливо улыбаться. — Что он хочет? В ответ на вопрос подошедший Антон протянул официанту купюру и поблагодарил. Тот тут же скрылся за дверьми. — Чаевые, точно… — Арсений хлопнул себя по лбу и, подхватив пузатую клубничину, вернулся к дивану. Почти сразу пальцев коснулся прохладный бок бокала. Опрокинув в себя сразу всё, Арсений довольно выдохнул и протянул руку за новой порцией под тихий смех Антона. — Так кем ты работаешь? Не финансист, на звезду музыки или кинематографа тоже не похож, да и я бы знал наверняка. Колись. — Я скупаю фирмы, которые испытывают проблемы с финансами, и распродаю их по частям. Иногда разоряю, чтобы поиметь с этого больше выгоды. Антон сел в кресло напротив и, выудив из кармана ПОД, затянулся. В воздухе запахло чем-то ягодно-сладким. — Переехал студентом в Штаты, там и обосновался. Сюда прилетел, скажем так, по просьбе друга. Есть один продюсерский центр, находящийся в не самом хорошем положении, который при удачно заключённой сделке сделает сразу нескольких людей богаче. И меня в том числе. Кривая улыбка и сталь в голосе странно контрастировали с общей картинкой. Не знай Арсений подробностей, никогда бы не сказал, что Антон из тех, кто грязно играет и идёт по головам. — Выходит, наживаешься на руинах чужого труда? — хмыкнул он и отпил шампанского. Пузырьки щекотали нёбо, мягко обволакивали язык и приятным ягодным вкусом оседали во рту. — Можно и так сказать. А ты? Почему не экономист? Вот с этим, — Антон указал свободной рукой на валяющуюся пачку бумаг, — даже я не всегда могу разобраться. А ты вот так сходу… «Позорище! Чтобы ноги твоей в моём доме не было!» — А что я? Тоже студентом переехал, правда, в Англию. Видимо, надо было в Штаты, там с трудоустройством, как вижу, проще, — наигранно-легкомысленно улыбнулся Арсений. Развивать эту тему и погружаться в воспоминания не хотелось совершенно. Лучше уж трахаться. В секундной тишине раздался звонок поставленного на зарядку телефона. Глянув на имя абонента, Антон выругался и виновато посмотрел на Арсения. — Мне придётся немного поработать. В спальне есть плазма, можешь что-то посмотреть. Бери клубнику и шампанское, если захочешь ещё — позвони на ресепшен, они привезут всё, что попросишь. Извини. И, встав с уже поднесённым к уху телефоном, Антон мазнул по его щеке слегка влажными пальцами. Первый начатый фильм надоел спустя двадцать минут. Второй показался чересчур меланхоличным, так что Арсений, плюнув, прикрыл дверь и включил музыку. Тело, расслабленное алкоголем и теплом, приятно гнулось и требовало движухи. Из-за случая с Пако все притихли, сидя по своим номерам, и наотрез отказывались идти в клуб или хотя бы бар, а если и шли, то так же сидели по углам в ожидании клиентов. Арсению не хватало танцев и ощущения горящей в крови энергии. Он не знал, сколько прошло минут или часов, прежде чем почувствовал на себе чужой взгляд. Обернувшись, он с удивлением обнаружил сидящего у изголовья кровати Антона. Тот, уставший и какой-то расслабленный, молча смотрел за танцами и улыбался. Глаза в полумраке комнаты, освещённой лишь пламенем камина, блестели неприкрытым желанием. Согнутые в коленях и разведённые в стороны ноги не скрывали явного возбуждения. Расслабленно лежащие по бокам руки иррационально притягивали к себе. Арсений помнил, сколько силы было в этих музыкальных пальцах. Переключив музыку на более томную и ритмичную, он окончательно развернулся и, ступив ладонями и коленями на край кровати, медленно двинулся навстречу. Антон, до этого жадно рассматривающий наверняка темнеющие под тканью блузы соски, перевёл взгляд на прогибающуюся поясницу и оттопыренные ягодицы. Его учащённое дыхание разлеталось в тишине спальни, дополняя чувственную мелодию. Оказавшись между разведённых ног, Арсений подался вплотную и, зацепив зубами уже ослабленный галстук, потянул тот на себя. Ткань с шуршанием поддалась и змейкой скользнула по замершему телу. Отбросив её в сторону, Арсений аккуратно надавил на пуговицу рубашки и тут же лизнул оголившуюся кожу ключиц. Затем ниже, по груди, дрожащей от каждого прикосновения, к мягкому животу, языком по блядской дорожке до чужого хриплого выдоха. Победно улыбнувшись, Арсений торопливо расстегнул ремень и молнию на брюках и, стащив их вниз по загорелым упругим бёдрам, провёл носом по топорщащейся ткани нижнего белья. Член от тёплого дыхания под губами дёрнулся. Антон, тихо простонав, потянул руку к волосам. Едва успев перехватить его кисть, Арсений игриво отвёл её в сторону. Фокуса с зажатым в руке париком он больше повторять не хотел. Как показала практика, стояк это сбивало на раз-два. Стянув, наконец, чужие боксеры вниз, Арсений провёл языком от яиц к головке, несколько раз лизнув щёлку. Спрятанная в кармане смазка привычно легла в ладонь, пока он на пробу втянул щёки. Антон протяжно застонал и слегка подался бёдрами вверх, вряд ли контролируя это движение. Добавив смазки, Арсений расслабил горло и пропустил крупную головку внутрь. Челюсть тут же заныла, но привычка сыграла свою роль. Член у Антона был красивым, больше среднего, легко скользил в глотке под стоны и сопение. Аккуратно втянув щёки, Арсений замычал, дополнительно стимулируя вибрацией, и принялся медленно двигать головой. Собственный член приятно тёрся о плотную ткань покрывала и шорт. Эмбиент на фоне, гипнотические движения и лёгкое опьянение уводили сознание в сторону от событий. Казалось бы, вот Арсений самозабвенно отсасывал стонущему Антону, а теперь сам лежал щекой на его вздымающейся груди и кончал от простой дрочки и сжатой на бедре ладони. Крепкие пальцы требовательно тянули сетку чулок, добавляя лёгкой остроты ощущениям и внезапно продлевая оргазм.

***

Проснулся Арсений от холодного дуновения, лизнувшего вылезшую из-под одеяла пятку. Зябко поёжившись, он нащупал возле подушки телефон, сонно прочитал несколько сообщений от волнующейся Олеси и, проскрипев в голосовом ответ, наконец, осмотрелся. Спальню заливал серый ноябрьский свет, за приоткрытым окном шумел суетливый Лондон. Видимо, под утро кому-то из них с Антоном стало душно, что пришлось проветривать. С камином и запертой дверью это неудивительно. Как Арсений уснул, он не помнил. Судя по лежащему на прикроватном столике парику и контейнеру из-под линз, всё же переодевался он сам, но когда… В голове растекалось приятное ничто, такое редкое после рабочей ночи. На удивление, она такой не казалась. Нырнув в душ и смыв с себя остатки вчерашнего макияжа, Арсений аккуратно сложил в кучку клипсы и парик и чуть более бодрый, чем был десять минут назад, выполз в гостиную. Антон, одетый в новую рубашку и брюки, уже завтракал с планшетом в руках. Поймав его внимательный взгляд, Арсений вдруг стушевался. — Не блондин, — криво улыбнулся он и дёрнул себя за влажную прядь. В мягком халате стало как-то жарко. — И не кареглазый. Извини, если испугал с утра. — Мне так нравится гораздо больше, — мягко рассмеялся Антон. — Ты красивый. Садись, я заказал завтрак. Не знал, что ты любишь, так что взял всего понемногу… Брезгливо отставив в сторону сэндвичи с лососем, Арсений придвинул к себе блюдо с традиционным английским завтраком. — Чай или кофе? — Антон указал на два чайничка. — Кофе! Подогнув под себя ногу, Арсений принялся жадно есть. В желудке ничего не было со вчерашнего дня, если не считать клубнику и бутылку шампанского. Возможно, поэтому его так и развезло. — Я поем и уйду, — едва не мыча от вкуса хорошего кофе, проговорил Арсений. Антон, сосредоточенно что-то читающий в планшете, растерянно посмотрел на него и поджал губы. — Что? — У меня есть для тебя деловое предложение, — протянул Антон и заблокировал экран. — Ближайшие дни будут насыщены событиями, и мне нужно посетить много мероприятий. Наличие рядом спутника здорово бы облегчило работу… Знаю, что ты в этом мало что понимаешь, но иногда присутствие обаятельного сексуального мужчины творит даже с суровыми людьми удивительные вещи. — Хочешь нанять меня в качестве эскорта? Завтрак тепло провалился куда-то в желудок вместе с очевидной мыслью: это будет очень дорого стоить. — Вроде того… Сопровождай меня везде, прислушивайся к разговорам, по возможности очаровывай. Это займёт не больше нескольких дней, может, три-четыре. — Раз это деловое предложение, то назови свою цену. — Пять тысяч фунтов. Плюс гардероб. Тебе понадобится более сдержанная одежда. Хочу, чтобы эти дни ты был только моим и только рядом со мной. Поднявшийся внутри вой вот-вот готов был сорваться с губ. — Я сейчас очень громко закричу, — широко улыбаясь, прошептал Арсений и засучил ногами. — Это да? — хихикнул Антон и пододвинул ближе блюдо с клубникой. — Да-а-а! Арсений, прокричав во всё горло, захлопал в ладоши.